ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 28.02.2021
Просмотров: 3524
Скачиваний: 4
Вся операция осуществлялась в режиме строгой секретности. Даже капитаны транспортных судов при выходе из советского порта не знали маршрут движения и порт назначения. Грузы были тщательно спрятаны, а солдаты и офицеры должны были в течение всего трудного пути оставаться внизу и не могли выходить на палубу. Погрузка и выгрузка войск осуществлялись ночью.
Американская разведка, конечно, обнаружила интенсивные передвижения советского транспорта на Кубу, однако какое-то время не имела точных сведений об операции "Анадырь". С 27 августа разведывательные данные по Кубе стали ежедневно докладываться высшему государственному руководству США. Однако администрация Кеннеди не была заинтересована в остром международном кризисе перед выборами в конгресс. К тому же советское руководство неоднократно заверяло Вашингтон, что СССР поставляет Кубе только сугубо оборонительное оружие на случай возможного вторжения на остров.
4 сентября пресс-секретарь Белого дома опроверг утверждения оппозиции о наличии на Кубе советских войск. Вместе с тем он официально предупредил о серьезных последствиях появления на острове вооруженных сил СССР или его союзников.
Американское военное руководство интенсифицировало подготовку к проведению операции против Кубы. 1 октября объединенное командование США в зоне Атлантического океана получило директиву к 20 октября подготовить силы и средства для нанесения ударов по Кубе и осуществлению высадки на остров. Одновременно продолжалось развертывание группы советских войск на Кубе. 4 октября первая советская ракета Р-12 была приведена в состояние боеготовности, 10 октября – уже 10 ракет, а к 20 октября – уже 20 ракет. Мотострелковые полки заняли отведенные им позиции. Вооруженные силы США и СССР приблизились к опасной черте.
|
2.4.3 Открытая фаза кризиса |
|
|
14 октября американский самолет-разведчик произвел аэрофотосъемку, результаты которой неопровержимо свидетельствовали о размещении советских ракет на Кубе. При президенте Кеннеди был немедленно создан кризисный штаб, обсуждавший различные варианты действий и реализующий принятые решения.
Сам президент был очень обеспокоен и склонялся к нанесению удара с воздуха по советским ракетным позициям на Кубе. Очевидно, колебания в Вашингтоне и Москве относительно дальнейших действий привели к тому, что был упущен еще один шанс для разрешения кризиса. 18 октября министр иностранных дел СССР А. Громыко, находившийся в США в связи с очередной сессией Генеральной Ассамблеи ООН, имел беседу с президентом Кеннеди. Президент прямо не спросил о размещении советских ракет на Кубе, а советский министр ничего об этом не сказал. Успокоенный Громыко послал в Москву сообщение, что Кеннеди, кажется, не собирается в ближайшее время предпринимать вторжение на Кубу.
Однако, едва Громыко вылетел 22 октября в Москву, как советский посол А. Добрынин был срочно приглашен к государственному секретарю Раску. Тот дал понять, что ситуация очень серьезная, и вручил Добрынину текст подготовленного обращения президента Кеннеди по радио и телевидению к американскому народу, которое было намечено на тот же вечер, а также послание американского лидера Хрущеву.
В своем телевизионном обращении Кеннеди объявил о введении морского "карантина" Кубы, чтобы прекратить переброску на остров советского наступательного оружия. Скрытное и стремительное развертывание советских ракет на Кубе (в нарушение всех данных заверений) президент Кеннеди расценил как вызов политике США, абсолютно неприемлемый для Вашингтона. В тот же день, 22 октября, все вооруженные силы США, включая космические, были приведены в состояние полной боевой готовности – боевая тревога № 3. С 24 октября военно-морские силы США установили блокаду Кубы и прилегающего района с целью воспрепятствовать переброске на остров наступательного оружия. В послании Хрущеву от 22 октября Кеннеди подчеркнул, что США предпринимают лишь минимум действий, чтобы устранить угрозу безопасности Западного полушария.
Как выяснилось, у советского руководства не было четкого плана ответных действий. Отступить оно не могло, пойти на прямую военную конфронтацию с США не хотело. В первых посланиях Хрущева Кеннеди советский лидер пытался доказывать, что советское оружие на Кубе предназначено только для обороны, а меры Соединенных Штатов по введению "карантина" являлись абсолютно незаконными. Ситуация осложнялась еще и тем, что ни советский посол в США Добрынин, ни постоянный представитель СССР в ООН В. Зорин к началу кризиса не были проинформированы о действительном положении вещей.
В ходе карибского кризиса и на Кеннеди, и на Хрущева оказывали давление наиболее непримиримые группировки, добиваясь использования вооруженных сил. К счастью, у обоих лидеров хватило здравого смысла избегать авантюристических решений.
