Файл: 364-_Ugolovny_protsess_Smirnov_A_V_Kalinovskiy.pdf

ГЛАВА 4. ПРИНЦИПЫ СОСТЯЗАТЕЛЬНОГО УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

81

прикрывает узаконенный произвол. Требование обеспечить неприкосновенность
личности питают не только абстрактные гуманистические идеалы свободы лич-
ности, но и внутренняя логика построения самого состязательного судопроиз-
водства. Ведь для того чтобы состязаться на равных с находящимся на воле обви-
нителем, обвиняемому также нужна личная свобода. Это хорошо понимали уже
в античные времена. Так, уголовное судопроизводство греков и римлян весьма
неохотно прибегало к досудебному заточению обвиняемого — допускалось лишь
его задержание потерпевшим на месте преступления и доставление в суд (приме-
ром может служить греческая 

иссангелия

), причем такая мера могла быть замене-

на денежным залогом. «Заковать римского гражданина, — говорил Цицерон, —
это преступление».
Итак, ограничение личной свободы обвиняемого в принципе противопоказано

состязательной конструкции процесса. Изъятия из общего правила допустимы толь-
ко в тех случаях, когда обвиняемый пытается нелегально выйти за пределы равенства
сторон, создать для себя несправедливые преимущества. При этом основания для аре-
ста должны быть таковы, чтобы оставление обвиняемого на свободе реально, а не
в виде абстрактной возможности, грозило неоправданными потерями для обвинения.
Так, например, бегство обвиняемого, сокрытие его от следствия и суда, безусловно,
нарушает баланс сил в процессе: обвинителю в этом случае предстоит «бой с тенью».
Уничтожение обвиняемым следов преступления, порча обвинительных доказательств,
незаконное воздействие на свидетелей и т.п. также выбивают оружие из рук его про-
цессуального противника. Невозможно также представить равное состязание сторон
до тех пор, пока продолжается совершение преступления.

Неприкосновенности личности уделяется большое внимание в международном

праве. Так, в ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод
от 4.11.50 г., в частности, сказано: «Каждый человек имеет право на свободу
и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в сле-
дующих случаях и в порядке, установленном законом:

— законное содержание лица под стражей после его осуждения компетентным

судом;

— законный арест или задержание лица за невыполнение законного решения суда

или с целью обеспечения выполнения любого обязательства, предписанного законом;

— законный арест или задержание лица, произведенное с тем, 

чтобы оно пред-

стало перед компетентным судебным органом 

по обоснованному подозрению в со-

вершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания по-
лагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать
ему скрыться после его совершения… Каждому арестованному 

незамедлительно

 со-

общаются на понятном ему языке 

причины его ареста и любое предъявляемое ему

обвинение

;

— каждое лицо, подвергнутое аресту или задержанию по подозрению в соверше-

нии преступления, 

незамедлительно

 доставляется к судье или к иному должностному

лицу, уполномоченному законом осуществлять судебные функции, и 

имеет право на

судебное разбирательство в течение разумного срока

 или на 

освобождение

до суда

.

Освобождение может ставиться в зависимость от предоставления гарантий явки в суд;

— каждый, кто лишен свободы путем ареста или задержания, имеет право на разби-

рательство, в ходе которого суд безотлагательно решает вопрос о законности его за-
держания и выносит постановление о его освобождении, если задержание незаконно;

82

Раздел I. ПОНЯТИЕ И ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

— каждый, кто стал жертвой ареста или задержания в нарушение положений

настоящей статьи, имеет право на компенсацию» (курсив мой. — 

А.С

.).

Указанные положения Европейской конвенции частично реализованы в новом

УПК РФ. Так, в ст. 91 и 97 и ч. 1 ст. 108 УПК установлены основания для задержания
подозреваемого и меры пресечения — заключение под стражу

.

 После доставления

подозреваемого в орган дознания, к следователю или прокурору в достаточно корот-
кий срок — не более 3 часов, т.е. 

