Файл: история язык.doc

К каким же результатам относительно родства языков пришел Р. Раек, используя свой сравнительный метод? Он фактически первый установил, какие языки входят в состав той языковой семьи, которая впоследствии была названа индоевропейской. Раск впервые установил, что дравидийские языки неродственны индийским, определил место балтийских языков и их большую архаичность, доказал, что авестийский не является потомком санскрита, точно определил состав финноугорских языков и дал их классификацию, доказал родство эскимосского языка Гренландии и алеутского языка, был одним из основателей алтайского языкознания. (Кузьменко:1984,46)

Языковое развитие по Р. Раску

Р. Раcк предлагает свою концепцию спиралеобразного развития языков. По Р. Раску на раннем этапе развития языка каждое понятие выражается одним звуком или словом. Затем язык развивается, усложняется его морфология, появляются флексии и язык достигает наибольшей морфологической сложности. После этого начинается разложение морфологии, язык морфологически упрощается и снова достигает такой стадии, когда каждое понятие выражается одним словом. Ускоряет такого типа развитие смешение народов, говорящих на языках разных типов, прекращение связей между родственными народами. При отсутствии этих условий для завершения цикла требуется очень длительное время. (Кузьменко:1984,49)

Фактически говоря о стадиях развития языка, Р. Раск предлагает структурную классификацию языков. Раск выделяет два крайних типа языков: для языков первого типа не нужна морфология, а нужен только словарь, для языков второго типа нужна морфология, но не нужен синтаксис (т.е. два полярных типа языка - это язык изолирующий и язык словоизменительный). Таким образом, Р. Раск доходит до понимания диалектического развития, говоря о том, что язык развиваясь из звуков постепенно усложняется, а затем может снова распадаться на простые звуки, но эти звуки никогда не бывают теми же, что раньше и новый язык будет находиться на новой ступени развития. (Кузьменко:1984,51)

Раск показывает, что «естественное развитие убирает из языка то, что оказывается избыточным». Таким образом, может показаться, что именно избыточность является для Раска предпосылкой изменения. Однако, Раек не делает этого вывода. Для него процесс изменения и развития языка связан не с его избыточностью, а с постоянным движением, без которого невозможно существование материального и духовного мира, «мир постоянно меняется.». и т. д. Изменение структуры языка от флективной к аналитической Раск не считает деградацией, скорее это проявление развития. При этом теряя в одном, язык приобретает в другом. (Кузьменко:1984,52) В более поздних работах Раска уже в меньшей степени интересуют общие проблемы развития языков, на первый план выходит его сопоставительный метод определения языкового родства. Хотя Р. Раск на ставил своей целью показать пути языковых изменений, ему не только удалось установить грамматические и фонетические соответствия ряда родственных языков, но и дать несколько блестящих образцов лингвистической реконструкции. Вклад Р. Раска в языкознание огромен. Он был одним из основателей сравнительно-исторического изучения индоевропейских, алтайских и эскимосских языков, им были заложены и основы структурно-типологического изучения языков, так как Р. Раск первым применил метод сравнения грамматических систем в целом. (Кузьменко:1984,53)

Литература

раск лингвистика язык

1.«Понимание Историзма и развития в языкознании первой половины XIX

СРАВНИТЕЛЬНО-ИСТОРИЧЕС­КОЕ ЯЗЫКОЗНАНИЕ. До XIX в. был накоплен большой материал по много­численным языкам, создавались раз­личного типа лексикографические труды, выдвигались философские идеи, объясняющие происхождение или сходство языков и т.п. Однако уче­ные не могли объяснить многие фак­ты, особенно сходство или различие некоторых языков. Стало очевидным, что невозможно постичь многообразие и тайны языков без теоретического обобщения языковых фактов.

В начале XIX в. знакомство с сан­скритом породило интерес к истории языка и народа. Исторический подход привел лингвистов разных стран к за­ключению, что сходство нескольких языков может быть объяснено только их родством, происхождением из об­щего языка-источника, а различие — последующим самостоятельным раз­витием. Исторический подход и срав­нение языков подготовили почву для создания нового метода исследования, который получил название сравни­тельно-исторического. Сравнение бы­ло для него средством систематизации языкового материала, а исторический подход к языку стал главным принци­пом исследования. Сравнительно-ис­торический метод (см. сравнительно-исторический метод) стал основой воз­никновения сравнительно-историчес­кого языкознания, которое связано с именами Ф. Боппа, Я. Гримма (Герма­ния), Р. Раска (Дания) и А.Х. Востокова (Россия), хотя идея генетического сходства языков отмечалась и раньше.