Необходимо было учитывать и жесткую позицию кубинского руководства. 22 октября Фидель Кастро привел вооруженные силы Кубы в боевую готовность, а на следующий день объявил всеобщую мобилизацию.
Пожалуй, положительным аспектом карибского кризиса было поддержание постоянных контактов между руководителями СССР и США. Происходил регулярный обмен посланиями Кеннеди с Хрущевым. Был установлен и неофициальный канал обмена информацией: брат президента министр юстиции Роберт Кеннеди встречался с советским послом Добрыниным и беседовал с ним. Кроме того, стремились наладить контакты и разведывательные ведомства двух стран.
24–25 октября в ситуации, казалось, появились некоторые просветы. Генеральный секретарь ООН У Тан предложил свой план урегулирования кризиса: США должны были отказаться от "карантина", а СССР – от поставок наступательного оружия на Кубу. 25 октября советский танкер "Бухарест" пересек линию "карантина" без его досмотра американскими кораблями, в то же время 12 из 25 советских судов, направлявшихся на Кубу, получили распоряжение повернуть обратно.
Тем не менее обстановка оставалась очень напряженной. 26 октября кубинское руководство считало возможной американскую бомбардировку острова в течение 48 часов, в этом случае решено было использовать все советские средства ПВО на острове. 27 октября над Кубой был сбит американский самолет-разведчик У-2. Военные в Вашингтоне требовали применения американских вооруженных сил. 27 октября вечером Роберт Кеннеди говорил Добрынину о реальной угрозе большой войны между США и СССР.
К счастью, в переписке между лидерами двух сверхдержав наметилась возможность компромисса. В послании от 26 октября говорилось о необходимости гарантий президента и правительства США не нападать на Кубу и не поддерживать подобное нападение –"это сразу все изменит". Тогда отпал бы и вопрос о размещении советского оружия на Кубе. Затем Хрущев вспомнил о злополучных американских ракетах в Турции и поставил его в послании от 27 октября, посланном вдогонку.
В послании Кеннеди от 27 октября четко фиксировалась позиция американской стороны: СССР должен был согласиться убрать с Кубы все виды наступательного оружия под наблюдением ООН и дать обязательство не поставлять подобное оружие на Кубу; США соглашались быстро отменить все меры карантина и дать заверения об отказе от вторжения на Кубу. 27 октября вечером Р. Кеннеди сообщил Добрынину о готовности американской администрации негласно договориться и о ликвидации американских ракетных баз в Турции, но для этого надо было осуществить все необходимые процедуры в НАТО. 28 октября утром Политбюро ЦК КПСС решило принять предложения американской стороны об условиях урегулирования кубинского кризиса. Ситуация была настолько острой, что советский ответ был передан срочно в незашифрованном виде. Наиболее острая фаза кубинского кризиса миновала.
Конечно, достигнутые договоренности необходимо было воплотить в конкретные соглашения. Одной из проблем стала позиция кубинского руководства, с которым не успели проконсультироваться. Кастро выдвинул целый ряд своих требований, включая отмену эмбарго на торговлю с Кубой, ликвидацию американской базы Гуантанамо с острова и т. п. Добиться этого было невозможно. Правда, кубинское руководство настояло на своем отказе допустить на территорию острова американских инспекторов. Поэтому США должны были ограничиться визуальным наблюдением за вывозом советских вооружений с Кубы.
В итоге советско-американских переговоров были окончательно согласованы условия урегулирования кубинского кризиса: США с 20 ноября 1962 г. отказались от введенного ими морского карантина; американская сторона взяла обязательство не нападать на Кубу и не поддерживать подобное нападение; СССР обязался убрать с острова наступательное оружие (ракеты средней и промежуточной дальности, а также бомбардировщики ИЛ-28). Кроме того, администрация США негласно согласилась решить вопрос о выводе американских ракет с территории Турции. Обязательства сторон были ими выполнены.
Формально кризис был завершен 7 января 1963 г., когда представители СССР и США на переговорах обратились с совместным письмом к генеральному секретарю ООН с просьбой исключить вопрос о карибском кризисе из повестки дня Совета Безопасности.
|
2.4.4 Уроки кризиса |
|
|
Глубинные причины карибского кризиса заключались в самой логике холодной войны, в правилах игры "с нулевой суммой". Каждая из сверхдержав стремилась использовать любую возможность, чтобы добиться преимущества над противником в геополитической и геостратегической сфере.
В этом контексте СССР и США пытались привлечь на свою сторону освободительное движение, которое становилось все более влиятельным фактором международной жизни. Оно стремилось выработать свои собственные подходы, плохо вписывавшиеся в биполярную систему и нарушавшие сложившееся размежевание на сферы влияния. США считали Американский континент своей вотчиной и чрезвычайно болезненно реагировали на попытку Советского Союза закрепиться на своем "заднем дворе".
