Файл: 364-_Ugolovny_protsess_Smirnov_A_V_Kalinovskiy.pdf

212

Раздел III. ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И ДОКАЗЫВАНИЕ

тайну, могут быть предоставлены сведения, составляющие государственную тайну,
без проведения в отношении них каких-либо проверочных мероприятий (ст. 21 Зако-
на РФ от 21.06.93 г. «О государственной тайне»). Они предупреждаются о неразгла-
шении государственной тайны, ставшей им известной в связи с исполнением ими
своих полномочий, и о привлечении их к ответственности в случае ее разглашения,
о чем у них отбирается подписка. Однако согласно ст. 11 Федерального закона от
20.02.95 г. «Об информации, информатизации и защите информации» не допускают-
ся сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни,
а равно информации, нарушающей личную тайну, семейную тайну, тайну переписки,
телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений физического лица
без его согласия, кроме как на основании судебного решения. Поэтому предоставле-
ние адвокатам по их запросам документов, содержащих названные сведения, возмож-
но только при условии дачи на это согласия лица, которого касаются эти сведения.

Фиксация сведений, полученных защитником, а также обстоятельств обнаруже-

ния или получения им предметов и документов может производиться в письменной
форме (например, письменное оформление результатов опроса в виде объяснений),
путем видео- и звукозаписи, привлечения свидетелей и специалистов.

Получаемые защитником предметы и документы, иные сведения должны отве-

чать требованиям допустимости доказательств. Так, должен быть известен, зафикси-
рован и проверяем их первоисточник; они должны быть получены только тем защит-
ником, который допущен к участию в данном уголовном деле; лица, у которых
получены сообщения в порядке опроса, должны быть информированы о том, что
эти данные необходимы для оказания юридической помощи и представления в каче-
стве судебных доказательств. Опрос лиц производится только с их согласия. Адвокат
не вправе опрашивать уже допрошенных дознавателем, органом дознания, следова-
телем или судом лиц с целью склонить их к отказу от показаний или их изменению.
Защитник не может производить или использовать результаты негласных действий,
которые можно квалифицировать как оперативно-розыскные, поскольку право на про-
ведение оперативно-розыскной деятельности в силу ст. 13 Федерального закона
«Об оперативно-розыскной деятельности» принадлежит только подразделениям оп-
ределенных государственных органов.

Подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец, граж-

данский ответчик и их представители не могут собирать непосредственно 

доказа-

тельства.

 Они вправе собирать и 

представлять 

письменные документы и предметы

для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств (ч. 2 ст. 86 УПК).
Таким образом, эти участники судопроизводства собирают не доказательства, а толь-
ко предметы и документы, которые могут быть лишь представлены ими дознавателю,
органу дознания, следователю, суду, которые и решают вопрос о возможности приоб-
щения их к материалам уголовного дела в качестве доказательств.

Проверка доказательств,

 так же как и их собирание, является необходимым эле-

ментом процесса доказывания. Способами проверки доказательств, как следует из
содержания ст. 87, признаются: а) сопоставление проверяемых доказательств с други-
ми доказательствами, б) установление источников доказательств, в) получение иных
доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. По
смыслу данной нормы целью проверки доказательств является подтверждение или
опровержение проверяемого доказательства. Следует иметь в виду, что достижение

ГЛАВА 7. ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И ДОКАЗЫВАНИЕ

213

этой цели невозможно также без помощи 

оценки

 доказательств, т.е. мыслительной

логической деятельности, которая рассматривается как отдельный элемент процесса
доказывания (ст. 88). Поэтому проверку доказательств необходимо отличать от их
оценки, хотя они сопутствуют друг другу и могут осуществляться практически одно-
временно. Так, сопоставление доказательств может, на наш взгляд, осуществляться
как средствами проверки, так и оценки. Если речь идет о физическом сопоставлении
предметов (например, при их осмотре, в ходе экспертного исследования следов, образ-
цов почерка), имеет место проверка доказательств. Когда же сопоставление сведений
имеет мысленный характер, следует говорить об оценке. Мысленное сопоставление
может иметь место как при физическом сопоставлении предметов (как отражение это-
го процесса в сознании субъекта доказывания), так и вне его (в ходе оперирования
мысленными образами предметов, логического анализа показаний  и т.д.) Непосред-
ственная задача

