Файл: 346.doc

Поэтому если мы сразу начнем изучение преступности на макроуровне, то либо утонем в море бесчисленных фактов и связей, либо не сможем уйти дальше общих поверхностных рассуждений вроде «издержек воспитания», недостатков и упущений в организации досуга, в деятельности правоохранительных органов и т. д. Для успешной борьбы с преступностью нужна не общая констатация наличия недостатков (они были и будут в работе любых органов), а установление того, какие именно недостатки, в каких регионах, при каких условиях, воздействуя на каких лиц, приводят к преступному результату, и что нужно сделать, чтобы это взаимодействие стало некриминогенным.

Преступность–это сложная система. «Образующие преступность как целое отдельные преступления и группы преступлений, соотносящиеся с ним как части, связаны между собой многими нитями. Их выявление – важнейшая задача криминологической науки»¹¹²,– пишет И. С. Ной.

Только при помощи комплексного исследования личности преступников (в том числе и несовершеннолетних с психическими аномалиями) мы со знанием дела сможем выйти на макроуровень и понять, какие факторы имеют большое значение, а какие меньшее. В противном случае, изучая преступность «вообще» без изучения личности преступников, мы либо совсем не сможем отделить главные факторы от второстепенных и пойдем на поводу у пресловутой теории факторов, либо выделим их чисто умозрительно. Поэтому в целях профилактики преступлений необходимо всестороннее изучение связи биологических и социальных факторов в детерминации преступного поведения. «Вряд ли есть основания думать, – заметил А. Р. Лурия, – что в сознательной деятельности человека существуют «чисто биологические» процессы, которые не подвергались бы влияниям общественных форм жизни. Так, же мало оснований считать, что существуют формы сознательной деятельности (всегда осуществляющейся мозгом), которые не находились бы в зависимости от ряда естественных законов, полностью сохраняющих свое значение у человека»¹¹³. Особенно недопустима недооценка требований комплексного подхода при изучении преступности психически неполноценных, концентрирующей в себе два негативных процесса – преступность и психическую неполноценность, одинаково наносящих ущерб делу воспитания человека социалистического общества.

Глава II

КОМПЛЕКСНОЕ ИЗУЧЕНИЕ И ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПРЕСТУПНОСТИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ С ПСИХИЧЕСКИМИ АНОМАЛИЯМИ

Количественному и качественному разнообразию причин преступности социалистическое государство и общество противопоставляют дифференцированную систему мер, направленных на искоренение этих причин¹¹⁴. В криминологии их принято разделять на меры общего, специально-криминологического и индивидуального характера¹¹⁵.

К общим мерам относят те, которые направлены на совершенствование деятельности нашего государства, хозяйственного и социального регулирования, укрепление правопорядка и законности, развитие законодательства, все более широкое вовлечение общественности в управление государственными делами.

К мерам специально-криминологического характера относят улучшение деятельности органов милиции, прокуратуры и судов, повседневное изучение состояния преступности, планирование мер борьбы с нею, устранение обстоятельств, способствующих совершению преступлений, обобщение и анализ правоприменительной деятельности.

К мероприятиям индивидуального характера относят контроль за лицами, склонными к совершению правонарушений, а также те меры, которые принимаются по конкретным преступлениям или по иным антиобщественным деяниям.

В юридической литературе и на практике существует также понятие профилактики преступлений, под которым понимается деятельность органов внутренних дели общественных организаций, направленная на выявление и устранение причин конкретных преступлений и обстоятельств, способствующих формированию антиобщественной направленности конкретной личности¹¹⁶.

В сущности, профилактика - это та же предупредительная деятельность. Поэтому попытки представить профилактику как нечто отличное от предупреждения преступности есть схоластическое теоретизирование. На наш взгляд, нужно согласиться с тем, что термины «предупреждение», «профилактика» и «предотвращение» преступности следует применять как взаимозаменяющие¹¹⁷.

Все меры предупреждения преступности только тогда дадут наибольший эффект, когда они будут применяться одновременно, в тесном единстве и в то же время дифференцирование, применительно к конкретным регионам, к конкретному типу преступников. «В современных условиях, – пишет В. Г. Алексеева. – все большее значение для повышения эффективности воспитания приобретает учет особенностей того контингента, с которым ведется воспитательная работа, и тех условий, в которых она происходит»¹¹⁸.