Советская акция в отношении Кубы имела и глобальный, и региональный характер. Продвижение советской военной мощи в Западное полушарие меняло общее соотношение сил, заметно усиливало уязвимость Соединенных Штатов. В региональном плане поддержка революционной Кубы означала вызов монопольному влиянию США, отражала формирование новой ситуации на Американском континенте. Вместе с тем действия Советского Союза в традиционно американской сфере влияния объясняют некоторую неуверенность Кремля, стремление провести всю операцию "Анадырь" в тайне, поставить Вашингтон перед свершившимся фактом.
Бесспорно, важнейшим уроком карибского кризиса стало то, что лидеры двух сверхдержав осознали и почувствовали опасность балансирования на грани ядерной войны. Политический просчет, неосторожные действия, неправильная оценка намерений противника – все это грозило непоправимой катастрофой для всего человечества. Как отмечал участник событий А. Шлессинджер, "что касается Кеннеди, то после Кубы его чувства претерпели качественные изменения: мир, в котором государства угрожают друг другу ядерным оружием, теперь казался ему не просто иррациональным, но и нетерпимым, и невозможным".
К сожалению, политики и дипломаты, с одной стороны, военные и представители военно-промышленного комплекса, с другой, сделали разные выводы из опаснейшего международного кризиса. Первые понимали необходимость внести некоторые изменения в "правила игры", исключить возможность случайного возникновения ядерной войны. Для этого требовалось интенсифицировать процесс переговоров, обеспечить постоянные, устойчивые каналы связи. Не случайно в июне 1963 г. СССР и США подписали специальный меморандум об установлении специальной линии прямой связи между Кремлем и Белым домом. Вместе с тем представители военно-промышленного комплекса добивались наращивания гонки вооружений, особенно стратегических. При этом Вашингтон хотел закрепить полученные преимущества, особенно по линии качества вооружений, а Москва стремилась преодолеть имевшееся отставание, догнать Соединенные Штаты. Поэтому период после карибского кризиса в отношениях между СССР и США был чрезвычайно противоречивым: усиленная гонка вооружений сочеталась со стремлением к взаимоприемлемым договоренностям, к элиминированию возможности нового опасного международного кризиса.
Наконец, и в СССР, и в США результаты карибского кризиса были восприняты далеко неоднозначно. Американские сторонники жесткой линии чрезвычайно отрицательно относились к реалистическим тенденциям в политике президента Кеннеди. Не случайно через год после разрешения карибского кризиса Кеннеди пал пораженный пулями убийцы в Далласе. Что касается Хрущева, то его критиковали в Москве и за то, что он пошел на размещение советских ракет на Кубе, не просчитав все последствия этого шага, и за то, что он согласился убрать советское наступательное оружие с острова под американским давлением. Карибский кризис стал одним из аргументов противников Хрущева во время его смещения с высших партийных и государственных постов в октябре 1964 г.
|
2.4.5 Первые шаги по контролю над гонкой вооружений |
|
|
СССР и США готовы были внести в свои отношения некоторые черты кооперативной биполярности, то есть пойти на такие договоренности, которые закрепляли бы их положение гарантов Ялтинско-Потсдамской системы и вместе с тем уменьшали бы риск столкновения между ними. В существовавшей системе международных отношений громадную роль играло ядерное оружие. К 1962 г. им обладали США (с 1945), СССР (с 1949), Великобритания (с 1952), Франция (с 1960), позднее к ним присоединился Китай (с 1964).
С осени 1958 г. в Женеве проходили переговоры трех держав (СССР, США, Великобритании) о прекращении ядерных испытаний. Прекращение экспериментальных взрывов атомного и водородного оружия способствовало бы охране окружающей среды нашей планеты и ставило бы некоторые барьеры на пути дальнейшего усовершенствования оружия массового уничтожения. И СССР, и США были заинтересованы в заключении такого договора, ибо обе державы провели большое число экспериментальных взрывов, отработали технологию производства ядерного оружия и накопили его запасы. Однако американские представители настаивали на обязательном проведении инспекций по проверке запрещения испытаний на местах, а руководство советского военно-промышленного комплекса решительно возражало против допуска иностранных инспекторов на секретные объекты в СССР. Затем переговоры были перенесены в Комитет по разоружению (Комитет 18-ти), сформированный ООН в марте 1962 г. Однако расхождения в американской и советской позициях и там не позволили добиться позитивного результата. Основные разногласия касались проверки запрещения подземных испытаний.
Тогда, 2 июля 1963 г., советское правительство заявило о своей готовности заключить соглашение о прекращении ядерных испытаний в атмосфере, космическом пространстве и под водой. В новой международной обстановке, сложившейся после карибского кризиса, в ходе переговоров в Москве между представителями правительств СССР, США и Великобритании в июле 1963 г. удалось разработать и парафировать текст соглашения на основе предложений советской стороны.