^ Франц Бопп (1791—1867) проявил большие способности в изучении язы­ков, ознакомился с санскритом и не­сколькими восточными языками (пер­сидским, арабским, древнееврей­ским). Уже в 1816 г. он опубликовал сравнительную грамматику «О системе спряжения санскритского языка в сравнении с таковым греческого, ла­тинского, персидского и германского языков». В 1833—1852 гг. Бопп издает основную трехтомную работу — «Срав­нительную грамматику санскрита, зендского, армянского, греческого, ла­тинского, старославянского, готского и немецкого языков». Он включает в исследование материал новых языков. Заслугой ученого является тот факт, что при доказательстве родства языков он исследует только глагольную флек­сию, которая обычно не подвержена заимствованию и является устойчивой. Доказательством данного положения может служить сравнение флексий русской глагольной формы буд-ем в значении «находиться» (Мы будем на площади в 7 часов вечера) и аналогич­ной формы таджикского языка - буд­-ем (Мо дар майдон соати 7 будем. «Мы были на площади в 7 часов»). Идентич­ными являются и значение, и корень, и флексия глагола быть.

Сравнивая глагольные формы ев­ропейских языков и санскрита, Ф. Бопп показывает, что санскрит сохра­нил архаичную морфологию и систему согласных, что в индоевропейских языках имеются не только отдельные сходные явления, но и целая система морфологических и фонетических со­ответствий, причем санскриту он отво­дил роль самого древнего из индоевро­пейских языков. Восстанавливая пер­воначальную форму слов, он устанав­ливает закономерные соответствия и объясняет явления одного языка с по­мощью фактов другого языка.

Заслугой Ф. Боппа является то, что он сумел построить общую теорию ге­нетического родства языков, чтобы иметь возможность восстановить «пер­вобытное» состояние языка. Он пы­тался установить родство между индо­европейскими и малайско-полинезий-скими и некоторыми кавказскими языками. Он полагал, что слова возни­кали сначала из односложных глаголь­ных и местоименных корней: as «быть», tan «растягивать», ta «тот», та «мой» и т.п. От первых, по его мнению, образовались глаголы и имена сущест­вительные, от вторых - местоимения, первичные предлоги, союзы и части­цы. Согласно его теории агглютина­ции, аффиксы и флексии были место­именными корнями, которые с тече­нием времени подверглись слиянию (агглютинации) с самостоятельными именными и глагольными корнями. Глагольные корни являются одновре­менно носителями реального значе­ния, а местоименные стали источни­ком образования флексий.

В своей типологической классифи­кации языков Ф. Бопп выделял три класса: 1) языки без настоящих кор­ней, способных к соединению, без грамматических форм (китайский); 2) языки с односложными корнями, спо­собными сочетаться и иметь свою «грамматику» — новые слова образуют­ся путем соединения глагольных и ме­стоименных корней (индоевропейские языки); 3) языки с двусложными гла­гольными корнями, имеющими в сво­ем составе обязательно три согласных и выступающими в качестве носителя значения; грамматические формы об­разуются путем внутренней модифи­кации (семитские языки).

Таким образом, Бопп, по замеча­нию Мейе, открыл сравнительную грамматику в поисках индоевропей­ского праязыка, подобно Колумбу, ко­торый открыл Америку в поисках пути в Индию. Однако Ф. Бопп «пренебре­гал изучением фонетической эволю­ции и ее законов; не исследовал ни употребления форм, ни структуры предложения. После Боппа оставалось строго проследить развитие каждого языка, построить историческую фоне­тику, теорию употребления форм и те­орию предложения, установить стро­гие законы и в особенности устранить умозрительные заключения о проис­хождении форм, в чем Бопп является приверженцем старых идей и отнюдь не основоположником нового учения. Эта работа началась еще при жизни учителя с самого появления его первых трудов» (Мейе А. Введение в сравни­тельное изучение индоевропейских языков. Приложение: Очерк развития сравнительной грамматики. М.; Л., 1938. С. 450-451).

Датский языковед ^ Расмус Кристиан Раск (1787—1832) одновременно с Боп­пом, но независимо от него начал сравнительно-историческое изучение индоевропейских языков. Он автор ря­да грамматик европейских языков - испанского, итальянского, фризского, древнеанглийского, шведского и др. Его главными трудами являются «Ру­ководство по исландскому языку» (1811), «Исследование в области древнесеверного языка, или происхожде­ние исландского языка» (1814). Вторая часть этой работы в немецком перево­де была опубликована в 1822 г. под на­званием «О фракийском языковом классе».

