ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 27.08.2025
Просмотров: 250
Скачиваний: 0
В литых слуцких поясах повторяется несколько композиционных схем, в основном восходящих к персидским образцам, но значительно упрощенных. Наряду с овалом, заполненным цветами, весьма популярным был букет цветов на вертикальном стебле, окруженный волнистой лентой. Этот рисунок на конце пояса в многочисленных вариантах повторялся также в поясах других белорусских мануфактур, которые во многом копировали слуцкие.
На большинстве слуцких поясов имеются затканные надписи преимущественно на церковнославянском языке.
Спрос на слуцкие пояса во второй половине XVIII в. был большим не только в Речи Посполитой, но и в соседней России, где их носили казацкие старшины. Несмотря на это, производство литых поясов во второй половине XVIII в. постепенно затухает, так как ни своего шелка, ни тянутого золота и серебра не было, и сырье нужно было ввозить из-за границы.
Дольше других, до начала XIX в., продержалась слуцкая фабрика, где наряду с поясами вырабатывались золотолитые ткани, которые шли на жупаны и женские платья.
В середине XIX в. во время польского национально-освободительного движения стала возрождаться и мода на слуцкие пояса, которые рассматривались как необходимые атрибуты польского национального костюма. Для поляков Галиции по решению Венского парламента в Моравии стали изготавливать пояса, которые имитировали слуцкие.
С давних времен у белорусов в широком употреблении были кожаные пояса, у крестьян — в основном плетеные шнуры, тканые пояса и крайки. К кожаному поясу, характерному элементу мужского костюма, подвешивали оружие, ножи, кре-сиво и другие предметы повседневного обихода: гребни, кошельки для денег, а также различные украшения — цаты: «грошей з мешком од паса згинуло»1 , «зоставил мне цаты сребреныя поясо-выя» 174. Старинные кожаные пояса украшались набивными бляшками из различ ных металлов, а на концах пряжкой, I ко богато украшенной. Металлич пряжки -— частые находки при архео ческих раскопках. .
В этнографической литературе не! кратно отмечалось, какую видную рс быту, а также в свадебной обрядност лорусского народа играли пояса. Г дарили нареченным, родственникам * ха, а нередко и участникам свадебно! ремонии. Это объясняет особое усе девушек всех сословий в изготовленш ясов. Шляхтянки изготавливали пояс покупной хлопчатобумажной ткани, стьянские девушки ткали или п. пояса из домашних ниток (льняных, стяных).
В орнаменте тканых и плетеных по в стилизованном виде изображались п меты быта, окружающие человека в повседневной жизни. перстенцев золотых кольконадцать с каменьями дорогими» 176; «перстни тры с дыементами, один коштовал коп десять, другой — коп осем, третий — десять талеров; и к тому перстеньков два — один золотой, другий серебряный; перстень золо тый с каменем рубином, который дей коштовал 6 коп грош, литовских»'177.
В описях имущества и актах наряду с перстнями упоминаются сигнеты. Сигнет («сикгнет», «секгнет», «сегнет»)—перстень с печаткой, который носила феодальная знать, шляхта и высшее духовенство: «лист сыкгнетом нашым запечатованый»178; «секгнетом серебряным»179; «сикгнетов золотых два»180; «сигнет, в котором были три золотые»18*! «секгнет князь Миколаев, плебана Индурского»182.
Гербовый сигнет (золотой, серебряный) носил каждый шляхтич на указательном пальце правой руки. Такой перстень являлся своеобразным удостоверением личности: «Можно было не уметь прочитать документ, но нужно было уметь прочитать перстень» 183. О бытовании перстней как вида украшений у белорусских крестьян свидетельствуют фольклорные источники. В народных песнях, особенно свадебных, поется о золотых перстенках, с которыми девушки связывают свою судьбу.
