Файл: UChEBN_PO_SOTs_KAF_SP_2014.doc

СССР понес большие экономические, социальные и демографические потери в годы Великой Отечественной войны, особенно Россия, Украина, Белоруссия. Осложнились и приобрели долговременный восстановительный характер социально–стратификационные процессы. В годы войны погибло более 27 миллионов человек (в основном не военнослужащих). В 1940–х годах должно было вступить в активную трудовую и общественную жизнь поколение рожденных в 1915 – 1925 годах. Но оно в значительной степени было выбито, особенно мужчины. Это сократило трудовые ресурсы, нарушило половой баланс и гендерное распределение социальных ролей.

К исходу 1950–х годов завершился послевоенный восстановительный период. Перепись населения 1959 г. выявила значительные количественные сдвиги в классовом составе населения. Значительно возросла доля рабочего класса и составила в СССР 50,2 %, в РСФСР – 56,1 %. Увеличилась и доля служащих и интеллигенции (соответственно в СССР – 18,19 %, в РСФСР – 19,5 %). Сократилась общая численность и доля колхозного крестьянства (в СССР – 47,2 %, в РСФСР – 24,2 %)²². Заметно повысился образовательный уровень рабочих: 39,6 % из них в СССР имели высшее, среднее (полное и неполное) образование (в 1939 г. таким образовательным уровнем обладали только 8,4 %). В 1959 г. 22,6 % крестьян–колхозников имели образование выше четырехклассного начального (в 1939 году – 1,8 %). Как в промышленности, так и в сельском хозяйстве, в органах управления существенно сказывался дефицит специалистов с высшим образованием. Только 17, 6 % из них имели законченное высшее образование. Это отрицательно сказывалось на решении экономических, социальных и особенно управленческих проблем.

В 1960–х – 80–х гг. социально–стратификационные процессы находились под воздействием факторов индустриального развития (развертывающейся научно–технической революции) и политики государства на преодоление социально–классовых различий. Система стратификации типологически, качественно не изменилась. В соответствии с методологическими установками классового анализа, господствовавшего в советской социологии, она включала в себя рабочий класс, колхозное крестьянство и служащих. Однако каждая стратификационная группа видоизменялась.

Перепись населения в 1979 году показала, что доля рабочего класса продолжала расти и составила в СССР 60 %, в РСФСР – 63 %. Значительно (почти в 2,5 раза) уменьшилось крестьянство, а также кооперированные кустари: в СССР эта группа составила 14,9 %, в РСФСР и того меньше – 10 %. Заметно увеличилась категория служащих, включая интеллигенцию: в СССР – 25,1 %, в РСФСР – 26 % ²³.

Перепись фиксировала социальный состав населения по классовым категориям. Но стратификация советского, включая российское, общества была сложнее и многомернее. Академик Т. И. Заславская по критериям богатства, объема власти, престижа, влияния предложила иную стратификационную модель. Она выделила четыре крупные страты: 1) правящий класс ("номенклатура"), 2) сравнительно небольшой средний класс (директора предприятий, часть научной и творческой интеллигенции), 3) низший класс наемных работников (рабочие, колхозники, интеллигенция средней и низшей квалификации), 4) "социальное дно"²⁴. Эта модель вскрывает стратификационное неравенство.

Различие, расслоение общества по доходам не было во второй половине ХХ века значительным. Децильный коэффициент²⁵ был умеренным и не превышал 7–кратного разрыва. Неравенство было значительным в жилищных условиях, в потреблении товаров (в условиях дефицита), в медицинском обслуживании, в возможности влиять на дела в государстве, в престиже профессий. Это неравенство возрастало к исходу 1980–х годов.

Факторами восходящей социальной мобильности были способности, трудовая активность индивида, образование, особенно высшее, система повышения квалификации и переподготовки кадров. Особым восходящим лифтом были социальные связи, протекционизм (родственный, приятельский, земляческий). Его использование не носило массового характера, но было выражением неравенства в социальной мобильности. Существенным фактором горизонтальной мобильности было мобилизационное перемещение трудовых ресурсов для освоения природных богатств Сибири, Дальнего Востока.

В основе социально–экономической политики советского государства в 1970–х – 80–х годах лежала идеологическая установка на преодоление существенных социальных различий между рабочим классом, колхозным крестьянством и интеллигенцией и переход к социально однородному бесклассовому обществу. Кое–что делалось в этом направлении. Однако все более и более нарастали негативные процессы: снижение темпов экономического роста, низкая восприимчивость экономики к требованиям научно–технической революции, возрастание напряженности между властвующей элитой и обществом, между возросшими материальными притязаниями масс и острым товарным дефицитом. Снижались управляемость социально–экономическими процессами, качество и эффективность государственной политики. Назревала необходимость глубоких демократических реформ всей государственной и общественной системы, включая систему социальной стратификации. В верхних структурах власти развернулась борьба между сторонниками социально–демократических и радикал–либеральных реформ. Верх удержали сторонники радикал–либерализма.

