Файл: КНИГОВЕДЕНИЕ.pdf

назначение для организации чтения. В основном чтение осуществляется вне библиотечной системы. Поэтому при изучении читателя и чтения необходимо обращаться к другим разделам книговедения, которые могут предоставить полезный материал, и прежде всего данные о книгоиздании, книготорговле, рекомендательной библиографии и т. д., которые позволят ответить на принципиально важные вопросы: как используется книга, как она живет в обществе, как она влияет на человечество и как человечество влияет на нее.

Именно книговедение, которое рассматривается как комплекс родственных, тесно взаимосвязанных, но относительно самостоятельных научных дисциплин общественного цикла, изучающих произведения печати, процессы их создания, распространения и использования, а также те отрасли культуры и народного хозяйства, которые осуществляют указанные процессы, сможет дать объективный ответ на вопросы о чтении и читателе.

По мнению А. А. Беловицкой, чтение и есть тот процесс, в котором «совершается» книга как таковая, книга как актуализированный книжным делом способ отражения и средство формирования индивидуального, группового и общественного сознания (в формах обыденного сознания, религии, философии, науки, этики, эстетики, права, политики и др.).

Следовательно результаты чтения зависят не только от личных качеств читателя, но и от социального контекста (культурная традиция, состояние образования и науки, направления общественного развития, политическая субстанция и др.).

В теории чтения выделяют следующие основные направления: социология чтения, психология чтения, история чтения, педагогика чтения. Последнее направление изучает воспитательное воздействие чтения на личность.

«СОЦИОЛОГИЯ ЧТЕНИЯ». В словаре библиотечных терминов ей дано следующее определение: «Социология чтения — это частная социологическая дисциплина, изучающая социальные факты и закономерности, относящиеся к функционированию произведений печати в обществе. Основные задачи социологии чтения — раскрыть общественнополитическую обусловленность потребности в чтении, объяснить социальную природу и принципы развития читательских интересов, определить место чтения в системе культурных явлений и его роль в формировании духовного мира человека...» [10].

Таким образом, социология чтения выполняет три главные функции: познавательную, управленческую и идеологическую.

Первая изучает объективные закономерности чтения, вторая — вырабатывает рекомендации для управления, планирования и прогнозирования книжного и библиотечного дела; третья — создает основы для углубленной работы по формированию личности посредством произведений печати.

Именно в социологии чтения, одном из главных разделов читателеведения, изучается читатель — реципиент как воспринимающий субъект. По существу изучается функционирование книги в обществе. Трудности, которые возникают при изучении чтения

ичитателя, вызываются сложностью самой проблемы. Дело в том, что книга и читатель, процессы создания, читательского освоения и обращения книги в обществе взаимно соподчинены и образуют сложную систему взаимоотношений. Эта система, как в целом, так

ив ее отдельных элементах, есть неотъемлемая часть существующих на данный момент, меняющихся идеологических отношений, происходящих в обществе. Поэтому читателеведение все еще находится на стадии становления, хотя и имеется богатый материал конкретных исследований о читателе и чтении.

Наряду с социологией развивается и функционирует психология чтения.

«ПСИХОЛОГИЯ ЧТЕНИЯ» — научная дисциплина, «изучающая формирование навыков чтения, структуру восприятия и понимания литературы, роль и особенности психических процессов и состояний человека при чтении, их зависимость от объективных качеств печатных изданий, от особенностей психологии личности.» [10].

Понятия, рассматриваемые выше, связаны с понятиями «потребность в чтении», «цели и мотивы чтения».

8

«ПОТРЕБНОСТЬ В ЧТЕНИИ» отношение социального субъекта (личности, группы, общества) к чтению как жизненно необходимой деятельности, посредством которой специфическим образом удовлетворяются коммуникативные, познавательные, житейские, нравственные и другие потребности [10]. Потребность в чтении формируется постепенно и приводит к систематическому чтению, что можно проверить анализом библиотечной документации. О потребности в чтении говорят данные средней читаемости, оборачиваемости отдельных экземпляров, книговыдача. Об этом свидетельствуют и данные книжной торговли.

«МОТИВЫ ЧТЕНИЯ» — компонент читательской направленности — внутренние побуждения читателя, которые выступают в форме вероятностного представления о тех или иных качествах произведений печати, отвечающих его потребностям в чтении [10].

Известно, что книга сочетает в себе две функции: отдыха и деловой коммуникации. Для читателя любой текст может, выполнять эти функции. Они могут смыкаться и усложнять друг друга. Только мотивы и цели чтения определяют основные функции книги. В одном случае книгу можно «читать», в другом — « изучать». Между этими двумя способами использования книги существует великое множество других целей чтения, которые определяет только сам читатель. Цели бывают: практические, познавательные, общеобразовательные, развлекательные и т. д.