Перстни являются одним из древнейших видов украшений у восточнославянских народов, о чем свидетельствуют многочисленные археологические находки из различных регионов восточнославянской территории 184. Белорусские археологи располагают богатым материалом о широком производстве в древних белорусских городах ювелирных изделий. В ювелирном производстве изготовление колец, перстней занимает весьма видное место. Так, среди множества ювелирных изделий, найденных при раскопках Верхнего замка в Полоцке, числится 21 перстень. Они различны по виду (гладкие, пластинчатые, круглопроволочные с гладкой поверхно-стью, ложноплетеные, с выпуклыми щитками и т. д.) и не однородны по материалу (бронзовые, оловянные, из сплава на медной основе). Некоторые перстни были со стеклянными вставками, закрепленными с помощью ободка, напаянного вокруг щитка!185. Полоцкие находки датируются XIII в., однако в этнографических материалах XIX в. можно еще встретить упоминания об оловянных и медных кольцах.
Короли и богатые магнаты заказывали перстни со своими портретами. Известно, что польский король Август III раздавал перстни со своим портретом приближенным как награду. У него же имелся перстень, в который были вмонтированы часы.
Весьма распространенным видом украшений у всех сословий были подвески, цепи, бусы. Бусы в изобилии находят при археологических раскопках.
У белорусов бусы любого вида назывались пацерамй от польского рааегг186.
У белорусских крестьян еще в начале XX в. нередко можно было встретить глиняные, окрашенные в разные цвета бусы, не редкостью были и коралловые бусы—карали. Коралловые бусы розового цвета—наиболее любимый и, видимо, более доступный вид шейных украшений белорусских крестьянок. О караля-х часто упоминается в средневековых актах: «кара-лев на шнурку деветь»187.
У шляхты, особенно состоятельной, обычными украшениями были золотые и серебряные цепочки, жемчужные ожерелья. Жемчуг («перлы») широко использовали белорусские феодалы в качестве украшения: «перел 20 трапок» 188; «в золоте, в серебре, в перлах»189; «за пятьсот коп перел»'190. Жемчуг шел также на отделку различных видов одежды, обуви и голов ных уборов. Некоторые виды головных уборов иногда целиком изготавливались из жемчуга: «брамка перловая, а другая
1Ш
золотая» .
В древнебелорусских памятниках письменности весьма часто упоминаются ушные украшения — серьги, называемые чаще заушницами и кольчиками. Б. А. Рыбаков сообщает, что к XVI в. городское ювелирное ремесло становится узкоспециализированным с выделением специалистов — сережников, колечников, оже-
1<}9
рельников ГОЛОВНЫЕ УБОРЫ
О головных уборах белорусов XVI — XVIII вв. можно судить по данным письменных памятников этого периода, а также по сохранившемуся иконографическому материалу (портреты белорусских магнатов, жанровая живопись, фрески, рисунки на полях летописных изданий и т. п.), который дает представление о внешнем виде убора, его украшениях и способе ношения.
В древнебелорусских актах называются различные головные уборы. Чаще всего встречается шапка в качестве мужского и женского головного убора. К этому названию почти всегда прибавляли конкретизирующее определение, характеризующее тип убора и материал, из которого он изготовлен. Шапки были обязательным головным убором всех сословий феодального общества.
Шапкой называли головной убор, изготовленный из любого материала, но чаще из меха — целиком или в качестве отделки: кроличьего, беличьего, собольего, горностаевого, куньего и др. «К тому дей згинуло у мене... шапка с куницею, дано было за нее гроши двадцать семь»193; «шапка новая чёрная, кроликами подшитая, куплена за 12 грошей»; «шапка белин-ная сибирковая, купленная за коп двадцать»; «шапка чёрная, кунами подшитая, коштовала пять злотых»; «шапка сребром оправная, позлотистая, коштовала 50 злотых пол.»194 Акты чаще называют цену головного убора и весьма редко сообщают о его форме.
Шапка чаще всего имела сферический верх. Головные уборы такой формы с меховой отделкой неоднократно встречаются на древнерусских миниатюрах, находят себе аналогии у многих народов Европы и Азии. На древнерусских фресках, начиная с XI в., сферические шапки с меховым околышком являются обязательным атрибутом одежды русских князей. «Изображены они (шапки.— Л. М.) на рисунках именно там, где в тексте идет речь о князе,— пишет А. В. Арциховский,— больше никто на этих рисунках не носит таких шапок. Неизвестно, были ли эти уборы так обязательны для князей в жизни, но в условном феодальном искусстве они являются важнейшими княжескими регалиями, притом чисто русскими»195. Шапки сферической формы широко бытовали у белорусов в XIX — XX вв. Можно предположить, что упоминаемые в древнебелорусских актах XVI — XVIII вв. шапки также могли быть сферическими, хотя это не исключает других форм.