Р. Раск исследует скандинавские языки и доказывает сходство герман­ских языков с греческим, латинским и балто-славянскими языками. Он вы­двинул ряд интересных идей, остаю­щихся актуальными до нашего време­ни. Р. Раск считал, что язык остается важнейшим источником познания ис­тории народа, так как «ни одно средст­во познания происхождения народов и их родственных связей в седой древнос­ти, когда история покидает нас, не яв­ляется столь важным, как язык» (Раск Р. Исследование в области древ-несеверного языка, или происхождение исландского языка // Звегинцев В. А. История языкознания XIX—XX веков в очерках и извлечениях. Ч. 1. М., 1964. С. 40). Ученый полагал, что при дока­зательстве родства языков первосте­пенную роль играют грамматические соответствия и только те лексические единицы, которые связаны с самыми необходимыми понятиями, явлениями и предметами. Однако приоритет он отдает грамматическим соответствиям и считает их более надежным призна­ком родства или общности происхож­дения языков, потому что слова, в от­личие от грамматических форм скло­нения или спряжения, могут переме­щаться из одного языка в другой или изменять свое значение. Он рекомен­дует различать признаки исконных и заимствованных слов, производить тщательный морфологический анализ слова — «не разлагать самый корень и не затрагивать его», при этом важно ус­тановить правила «буквенных перехо­дов», т.е. фонетических соответствий между родственными языками.

Р. Раск не ставит перед собой не­сбыточных генетических задач, не стремится восстановить первоначаль­ные формы сравниваемых языков, как это делал Ф. Бопп. Р. Раск последова­тельно расширяет количество сравни­ваемых языков: сопоставляет исланд­ский язык с гренландским, кельтским, баскским, финским и отказывает им в родстве. В дальнейшем он подвергает сравнительному анализу сначала ис­ландский и норвежский, другие скан­динавские (шведский, датский) языки, а затем сопоставляет их с другими гер­манскими языками. На последнем эта­пе вся германская группа языков и ее признаки сравниваются с показания­ми греческого и латинского языков, которые Раск именует «фракийски­ми». В результате Раск приходит к за­ключению, что греческий и латинский являются самыми древними языками, которые необходимо рассматривать как источник исландского языка, а скандинавские и германские языки яв­ляются близкими ветвями и вместе со славянской и балтийской языковыми группами имеют свой источник в «древнефракийском» языке, под кото­рым понимается вымерший праязык или язык доисторических времен Юго-Восточной Европы.

^ Якоб Гримм (1785-1863) изучал с помощью сравнительно-историческо­го метода германскую ветвь языков. Важнейшим его трудом является «Не­мецкая грамматика» в четырех томах (1837). «История немецкого языка» была написана в 1848 г. В своем боль­шом «Немецком словаре» Я. Гримм стремился охватить словарный состав немецкого языка от Лютера до Гёте. Первый том вышел в 1854 г., послед­ний - в 1860 г.

Хотя Я. Гримм избегал общих язы­коведческих теорий и не выдвигал сме­лых предположений, он оказал исклю­чительное влияние на изучение кон­кретных индоевропейских языков сво­им практическим подходом к изуче­нию языковых фактов. Большое значе­ние имеет изучение движения грамма­тических форм в германских языках, а также определение закона первого гер­манского передвижения согласных, по которому система смычных согласных всех германских языков передвинулась на одну ступень: индоевропейские придыхательные bh, dh, gh изменились в германском в b, d, g; индоевр. b, d, g —> герм, p, t, к; индоевр. p,t,k —> герм. /, th, h (ср. лат. pater — нем. Vater, лат. cornu — нем. Horn, лат. duo — нем. zwei (из twei). Таким образом, впервые был обоснован и доказан фонетический за­кон германского передвижения со­гласных, который учитывается при ис­следовании истории любого языка. По мнению А. Мейе, «Немецкая грамма­тика» Я. Гримма «была первым описа­нием целой группы диалектов, начи­ная с самых древних засвидетельство­ванных форм, и тем самым послужила образцом для последующих исследова­ний других диалектов» (Мейе А. Введе­ние в сравнительное изучение индоев­ропейских языков. С. 452).