незамедлительно

, — составляется протокол задер-

жания, в котором делается отметка о том, что подозреваемому разъяснены его права.
При необходимости избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу
прокурор, а также следователь и дознаватель с согласия прокурора возбуждают 

перед

судом

 соответствующее ходатайство.

Тем не менее не все из названных положений обязательной для России Римской

конвенции нашли воплощение в новом Кодексе. Так, в случае заключения под стражу
подозреваемого 

обвинение

 может быть предъявлено ему в течение 10 суток (ст. 100).

Это вряд ли можно назвать незамедлительным сообщением арестованному «любо-
го предъявляемого ему обвинения». К сожалению, УПК РФ ни словом не упоминает
и о праве арестованного на судебное разбирательство в течение разумного срока или
на освобождение до суда

1

.

Не так решается данный вопрос в процессуальных системах, где данное право

реализовано в полной мере. Например, в Англии и Уэльсе предварительное заключение
с момента окончания полицейского задержания и до начала рассмотрения магистра-
тами вопроса о предании суду не может продолжаться дольше 70 дней и 112 дней —
с момента предания суду до начала судебного разбирательства; в Шотландии обвиня-
емый, содержащийся под стражей, должен быть освобожден, если на 110-й день не
было начато судебное рассмотрение его дела. В Нидерландах дело может быть рас-
смотрено судом, только если прокурор направит его в суд в течение 100 дней с начала
ареста. В США согласно акту «О скором судопроизводстве» (§ 3161—3174 разд. 18
Свода законов США) обвинительный акт должен быть предъявлен обвиняемому
в течение 30 дней со дня его ареста или первого вызова повесткой — в противном
случае дело должно быть прекращено.

2.

Неприкосновенность жилища

Неприкосновенность жилища — одно из конституционных личных прав челове-
ка. Оно состоит в том, что никто не имеет права проникать в жилище против воли
проживающих в нем лиц иначе как в случаях, предусмотренных федеральным
законом, или на основании судебного решения (ст. 25 Конституции РФ). При этом
предварительное получение государственными органами и должностными лица-
ми судебного разрешения на проникновение в жилище следует рассматривать как
общее правило. В уголовном процессе оно распространяется на проведение ос-
мотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц, обыска и выем-
ки в жилище (ст. 12 УПК). Недопустимо также самовольное, без разрешения суда,

1

 Этот недостаток частично восполнен в п. 12—14 постановления Пленума Верховного Суда

РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов
и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», в котором
рассматривается право обвиняемого.

ГЛАВА 4. ПРИНЦИПЫ СОСТЯЗАТЕЛЬНОГО УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

83

вторжение в жилище для производства любых других следственных действий (на-
ложения ареста на имущество, допроса и др.). Вместе с тем федеральным законом
могут быть предусмотрены исключения из этого правила, когда судебный кон-
троль за проведением указанных следственных действий является не предшеству-
ющим (перспективным), а последующим (ретроспективным). Так, в исключитель-
ных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска и выемки в жилище,
а также личного обыска не терпит отлагательства, указанные следственные дей-
ствия могут быть произведены на основании постановления следователя без по-
лучения предварительного судебного решения.  В этом случае следователь в тече-
ние 24 часов с момента начала производства следственного действия обязан
уведомить судью и прокурора о производстве следственного действия. Судья про-
веряет законность произведенного следственного действия и выносит постанов-
ление о его законности или незаконности. В случае если судья признает произве-
денное следственное действие незаконным, все доказательства, полученные в ходе
такого следственного действия, признаются недопустимыми (ч. 5 ст. 165 УПК).

3.

Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых,
телеграфных и иных сообщений

Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных
сообщений, т.е. 