Важную роль в деле предупреждения преступности несовершеннолетних с психическими аномалиями должно сыграть всестороннее изучение и предупреждение самих психических аномалии (особенно тех, которые отличаются наибольшей криминогенностью), выявление процессов и явлений, обусловливающих возникновение аномалий, и нейтрализация негативных влияний.

Большие возможности в изучении и предупреждении психических аномалий открываются в связи с новейшими достижениями генетики в области управления жизнедеятельностью клетки, сущность которого заключается в искусственном синтезе генов и введении их в клетку с тем, чтобы придать ее жизнедеятельности целенаправленный характер¹¹⁹. Возможность целенаправленного изменения кода наследственной информации человека уже не отрицается современными учеными, вопрос состоит лишь в том, чтобы достижения «генной инженерии» не были обращены по вред социальному процессу и гуманистическим идеалам¹²⁰. Думается, что в перспективе изменение наследственной информации, отягченной психическим заболеванием или наследственным предрасположением центральной нервной системы к психической неполноценности, с социальной и гуманистической точек зрения вполне оправдано. «Ликвидация наследственных болезней, – пишет Л. Е. Обухова, – путем замены больных и поврежденных генов на здоровые и нормальные, исправление врожденных дефектов посредством «микрохирургических» операций на наследственной массе – основная цель биохимических изысканий. Все это позволяет оптимистически смотреть на ближайшую возможность исправления определенных нежелательных наследственных отклонений и предрасположений с помощью специальной терапии генетических факторов»¹²¹. Однако это – мероприятие будущего. К тому же не все психические аномалии имеют чисто наследственное происхождение.

Предупреждение преступности психически неполноценных несовершеннолетних должно включать в себя и медицинскую профилактику.

В настоящее время необходимо вести наступательную работу по выявлению лиц, имеющих психические аномалии, и оказанию им психиатрической помощи. Особое внимание следует обращать на несовершеннолетних, совершающих антиобщественные поступки. По нашему мнению, каждого несовершеннолетнего, совершившего антиобщественный поступок, следует подвергать тщательному психиатрическому обследованию. Это в значительной мере снизит удельный вес латентной неполноценности среди несовершеннолетних преступников, Между тем, на судебно-психиатрическую экспертизу, как отмечалось выше, пока ежегодно направляется не более 10% несовершеннолетних, совершивших преступления. Следует также проводить систематические психиатрические обследования лиц, находящихся в местах лишения свободы, и применять к ним меры с учетом особенностей их психики.

Естественно, возникает вопрос: целесообразно ли применение по отношению к лицам, страдающим психическими аномалиями, такой же карательной политики, как и в отношении психически нормальных преступников? «Весьма важно выяснить, – указывает Н. А. Щелоков, – когда и в каких условиях кара перестает выполнять свою воспитательную функцию и уже не исправляет, а усиливает деформацию личности»¹²².

На наш взгляд, возможности кары выполнять воспитательные функции в отношении несовершеннолетних, страдающих психическими аномалиями, весьма ограничены. И хотя судебными психиатрами эти лица признаются либо невменяемыми, либо полностью вменяемыми, однако это является не результатом научных достижений психиатрии, а следствием несовершенства уголовного законодательства, которое зачастую ставит психиатров в затруднительное положение, обязывая лишь утвердительно или отрицательно отвечать на вопрос о вменяемости человека, хотя порою безоговорочно ответить на этот вопрос не представляется возможным. Например, из клиники олигофрении известно, что характерные для страдающих этой аномалией конкретность мышления, неспособность полностью ориентироваться в сложных ситуациях и т. д. не позволяют им полностью представлять ближайшие и конечные результаты своих действий. Психопаты хотя и предвидят отдаленные результаты своих действий и полностью осознают свое поведение, но вряд ли можно считать, что они в состоянии полностью руководить собой, поскольку, их деятельность детерминируется не только социальными условиями, но и биологической неполноценностью.

Говоря о психически неполноценных несовершеннолетних преступниках, следует прежде всего иметь в виду, что это не столько преступники, в собственном смысле этого слова, сколько психически ненормальные личности, что они по-иному воспринимают окружающую действительность, чем нормальные люди, у них несколько иные потребности, мотивы, идеалы, цели, стремления. В связи с этим представляется существенным недостатком уголовного законодательства отсутствие института уменьшенной вменяемости. На наш взгляд, следует дополнить Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик статьей, в которой содержались бы основания признания лица уменьшенно вменяемым, а также имелось указание, что к лицу, совершившему преступление в состоянии уменьшенной вменяемости, наряду с наказанием применяются специальные меры медико-воспитательного характера. Такая позиция уже нашла отражение в современной литературе¹²³, а также в уголовном законодательстве ряда зарубежных социалистических стран (§ 21 УК ВНР, § 16 УК ГДР, ст. 25 УК ПНР).