^ Александр Христофорович В ос токов (1781—1864) относится к основопо­ложникам сравнительно-историческо­го метода на славянском языковом ма­териале. Будущий ученый-словесник учился в кадетском корпусе в Петер­бурге, в Академии художеств. Он с юношеских лет собирал русские по­словицы, народные песни, изучал рус­ские говоры. В дальнейшем он работал над этимологическим словарем, рабо­тал хранителем библиотеки Румянцев-ского музея, но не преподавал в вузе, так как имел физический недостаток -заикание, писал стихи, был интерес­ным поэтом. Его перу принадлежит «Сборник пословиц», «Опыт о русском стихосложении». В 1826 г. А.Х. Восто-ков стал членом, затем членом-коррес­пондентом Российской Академии на­ук, в 1841 г. он избирается академиком. В 1865 г. И.И. Срезневский издал кни­гу «Рассуждение о славянском языке. Филологические наблюдения А.Х. Востокова», в которую он включил также филологические работы Восто­кова по палеографии и истории от­дельных памятников славянской пись­менности. Основные работы А.Х. Вос­токова — «Рассуждение о славянском языке» (1820), «Русская грамматика» (1831), «Опыт словаря областного ве­ликорусского языка» (1852), «Сло­варь церковнославянского языка» (1858-1861).

Важнейшей работой Востокова по сравнительно-историческому языко­знанию является «Рассуждение о сла­вянском языке, служащее введением к грамматике сего языка, составляемой по древнейшим оного письменным па­мятникам». Основное внимание уче­ный уделяет славянским языкам, осо­бенно выяснению места старославян­ского языка и его отношения к русско­му, сербскому и другим языкам. Сопо­ставляя корни и грамматические фор­мы живых славянских языков со старо­славянскими фактами, Востоков сумел разгадать ранее непонятные факты старославянских памятников. Прежде всего он определил звуковое значение «юсов» — большого и малого, произве­дя сопоставление ряда старославян­ских слов со словами польского языка, сохранившего носовые гласные. Это сопоставление фактов мертвых языков с фактами живых языков и диалектов было новшеством и позднее стало все­общим достоянием сравнительной грамматики.

Востоков дополняет классифика­цию Добровского и различает не толь­ко восточные и западные славянские языки, но и восточнославянские. Он указывает на древнейшее происхожде­ние различий в диалектах и языках славянских народов. Например, рус­ские издавна говорили волость, а не власть, город, а не град, берег, а не брег, ночь, а не нощь, вожь, а не вождь и т. п. Он полагал, что в древнейшую эпоху различия между диалектами славян­ских языков не были значительными, так как «во время Константина и Ме-фодия все племена славянские, как за­падные, так и восточные, могли разу­меть друг другу так же легко, как те­перь, например, архангелогородец или донской житель разумеет москвича или сибиряка» (Востоков А.Х. Рассу­ждение о славянском языке // Зве­гинцев В.А. История языкознания XIX—XX веков в очерках и извле­чениях. Ч. I. С. 54). Таким образом, Во­стоков понимал, что славянский прая­зык распадался на диалекты, которые дифференцировались постепенно, уве­личивая «грамматическую разность», пока не стали отдельными языками.

Для становления сравнительно-ис­торического метода весьма важное значение имела методология установ­ления генетического тождества звуко­вых соответствий. На примере носо­вых гласных, развития праславянских сочетаний tj, dj и kt перед гласными пе­реднего ряда Востоков показывает ха­рактер звуковых соответствий в родст­венных языках и развитие различных сочетаний в разных языках и диалектах от одной и той же предполагаемой формы до современных фактов. Этот метод реконструкции не засвидетельст­вованных письменными памятниками форм также имеет общеметодологичес­кое значение, выходит за пределы сла­вянского языкового материала и явля­ется вкладом в мировое языкознание.

Востоков указывает, что старосла­вянский язык не был по происхожде­нию сербским, не принадлежал како­му-то племени и не являлся поэтому праязыком. Востоков четко различает старославянский и русский языки, древнерусский язык, на котором напи­саны «Русская правда» и «Слово о пол­ку Игореве», и церковнославянский. По его мнению, старославянский был таким же книжным языком среди ду­ховенства, каким для западного духо­венства был латинский. Этот книжный язык использовался в России до тех пор, пока народный русский язык не сделался книжным.