собственно проверки доказательств состоит в том, чтобы обеспечить

условия для их оценки в 

совокупности

. При этом совокупность доказательств может

пониматься не только как их общая совокупность, позволяющая проверить все доказатель-
ства, собранные по данному делу, но и как совокупность доказательств в пределах их
локальных 

проверочных

комплексов

, создающая условия для проверки отдельных дока-

зательств. Например, показания свидетеля о том, что он слышал голоса людей, кото-
рые кричали друг на друга, могут быть проверены совокупностью доказательств, под-
тверждающих, что с того места, где находился свидетель, действительно можно было
слышать голоса людей, разговаривающих на повышенных тонах; что данный свиде-
тель обладает нормальным слухом; что он не заинтересован в исходе данного дела.
Комплекс названных доказательств позволяет прийти к достаточно обоснованному выво-
ду, что показания свидетеля о том, что он слышал, соответствуют действительности
и им можно доверять. Таким образом, задачей проверки доказательств является фор-
мирование совокупности доказательств, достаточной для вывода об их достоверности.

В статье 87 говорится, в частности, о проверке доказательств путем «

установле-

ния»

 их источников. Однако если источник сведений неизвестен, сведения не признают-

ся доказательствами. Так, не могут быть допущены в качестве доказательств показа-
ния потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также
показания свидетеля, который не может указать 

источник

 своей осведомленности (п. 2

ч. 2 ст. 75). Поэтому названное положение следует понимать в том смысле, что при
неизвестности или неопределенности источника полученных сведений или их проис-
хождения необходимо восполнять этот недостаток путем собирания дополнительных
доказательств.

В ряде случаев закон предполагает или прямо устанавливает определенную по-

следовательность действий по проверке доказательств. К числу таких случаев отно-
сятся проверка:

— производных доказательств путем получения доказательств первоначальных,

если последние достижимы;

— ранее полученных показаний нескольких лиц, в которых имеются существен-

ные противоречия, путем проведения между ними очной ставки (ст. 192);

— показаний свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого об опо-

знании ими данного лица или предмета с помощью их предварительного допроса об
обстоятельствах, при которых они наблюдали это лицо или предмет, а также о приме-
тах и особенностях, по которым они могут его опознать (ст. 193);

214

Раздел III. ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И ДОКАЗЫВАНИЕ

— имеющихся в деле доказательств, указывающих на причины смерти или вред,

причиненный здоровью; вызывающих сомнение относительно вменяемости или спо-
собности подозреваемого, обвиняемого самостоятельно защищать свои права и за-
конные интересы в уголовном судопроизводстве и другие обстоятельства, указанные
в ст. 196, — путем обязательного проведения судебной экспертизы;

— заключения эксперта в случаях его недостаточной ясности или полноты путем

проведения дополнительной экспертизы (ч. 1 ст. 207);

— заключения эксперта в случаях возникновения сомнений в обоснованности

заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов по
тем же вопросам путем проведения повторной экспертизы (ч. 2 ст. 207).

Неприменение указанных процедур влечет за собой признание полученного

доказательства недопустимым либо оставляет неустранимые сомнения в их до-
стоверности. Например, не имеют доказательственного значения результаты опозна-
ния, если не был проведен предварительный допрос опознающего о приметах и при-
знаках, по которым он собирается опознавать объект.

Оценка доказательств

 — элемент процесса доказывания, состоящий в мысли-

тельной (логической) деятельности по определению относимости, допустимости и до-
статочности доказательств для принятия того или иного процессуального решения.
Оценка сопровождает весь процесс собирания и проверки доказательств — в этом
случае говорят о 

текущей оценке

 доказательств. Однако оценка приобретает харак-

тер самостоятельного этапа

доказывания, когда на основании совокупности собран-

ных доказательств она служит определению наличия или отсутствия оснований для
принятия процессуальных решений. Это 

итоговая оценка

 доказательств.

