ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 14.10.2020
Просмотров: 4308
Скачиваний: 20
В случае если при проведении оперативного эксперимента провокационные действия имеют место со стороны должностных лиц правоохранительных органов, содеянное требует дополнительной квалификации по ст. 426 УК.
Особенности квалификации заведомо
незаконных задержания или заключения под стражу
При определении объективной стороны незаконного задержания (ст. 397 УК) следует установить, что должностное лицо органов уголовного преследования осуществило задержание гражданина при отсутствии для этого оснований или с нарушением установленного порядка задержания. Основания и порядок задержания или применения меры пресечения в виде заключения под стражу установлены Уголовно-процессуальным кодексом и Законом Республики Беларусь от 16 июня 2003 г. № 215-З «О порядке и условиях содержания лиц под стражей».
Если умыслом виновного лица охватывалось получение санкции прокурора на применение в отношении незаконно задержанного лица меры пресечения в виде заключения под стражу, то при незаконном применении данной меры пресечения незаконное задержание перерастает в более опасное по своей степени деяние - незаконное заключение под стражу.
Объективная сторона незаконного заключения под стражу выражается в помещении гражданина по решению должностного лица, ведущего уголовный процесс, в место заключения под стражу при отсутствии для этого законных оснований либо с нарушением установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка применения меры пресечения в виде заключения под стражу.
Объективная сторона незаконного содержания под стражей выражается в удержании лица, правомерно подвергнутому заключению под стражу, по решению должностного лица органа, ведущего уголовный процесс, или руководителя администрации места содержания под стражей либо лица, исполняющего его обязанности, в месте содержания под стражей при наличии законных оснований, упразднивших дальнейшее использование данной меры пресечения.
Содержание под стражей будет незаконным, если истек срок содержания под стражей, установленный ст. 127 УПК, и решения о продлении срока содержания лица под стражей не поступило. Преступление будет иметь место и в случае, если лицо удерживается в месте содержания под стражей при наличии постановления (определения) об изменении или отмене данной меры пресечения, либо когда по обстоятельствам уголовного дела явно отпала необходимость в использовании этой меры пресечения, но уполномоченное лицо сознательно не принимает постановления (определения) об освобождении лица из-под стражи или изменении меры пресечения.
Особенности квалификации производства заведомо незаконного обыска
Производство обыска должно осуществляться в строгом соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства (ст. 208, 210, 211 УПК).
Признаки объективной стороны заведомо незаконного обыска следует констатировать в случае, если лицо, производящее дознание, или следователь осуществили производство заведомо незаконного личного обыска подозреваемого или обвиняемого, либо производство заведомо незаконного обыска, проведенном в каком-либо помещении или ином месте (например, участке местности по месту жительства или работы подозреваемого).
Субъектом данного преступления может быть не только лицо, производящее дознание, или следователь, но и прокурор при условии, что он лично производил заведомо незаконный обыск. Если действие прокурора или его заместителя было выражено лишь в санкционировании обыска при отсутствии для этого законного основания, то содеянное должно квалифицироваться по совокупности преступлений: соучастие в производстве заведомо незаконного обыска и превышение власти или служебных полномочий (ст. 426 УК).
Производство следователем или лицом, производящим дознание, в жилище или ином законном владении граждан незаконной выемки или незаконного осмотра должно квалифицироваться по ч. 2 ст. 202 УК, а в местах, не относящихся к законным владениям граждан, - по ст. 426 либо ст. 455 УК.
Особенности квалификации заведомо ложного доноса
При определении объективной стороны заведомо ложного доноса (ст. 400 УК) необходимо установить, что сообщение о совершении общественно опасного деяния было ложным. При этом полученная информация должна относиться только к тем общественно опасным деяниям, которые запрещены УК. Заведомо ложное заявление о совершении административного правонарушения влечет административную ответственность по ст. 24.4 КоАП. Однако применительно к квалификации преступлений, обусловленных признаками административной преюдиции, состав ложного доноса будет в случае, если будет установлено, что виновное лицо, помимо ложности сообщаемых сведений осознавало юридическое значение повторности как обстоятельства, превращающего содеянное в преступление.
Ложность сообщаемых сведений может касаться не только факта совершения преступления или лица, якобы совершившего преступление, но и иных обстоятельств совершения преступления, которые имеют уголовно-правовое значение.
Не требуется, чтобы сообщаемые сведения не соответствовали действительности во всех деталях. Сознательные измышления относительно отдельных существенных обстоятельств совершения преступления являются достаточным основанием для констатации признаков ложного доноса.
