ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 23.01.2021
Просмотров: 3327
Скачиваний: 8
При этом как бы не замечалось, что после разоблачения Сталина престиж Советского Союза был подорван, он перестал рассматриваться как носитель абсолютной истины в вопросах создания нового общества. Об этом свидетельствовали конфликты с Союзом коммунистов Югославии, Китаем и КПК.
Развитие событий не раз ставило СССР в ситуацию острой конфронтации с США. Так было в 1956 г. во время венгерских событий и Суэцкого кризиса. Вершиной этой конфронтации стал Карибский кризис 1962 г. Мир оказался на волоске от ядерного конфликта. Великие державы подошли к краю пропасти, но сумели вовремя остановиться. В 1963 г. СССР и США поставили свои подписи под договором о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, под водой и в космосе. Был сделан первый шаг на долгом пути к запрещению ядерного оружия.
И все же атмосфера непреодоленной «холодной войны», недоверие к политике США и их союзников побуждали руководство принимать меры по наращиванию оборонного потенциала страны. Достижение военного паритета с США оставалось одной из глобальных целей государственной политики, потребовавшей огромных экономических и политических усилий.
В десятилетие Хрущева разрушить «железный занавес» не удалось. Традиция конфронтации с противоположной системой сохранилась. Она оборачивалась тяжким бременем гонки вооружений, изоляционизмом, обрекавшим страну на отставание от Запада, на слишком медленные сдвиги в сфере социальной политики, что не позволяло эффективно решать проблемы повышения уровня и качества жизни советских людей.
И тем не менее при Хрущеве, несмотря на многие трудности, производительные силы страны вышли на новый уровень развития. Расширялась металлургическая база СССР, быстро развивалось машиностроение. Велись работы по созданию единой энергетической системы в европейской части СССР. Увеличилась протяженность железных дорог, росла их пропускная способность. С 1957 г. было прекращено производство паровозов, осуществлялся переход железнодорожного транспорта на электрическую и тепловую тягу. В среднем в год в строй вступало около 800 промышленных предприятий. Рывок в развитии сделала химическая промышленность.
В хрущевское десятилетие заметно повысился уровень жизни советского народа. Увеличилась зарплата (в среднем на 35 %), выросли доходы населения из общественных фондов потребления. Был завершен перевод всех рабочих и служащих на 7-часовой рабочий день. В два раза и более были повышены размеры пенсий подавляющему большинству пенсионеров. В 1964 г. впервые были введены пенсии колхозникам. В соответствии с принятым решением началось широкое жилищное строительство. За годы семилетки (1959-1965) жилищный фонд страны вырос на 40 %.
Казалось, экономическая политика 50-х - первой половины 60-х годов полностью учитывала потребности НТР. Научные достижения в некоторых отраслях были впечатляющими. Атомная энергетика, ракетостроение, освоение космического пространства принесли заслуженное признание советской науке и технике.
Однако попытки, опираясь на командно-административные методы, широко внедрить достижения НТР в сферу производства оказались малоэффективными. Низкая результативность этих методов проявилась уже в конце 50-х годов и выразилась в падении роста производительности труда.
Весь последующий опыт развития страны в 60-70-е годы показал, что преодолеть тенденцию к запаздывающему развитию в сфере научно-технического прогресса, обозначившуюся в конце 50-х годов, на основе командных методов было невозможно. Сложившаяся в народном хозяйстве система экономических отношений оказалась невосприимчивой к достижениям научно-технического прогресса, а попытки решать данную проблему в рамках чрезмерно централизованной системы продемонстрировали свою бесплодность.
В 1962-1964 гг. условия жизни населения страны ухудшились, что выразилось в повышении цен на продукты питания, росте налогов, ограничении размеров приусадебных участков у колхозников. Однако любые проявления социального недовольства сурово преследовались. В 1962 г. войска разогнали демонстрацию рабочих в Новочеркасске. В духовной сфере вновь восстанавливался жесткий контроль со стороны политического руководства страны.
Устав от изобретательных, но не всегда удачных попыток Хрущева создать процветающую державу, страна с пониманием отнеслась к стремлению нового руководства, пришедшего на его смену в октябре 1964 г., обеспечить стабильность и порядок, не догадываясь о том, что еще через десятилетие наступит полоса штиля и успокоенности и советское общество медленно втянется в состояние застоя.
