Предлоги по-над, по-под, по-за, видимо, не были свойственны древне-русскому языку: наиболее ранние известные нам случаи употребления диалектного двойного предлога - это конструкции с по-за в памятниках XVII в. Словосочетания с предлогами по-над, по-под, по-за и существительными в вин. и твор. п. являются общенародными элементами украинского языка, а также употреб­ляются в части белорусских говоров.

3. Для выражения круга синтаксических отношений, передавае­мых в литературном языке совокупностью конструкций с предлогами из и с (выйти из леса, сплести из веревок, держать из милости, приезжий из Орла; упасть с лестницы, уйти с утра, поседеть с горя, огурцы с огорода, смешать с яйцом, приехать с чемоданом, встре­титься с родителями, бочка с водой), в одних говорах употребляются конструкции с теми же двумя предлогами, а в других (с Западно: диалектной зоне) - конструкции с одним предлогом - с или з

Во всех говорах, где выступают конструкции с двумя предлогами (из и с), отмечается более высокая, чем в литературном языке относительная употребительность конструкций с предлогом с. Данные говоры различаются между собой тем, насколько часто и в каких случаях предлог с может быть употреблен здесь соответственно предлогу из в литературном языке. Для говоров, которые расположены рядом с территорией, где отсутствует предлог из, характерна возможность употребления предлога с во всех тех случаях, где в литературном языке выступает только из. Здесь скажут: выйти из леса и с леса, сплести из веревок и с веревок, держать из милости и с милости, приезжий из Орла и с Орла. В остальных говорах более широкое, чем в литературном языке, использование предлога с почти ограни­чивается пространственными конструкциями.

Для литературного языка характер­на известная семантическая дифференциация данных конструкций (хотя и не вполне последовательная): предлог из употребляется в тех случаях, когда должен быть назван предмет, изнутри которого исходит действие, предлог с - по преимуществу там, где действие совершается с поверхности предмета: приехать из города, прибежать из леса, достать из ящика; скатиться с горы, слезть с крыши. В гово­рах же предлог с используется и в конструкциях с первым значением: приехать с города, прибежать с леса, достать с ящика. В составе этих словосочетаний наиболее частотны собственные и нарицатель­ные существительные, называющие населенные пункты: приехать с Москвы, с Выселок, с города, с деревни.

Беспредложные словосочетания:

Из беспредложных конструкций рассмотрим слово­сочетания с переходными глаголами и прямым объектом в фор­ме им. п. (принести вода, пасти кони, качать ребенок).

1. Употребление словосочетаний с переходными глаголами и фор­мой им. п. существительных женского рода в ед. ч. (на -а или на согласный при согласованном определении: надо мука купить; моя жизнь нельзя рассказать) как относительно регулярное явле­ние выступает в говорах северной диалектной зоны.

---

Прямой объект - существительное женского рода в форме им. п. может выступать при любых формах переходных глаголов: у нас вода не покупать; пора невеста встречать; пойду охапка вынести; кринка кринкой и закрывай! не сронила бы киска катушка; он не знав­ши дорога пошел. На основной территории распространения явления - в говорах северного наре­чия - среди всех сочетаний глагола с формой им. п. прямого объекта выделяются по степени употребительности сочетания с инфинитивом, не зависящим от личной формы глагола (см, первые два примера). Среди этих инфинитивных сочетаний наиболее распространены сочетания с инфинитивом, выступающим при предикативном наречии надо: надо трава запасти.

Рассмотренное явление представляет собой синтаксический ар­хаизм.

2. В говорах западной части России и в других говорах (главным
образом севернорусских) отмечается употребление в функции прямо­
го объекта формы им. п. одушевленных существительных во мн. ч.:
а домашние зайцы кроликами зовут; надо кони поить; старики жалеть
надо. В этих словосочетаниях обычно участвуют существительные -
названия животных.

Рассматриваемое явление по происхождению - морфологиче­ское. При утверждении категории одушевленности - неодушевлен­ности в отдельных русских говорах, так же как в украинском и бело­русском языках, существительные - названия лиц и существитель­ные - названия животных оказались в разных группах: для первых в вин. п. утвердилась форма род. п., для вторых (как и для существи­тельных - названий неодушевленных предметов и понятий) стала употребляться одна и та же форма в вин. п. и им. п.