При уголовно-правовой оценке доноса следует иметь в виду, что согласно ч. 5 ст. 168 УПК анонимные заявления не могут служить поводом к возбуждению уголовного дела. Однако, учитывая направленность умысла анонимного лжедоносителя, содеянное в таком случае следует квалифицировать как покушение на заведомо ложный донос.
Заведомо ложный донос следует признавать юридически оконченным преступлением с момента доведения до адресата ложных сведений о совершении преступления. Принятие решений уполномоченными органами по факту полученного сообщения не влияют на квалификацию ложного доноса. Вместе с тем ограничения прав и интересов граждан по принятым решениям, порожденным ложным доносом (например, заключение под стражу невиновного лица), существенно повышают степень общественной опасности данного преступления, что должно учитываться судом при индивидуализации ответственности.
При установлении субъективной стороны доноса важно установить, что лицо, делая соответствующее заявление, четко понимало, что сообщаемые им сведения не соответствуют действительности. Если ложность сведений не была заведомой для доносчика, а стала для него очевидной после сообщения, то состав ложного доноса отсутствует.
В случае, когда сообщение строится на предположении о готовящемся или совершенном преступлении, то это обстоятельство не может лежать в основе вменения признаков ложного доноса. Не образует состава ложного доноса и неправильная юридическая оценка совершенного в действительности преступления.
Признаки состава заведомо ложного доноса подтверждаются установлением наличия у виновного лица цели - стремления привлечь к уголовной ответственности невиновное лицо или возбудить уголовное дело.
Если заведомо ложное сообщение о совершении преступления дано по уже возбужденному делу лицом, участвующим в уголовном процессе в качестве свидетеля или потерпевшего, то ответственность должна наступать не по ст. 400, а по ст. 401 УК. Однако в случае, если лицо, сообщившее ложные сведения соответствующим органам о совершенном преступлении, впоследствии, участвуя в уголовном процессе в качестве свидетеля, подтвердит эти ложные сведения органам предварительного следствия или суду, то содеянное должно квалифицироваться только по ст. 400 УК. Дополнительной квалификации по ст. 401 УК в данном случае не требуется, поскольку при таком заведомо ложном сообщении лицо, руководствуясь теми же мотивами и целями, лишь подтверждает уже реализованный первоначальный преступный замысел. Подобная уголовно-правовая оценка допустима только в ситуации, когда заведомо ложное сообщение касается лишь тех фактов, которые искажались при заведомо ложном доносе.
Содержание ст. 400 УК позволяет констатировать признаки заведомо ложного доноса и в том случае, если подозреваемый (обвиняемый, осужденный) сообщает не соответствующие действительности сведения о лице, якобы совершившем преступление, в качестве собственной защиты от предъявленного подозрения (обвинения), с целью уклонения от уголовной ответственности.
Не исключается заведомо ложный донос и в случае, если, например, обвиняемый сознательно сообщает ложные сведения о преступлении, в совершении которого он обвиняется. Часть 2 ст. 17 УПК предоставляет подозреваемому, обвиняемому право защищаться только теми средствами и способами, которые установлены законом.
Отличие заведомо ложного доноса, содержащего не соответствующие действительности сведения о лице, совершившем преступление, от клеветы, соединенной с обвинением лица в совершении тяжкого
или особо тяжкого преступления (ч. 2 ст. 188 УК)
При отграничении этих преступлений следует учитывать следующее. Ложное сообщение при доносе должно касаться лица, которое якобы совершило конкретное преступление. Сообщение не соответствующих действительности сведений о «преступнике» в обобщенной форме, без указания обстоятельств, имеющих уголовно-правовое значение, может, при соблюдении положений ст. 33 УК, стать предметом уголовного преследования за клевету (например, гражданин подает в прокуратуру заявление о том, что его сосед является жуликом и крупным махинатором). Однако сообщение о якобы имевшем место в действительности совершении определенным лицом конкретного тяжкого или особо тяжкого преступления должно квалифицироваться с учетом установленного намерения виновного лица. При клевете распространяются заведомо ложные сведения в организациях или среди граждан с намерением опозорить потерпевшего. Заведомо ложный донос в отношении лица, якобы совершившем такое преступление, тоже унижает честь и достоинство потерпевшего, но он адресован специальным государственным органам и направлен, как правило, на возбуждение уголовного дела.