тайна связи

, состоит в том, что информация о почтовых отправле-

ниях, телефонных переговорах, телеграфных и иных сообщениях, а также сами
эти отправления (сообщения) могут выдаваться только отправителям и адресатам
или их законным представителям (Федеральный закон от 09.08.95 г. «О почтовой
связи»). Следственные действия — наложение ареста на почтовые и телеграфные
отправления (бандероли, посылки или другие почтово-телеграфные отправления
либо теле- или радиограммы), их выемка, контроль и запись телефонных
и иных переговоров проводятся только на основании судебного решения. Указан-
ные следственные действия необходимо отличать от оперативно-розыскных ме-
роприятий — контроля почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений,
прослушивания телефонных переговоров, снятия информации с технических ка-
налов связи, которые, впрочем, проводятся также лишь по решению суда (п. 9—
11 ст. 6, ст. 9 Закона от 12.08.95 г. «Об оперативно-розыскной деятельности»).

4.

Охрана иных прав и свобод человека
и гражданина в уголовном судопроизводстве

Принцип охраны прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроиз-
водстве включает в себя следующие требования.
1. Обязанность суда, прокурора, следователя, дознавателя

 разъяснять права, обя-

занности, ответственность 

подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, граждан-

скому истцу, гражданскому ответчику, а также всем другим участникам уголовного
судопроизводства (ч. 1 ст. 11). Разъяснение должно производиться, во-первых, сразу
после ознакомления участника процесса с решением о признании за ним соответству-
ющего процессуального статуса, а во-вторых, при проведении конкретного следствен-
ного и иного процессуального действия с его участием — о правах и обязанностях
в ходе этого действия. Невыполнение лицом, ведущим процесс, этой обязанности мо-

84

Раздел I. ПОНЯТИЕ И ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

жет привести к аннулированию процессуального действия и признанию его результа-
тов юридически ничтожными. Неразъяснение судом, прокурором, следователем, до-
знавателем прав участникам процесса — физическим лицам, выступающим как на
стороне обвинения, так и стороне защиты, которые могут и не знать эти права, долж-
но рассматриваться как посягательство на принцип равенства сторон, основополага-
ющий для состязательного построения процесса.

2. Обязанность суда, прокурора, следователя, дознавателя 

обеспечивать

 возмож-

ности для осуществления своих прав участниками уголовного судопроизводства.

3. Принятие в случаях, предусмотренных законом (ч. 3 ст. 11), мер безопасности

в отношении потерпевшего, свидетеля или иных участников уголовного судопроиз-
водства, а также их близких родственников, родственников или близких лиц

.

 К про-

цессуальным мерам безопасности относятся следующие действия:

— невключение в протокол следственного действия данных о личности потер-

певшего, его представителя или свидетеля. В этом случае следователь с согласия про-
курора выносит постановление, в котором излагаются причины принятия решения
о сохранении в тайне этих данных, указывается псевдоним участника следственного
действия и приводится образец его подписи, которые он будет использовать в прото-
колах следственных действий, произведенных с его участием (ч. 9 ст. 166);

— контроль и запись телефонных и иных переговоров при наличии угрозы со-

вершения насилия, вымогательства и других преступных действий в отношении по-
терпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц
(ч. 2 ст. 186);

— предъявление лица для опознания в условиях, исключающих визуальное на-

блюдение опознающего опознаваемым (ч. 8 ст. 193);

— рассмотрение дела в закрытом судебном заседании (п. 4 ч. 2 ст. 241);
— допрос свидетеля в судебном заседании без оглашения подлинных данных

о личности свидетеля в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля
другими участниками судебного разбирательства, о чем суд выносит определение или
постановление (ч. 5 ст. 278).

4. Обязанность возмещения вреда, причиненного лицу в результате нарушения

его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголов-
ное преследование (гл. 18).

5. Обязанность рассмотрения в установленном уголовно-процессуальным зако-

ном порядке жалоб на действия (бездействие) и решения органа дознания, дознавате-
ля, следователя, прокурора и суда (гл. 16).

§ 13.