В нашей стране институт уменьшенной вменяемости находил абсолютное признание в 20-е гг. Хотя самого термина «уменьшенная вменяемость» в законодательстве тех лет не содержалось, однако для научных и практических работников было само собой разумеющимся существование в действительности самого состояния уменьшенной вменяемости. Направлявшиеся на судебно-психиатрическую экспертизу лица с определенными дефектами психики нередко признавались уменьшенно вменяемыми. Так, из числа направленных в Институт судебной психиатрии им. проф. В. П. Сербского было признано уменьшенно вменяемыми в 1922 г, - 29,3%, в 1923–30,9%, в 1925–8,5%¹²⁴. В свою очередь, теоретики уголовно-правовой науки усматривали в тех или иных замечаниях, оговорках в тексте уголовного законодательства прямое указание на состояние уменьшенной вменяемости. В частности, указание законодателя на то, что следует особо подходить к тем лицам, которые совершили преступление «по невежеству и несознательности», «явной несознательности», «малой политической сознательности», расценивалось как прямое указание на состояние уменьшенной вменяемости, поскольку таковое может быть и следствием патологического состояния нервно-психической сферы¹²⁵. Спорили лишь о том, следует или не следует вводить в уголовное законодательство сам термин «уменьшенная вменяемость», охватывается или не охватывается это понятие понятием «вменяемость», то есть о терминологической стороне вопроса, однако существование уменьшение вменяемых и необходимость особого подхода к ним при назначении и исполнении наказания ни у кого из ученых и практиков не вызывали сомнений.

При назначении наказания наличие психической аномалии учитывалось как смягчающее вину обстоятельство, при этом к лицам, совершившим преступление в состоянии уменьшенной вменяемости, наряду с наказанием применялись меры медицинского характера. В работе пенитенциарных учреждений принимали активное участие врачи-психиатры и психологи, рекомендации которых учитывались при группировке осужденных по режимам содержания, по камерам. Она проводилась исходя из особенностей их психики, что способствовало созданию наиболее оптимального социально-психологического микроклимата для осужденных. Кроме того, врачи-психиатры систематически проводили работу по выявлению среди осужденных лиц, страдающих психическими аномалиями, и направляли их в случае необходимости в специальные психиатрические учреждения для проведения курса лечения¹²⁶. Особое внимание медики уделяли несовершеннолетним правонарушителям. В штате каждого труддома был врач-терапевт и врач-психиатр¹²⁷, и содержание воспитанников труддомов по режимам производилось только с учетом мнения психиатра¹²⁸.

Однако тогда уже ученые и практики видели, что и эти меры являются недостаточно эффективными для предупреждения преступности психически неполноценных, и предлагали организовать для них (особенно для несовершеннолетних) специальные пенитенциарные учреждения, где осуществлялось бы действительно комплексное медико-педагогическое воздействие на таких лиц¹²⁹.

Это воззрение нашло отражение в первом ИТК РСФСР 1924 г., в ст. 46 которого предусматривалось создание колонии для психически неуравновешенных»¹³⁰. Однако данный вопрос не получил должного разрешения на практике, поскольку, начиная с 1929 г., в криминологии прочно утвердились вульгарно-социологические теории причин преступности, что обусловило и соответствующие оргвыводы: психиатры были отлучены от криминологии, а также от уголовно-правовой и исправительно-трудовой науки¹³¹. Не представляются обоснованными и соответствующие изменения, происшедшие в рассматриваемый период и в законодательстве. Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 апреля 1935 г. «О мерах борьбы с преступностью несовершеннолетних» была изменена ст. 8 Основных начал Уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г., предусматривавшая применение к несовершеннолетним преступникам мер медико-педагогического воздействия и в отношении несовершеннолетних было установлено исключительно уголовное наказание¹³². В дальнейшем особенности неполноценной психики при назначении и исполнении наказания практически в расчет не принимались.

К сожалению, такой подход к психически неполноценному полностью не преодолен и по сегодняшний день. На практике суды не всегда учитывают психическую неполноценность в качестве смягчающего обстоятельства при назначении наказания¹³³. Также и отбывание наказания этими осужденными происходит в условиях, не содержащих необходимых элементов профилактики их преступного поведения.