ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 27.08.2025
Просмотров: 246
Скачиваний: 0
В эпоху средневековья женщины господствующих сословий носили и целый ряд других головных уборов, которые не были известны простому народу на протяжении всей истории.
Во второй половине XVI в. у знатных женщин вошли в обиход береты («бирет», «биретик») наподобие тех, которые носили епископы, священники и ученые. Многогранное донышко мужского берета заменяется круглым. Берет стали украшать разнообразной вышивкой, разноцветными перьями, приколотыми дорогой застежкой либо булавкой 206.
Подобно тому как женские меховые шапки представляли различные модификации древней сферической шапки, мужские головные уборы из мехов также были разнообразны по форме и по названиям.
В древнебелорусских актах часто упоминается мужской головной убор кучма: «на голове его великая кучма»207; «Кучма, подшитая куницами, коштовала пять злотых польских»208. 3. Глогер выводит это название от турецкого кесхе — шерстяной войлок. Возможно, название взято от турецкой войлочной шапки типа магер-ки. Форма же кучмы и материал, из которого она, как правило, шилась, имеют мало общего с войлочными янычарскими шапками, а также с магерками. Кучма — меховая соболья высокая шапка с синим верхом. Причем, видимо, высота ее была довольно значительной, так как французы дивились польским кованым сапогам («ботам») и Кучмам209. Высокие стожко-образные кучмы известны нам по этнографическим материалам XIX в. Белорусские крестьяне шили кучмы из овчины шерстью наружу.
Белорусскую кучму можно сравнить со средневековыми русскими высокими гор-латными шапками, которые у князей и бояр шились из дорогих мехов.
В белорусских актах упоминается шлык — зимний мужской головной убор: «и шапки дей ми тое шлыка не вернул»210. Изготовлялся из меха различных животных: «шлык расомачий», «шлык порпья-новый, белками подбитый»21'1. Чаще упоминается белиный (беличий) шлык, в котором беличий мех комбинировали с красным (порпьяным) сукном. Мужчины носили шлыки из чернобурки, деву_шки — попелич-ные и собольи, а простой люд — соломенные. Название «шлык» Глогер выводит от турецкого Ьав1ук — меховая шапка в виде капюшона212. Белорусские крестьяне в XIX в. башлыком называли капюшон, который обычно пристегивался к бурке — верхней одежде с рукавами.
В актовых материалах весьма часто упоминается головной убор магерка: «чапка мокгерка чорная кутнеровая, коштовала осьм грошей»213; «пограбили шапку магерку»214; с пана Солецкого при убийстве, кроме всего прочего, взяли «шапку магерку, дано гроши шесть, в ней запонка золотая и з шмальцем, дано "копдве» 215. Название этой шапки исследователи выводят от венгерского та^уаг — венгр Появление магерки на территории Речи Посполитой относят ко временам короля Стефана Батория. При Батории этот головной убор, кроме самого короля, носили его приближенные. У шляхты эта шапка иногда называлась еще баторовкой. В XVII в., по свидетельству Горбачевского, магерка являлась щегольским шляхетским убором из бархата либо сукна. Отличительной особенностью шляхетской магерки было украшение из перьев: «магерка черная с двема перы белыми жора-выми, коштовала и с пером грошей 40 лит.»216 Во времена Сигизмунда III, характеризуя рыцаря, говорили: «Конь, турок, хлоп мазурек, шапка магерка, сабля венгерка». Признаком рыцарской ловкости, писал Глогер, считалось умение, сидя на коне, поднять с земли копьем магер-ку217. Постепенно магерка становится весьма популярным головным убором не только у шляхты, но и у городского мещанства, крестьянства. Простые сословия магеркой называли некоторые виды войлочных шапок.
Войлочные магерки у крестьян в ряде центральных и северных районов Белоруссии бытовали до начала XX в. Изготовлялись они из белого, но чаще серого войлока, с полями разной ширины, плотно прилегающими к тулье. Магерки, бытовавшие у мещан и простого народа, не украшались запонками и перьями.
По свидетельству 3. Глогера, в средние века из Польши в Литву вывозили либо готовые магерки, либо мягкий толстый материал, из которого их изготавливали 218. В XIX в. было налажено производство магерок в белорусском местечке Дрибин Могилевской губернии.
Весьма распространенным головным убором, известным почти у всех сословий средневековой Белоруссии, была шляпа капелюш. Название убора, представляющее кальку с латинского карреПиз, скорее всего усвоено белорусами от поляков, у которых уже в документах XV в. упоминаются капелюшники — специальные мастера по изготовлению этих, а возможно, и других головных уборов. В Речи Посполитой известно было и цеховое производство капелюшей. Были капелюшники и в белорусских городах (в Гродно и др.).
Белорусские крестьяне вплоть до начала XX в. либо покупали мужские головные уборы, либо шили их у ремесленников, которые странствовали по деревням в зимнее время, тогда как другие компоненты костюма изготавливали преимущественно своими силами в домашних условиях.
У простого сословия наиболее распространенными были капелюши, плетенные из соломы. У шляхты, городского мещанства, а также и у крестьян широко бытовали войлочные капелюши. Последние изготавливались в XVIII в. из украинской шерсти в Махновце недалеко от Бердиче-ва на фабрике киевского воеводы П. Потоцкого и в свое время имели широкий спрос во, всех русских землях .
У магнатов капелюши были из дорогого сукна и бархата: «капелюши оксамиту чорного»220. В источниках упоминается капелюш бобровый, украшенный рядом блестящего жемчуга. Вообще же капелюши украшались пряжкой и лентой — «крепои» .