Если десятилетие Хрущева прошло под знаком реформ, шумных политических, идеологических и культурных кампаний, то двадцатилетие, от середины 60-х до середины 80-х гг., когда политическое руководство страны возглавлял в основном Л.И. Брежнев, называют временем застоя — временем упущенных возможностей. Начавшееся достаточно смелыми реформами в области экономики, оно закончилось нарастанием негативных тенденций во всех сферах общественной жизни, застоем в экономике, кризисом общественно-политической системы. Хотя справедливости ради следует заметить, что «застой» никогда не был абсолютным. Можно привести немало данных, свидетельствующих о росте производства, повышении благосостояния людей, достижениях науки и культуры. В 70-е гг. СССР догнал наиболее развитые страны Запада по объему промышленной продукции. К началу 80-х гг. догнал и перегнал даже США, ФРГ, Японию, Англию, Францию по производству на душу населения стали, угля, электроэнергии, цемента. Олицетворением индустриальной мощи СССР было достижение паритета в области ядерного оружия и средств его доставки, успехи в освоении космоса. Немало позитивных изменений произошло в социальной сфере. Улучшилось материальное положение основной массы населения, выросла заработная плата, улучшились жилищные условия, питание, завершился переход к всеобщему среднему образованию.
Однако сам ход прогресса был диспропорциональным, противоречивым и к тому же стал быстро затухающим. Относительный успех шел за счет экстенсивного роста, за счет административно-директивного регулирования. Там же, где дело касалось потребностей новой эпохи, связанной с НТР, все сильнее действовала тенденция торможения и застоя.
Главным символом нового политического руководства во главе с Л.И. Брежневым с середины 60-х гг. стала стабильность. При этом особое значение придавалось стабильности политической системы. На пути осуществления поставленной цели началось свертывание критики культа личности Сталина и его последствий, которая, как считалось, порождала немало сложностей во внутриполитической жизни страны. Но это не означало, что новое политическое руководство стремилось полностью реставрировать старые порядки. Была попытка в какой-то мере их восстановить. Наиболее ярко эти устремления проявились в решительном пресечении демократического движения, зародившегося в обществе в годы хрущевских реформ. По сути, подобные установки в сфере внутренней политики ориентировали на укрепление методов администрирования в руководстве обществом, усиливали авторитарно-бюрократические тенденции в отношениях между руководителями и подчиненными.
В годы брежневского руководства исключительное значение придавалось упрочению руководящей роли партии в обществе. По Конституции СССР, принятой в 1977 г., партия выступала в качестве ядра политической системы общества. Конституция отразила реально сложившийся факт. Будучи в исключительных условиях политического монополизма, КПСС стала сама носителем бюрократических проявлений. Более того, взяв на себя не свойственные партии функции непосредственного руководства всеми сферами общественной жизни, КПСС окончательно трансформировалась в своего рода надгосударственную структуру. Все это способствовало резкому усилению власти партийного аппарата. Кроме того, ложно понимаемый принцип единства партии приводил к тому, что глушилась всякая критика снизу, урезалась внутрипартийная демократия, процветали бюрократизм, конъюнктурщина, демагогия, злоупотребления служебным положением, взяточничество и другие негативные тенденции. Сама партия стала заложницей существовавшей системы, что привело в конечном счете к резкому падению ее политического авторитета.
Существенным элементом политической системы являлось советское государство, полностью подчиненное партии и управляемое ею. В политических документах, принимавшихся в 60-70-е гг., демократизация советского государства объявлялась одним из важнейших направлений политики партии. В соответствии с ним выходили законы, направленные на расширение прав Советов, предпринимались усилия по упорядочению законодательства. В Конституцию 1977 г. был включен внушительный перечень социально-экономических и политических прав граждан СССР. Особое значение придавалось закреплению социально-экономических прав: на труд, на отдых, на образование, на медицинскую помощь, на жилье. Однако возможности государства по наполнению перечисленных прав реальными гарантиями были ограниченными. А установки на демократизацию, народовластие оставались только декларациями.
В реальной жизни усиливались бюрократические тенденции, которые все более увеличивали отчуждение масс от органов власти и от самой власти. Более того, во второй половине 60-70-х гг. политическое руководство страны предприняло реальные шаги не только приостановить, но и повернуть вспять процесс духовного раскрепощения общества, начавшийся в середине 50-х гг. В 1965 г. были арестованы писатели А. Синявский, Ю. Даниэль. Жертвами произвола стали историки А. Некрич, П. Волубеев, Р. Медведев и др.
В непростой ситуации оказались литература и искусство. Художественное постижение действительности, поиск правды средствами литературы и искусства был не менее опасен, чем поиск истины в науке и обществе. Именно по этой причине после грубого давления со стороны руководства Союза писателей вынужден был оставить пост главного редактора журнала «Новый мир» А. Твардовский. В 1974 г. был изгнан за пределы СССР писатель А.И. Солженицын.