ЗАКОННОСТЬ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Принцип законности — общеправовое начало, которое требует неукоснительно-
го исполнения законов всеми органами государства, должностными лицами
и гражданами. Это положение означает, во-первых, 

общеобязательность,

 а во-вто-

рых, 

верховенство закона

. Согласно уголовно-процессуальному законодательству Рос-

сии верховенство закона в уголовном судопроизводстве состоит в следующем:
— единственными законами, которые могут быть источником уголовно-процессу-

ального права, являются УПК РФ и Конституция РФ, на которой этот Кодекс основан;

ГЛАВА 4. ПРИНЦИПЫ СОСТЯЗАТЕЛЬНОГО УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

85

— суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе приме-

нять федеральный закон, противоречащий УПК. Установив в ходе производства по
уголовному делу несоответствие федерального закона или иного нормативного пра-
вового акта УПК, суд принимает решение в соответствии с Кодексом (ч. 1, 2 ст. 7
УПК). Однако следует иметь в виду, что нормы УПК не имеют приоритета над Кон-
ституцией и конституционными федеральными законами, напротив, не могут им про-
тиворечить (ч. 1 ст. 15, ч. 3 ст. 76 Конституции РФ). Рассмотрев этот вопрос, Консти-
туционный Суд РФ признал приоритет федеральных конституционных законов над
УПК, ч. 1 и 2 ст. 7 которого распространяются лишь на случаи, когда положения иных
федеральных законов, 

непосредственно регулирующие порядок производства по уго-

ловным делам

, противоречат УПК. Если же в ходе производства по уголовному делу

будет установлено несоответствие между федеральным конституционным законом
(либо ратифицированным международным договором РФ) и УПК (который является
обычным федеральным законом), применению подлежит именно федеральный кон-
ституционный закон или, соответственно, международный договор РФ как облада-
ющие большей юридической силой по отношению к обычному федеральному закону

1

.

Однако помимо общеправового значения данного принципа он обладает в уго-

ловном судопроизводстве также специфическим процессуальным содержанием. Его
роль существенно различается в зависимости от того типа, к которому принадлежит
процесс. В розыскном судопроизводстве законность как требование неуклонного ис-
полнения нормативных предписаний законодателя была единственной движущей си-
лой процесса. Напротив, состязательное судопроизводство движется вперед не без-
личной волей закона, а усилиями, спором сторон. Цель неуклонного соблюдения
предписаний закона здесь иная, чем в розыскном производстве,— это не движение
процесса, а 

создание условий для справедливого состязания сторон. 

Поэтому, на наш

взгляд, принцип законности в состязательном судопроизводстве равнозначен поня-
тию 

справедливой судебной процедуры

.

Справедливость состязательного процесса оп-

ределяется в первую очередь соблюдением 

принципов-максимов

 — равенства сторон

и независимости суда.

Равенство сторон и независимость суда в совокупности есть «несущая конструк-

ция» состязательного процесса, ядро его принципа законности. Отступления от этих
начал способны серьезно пошатнуть все здание правосудия и должны квалифициро-
ваться как 

существенные 

процессуальные нарушения режима законности. Их нару-

шение делает состязание несправедливым, а потому незаконным. Полученные при
этом доказательства должны быть признаны юридически ничтожными, процессуаль-
ные решения подлежат отмене, а результаты процессуальных действий — аннулиро-
ванию. Это, конечно, не означает, что нарушения других принципов состязательного
процесса — публичности, истины, непосредственности оценки доказательств, глас-
ности и др. — всегда не существенны, а потому на них можно не обращать внимания.
Институционные принципы логически выводятся из принципов-максимов, являются
их условиями или следствиями. Поэтому их нарушения каждый раз также ставят под
сомнение законность процесса. Однако, как мы уже говорили ранее, эти принципы не

1

 См. Постановление Конституционного Суда РФ от 29.06.2004 № 13-П «По делу о проверке

конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального
кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы» //
Российская газета. 07.2004 г.