3. Употребление в функции прямого объекта формы им. п. одушевленных существительных мужского рода в ед. ч. (купили поросенок; надо сторож иметь) зафиксировано на территории северно- и среднерусских говоров - в отдельных населенных пунктах из числа тех, где употребительны конструкции типа принести- вода, пасти кони (а также и типа надо поросенок).

Помимо диалектных различий, касающихся моделей словосочетаний, говорам присущи также различия, связанные с обра­зованием на основе одной и той же модели таких словосочетаний, которые выражают неодинаковый круг смысловых отношений. Про­иллюстрируем этот тип различий примерами.

1. Глагольные словосочетания с зависимой частью - существи­тельным в вин. п. и предлогом по во всех говорах (как и в литера­турном языке) могут выражать отношения пространственные (про­валиться в снег~по пояс;, стоять по правую сторону) и вре­менные (жить по 20-е число; не знать по сей день), в части же говоров - также и объектно-целевые (сходи по соседку; никто не идет по корову?; по справку сходи; по морошку отправились). Словосочетания, выражающие разные смысловые отношения, раз­личаются обычно семантикой слов, входящих как в главную, так и в зависимую части: так, например, во временные конструкции, образованные по модели «глагол + по + существительное в вин. п.» входит глагол со значением бытия или конкретного действия и существительное, называющее какой-либо момент времени; в объ­ектно-целевые же конструкции, построенные по той же модели,- глагол целенаправленного движения и существительное, называю­щее предмет, способный быть объектом этого движения.

---

Конструкции с предлогом по, семантически соотносительные с общерусскими конструкциями типа сходить за соседкой, отпра­виться за морошкой известны большей части севернорусских гово­ров, восточным среднерусским и части южнорусских. Их изоглосса очерчивает широкую, сужающуюся лишь к середине полосу, про­тянувшуюся с северо-востока Европейской части РСФСР на юго-запад (Брянская обл.).

Говоры, в которых употребляются объектно-целевые конструк­ции с предлогом по и существительным в вин. п., различаются кругом конкретных слов, включаемых в эти конструкции. В одних говорах (говоры северо-восточных территорий и юго-западной части Брянской обл.) с предлогом по сочетаются любые существи­тельные, как неодушевленные, так и одушевленные. В других гово­рах в эти конструкции могут входить только' неодушевленные существительные, причём чаше состав их ограничивается словами определенной семантической группы, а именно словами, называю­щими предметы, связанные с растительным миром,;-дикие и куль­турные рас гения и их плоды, а также продукты определенной обработки растений: лыки, жерди, смола и др. Все эти предметы объединяются тем, что приобретение их представляет собой более или менее длительный процесс, обычно сопровождающийся пере­движением в пространстве. В третьих говорах в данные конструкции могут входить лишь единичные слова, относящиеся к указанной семантической группе: обычно ягоды, грибы и их видовые названия, реже - дрова. Почти повсеместно распространенным является сло­восочетание пойти по воду. Словосочетание пойти по ягоды, по грибы, по воду; поехать по дрова возможны и в некоторых стилях литературного языка.

Образованные по модели «глагол -+- в + существительное в вин. п.» словосочетания с пространственным, временным и объект­ным значением (пойти в лес, проснуться в полночь, постучать в дверь) являются общерусскими, объектно-целевые же конструк­ции этой структуры (типа пойти в ягоды, т. е. за ягодами') известны только говорам на территории, примыкающей к БССР (употребитель­ны они и в белорусских говорах). В составе объектно-целевых конструкций с предлогом в обычно выступает довольно узкий лек­сический круг имен - это существительные, относящиеся к той семантической группе, которая была выделена выше для конструкций с предлогом по (ягоды, малина, грибы, рыжики, дрова, лыки, мох, хворост, орехи ...); словосочетания с другими существи­тельными (она ушодчи в кони; вчера ходили в рыбу; в огурцы пошла) встречаются, видимо, редко.

Для объектно-целевых конструкций с предлогом по свободное включение существительных разной семантики еще и в XVII в. было фактом общерусским. Можно думать, что при разрушении данных конструкций в части говоров удержались сочетания, которые как-то могли соотноситься с наиболее частотными обще­русскими конструкциями, включающими в себя предлог по,- с пространственными. Объектно-целевые конструкции с предлогом в - новообразование, и развились они, по-видимому, на базе прост­ранственных конструкций той же структуры.