Некоторые головные уборы носили в строго определенной социально-сословной среде. Для духовенства, например, наиболее типичной была скуфья — маленькая шапочка, прикрывающая только макушку. Небольшая шапочка типа скуфьи или русской тафьи — «ялмонка» — значится в списке одежды короля Сигизмунда-Августа. «Ялмонку» из собольего меха король носил под гусарской шапкой. Точно так же русские цари и бояре на парадные и торжественные выходы надевали тафью, на нее колпак, а на колпак горлат-ную шапку.
Казаки, которых немало проживало в пределах Великого княжества Литовского, имели свои головные уборы — яло-мы — бараньи шапки, обычно черного цвета, с обвислым верхом. У яломов, которые носили надворные казаки, верх был из красного сукна, украшенный гарусной либо серебряной кистью 222.
У белорусской мелкопоместной шляхты, помимо перечисленных головных уборов, в широком употреблении были так называемые французские шапки и шапки-конфедератки. Отличительная особенность последних — четырехугольное дно, из-за которого их называли еще рогативками. Это старинные польские шапки с высокой тульей, кармазиновые или гранатовые, обшитые серой либо коричневой овчиной. Свое название конфедератка получила от конфедератов барских (1768—1771), которые предпочли этот старинный головной убор. Русские шапки с четырехугольным верхом в отличие от польских были низкими. Зимой эта шапка, по сообщению М. Забылина, целиком подбивалась мехом, а летом меховым делался только околышек. Четырехрогий верх шапки был вишневого, красного, зеленого, а иногда черного цвета.
При наличии общих типов головных уборов у русского и белорусского народов было свое осмысление значимости различных их признаков: высоты, ширины, цвета и пр. У русской знати не принято было украшать головные уборы перьями, тогда как белорусско-литовская знать широко использовала этот вид украшений, воспринятый от народов Западной Европы. Знатность рода и придворное положение у русских подчеркивалось высотой головного убора. Высокую шапку не имели права носить другие сословия, кроме бояр, «и даже в самих колпаках, обыкновенной народной шапке, вышина соразмерялась с достоинством рода»223. У белорусов высота шапки не являлась решающим признаком принадлежности к тому или иному сословию. Здесь особое значение придавали цвету суконного верха, добротности меха и ценности украшений. Богатые сословия носили шапки из дорогих мехов, дорогих импортных сукон, атласа, бархата, украшали их дорогими перьями, жемчугом, золотыми и серебряными запонками.
Головные уборы простых сословий, несмотря на общность названий, изготавлива лись из низкосортного сукна, войлока, зимние подбивались недорогим мехом, чаще всего овчиной. Шапки эти не украшались, а имели естественный цвет сырья. Вероятно социально-сословные различия в эпоху феодализма породили широко известную у восточнославянских народов пословицу: «по Сеньке и шапка».
В женских головных уборах кроме сословных различий подчеркивалось и семейное положение.
В древнебелорусских письменных источниках называются различные женские головные покрывала: платок, хустка, рантух, наметка, ширинка, убрус, плахта, латуха и др.
Их носили женщины всех сословий, разница прослеживалась лишь в качестве изделий.
Старинные народные головные уборы наметка, наметец, убрус, плат бытовали у крестьянок белорусского Полесья до конца XIX в.
Наметка — обычно длинное холщовое полотенце, которое навивали на голову различными способами, но всегда так, чтобы концы оставались свободными. Как показывают средневековые источники, у женщины всегда было несколько наметок: «наметцев десять»; «а три наметцы жоноц-ких»; «наметцев тонких шесть, а толстых три»; «наметцы два тонких»224; «наметок женских кужельных чотыре, наметок подлейших чотыре»225. Так как холст, из которого изготовляли наметки, был белого цвета, женщин в средние века нередко называли «белыми головами».
Часто в актах упоминаются хусты, хуст-.ки: «хусток едвабьем розным вышиваных шесть, кошт, золот. чотыры»; «хустка шол-ком червоным вышиваное, кошт двенадцать
« 998
грошей» ; «хусток коленских осмь, вышиваных едвабьем, кождая по 15 гр. лит.»227 Как видно из приведенных примеров, хуст-ки в отличие от наметок, изготовленных из домотканины различного качества, были из импортного кельнского полотна. При их упоминании указывается цена, чего для наметок не делается. Следовательно, хуст-ки, как правило, покупали. При упоминании хусток часто отмечается, что они вышиты шелком красного либо другого цвета.
Название этого головного убора пришло к белорусам от поляков, у которых слово сЬи81а также обозначает платок, шаль, косынку.
Как можно судить по данным инвентаря сел Гатова и Нового двора Минского повета, хустами в XVI в. называли не только головные платки, но и другие предметы обихода, изготовленные из полотна: к<хус-ты, которые для потреб небожчицы ей милости были; напрод кошуль долгих 15, рантушков 13, фартушков 5 (далее перечисляются пологи, простыни, наволочки.— Л. М.), а хусты столовые, обрусы, серветы, ручники, товальни»228Головной платок называли также ранту-Лсом («рантушек» «рентух», «ранкушек», «ранцушек»): «рентух, который дей небо-щику сыну своему Федору голову была звезала, также пропал»; «рантушек з головы моёе содрал»229. Название это также пришло от поляков, которые в свою очередь усвоили его от немецкого КапскисЬ. Рантух изготовлялся из импортного полотна («рантух коленский один» 230), а возможно, и из сукна, потому что женщины носили рантухи не только на голове, но и на плечах. В XVI — XVII вв. богатые матроны носили рантухи, свисающие до земли. Наличие суконных рантухов подтверждает и дословный перевод этого названия. Вторая часть «тух» в немецком языке обозначает не только платок, но и сукно, а дословно рантух — остаток (край, кусок) сукна. Женщины простого сословия в XIX в. большие полосатые или клетчатые домотканые рантухи из льна или шерсти носили преимущественно на плечах231.