Особенности квалификации заведомо ложного показания
При применении ст. 401 УК следует иметь в виду, что предупреждение об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний (ст. 220 УПК, ст. 187 ГПК) или за дачу заведомо ложного заключения и заведомо неправильного перевода (ст. 201, 230 УПК, ст. 277, 280 ГПК) не является необходимым условием ответственности по ст. 401 УК. Поэтому отсутствие такого рода предупреждения не исключает квалификацию содеянного по ст. 401 УК.
При установлении признаков объективной стороны данного преступления достаточно установить хотя бы одно из следующих деяний: ложное показание свидетеля, ложное показание потерпевшего, ложное заключение эксперта, неправильный перевод, сделанный переводчиком.
Обвиняющий или оправдывающий характер показаний, заключения или перевода не влияет на квалификацию данного преступления.
Под признаки этого состава преступления не подпадает сообщение заведомо ложных сведений при даче объяснений либо представление заведомо ложного заключения эксперта, либо осуществление заведомо ложного перевода, имеющих место до момента возбуждения уголовного дела: в период проверки поводов и оснований к возбуждению уголовного дела. Однако при наличии признаков, предусмотренных в ст. 400 УК, содеянное в таком случае может быть квалифицировано как заведомо ложный донос.
Есть основания полагать, что умолчание свидетеля, потерпевшего, эксперта или переводчика об известных им фактах не подпадает под признаки заведомо ложных показаний, поскольку образует собой иное преступление - уклонение свидетеля или потерпевшего от дачи показаний либо эксперта или переводчика от исполнения возложенных на них обязанностей (ст. 402 УК). Однако если молчание является своего рода ответом на заданный свидетелю, потерпевшему, эксперту или переводчику в процессе предварительного расследования или судебного разбирательства вопрос, то такого рода молчание должно приравниваться к заведомо ложным показаниям. В контексте собирания и исследования доказательств (например, при допросе потерпевшего) подобное бездействие тождественно утверждению или опровержению фактов, имеющих доказательственное значение. В таком случае важное значение приобретает фиксация вопросов и ответов в протоколе допроса.
Заведомо ложное показание относится к преступлениям, не связанным с обязательным наступлением общественно опасных последствий. В ходе предварительного следствия или дознания данное преступление будет оконченным с момента, когда потерпевшим или свидетелем подписан протокол допроса, экспертом представлено подписанное им заключение экспертизы, переводчиком удостоверен его подписью протокол соответствующего следственного действия, произведенного с участием переводчика. В стадии судебного разбирательства это преступление будет окончено с момента дачи показаний свидетелем или потерпевшим, изложения экспертом содержания ложного заключения, неправильного перевода документа или устной речи переводчиком.
При установлении признаков субъективной стороны данного преступления следует иметь в виду, что добросовестное заблуждение лица относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения гражданского или уголовного дела (невнимательность свидетеля или потерпевшего при восприятии определенных событий, некомпетентность эксперта или переводчика и др. факторы), исключает уголовную ответственность по ст. 401 УК.
По ст. 401 УК не исключается ответственность и гражданского истца, давшего заведомо ложные показания в уголовном процессе. Однако это возможно только в случае, когда гражданский истец одновременно выступает в качестве потерпевшего.
Заведомо ложные показания в отношении близкого родственника или члена семьи лица, совершившего преступление или гражданско-правой деликт, также должны квалифицироваться по ст. 401 УК. Однако при определении меры уголовной ответственности родственные или брачные отношения следует учитывать как обстоятельство, смягчающее ответственность.
-
-
§ 9. Особенности квалификации
некоторых преступлений против интересов службы
Специфика преступлений против интересов службы состоит в том, что эти преступления, в основном, совершаются должностными лицами, которые наделены служебными полномочиями для осуществления организационно-распорядительной, административно-хозяйственной или иной организационной деятельности в целях надлежащего выполнения органами власти и управления своих функций.
При квалификации преступлений против интересов службы необходимо учитывать следующее. Норма, устанавливающая ответственность за злоупотребление властью или служебными полномочиями (ст. 424 УК) является общей по отношению к нормам, предусмотренных ст. ст. 425‑430 УК. Это означает, что идеальной совокупности злоупотребления властью или служебными полномочиями и других преступлений против интересов службы, предусмотренных главой 35 УК, быть не может. В случае конкуренции общей нормы (ст. 424 УК) со специальными нормами, предусматривающими ответственности за видовые злоупотребления (бездействие власти, превышение власти, получение взятки и т.д.) квалификация содеянного осуществляется по специальной норме.