Однако жестокий диктат в духовной сфере не мог полностью подавить свободную мысль в стране. Еще в 60-е гг. признанным духовным лидером движения диссидентов (инакомыслящих) стал академик А.Д. Сахаров. По мере нарастания негативных явлений в жизни страны все большее количество людей начинало о них открыто заявлять. Тем не менее брежневское руководство предпочитало делать вид, что ничего не происходит, общество едино и вполне удовлетворено своим состоянием. Негативные проявления замалчивались, в общественной жизни возникало немало зон, закрытых для критики.
Экономическая политика в 60-80-е гг. провозглашала цели, отвечающие духу времени. Она должна была обеспечить значительный рост материального благосостояния советского народа на основе интенсификации общественного производства, главным средством которой выступал научно-технический прогресс.
К началу 70-х годов в мире выделились новые направления научно-технической революции, определившие ее второй этап. На каждом из них новые отрасли внесли за 70-80-е годы существенный вклад в развитие и совершенствование производства, главным образом передовых индустриальных стран. Начало осуществляться поступательное движение в таких важнейших сферах, как комплексная автоматизация производства и управления, электронизация и биотехнологизация хозяйственной деятельности, использование ядерной энергетики, исследование и освоение космического пространства и Мирового океана. Новые отрасли создали ориентиры экономики будущего, перехода мирового хозяйства в электронный, ядерный и космический век.
Все эти аспекты участия новых отраслей в научно-техническом развитии капиталистического общества наиболее ярко проявились в США, Японии и ФРГ. В нашей стране при разработке научно-технической политики были учтены не все тенденции НТР. Не улавливая особенностей нового ее этапа, руководство СССР долгое время считало необходимым сосредоточить внимание на развитии лишь главного направления научно-технического прогресса. Таковой с самого начала была выделена автоматизация производственных процессов. Признавалось, что именно она таит в себе возможность преобразования материального производства, управления и достижения многократного повышения производительности труда. Утверждалось также, что в комплексной автоматизации в концентрированном виде находят свое материальное воплощение важнейшие достижения естественных и технических наук XX века.
Выделение одного направления НТП вместо целого комплекса, как этого требовала научно-техническая революция, явилось очередным просчетом. Справедливости ради следует отметить, что и в сфере автоматизации, несмотря на провозглашенную приоритетность, не было достигнуто ощутимых результатов. Во многом это было обусловлено отсутствием конкретных мер по структурной перестройке экономики.
Особенно остро стала ощущаться потребность в ускорении темпов научно-технического прогресса в 70-80-е годы. На партийных съездах принимались решения о необходимости смещения акцентов в экономической политике посредством перенесения центра тяжести с количественных показателей на качественные. Признавалось, что экстенсивные факторы роста народного хозяйства себя исчерпали и ведут к застою, что необходимо активнее развивать отрасли, определяющие научно-технический прогресс.
Вместе с тем на фоне масштабных целей довольно традиционно выглядели средства их достижения. Надежды возлагались на факторы идеологического характера, а также централизованные методы руководства.
Нельзя отрицать, что в стране не велась определенная работа по осуществлению технической реконструкции. И тем не менее резкого поворота в повышении эффективности производства не произошло. Решения съездов партии оставались, по существу, только директивами. Провозглашенный ими курс на интенсификацию на протяжении 70-х годов сколько-нибудь заметных результатов не дал. Хуже того, ни в девятой, ни в десятой пятилетках промышленность с планами не справилась (равно как строительство и сельское хозяйство). Десятая пятилетка вопреки декларациям, так и не стала пятилеткой эффективности и качества.
Не удалось исправить положение и в первой половине 80-х годов. Экономика по инерции продолжала развиваться в значительной мере на экстенсивной основе, ориентировалась на вовлечение в производство дополнительных трудовых и материальных ресурсов. Темпы внедрения средств механизации и автоматизации не отвечали требованиям времени. Ручным трудом к середине 80-х годов было занято около 50 млн. человек: примерно треть рабочих в промышленности, более половины - в строительстве, три четверти - в сельском хозяйстве.
В промышленности продолжались ухудшаться возрастные характеристики производственного оборудования. Не приводило к повышению эффективности осуществление мероприятий по новой технике — фактические затраты возрастали, а прибыль сокращалась.
Как следствие, серьезно снизились темпы роста производительности труда и некоторые другие показатели эффективности. Если сравнивать среднегодовой прирост важнейших народнохозяйственных показателей, то можно заметить, что он уменьшался от пятилетки к пятилетке. Так, по национальному доходу, используемому на потребление и накопление, произошло снижение с 5,1 % в девятой пятилетке до 3,1 % в одиннадцатой пятилетке, по продукции промышленности соответственно с 7,4 % до 3,7 %, по производительности общественного труда - с 4,6 % до 3,1 %, по -реальным доходам на душу населения - с 4,4 % до 2,1 %.