В 1990–х и последующих годах радикал–либеральные реформы, сторонники которых владели государственной властью и доминировали в общественном мнении, взломали систему социальной стратификации советского типа, базировавшейся экономически на общественной, государственной собственности на средства производства; социально – на распределении по труду, всеобщем бесплатном образовании и медицинском обслуживании, постепенном стирании классовых различий; политически – на монопольном положении КПСС в системе власти.

Главным фактором радикальных изменений системы стратификации была политика постсоветского российского государства на приватизацию государственной собственности, идеология дискредитации общественной собственности, абсолютизация регулирующей роли рынка и безусловной эффективности частной собственности. Приватизация и так называемые залоговые аукционы (по сути дела – распродажа многомиллионных объектов госсобственности по бросовым ценам) велись без достаточных рациональных оснований с полным нарушением принципов социальной справедливости и экономической эффективности. Этот процесс обусловил собой глубокое расслоение общества: одни (узкая группа) стремительно богатели, сосредотачивая в своих руках бòльшую часть национального достояния, другие разорялись. Стратифицировалась занятость населения по формам собственности.

Таблица 1.

Среднегодовая занятость в экономике по формам собственности (в %)²⁶

Рабочий класс занят во всех формах собственности. Почти исчезло колхозное креестьянство. Мелкое фермерство испытывает большие финансово–экономические, технические и агрономические трудности. Стремительно сформировалась буржуазия: промышленная, аграрная, торговая и особенно финансовая. Значительно увеличилось чиновничество, превратившееся в особый клан. Уменьшилась и десоциализировалась интеллигенция.

Социальное неравенство углубилось и резко обострилось тем историческим фактом, что богатство узкой социальной группы социально нелегитимно, приватизация народного достояния проведена несправедливо. Децильный коэффициент за последние 20 лет по официальным данным никогда не снижался ниже показателя 13 и имеет тенденцию роста (в 2012 г. – 17–кратный разрыв). К 2010 году 10 % богатых россиян сосредоточили в своих руках более 30 % всех денежных доходов в стране; на долю 10 % бедных перепало только 1,9 % доходов.

Социологи фиксируют сложную стратификацию современной России. Проведенные Институтом социологии РАН (проект М. К. Горшкова) исследования во второй половине первого десятилетия XXI века выявили 10 социальных страт, отличающихся друг от друга по показателям условий и образа жизни, отношения к средствам производства, способам получения и размерам дохода, уровнем образования, получения медицинских услуг, организации досуга, личной стратификационной самооценки. Представители 1–й и 2–й страты (20 %) живут ниже черты бедности. Представители 3–й страты (17 %) балансируют на черте бедности, часто срываясь вниз. 4–я страта (24 %) – малообеспеченное население. 5–я страта – обеспеченные (16 %), 6–я страта (6 %), 7–я страта (7 %), 8–я страта (5 %) – более обеспеченные, это средний класс (суммарно 18 %). 9–я страта (4 %) и 10–я (1 %) – это высшие страты, они владеют решающими финансовыми и другими материальными богатствами страны, имеют широкий доступ к власти и влияние на принятие властных и управленческих решений²⁷.

Социальная мобильность в современной России противоречива. С одной стороны, расширилось ее пространство, особенно в бизнесе (от национального до глобального), в коммерции, а также в образовании. С другой стороны, сузилось социальное пространство восходящей мобильности в науке, творческой деятельности, в производительном труде. Ресурсы и типы мобильности существенно различаются у разных страт. У бедных и малообеспеченных слоев восходящая мобильность крайне затруднена, шансы невысоки, а часто равны нулю. Испытывают трудности средние слои, у которых высок риск "сорваться вниз" (особенно в периоды финансово–экономических кризисов). Высшие страты имеют широкий простор и богатые материальные ресурсы, а также социальные связи (социальный капитал) для восходящей мобильности.

В горизонтальной мобильности доминируют миграционные процессы. Фактором социальной мобильности в современной России являются: способности и энергия индивида, исходное стратификационное положение, имущественные и финансовые ресурсы, образование, социальные связи, коррупция.

Самая острая стратификационная проблема – углубляющееся социальное неравенство. Не только по положению, статусу в стратификационной системе, но и по социальным перспективам. Эта проблема конфликтогенна. Социальное неравенство сдерживает, тормозит экономическое, социокультурное и политическое развитие России и является основой и источником многих негативных процессов.

Контрольные вопросы

1. Что такое социальная стратификация? Ее значение и роль в социологической науке.

2. Каковы методологические основания разных концепций социальной стратификации?

3. Что такое социальное неравенство в свете теорий социальной стратификации?

4. Почему исторически изменяются системы социальной стратификации?

5. Что такое социальная мобильность? Каковы ее факторы и типы?

6. Каковы главные тенденции и проблемы социально–стратификационных процессов в современной России?

Задачи и проблемные задания

1. Сравните понятие «класс» в разных социологических концепциях.