ИСТОРИЯ ЧТЕНИЯ По существу история чтения есть история книгопользования. М. И. Слуховский дает

ей следующее в своем определении подчеркивает, что история чтения есть одна из дисциплин книговедческого цикла, изучающих историческое развитие использования книжного слова в универсальном (общем) бытовом охвате.

Рассматривая вопрос о связи истории чтения с родственными ей науками, М. И. Слуховский приходит к выводу: она тяготеет к книговедению, так как последнее изучает саму книгу комплексно. Исследовать историю чтения очень трудно. Это связано и с источниками изучения, и с подходами к исследованию проблемы. На чтение оказывает влияние бюджет времени читателя, обращение читателя в процессе чтения к справочникам и энциклопедиям различного типа, факторы моды в выборе книг, насыщенность книгой провинции и многие другие вопросы. Кроме того, можно изучать книгу, можно изучать читателя, читателя через книгу, книгу через читателя.

Итак, история чтения — очень сложная проблема, имеющая свой глубокий социальный фон и непростую структуру. Изучить исторические события разного характера, яркости и насыщенности, книги разного содержания и силы, разных читателей, их мысли и действия — все это задача истории чтения.

Однако, проблемы чтения кроются не только в книге, ее содержании жанре, объеме, структуре или внешности, но и в читателе, в его целях чтения.

«ЧИТАТЕЛЬ» — социальный субъект чтения как регулярной деятельности, отвечающей его духовным потребностям, который характеризуется специфической читательской психологией и является в то же время объектом воздействия со стороны автора» [10].

Читателей можно разделить на три вида: а) читатель — реальная личность, которая читает; б) читатель, которого автор имеет в виду, создавая произведение; в) читатель, который существует в произведении, как один из персонажей.

Чаще всего наука о читателе интересуется читателем как реальной личностью, который выделяется из всей массы людей на основе той деятельности, которую он осуществляет. Сюда входят также сами писатели (как первые читатели своих произведений), критики, цензоры, редакторы, рецензенты, литературоведы — все те, кто хоть и выступает в качестве читателей, но их чтение выполняет специфические функции. Чтение этой категории читателей исследуется реже, и обычно они не подразумеваются, когда речь идет о первой

9

группе.

Читатель группы «б», которого автор имеет в виду, создавая произведение, обычно интересует историков литературы.

Воображаемый автором читатель влияет и на процесс и на конечный результат писательского труда. Этот «внутренний читатель» сложно связан с читателем реальноисторическим, чей спрос неоднозначно определяет авторские «предложения».

Реальный читатель и читатель-адресат — понятия не тождественные, но взаимосоотносимые. Современный автору читатель очень влияет на формирование образа «внутреннего читателя», а последний служит постоянным ориентиром писателю в поисках единственно точного и необходимого словообраза. Он взыскательный и добрый друг. Он вызывает на спор, рождает сомнения, досаждает упреками, раздражает, казнит, вдохновляет. Значение этого внутреннего читателя хорошо понимал А. М. Горький и считал, что работая, писатель должен вполне определенно и ясно видеть лицо того существа, на внимание которого он рассчитывает.

Еще более определенно о «внутреннем читателе» высказывался А. Толстой: «Из своего писательского опыта я знаю, что напряжение и качество той вещи, какую пишу, зависит от моего первоначально задуманного представления о читателе. Читатель, как некое общее существо, постигаемое моим воображением, опытом и знанием, возникает одновременно с темой моего произведения». [33]

«Внутреннего читателя», который живет в тебе, — по словам К. Федина, — чаще всего изучают литературоведы.

Читатель группы «в», чей образ запечатлен в самом произведении и существует в нем как один из персонажей, исследуется еще реже, хотя в последнее время появляются и такие работы. В качестве примера можно назвать солидное исследование А. И. Федуты и Н. В. Егорова «Читатель в творческом сознании А. С. Пушкина» [35].

Отдельным направлением в изучении читателя выделяется его история. Как было сказано выше, внутренние связи дисциплин книговедческого цикла очень сложны. Так, изучение отдельных читателей и целых социальных групп соответствует направлению «история читателя», а изучение чтения тех или иных книг — направлению «история чтения», исследование «круга чтения» — направлению «история книги». Изучение чтения произведений Р. Киплинга М. Булгаковым входит в «историю читателя», а изучение чтения произведений М. Булгакова студентами филологами — в «историю чтения». Таким образом, история читателя вмещается в историю чтения, а история чтения может совпадать с историей читателя, значительно перекрывая её, но не может стать уже её. История читателя есть часть истории чтения. Следовательно, история читателя изучает реального человека, определенное лицо. Её цель можно рассматривать как роль книги в жизни конкретного человека.