Шапки у богатых сословий изготовлялись, как правило, из более дорогих материалов и мехов: «з жены моей шапку аксамитную, куницами подшитую, бобром черным окладаную, гвалтовно з головы сорвал, коштовало полтрети копы грошей»196; «шапка оксамитная женская, куницами подшита» 197; «обобрано шапку серую за три гроша, а две шапки куньи, а шапка теж серая, широкая, купленая за бочку ячменю» .
На портретах Радзивилловской галереи (XVI—первая половина XVII в.) представлено немало видов меховых шапок. Наиболее типичны шапки со сферическим верхом и меховой опушкой шириною почти наполовину высоты, весьма напоминающие сферические шапки древнерусских князей. Эти шапки надеты поверх других головных уборов — платка, закрывающего уши и пропущенного под подбородком, широкополого накрахмаленного полотняного чепца, поля которого выступают из-под шапки и прикрывают лоб и уши.
На ряде портретов персонажи изображены в широких низких меховых шапках, которые в польских исследованиях называются колпаками. Колпаки, как и шапки, иногда надевали на накрахмаленные чепцы либо на парчовые повязки, закрывающие волосы. Такие головные уборы были весьма распространены не только у феодальной знати, но и у богатого городского мещанства. Колпак весьма часто упоминается в актах XVI в.: «колпак чырвоны, фалюндышовой, кунами подшитый, коштовал 48 грош.»199; «колпак чырвоного сукна фалюндышу, кунами под-
« « 200
шитый, коштовал грошей коп две» •; «колпак лисами подшитый, коштовал колько коп грошей лит.»; «колпак окса-
■ М 201
митныи»; «згинул колпак лисий» ; «колпаков два лисих фалендышовых, купле-ных по три золотых польских» 202.
Судя по приведенным примерам, колпаки шились из сукна красного цвета, бархата и обязательно подшивались мехом. Наиболее часто упоминается лисий мех.
О форме колпаков сведения разноречивые. 3. Глогер, выводя название «колпак» от турецкого ка1рак, сообщает, что он имел форму цилиндрическую либо немно-
го расширяющуюся кверху. По данным русских исследователей, колпак, широко известный у русских головной убор, имел остроконечную форму. Шили его из атласа обычно белого цвета и украшали жемчугом или жемчужными пуговицами и золотой запонкой спереди. Зимние колпаки подбивали мехом, который отворачивали кверху. Крестьяне изготовляли колпаки из сукна или войлока, а зимой подбивали овчиною или другим недорогим мехом204. Как видно из этого описания, русский колпак XVI — XVII вв. напоминал древнерусскую шапку с меховой опушкой, только отличался формой. Белорусским крестьянам XIX — XX вв. также были известны войлочные колпаки, которые в отличие от русских имели сферическую форму.
Округлый верх имели колпаки, которые вместо шляп были введены в польской пехоте в 1790г. «Военной уставой» предписывалась следующая форма колпака: «колпак округлый войлочный, высоты 12 цалей, с суконным пунцовым верхом, обшитым белой тесьмой, с кутасом белопунцовым, висящим на левой стороне до половины высоты колпака. Спереди латунная либо побеленая бляха, на которой орел с распростертыми крыльями, спереди же кожаный козырек для защиты глаз от солнца и ремень с пряжкой для застегивания» . Можно предполагать, что регламентировался головной убор, хорошо известный населению. Следовательно, упоминаемые в древнебелорусских письменных источниках колпаки только названием отличались от древнерусских сферических шапок, хотя не исключаются и остроконечные формы.
Женщины, из господствующих сословий в XVII в. носили своеобразные шапки, покрытые дорогой тканью, а по нижнему краю отороченные мехом, который отворачивался впереди вверх в виде двурогой лопасти, а в некоторых разновидностях меховая опушка с боков и сзади во время холодов опускалась на уши и шею по типу мужских ушанок. Эти шапки также надевались поверх полотняных платков или кружевных чепцов. В XVII в. подобные шапки известны и у русских женщин. Шапка с отвернутой впереди меховой двурогой лопастью весьма напоми нает головной убор «кораблик», который носили дворянки и мещанки на Украине в XVIII в.