---

2. В различных говорах (видимо, без четкой локализации) отмечается употребление ^существительного в предл. и реже в вин. п. с предлогом о(об) в составе временных конструкций, называющих действие и время его совершения: о свадьбе народ уже не работал; о маслянице блины пекли; о мае-то дома будешь? об страдну пору приезжали. Те же самые предложно-падежные сочетания в части говоров северного наречия используются для образования пространственных конструкций, однако здесь суще­ствительное чаще выступает в вин. п. Существительное с предло­гом о(об) называет в этих конструкциях предмет, возле которого, рядом с которым совершается действие: живем о реку; побрели о свой берег; о избу складено; не стой о середине избы. Обще­русский характер имеют только объектные конструкции, образо­ванные по модели «глагол -(- о + существительное в вин. (предл.) п.»: удариться об угол; рассказать о своей жизни. Как временные, так и пространственные конструкции являются синтаксическим архаизмом.

38. Особенности в построения простого предложения.

Состав структурных схем простых предложений в основ­ной своей части является общим для всех русских говоров. Ко­личество структурных схем, по которым предложения строятся только в некоторых говорах, невелико. На основе диалектных схем образуются по преимуществу предложения односоставные и такие двусоставные, где сказуемое выражено неизменяемым сло­вом (наречием, неизменяемой причастной или деепричастной формой).

Способы выражения сказуемого:

1. - На с-в и с-з - предл., в кот. сказ. м.б. деепр. пр.вр. (вши, ши) Он в город уехавши. Такие деепр. обр-ся ее от всех гл., а только способн. выражать осуществл. изм-я.

- Псков, новгород: сказ. = неизм. ф. кр. стр. прил. м.р. (ведро принесен)

- сев. гов.: кр. стр. прич. пр.вр. с суф. но, то (1 солдат похоронено здесь, рубашка надето).

2. во многих сев и с-з : сказ = полн. ф. стр. прич в знач. перфекта прич. сов. в. (билет купленный, весь день потраченный)

3. сказ = полн. прил. (я уж сытый)

4. согл. сказ. с подл.

§ 128. Русским говорам известны две соотносительные между собой двукомпонентные структурные схемы, состоящие из преди- -кативного наречия надо, нужно, видно, слышно и существительного в форме вил. или им. п. На их основе образуются предложения типа для Этой работы м'ашину // машина надо; нам ее саму // она сама надо; им хорошего кота // хороший кот нужно; отсюда реку // река видно; ребят // ребята издалека было слышно. но наиболее частотными, особенно в севернорусских говорах, являются конструкции с существитель­ными женского рода на -а.

Структурная схема предложения, состоящая из_существи-тельного в фо'рме род, п."и глагола в форме 3-го л. ед. ч. (на сегодня воды хватит), является оощёрусскои, но лексическое наполнение ее глагольного компонента' сущесТвеннТГ~различается по говорам. Во всех говорах-!! литературном Языке на основе данной структурной схемы образуются предложения с глаголами, в семантике которых присутствует признак, связанный с понятием количества. Эти гла­голы обозначают достаточность (недостаточность) количества (массы) каких-либо предметов {сахару хватит) или изменение ко­личественной меры предметов (гак земли-то и убавилось). Предло­жения с глаголами, семантика которых включает в себя коли-честве^шый^йрдзндк, но не сводится к нему (набежать, наехать, натечь, налететь и др.; ср.: опять комаров налетит; наросло травы дак), встречаются в разных гово'рах, но широко употребительны они только в севернорусских и западных среднерусских говорах (в литературном языке употребление данных предложений ограни­чено). Только в говорах севернорусских (главным образом в за­падной их части) и западных среднерусских образуются предложе­ния с глаголами, семантика которых не включает признака, связан­ного с понятием количества,- с глаголами бытийными в широком смысле слова (обозначающими наличие, появление, оонаружение, сохранение: быть, бывать, водиться, встречаться, оказаться, остаться, появляйся и др. .), с глаголами _даижения и некоторы­ми другими: есть у нас ржи, есть и пшена; было у меня сыновей; бывает нечистой силы; у нас зверья стало; если красный день, оводов появляется; холодной и горячей воды осталось; ездило тут всякого народу; косарей каких-то пошло. Наиболее частотны пред­ложения с глаголами, имеющими абстрактное, чисто бытийное значение,- быть, бывать.

