Файл: Фалин В. - Конфликты в Кремле. Сумерки богов по-русски (Секретная папка) - 1999.pdf

Если  обойтись  без  перехлестов,  можно  закре­

пить  и  развить  интерес  М.С.  Горбачева  к  ключе­

вому  направлению  реформирования  партии  и  си­
стемы.  Упор  лучше  спроецировать  на  устранение

разрыва  между  словом  и  делом,  на  уважение  дос­
тоинства  человека  и  демократизацию.  Так  я  и  по­
ступил.  От  А.Н.  Яковлева  слышал,  что  генераль­
ный  секретарь  с  одобрением  цитировал  обширные

пассажи  из  моего  послания  на  юг  в  кругу  сопро­
вождавших  его  советников.

Записка  по  десталинизации  с  тезисами  к  воз­

можному  публичному  выступлению  М.С.  Горба­
чева  на  данную  тему  не  самая  впечатляющая,  но

хронологически  первая  из  имеющихся  ныне  в  моем

распоряжении1.  Примерно  четверть  меморандумов,

адресовавшихся  генеральному  секретарю,  околь­
ными  путями  вернулась  летом  1995  года  к  автору.

Хотя  издание  «полного  собрания  сочинений»  не

входит  в  мои  планы,  кое-что,  наверное,  удастся

дособрать  по  архивным  и  прочим  сусекам.  В  от­

сутствие  иных документов  само  название  предме­

та,  по  которому  я  обращался  к  М.С.  Горбачеву,

скажет  что-то  без  долгих  комментариев.  Там,  од­
нако,  где  одно-другое  пояснительное  слово  облег­
чит  читателю  проникновение  в  плотные  слои  со­
ветской  атмосферы,  оно  будет вноситься  без  ущер­
ба  документальному  жанру.

В  1986—1988  годах  генеральный  секретарь  по­

лучил  от  меня  четыре  или  пять  записок  по  пере­

1  См.  приложение  1.  В  приложении  2  приводится  сопроводитель­

ная  к  этой  докладной  записке.

22

устройству  советской  экономики.  Они  готовились

совместно  с  коллегой  по  агентству  печати  «Ново­
сти»  Г.В.  Писаревским.  Каждая,  объемом  до  по­

лусотни  страниц,  пронизывалась  лейтмотивом:  не

следует  полагать,  что  умнее  СССР  никого  на  све­
те  нет  и  что  все  нашенское,  советское,  особенно

в  экономической  сфере,  непременно  лучшее.  Ста­

ло  быть,  не  грех  вдуматься,  как  удается  развитым

промышленным  странам,  отвергающим  государ­
ственное  планирование,  налаживать  высококаче­
ственное  производство  с  оптимальными  на  ны­
нешнем  этапе  развития  научно-технических  знаний

затратами  труда,  энергии  и  сырья.  И  рефреном

звучало:  цивилизация  не  создала  пока  более  эф ­
фективного  механизма  расширенного  экономичес­
кого  воспроизводства  и  саморегулирования,  чем

рынок.  Планирование  или  государственное  регу­

лирование  может  быть  рынку  подспорьем,  но  ни­

как  не  заменой.

Смею  предположить,  что  интенсивная  работа  с

генеральным  секретарем  в  пользу  освобождения

советской  экономики  от  мелочной  бюрократичес­
кой  опеки  и  надзора  семи  нянек,  от  пут  бесконеч­

ных  инструкций  и  запретов,  исключавших  ини­

циативу  и  часто  ставивших  вне  закона  здравый

смысл,  способствовала  вызреванию  первого  в  се­
рии  важнейших  реформ  акта,  а  именно  принятию

летом  1987  года  принципиального  решения  «о  раз­

витии  в  СССР  товарно-денежных  отношений»,  то

есть  признания  рынка  в  качестве  целесообразно­
го  добавления,  если  не  альтернативы,  к  централь­
ному  планированию.  Государственный  план  про-

23

существовал  без  малого семьдесят лет,  выручил  Со­

ветский  Союз  во  Вторую  мировую  войну  и  в  годы

послевоенного  восстановления,  но  задышал  на ла­

дан  При  первых  же,  в  сущности  робких,  коррек­
тировках  в  пользу  гражданских  отраслей  и  стиму­
лирования  самодеятельности.

Как  известно,  планирование  в  его  заскорузлой

редакции  пало  с  вступлением  1  января  1988  года

в  силу  закона  об  управлении  государственными

предприятиями  СССР.  Поскольку  в  тот  момент

все  предприятия  формально,  за  исключением  кол­
хозов  и  сбытовых  кооперативов,  принадлежали  го­
сударству,  сменялся  весь  порядок отношений  пра­

вительственных  учреждений  с  предприятиями,  а

также  между  предприятиями.