Оценка доказательств имеет процессуальную форму, которая имеет либо обоб-

щенный вид изложения в процессуальных решениях сделанных на ее основе выво-
дов, либо, в установленных законом случаях, — самого процесса обоснования этих
выводов, тогда оценка приобретает вид 

мотивировки 

процессуального решения. За-

кон предъявляет к мотивировке процессуальных решений требования 

полноты 

и 

не-

противоречивости.

 Полнота заключается в том, что из обоснования выводов о нали-

чии или отсутствии обстоятельств дела не должно исключаться ни одно из собранных
по делу доказательств. В случае признания тех или иных доказательств недоброкаче-
ственными следователь, дознаватель, прокурор и суд обязаны указать в своем итого-
вом решении (обвинительном заключении или акте, решении о прекращении дела
или уголовного преследования, приговоре и т.д.), почему они принимают одни из до-
казательств и отвергают другие. Так, если в приговоре суда сказано, что суд доверяет
показаниям потерпевшего и свидетеля обвинения и считает их правдивыми, он дол-
жен указать, по каким именно основаниям суд принял эти показания и отверг проти-
воречащие им показания подсудимого. При этом недостаточно мотивированной
является лишь ссылка на то, что, отрицая вину, подсудимый пытается уйти от ответ-
ственности, поскольку это не может заменить содержательной оценки доказательств.
Обстоятельства,  признанные установленными на основе доказательств и указанные
в одном и том же процессуальном акте, не должны также противоречить друг другу
или исключать друг друга. Такой дефект будет иметь место, если, например,
в резолютивной части приговора суда лицу, обвиняемому в разбойном нападении,
вменяется применение насилия опасного 

для жизни

 и здоровья, хотя в описательной

части приговора суд соглашается с заключением судебно-медицинского эксперта, что

ГЛАВА 7. ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И ДОКАЗЫВАНИЕ

215

потерпевшему был причинен лишь легкий вред здоровью, и не приводит доказательств
о том, что потерпевший каким-либо иным образом был поставлен обвиняемым в опас-
ное для жизни состояние.

Мотивировка принимаемых решений, заявленных ходатайств, позиций сторон,

излагаемых в судебных прениях, выступает как 

доказывание-обоснование

.

Оценка доказательств имеет свое содержание, или направления, под которыми

следует понимать 

относимость, допустимость, достоверность 

и

 достаточность

доказательств.

Относимость и допустимость доказательств 

были рассмотрены в § 3 насто-

ящей главы.

Достоверность доказательств

 — это представление об истинности заключа-

емых в них сведений. Критерием истины может служить только опыт, практика. По-
этому достоверным знанием об обстоятельствах дела может считаться только такой
вывод, в отношении которого не возникает, пользуясь удачным выражением англо-
саксонской процессуальной доктрины, 

разумных сомнений

,

другими словами, отсут-

ствуют исключения из общественного практического опыта, и в первую очередь из
опыта, сосредоточенного в совокупности собранных по делу доказательств

1

. Досто-

верность, основанная на доказательствах, есть 

доказанность

 обстоятельств дела.

Достаточность доказательств 

определяется в ч. 1 ст. 88 как достаточность всей

собранной по делу совокупности доказательств для разрешения уголовного дела.
Однако достаточность доказательств не всегда равнозначна доказанности (достовер-
ности установления) события преступления, виновности лица в его совершении
и других обстоятельств, подлежащих установлению по уголовному делу. Так, доста-
точными для прекращения уголовного дела могут быть такие доказательства, кото-
рые оставляют 

сомнения

 в наличии события преступления или виновности лица в его

совершении. Достаточность доказательств определяется в случае вынесения не толь-
ко итоговых решений по делу, но и ряда промежуточных актов. Например, для приня-
тия постановления о возбуждении уголовного дела может быть достаточно уже такой
совокупности доказательств, которая указывает на реальную вероятность события пре-
ступления. Понятие достаточности доказательств совпадает с понятием пределов до-
казывания (см. § 2 настоящей главы).

Наряду с содержанием (направлениями) оценки доказательств закон устанавли-

вает 

принцип свободной оценки доказательств

, или 

оценки доказательств по внут-

реннему убеждению

. Согласно ч. 1 ст. 17 судья, присяжные заседатели, а также про-

курор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему
убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказа-
тельств, руководствуясь при этом законом и совестью.