---

Именной компонент рассматриваемых конструкций называет предметы, которые могут быть сосчитаны или измерены,- соот­ветственно здесь употребляются существительные во мн. ч. и такие существительные в ед. ч., которые имеют значение веществен­ное, собирательное или абстрактное.

В севернорусских говорах изредка отмечаются предложения, в которых словоформа есть сочетается с формой род. п. суще­ствительные называкшщх~~н^делимый предмет: его есть, этого Ваньки; ручья есть; а отца-то у тебя есть? есть там моего телка? Очевидно, что данные предложения имеют не количественное, а чисто бытийное значение.

Предложения со структурной схемой, состоящей из существи­тельного в род. п. и глагола бытийной семантики, еще в XVIII - начале XIX в. были свойственны литературному языку.

Ряд диалектных различий связан с предложениями, вклю-чающими в свои состав краткие страдательные причастия в форме на -но, -то; ~:гндс~Б~,-^тосТГ: уорано, налито; выученось, мытось.С Причастия на -но, -тй; ною, -юсь ыкже, как и краткие страдатель­ные причастия, согласованные с именем-подлежащим, выражают значение состояния, вызванного предшествующим действием: при­частиями с нулевой формой служебного глагола или со слово­формой есть1;передается значение состояния в~~мо~мент" речи (воды налито, воды есть налито); сочетания причастий со служебным глаголом__ббггь в прошедшем и будущем времени выражают соответственно значение состояния, отнесенного в прошлое - ко времени, предшествующему моменту речп_(вооы оылЬ налито), и значение- состояТГйя^ отнесемого в будущее - ко времени, сле­дующему после момента речи (воды будет налито).

Причастия на -но, -то, образованные от переходных глаголов, могут составлять'Структурную схему предложения (у них еще не пахано; в избе- вымыто) й~ могуТ"т5ь1Ть"_час"ТьТо_двукомпонентной схемы, сочетаясь в ее составе с существительным, называющим предмет - объект того действия, которое вызвало названное при­частием состояние: на полу налито воды; избу уже заперто. При­частия, образованные от непереходных глаголов - на -но, -то и -нось, -тось, - всегда составляют структур1шо__схЁМУ предложения: ночёв"ано~~во дворе у конеи^то; с молодых дён пожито хорошо; ни с кем не руганось; у нее уж одетось.

В составе структурной схемы предложения причастия на -но, -то могут сочетаться с существительным в форме им., род. и вин. п.: мука у нас куплено; петун променяно на куру; коту мяса положено и молока налито; там огурцов насажено; чашку разбито; сына в армию взято.' Предложения, образованные на основе схемы с существительным в род. п., являются общерусскими, предложения с существительным в им. и вин. п. - собственно диалектными. Как

предложения типа мука куплено, так и типа чашку разбито споради­чески отмечаются в говорах северной диалектной зоны.

§ 131. Существенные различия создаются в говорах за счет предикативного употребления деепричастных форм типа поспевши, засохши, ср.: груша уже поспевши; что посеяно - все засохши; "отец был в войну ранивши. Употребление деепричастных форм в предикативной функции характерно для говоров западной диалект­ной зоны. Наиболее частотны предложения с предикативными дее­причастиями" в с^тетгнтгрусских говорах на северо-западе РСФСР. За пределами указанной территории в предикативной функции вы­ступают, главным образом, отдельные деепричастия - одевши, раз-девши, обувши, разувши, (не) евши и некоторые другие. При по-мощй~7федиКативнЫх "деепричастий выражается состояние предме­та, вызванное предшествующим действием: деепричастия с нулевой формой служебного глагола или со словоформой есть выражают значение состояния в момент речи (все засохши, все есть засохши), Деепричастия с формами прошедшего-времени СЛужеоного глагола быть - значение состояния, отнесенного в прошлое (все было засохши), деепричастия со служебным глаголом в форме будущего времени - значение состояния, отнесенного в будущее (все будет засохши). Предикативная функция характерна для деепричастных форм совершенного вида.

---

Смотрите также файлы

• А.Е. Маслов Российское уголовное право Лекции.doc

• доклад.doc

• Lektsia_po_informatsii.doc

• Lektsia_Algoritmy.doc

• Informatsionnye_sistemy.doc