2. Проанализируйте причины коренных изменений системы социальной стратификации в России в конце ХХ – начале XXI века.

3. По статистическим справочникам и материалам социологических исследований постарайтесь выявить динамику социального неравенства в постсоветской России.

4. Составьте карту социальной мобильности Вашего рода, семьи.

5. Составьте веер социальной мобильности Ваших прошлых соклассников.

6. Постарайтесь социологически спрогнозировать Ваши ресурсы, шансы и векторы социальной мобильности на ближайшие 5 – 7 лет.

Литература

1. Гидденс Э. Социология. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. Глава 7. Стратификация и классовая структура. С. 196 – 232.

2. Социальное неравенство и публичная политика / Редакц. коллектив: В. А. Медведев (отв. Ред.), Горшков Ю. А., Красин. – М,: Культурная революция, 2007. – 336 с.

3. Рахманин В.С. Особенности социально–стратификационных процессов в современной России // Человек в трансформирующемся мире (этические и социологические аспекты. / Коллект. монография В. В. Варава и др. – Воронеж, ИПЦ "Научная книга", 2010. – С. 120 – 188.

4. Авраамова Е.М. Средний класс эпохи Путина./ Авраамова Е.М.// Общественные науки и современность. 2008. – № 1. – C. 28 – 36.

5. Вебер М. Основные понятия стратификации/ Вебер М. //Социологические исследования. 1994. – № 5. – С.147 – 156.

6. Симонян Р.Х. Средний класс в современной России: миф или реальность? / Симонян Р.Х.// Общественные науки и современность. 2008. – № 1. – C. 37 – 49.

7. Тихонова Н.Е. Социальная стратификация в современной России: опыт эмпирического анализа. – М.: Институт социологии РАН, 2007. – 320 с.

8. Тихонова Н.Е. Особенности российского низшего класса/ Тихонова Н.Е.// Общественные науки и современность. 2010. – № 5. – C. 31 – 44.

9. Тихонова Н.Е. Социальная структура России: теории и реальность / Н. Е. Тихонова. — М. Новый хронограф: Ин–т социологии РАН, 2014. — 408 с.

10. Шкаратан О.И. Социально–экономическое неравенство и его воспроизводство в современной России. – М.: ЗАО «ОЛМА Медиа Групп», 2009. – 560 с.

Лекция 3. МОЛОДЕЖЬ КАК СОЦИАЛЬНО–ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ ГРУППА

Аннотация. Социология молодежи — это отрасль социологии, предметом которой является молодежь как особая социальная группа. Высокая скорость политических, экономических и социальных изменений оказывает серьезное влияние на положение и социальное развитие молодежи. Особую остроту ряда молодежных проблем обусловливает также особенность протекания этого возрастного периода в жизни человека. Научный анализ процессов формирования ценностно–нормативной системы молодежи, экономических, политических и социокультурных условий ее социализации имеет в современных условиях большое поле практического применения.

План лекции:

1. Социология молодежи как наука.

2. Особенности молодежи как социальной группы.

3. Молодежь в российском обществе.

1. Социология молодежи как наука.

Одним из важнейших разделов социологической науки является социология молодежи. Она выполняет функцию целостного и системного анализа, исследует молодое поколение как социально–демографическую группу, роль молодежи в общественном воспроизводстве, ее положение в социальной структуре, взаимодействие с другими общественными группами.

Как наука социология молодежи сегодня выстраивается на трех взаимосвязанных уровнях:

1. общеметодологическом, основанном на подходе к социальному познанию молодежи как общественного феномена;

2. специально–теоретическом, раскрывающим специфику, структуру молодежи как социально–демографической группы, особенности ее сознания и поведения, возрастную и социально–психологическую специфику образа жизни, динамику ценностных ориентаций;

3. эмпирическом, анализирующем проблемы молодежи на основе социологических исследований конкретные факты в различных сферах жизни.²⁸

Молодежные проблемы, являющиеся предметом исследования социологии молодежи, можно представить в виде двух больших групп:

1. изучение специфических молодежных социальных проблем, обуславливающих функционирование молодежи как относительно самостоятельной социально–демографической группы;

2. общесоциологические проблемы, затрагивающие молодежь как часть общества и в то же время касающиеся молодежи и специфически проявляющиеся в молодежной среде (особенности социализации и воспитания, роль и место молодежи во властных структурах, развитие политической активности и т.п.).

В этой связи целесообразно рассмотреть следующие вопросы:

1. Специфика молодежи как социально–демографической группы.

2. Российская молодежь в контексте трансформации общественной жизни.

В отечественной социологии длительное время молодежь не рассматривалась как самостоятельная демографическая группа, а изучалась как органическая часть рабочего класса, крестьянства, интеллигенции. Для выявления специфики молодежи как социально–демографической группы в структуре общества необходимо ответить на вопрос: что такое молодежь, избегая при этом двух основных крайностей: характеризовать ее лишь на основе возрастных признаков или рассматривать ее только как органическую часть общества, социальную группу в структуре общества.