И. Е. Баренбаум так определяет историю читателя: «Это область знания, изучающая читательские интересы и круг чтения отдельных лиц и целых социальных слоев и групп, чтение ими книг и других произведений печати, имеющих хождение в тот или иной исторический период. История читателя изучает также формирование читательских интересов, отношение читателя к книге, влияние, которое книга оказывает на читателя в процессе чтения, выступая в качестве важнейшего фактора воспитания личности и формирования ее мировоззрения» [2].

Он вводит историю читателя в состав читателеведения, которое входит в общее книговедение. История читателя является, по его мнению, исторической частью читателеведения.

С ним не согласен М. И. Слуховский, который утверждает, что «влияние книг», «читательский интерес» и «отношение читателя» могут изучать и другие дисциплины книговедческого цикла, а не только читателеведение.

«ЧИТАТЕЛЬСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ».

10

Как специфическое духовное явление она возникает и развивается в системе общественного сознания и проявляется в различных областях повседневной жизни отдельных людей, социальных групп и общества в целом. Она беспрерывно, с возрастающей активностью дает о себе знать в таких общественных сферах, как духовное производство и потребление, воспитание и образование, массовое и межличностное общение и т. д. На актуальность и перспективность разработки проблем читательской психологии обращали внимание многие ученые. С. П. Гурьянов считает, что без учета существа и природы потребностей в чтении могут оказаться неполными наши представления о духовном мире личности современного человека. А. К. Угледов также придает большое значению изучению читательских мнений, рассматривая их в качестве одного из источников знаний об оценках людьми ряда профессиональной деятельности. Б. С. Мейлах, А. Г. Ковалев, Б. Умнов связывают с изучением читательской психологии некоторые перспективы развития таких научных дисциплин, как психология литературы и литературного творчества, психология печати и библиотечного дела. Специалисты-книговеды полагают, что без широкого изучения читательской психологии нельзя решить ряд проблем, связанных с организацией редакционно-издательского дела.

К изучению и анализу читательской психологии обращаются различные науки: книговедение, библиотековедение, педагогика, психология, языкознание, литературоведение и т. д. Каждая из них рассматривает ее в свете задач своей науки, применяя при этом присущие ей методы и. исследовательские приемы, используя принятый ею терминологический аппарат.

Термин «читательская психология» впервые был употреблен Н. А. Рубакиным в статье «Привычка как особый фактор читательской психологии», написанной в 1912 г. Однако он не получил тогда своего дальнейшего уточнения и до середины 70-х годов XX века продолжал использоваться различными авторами в различных по смыслу контекстах. И только В. П. Таловов конкретизировал это понятие: «Под читательской психологией следует понимать ... взятые в совокупности мысли и чувства, потребности, установки, интересы, заблуждения, предрассудки, иллюзии и т.д., возникающие по поводу объектов чтения в условиях повседневной жизнедеятельности людей на уровне у обыденного сознания» [31]. При этом под объектом чтения автор подразумевает литературу, печать, газеты, журналы и другие подобные явления, все то, что предназначено для чтения и, как правило, через посредство чтения реализует свои социальные и другие функции. По его мнению, носителями читательской психологии могут быть не только грамотные люди, а, например, даже дети, задолго до того, как они научатся грамоте.

В терминологическом словаре «Библиотечное дело» дается следующее определение: «ЧИТАТЕЛЬСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ» — целостное структурное образование в общественном или индивидуальном сознании, регулирующее взаимоотношения читателя (личности, группы, общества) и печатной продукции.

Она проявляется в особенностях восприятия, понимания, оценке текста, а также в отзывах и мнениях о прочитанном. Читательская психология зависит от жизненного опыта личности, который проявляется в начитанности, культуре чтения, читательских привычках и навыках; а также от индивидуально-типологических свойств читателя, проявляющихся в особенностях чтения, обусловленных чертами характера» [10].

В. П. Талонов использует термины «читательская психология» и «читателеведение» как соотносящиеся друг с другом, как предмет исследования со специфической областью социального познания.

С читательской психологией тесно связан читательский интерес. В том же словаре он определяется так: «ЧИТАТЕЛЬСКИЙ ИНТЕРЕС» — избирательно-положительное отношение читателя к чтению произведений печати, эмоционально привлекательных или значимых для него в каком-либо аспекте» [10].

Читательский интерес классифицируется как по содержанию, в зависимости от интереса к литературе различных видов, жанров, тематики, так и по глубине, устойчивости и

11