Была  ли  новая  модель  достаточно  продуманной,

чтобы,  расшивая  узкие  места,  обеспечить  жизнен­

но  важный  для  функционирования  любой  эконо­
мики  меж-  и  внутриотраслевой  баланс?  Это  весь-

^  ма  спорный  вопрос.  Бесспорно  другое:  переход

из  одного  качества  в  другое  без  минимума  флан-

w  кирующих  мероприятий,  гарантировавших  преем­

ственность,  правовую  и  финансовую  дисциплину

и  прочее,  являлся  делом  более  чем  рискованным.

!  Отказ  от прежней  методики  планирования  при  со­

хранении  старого  порядка  образования  розничных

'  цен,  требовавшего  неимоверных  и  непрерывно

возраставших  государственных  субсидий  (дота­
ций),  вообще  был  авантюрой.  Уже  осенью того же

года  казна  стала  приходить  в  расстройство  и  из

этого  свободного  падения  не  выбралась  по  сию

пору.

24

Много  себя  я  вложил  в  подготовку  соображе­

ний для  генерального  секретаря  перед  проведени­
ем  в  Москве  всемирного  форума  людей  доброй

воли  и  в  связи  с  приглашением  нашему  лидеру

держать  программную  речь  в  Страсбурге.  Не  вда­

ваясь  в  детали,  отмечу  лишь  не  встретившую

понимания  у  адресата  идею  «европейской  кон­
федерации».  Она  висела  в  воздухе  и  была  затем

включена  в  повестку  дня  президентом  Франции

Франсуа  Миттераном.  Меня  тема  конфедерации

занимала тогда  вот  в  каком  специфическом  ракур­
се.  Поднятая  Москвой,  она  могла  бы  подтолкнуть

немцев  на  Западе  и  Востоке  к  переосмыслению

прежде  упущенных  ими  возможностей.  Таким  об-^

разом,  синхронизировались  бы  оба  процесса:  пре­
одоление  раскола  как  Европы,  так  и  Германии.

Информация,  которая  докладывалась  генераль­

ному секретарю  о  нарастании  центробежных явле­
ний  в  ГДР,  подталкивала  его  к  модификации  так­

тики  выжидания,  пока  «история»  не  вынесет  свой

приговор. Диалогами  глухих с  Э.  Хонеккером  было

не  обойтись,  а  выход  на  новую  военную доктрину

Организации Варшавского договора (май  1987 года),

не  увязанную  со  сходными  эволюциями  в  НАТО  и

не  подкрепленную политическими,  экономически­
ми  и другими  шагами,  нацеленными  на упрочение

интеграционных  связей  с  союзными  СССР  госу­

дарствами, оставлял при всей значимости и необхо­
димости  этой  новации  двойственное  впечатление:

внешне  платилась  дань  времени  и  параллельно

вздабривалась почва для фронтального отступления

до неозначенного,  терявшегося в тумане рубежа.

В  апреле  1987  года исполнялась  годовщина Чер­

нобыльской  катастрофы.  Случившаяся  беда  за­
стигла  всех  врасплох.  Высшее  руководство  страны

надолго  потеряло  дар  членораздельной  речи.  Сло­
воблудия,  затенявшего  реальные масштабы челове­

ческой  и  экологической  трагедии,  было  в  избыт­

ке.  Но внятного объяснения,  как вообще такое мог­

ло стрястись,  почему население  обширных районов

Украины,  Белоруссии,  России,  принявших  на себя

первый  массированный  радиационный  удар,  не

было  своевременно  оповещено,  кто  и  отчего  меся­
цы  спустя  скрывал  истинные  данные  о  трагедии,

так  и  не  было  никем  сделано.

В  обращении  к  М.С.  Горбачеву  я  описал  про­

блематику  так:  или  мы  снимем  покров  и  покажем

своему  народу  и  мировому  сообществу  реальную

картину,  или  это  сделают  за  нас  те,  кому  не  тер­

пится  на  Чернобыле  проиллюстрировать  деграда­
цию  системы,  ее  безответственность  и  равнодушие

к  судьбам  миллионов  сограждан.

Записка осталась без отклика.  Странное,  неадек­

ватное  поведение  генерального  секретаря  прямо-

таки озадачивало.  Председатель Совета  Министров

СССР  Н.И.  Рыжков  вылетел  на  место  катастрофы

на  третий  или  четвертый  день.  Оперативно  решая

на  месте  вопросы,  не  терпевшие  отлагательств,

он вместе  с  сопровождавшими  его заместителями и

министрами,  а также руководителями Украины на­

глотался радиации.  М.С.  Горбачев выбрался  —  и то

на  периферию  бедствия  —  лишь  пять  лет  спустя,

после  того  как  замаячил  импичмент.  Члены  бело­
русской  партийной  организации  поручили  мне  до­

26