Особое место в научном наследии А.Х. Востокова занимают исследования и публикации древних славянских руко­писей с его комментариями. Он соста­вил образцовое «Описание русских и славянских рукописей Румянцевского музея» (1842), в котором уже последова­тельно различаются болгарский, серб­ский, русский и южнорусский (украин­ский) изводы старославянского языка. Это позволило на практике осуществить периодизацию этого языка на древний, средний и новый периоды, отличить прежде всего старославянский язык от среднеболгарской его трансформации. В 1843 г. Востоков издал Остромирово евангелие с превосходным лингвисти­ческим комментарием.

Вопрос 4

Лингвистическая теория Гумбольдта

Основные понятия грамматики окончательно сформировались в Александрии. «Синтаксис» Аполлония Дискола (II век) и грамматика Дионисия Фракийского считались образцовыми. Греческие грамматики позднеантичного и византийского времени в основном сочинялись на их основе.

Идеи александрийцев достаточно быстро проникли и в Рим. В I веке до нашей эры там появляется первый крупный грамматист Марк Теренций Варрон (116—27 годы до нашей эры).

Варрон и другие римские ученые достаточно легко и лишь с минимальными изменениями приспособили греческие схемы описания к латинскому языку. Окончательно античная традиция была зафиксирована в двух позднеантичных латинских грамматиках: грамматике Доната (III—IV века) и многотомной грамматике Присциана (первая половина VI века). На протяжении всего Средневековья две грамматики служили образцами.

Как отмечает В.М. Алпатов: «После распада Римской империи европейская традиция окончательно распалась на два варианта: восточный, греческий, и западный, латинский, которые уже развивались вне всякой связи друг с другом. В течение нескольких веков средневековая лингвистика как на Востоке, так и на Западе мало внесла нового в науку о языке. Новый этап развития западноевропейской лингвистики начался с появлением в ХН-ХШ веках философских грамматик, стремившихся не описывать, а объяснять те или иные языковые явления. Сложилась школа модистов, работавшая с начала XIII века по начало XIV века; самый знаменитый из модистов — Томас Эрфуртский, написавший свой труд в первом десятилетии XIV века. Модисты интересовались не столько фактами латинского языка (где они в основном следовали Присциану), сколько общими свойствами языка и его отношениями к внешнему миру и к миру мыслей. Модисты впервые пытались установить связь между грамматическими категориями языка и глубинными свойствами вещей. Модисты внесли также вклад в изучение синтаксиса, недостаточно разработанного в античной науке...

...После Томаса Эрфуртского в течение примерно двух столетий теоретический подход к языку не получил значительного развития. Однако именно в это время шло постепенное становление нового взгляда на языки, который в конечном итоге выделил европейскую лингвистическую традицию из всех остальных. Появилась идея о множественности языков и о возможности их сопоставления».

В XVI веке после некоторого перерыва теория языка вновь начинает развиваться. Так французский ученый Пьер де ла Раме (Рамус) (1515— 1672) завершил создание понятийного аппарата и терминологии синтаксиса, начатое ранее модистами. Надо отметить, что именно ему принадлежит дожившая до наших дней система членов предложения. Испанец Ф. Санчес (Санкциус) (1550—1610) в конце шестнадцатого столетия создает теоретическую грамматику, написанную еще на латыни, но уже учитывающую материал различных языков. У Санчеса впервые появляются и некоторые идеи, потом отразившиеся в грамматике Пор-Рояля.

Языкознание XVII века в основном шло в области теории двумя путями: дедуктивным и индуктивным. Самым известным и популярным образцом индуктивного подхода, связанного с попыткой выявить общие свойства реально существующих языков, стала так называемая грамматика Пор-Рояля. Она была впервые издана в 1660 году. Характерно, что имена ее авторов Антуана Арно (1612—1694) и Клода Лансло (1615—1695) не были указаны.

Как пишут авторы, стимулом к ее написанию послужил «путь поиска разумных объяснений многих явлений, либо общих для всех языков, либо присущих лишь некоторым из них».

Авторы грамматики исходили из существования общей логической основы языков, от которой конкретные языки отклоняются в той или иной степени. От модистов авторы «Грамматики Пор-Рояля» отличались не столько самой идеей основы языков, сколько пониманием того, что собой эта основа представляет.

В течение XVIII века продолжали составляться и общие рациональные грамматики в духе «Грамматики Пор-Рояля». Однако такие грамматики не содержали особо новых идей.

Наконец, достаточно разработанную теорию происхождения и развития языка для тех лет предложил Э. Кондильяк. По его мнению, язык на ранних этапах развивался от бессознательных криков к сознательному их использованию. Получив контроль над звуками, человек смог контролировать и свои умственные операции.