 Внутреннее убеждение

 есть

полная уверенность субъекта оценки доказательств относительно достоверности по-
лученных выводов. Однако эта уверенность должна основываться не на отвлеченном
мнении, а на оценке каждого из доказательств и всей их 

совокупности 

в целом. Указа-

ние о том, что доказательства оцениваются в совокупности, не равнозначно тому, что
значение имеет лишь общее впечатление, которое произвели исследованные доказа-

1

 В английском процессе в качестве критерия доказанности обвинения используется выраже-

ние «вне разумного сомнения» 

(beyond a reasonable doubt)

. По сути, это требование достоверности,

а не вероятности знания, как иногда полагают (см., например: 

Строгович М.С

. Материальная исти-

на и судебные доказательства в советском уголовном процессе. С. 44).

216

Раздел III. ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И ДОКАЗЫВАНИЕ

тельства на судью, присяжного заседателя и др. Оценить доказательства в совокупно-
сти — значит не упустить ни одного из них.  В описательно-мотивировочной части
приговора суд в силу данного принципа обязан дать оценку всем исследованным им
доказательствам и указать, почему он принимает за основу своего решения одни из
доказательств и почему отвергает другие (п. 2 ст. 307). Данный принцип предполага-
ет запрет суду, присяжным заседателям, следователю, дознавателю, прокурору при-
нимать во внимание при оценке доказательств какие-либо посторонние мнения лиц,
не участвующих в процессе, а равно не основанные на доказательствах утверждения
сторон и иных участников судопроизводства. Кроме того, этот принцип направлен на
обеспечение самостоятельности суда по отношению к законодателю, не имеющему
права принимать законы, в которых различным видам доказательств придавалась бы
разная, заранее установленная сила. В ч. 2 ст. 17 по этому поводу сказано: «Никакие
доказательства не имеют заранее установленной силы». То есть названный принцип
запрещает формальную (легальную) систему доказательств в уголовном процессе,
в соответствии с которой каждому виду доказательств закон придавал бы определен-
ную и неравную силу.

Руководствоваться при оценке доказательств законом — значит учитывать нор-

мы уголовно-процессуального права относительно 

допустимости

 доказательств. Часть 1

ст. 17 УПК требует также руководствоваться при оценке доказательств не только
законом, но и 

совестью. 

В УПК РСФСР (ст. 71) говорилось о необходимости в подоб-

ных случаях руководствоваться 

правосознанием, 

т.е. знаниями субъекта о праве и его

отношением к нему. Очевидно, требование нового УПК руководствоваться при оцен-
ке доказательств совестью учитывает особенности оценки доказательств присяжны-
ми заседателями, которые, как правило, не сведущи в законах, а потому могут испы-
тывать затруднения при необходимости оценивать доказательства по правосознанию.
Вместе с тем, на наш взгляд, формулировка УПК РСФСР была более удачной, ибо, по
сути, являлась основанием для применения в уголовном процессе аналогии закона
и аналогии права в тех ситуациях, когда необходимо было с помощью правосознания
восполнить пробел в законе. Сделать же это с помощью такой сугубо нравственной
категории, как совесть, затруднительно, так как это чревато отступлениями не только
от закона, но и от общих правовых принципов в пользу разнообразных этических
представлений.

§ 6.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ В ДОКАЗЫВАНИИ РЕЗУЛЬТАТОВ
ОПЕРАТИВНОРОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Оперативно-розыскные мероприятия (деятельность)

 — это вид деятельности,

осуществляемой гласно и негласно уполномоченными на то законом оператив-
ными подразделениями соответствующих государственных органов. Исчерпы-
вающий перечень оперативно-розыскных мероприятий установлен в ст. 6 Феде-
рального закона от 05.07.95 г. «Об оперативно-розыскной деятельности». Согласно
ст. 89 УПК результаты оперативно-розыскной деятельности 

запрещены

 для ис-

пользования в процессе доказывания, если они не отвечают требованиям, предъяв-
ляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом. Однако в ч. 2 ст. 11
Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» содержится формально про-
тивоположная норма, согласно которой результаты оперативно-розыскной