154

---

Понятие имущественных преступлений по действующему
уголовному законодательству России и их классификация

дении чужого имущества виновный желает или допускает последствия в ви­де причинения имущественного вреда.

Субъективную сторону уничтожения и повреждения чужого имущест­ва, ответственность за которые предусмотрена ст. 168 УК, составляет нео­сторожность в виде легкомыслия или небрежности.

Имущественным преступлениям, совершаемым с прямым умыслом, обычно свойственны своеобразное представление виновного о желаемом преступном результате, особое побуждение, вызывающее у последнего ре­шимость причинить имущественный вред другому лицу. Если законодатель не всегда упоминает об этих особых признаках, их «невидимое» существо­вание вытекает из смысла закона. Специфика внутреннего содержания многих преступлений, предусмотренных в главе 21 УК, заключается в осо­бом мотиве и (или) цели, которые признаются в качестве конструктивных субъективных признаков этих общественно-опасных деяний. В этой связи становятся объяснимыми требования высших судебных инстанций устанав­ливать, по каким мотивам, с какой целью совершено изъятие чужого иму­щества в процессе совершения тех или иных преступлений¹. Доказанность этого особого мотива и цели имущественных преступлений имеет сущест­венное значение для решения вопроса о наличии в действиях обвиняемых и подсудимых того или иного состава преступления, предусмотренного ста­тьями главы 21 УК.

Так, невыяснение судом по делу Р. и А. причины противоречий в по­казаниях потерпевших о том, требовали ли осужденные при нападении на них деньги, а также оставление без оценки доводов осужденных, отрицаю­щих наличие у них цели на завладение чужим имуществом, Судебная кол­легия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала нарушением тре­бований уголовно-процессуального законодательства, приговор в отноше­нии указанных осужденных отменила и дело направила на новое судебное рассмотрение². По делу Губко судом не был установлен корыстный мотив, что повлекло переквалификацию содеянного со статьи о разбое, совершен­ном по предварительному сговору группой лиц и с причинением тяжких те­лесных повреждений ( п.п.«а» и «в» ч.2 ст.146 УК 1960 г.) на статью об умы­шленном тяжком телесном повреждении (ч.1 ст. 108 УК 1960 г.)³. Неполное выяснение по делу О. и 3. о разбое существенных обстоятельств, касающих­ся мотивов нападения на потерпевших, повлекло отмену приговора и на­правление дела на новое расследование⁴.

Под мотивом преступления понимается осознанное побуждение лица, которое вызывает у него решимость преступно действовать (бездейство-

¹ См., например: п. 17 постановления №31 Пленума Верховного Суда РФ от 22 марта 1966 г. «О

судебной практике по делам о грабеже и разбое».

¹ См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2001. №9. С. 13.

---

³ См.: Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М.Ле­
бедева. С.737-739.

⁴ См.: Судебная практика по уголовным делам в 2-х ч. 4.2. С.545-546.

155

---

А. Г. Безверхов
Имущественные преступления

вать). Это то, чем лицо руководствуется при совершении преступления. Мо­тив предшествует цели и детерминирует последнюю. Как пишет Б.С.Вол­ков, «цель не возникает без мотива, но с другой стороны, мотив, как и весь волевой процесс, получает свое содержание благодаря цели, вследствие той конкретной деятельности, в которой эта цель находит свое воплощение»¹. Мотив как осознанная потребность — фундамент (основа), на котором воз­никает цель.

Цель преступления — это представление (предвосхищение) лица о же­лаемом преступном результате, к достижению которого это лицо стремится и который ожидается вследствие совершения определенным образом на­правленных действий. Вот почему законодатель, как правило, указывает на какое-либо конкретное действие при определении цели в тексте закона (на­пример, с целью сбыта, с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, в целях прекращения деятельности и пр.).

Разграничивая указанные субъективные признаки, Б.С.Волков утверж­дает: «Мотив отвечает на вопрос, зачем человек совершает те или иные дей­ствия, цель определяет направление деятельности»².

Вопрос о мотиве и цели как субъективных признаках имущественных преступлений относится к числу «вечных» по своей дискуссионности во­просов. Основанием спора в науке уголовного права продолжает оставаться различное понимание числа субъективных признаков, выражающих своеоб­разие имущественных посягательств, совершаемых с прямым умыслом, а также их содержания. В связи с числом особых субъективных признаков этих посягательств получили распространение два подхода. Согласно одно­му из них, конструктивным признаком субъективной стороны указанных посягательств является цель. В соответствии с другим — как мотив, так и цель. По поводу содержания мотива и цели также высказываются альтерна­тивные суждения. Согласно одному варианту, цель и мотив носят корыст­ный характер. При этом само понятие корысти трактуется буквально или расширительно. В соответствии с другим — указанные субъективные при­знаки лишены корыстного содержания.

Следует подчеркнуть, что понимание особой целенаправленности и мотивации имущественных преступлений складывалось в науке уголовного права в рамках учения о хищении (точнее, о «похищении»). Определение цели хищения всегда представлялось непростой проблемой. Последняя в уголовно-правовой доктрине получила многовариантное решение.

Согласно одному из них, цель хищения есть представление виновного

0 противоправном завладении чужим имуществом. Приблизительно таким
образом указанная цель имущественных деликтов была обозначена еще в
древнеримском праве. По мнению Юлия Павла, «есть четыре рода воров:
явные, неявные, спрятавшие и унесшие (вещь). Явный вор — это тот, кто

---

¹ Волков Б.С. Мотивы преступлений. С.7.
¹ Там же.

156

---

Смотрите также файлы

• Мошенничество в сфере кредитования1.doc

• Список статей добросовестность.docx

• Список статей мошенничество.docx

• _Ugolov_Process_05.pdf

• 11_Motivy_i_tseli_prestupnogo_povedenia.docx