Французский философ развил и концепцию о едином пути развития языков. Но при этом языки проходят этот путь с разной скоростью а, потому одни языки совершеннее других.

По выражению В. Томсена, весь XVIII век сравнительно-исторический метод «витал в воздухе». Но нужен был некоторый толчок, который стал бы отправной точкой для кристаллизации метода. Таким толчком стало в конце века открытие санскрита. После появления этого недостающего звена началось бурное развитие исследований в области сопоставления европейских языков с санскритом и между собой.

Всего через три десятилетия после открытия санскрита, в 1816 году, появляется первая вполне научная работа, заложившая основы сравнительно-исторического метода, то была книга Франца Боппа (1791 — 1 867). В 1818 году выходит в свет сочинение датчанина Расмуса Раска (1787—1832) «Исследование в области древнесеверного языка, или про-Псхождение исландского языка». Еще через год печатается первый том «Немецкой грамматики» Якоба Гримма (1785—1863). В 1820 году выходит книга русского ученого А.Х. Востокова — «Рассуждение о славянском языке». В этих сочинениях впервые формировался сравнительно-исторический метод.

Однако общетеоретический, философский подход к языку в первой половине XIX века достиг наивысшего развития в теории Гумбольдта. Вильгельм фон Гумбольдт (1767—1835) был одним из крупнейших лингвистов-теоретиков в мировой науке О его роли в языкознании метко сказал В А Звегинцев: «Выдвинув оригинальную концепцию природы языка и подняв ряд фундаментальных проблем, которые и в настоящее время находятся в центре оживленных дискуссий, он, подобно непокоренной горной вершине, возвышается над теми высотами, которых удалось достичь другим исследователям».

«В. фон Гумбольдт был многосторонним человеком с разнообразными интересами, — пишет В.М. Алпатов. — Он был прусским государственным деятелем и дипломатом, занимал министерские посты, играл значительную роль на Венском конгрессе, определившем устройство Европы после разгрома Наполеона. Он основал Берлинский университет, ныне носящий имена его и его брата, знаменитого естествоиспытателя и путешественника А. фон Гумбольдта. Ему принадлежат труды по философии, эстетике и литературоведению, юридическим наукам и др. Его работы по лингвистике не столь уж велики по объему, однако в историю науки он вошел в первую очередь как языковед-теоретик...

...Лингвистикой В. фон Гумбольдт в основном занимался в последние полтора десятилетия жизни, после отхода от активной государственной и дипломатической деятельности Одной из первых по времени работ был его доклад «О сравнительном изучении языков применительно к различным эпохам их развития», прочитанный в Берлинской академии наук в 1820 году.

Несколько позже появилась другая его работа — «О возникновении грамматических форм и их влиянии на развитие идей». В последние годы жизни ученый работал над трудом «О языке кави на острове Ява», который он не успел завершить. Была написана его вводная часть «О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человечества», опубликованная посмертно в 1848 году. Это безусловно главный лингвистический труд В. фон Гумбольдта, в котором наиболее полно изложена его теоретическая концепция».

Уже в самом начале XIX века Гумбольдт ставит задачу «превращения языкознания в систематическую науку».

«Лингвистическое учение Гумбольдта, — пишет И.Г. Зубова, — возникло в русле идей немецкой классической философии. Гумбольдт взял на вооружение и применил к анализу языка основное ее достижение — диалектический метод, в соответствии с которым мир рассматривается в развитии как противоречивое единство противоположностей, как целое, пронизанное всеобщими связями и взаимными переходами отдельных явлений и их сторон, как система, элементы которой определяются по месту, занимаемому в ее рамках. Гумбольдт развивает применительно к языку идеи деятельности, деятельного начала в человеке, активности человеческого сознания, в том числе деятельного характера созерцания и бессознательных процессов, творческой роли воображения, фантазии в процессе познания. Благодаря возросшему интересу к природе, к природному (естественному) началу в человеке, к чувственности в философии утверждаются идеи единства чувственного и рационального познания. Эти идеи, так же как идеи единства сознательного и бессознательного в познавательной, творческой деятельности, нашли выражение и в лингвистической концепции Гумбольдта. Характерный для романтиков повышенный интерес к каждой личности сочетается у Гумбольдта, так же как у других философов того времени, с признанием социальной природы человека, с идеей единства человеческой природы».