Файл: Antology_phylosophy.pdf

20)

Диалектика

Прежняя метафизика рассматривала определения мышления как основные определения вещей. ... Предпосылкой старой метафизики была вообще предпосылка наивной веры, согласно которой мышление постигает вещи, как они существуют в себе, и вещи лишь в качестве мыслимых суть поистине. ... Она не выходила за пределы лишь рассудочного мышления. Она брала непосредственно абстрактные определения мышления и считала, что они могут быть предикатами истинного. Когда мы говорим о мышлении, мы должны различать между конечным, лишь рассудочным мышлением, и бесконечным, разумным мышлением. (Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. Т.1. – М., 1974. С. 134,136) [c.119]

Логическое по своей форме имеет три стороны: а) абстрактную, или рассудочную, в) диалектическую, или отрицательно-разумную, с) спекулятивную, или положительно-разумную. Эти три стороны не составляют трех частей логики, а суть моменты всякого логически реального, т.е. всякого понятия или всего истинного вообще.

Мышление как рассудок не идет дальше неподвижной определенности и отличия последней oт других определенностей... Мы должны признать право и заслугу чисто рассудочного мышления, состоящую вообще в том, что как в теоретической, так и в практической области никакая прочность и определенность невозможны без помощи рассудка. Что касается процесса познания, то он начинается с того, что наличные предметы постигаются в их определенных различиях; так, например, при рассмотрении природы различаются вещества, силы, виды и т.д. и самостоятельно фиксируются в этой их изолированности... Не только в теоретической, но и в практической области нельзя обойтись без рассудка. Для того, чтобы совершить поступок, требуется главным образом характер, а человек с характером – это рассудительный человек, который как таковой имеет перед собой определенную цель и твердо ей следует...

...Философия также не может обойтись без рассудка... Для философствования требуется прежде всего, чтобы каждая мысль мыслилась нами во всей ее строгости и чтобы мы [c.120] не оставляли ее смутной и неопределенной.

Но обыкновенно говорят также, что рассудок не должен заходить слишком далеко, и это утверждение верно, ибо рассудочные определения, разумеется, не являются последним результатом, а, наоборот, конечны, говоря более точно, носят такой характер, что доведенные до крайности превращаются в свою противоположность...

...Диалектический момент есть снятие такими конечными определениями самих себя и их переход в свою противоположность.

Примечание. 1) Диалектическое, взятое для себя, обособленно от рассудка, выступает, в особенности в научных понятиях, как скептицизм, где результатом диалектики является голое отрицание. 2)Диалектика обыкновенно рассматривается как внешнее искусство, которое произвольно вносит путаницу в определенные понятия и создает в них лишь видимость противоречий....

Часто диалектика и на самом деле представляет собой не что иное, как субъективную игру, которая по произволу выдвигает то доказательства, то опровержения рассуждательства, в котором отсутствует содержание и пустота которого прикрывается остроумными соображениями. Однако в своей подлинной определенности диалектика, наоборот, есть собственная истинная природа определений рассудка, вещей и конечного вообще. ... Диалектика есть... имманентный переход одного определения в другое, в котором обнаруживается, что эти [c.121] определения рассудка односторонни и ограничены, т.е. содержат отрицание самих себя. Сущность всего конечного состоит в том, что оно само себя снимает. Диалектика есть, следовательно, движущая душа всякого научного развертывания мысли и представляет собой единственный принцип, который вносит в содержание науки имма-

202

нентную связь и необходимость, в котором вообще заключается подлинное, а не внешнее возвышение над конечным.

Прибавление 1-е. В высшей степени важно уяснить себе, как следует понимать и познавать диалектическое. Оно является вообще принципом всякого движения, всякой жизни и всякой деятельности в сфере действительности. Диалектическое есть также душа всякого истинно научного познания. Нашему обыденному сознанию не останавливаться на абстрактных определениях рассудка представляется делом справедливости..., так что мы признаем как одно, так и другое. Но более строгое рассмотрение показывает, что конечное ограничивается не только извне, но и снимается благодаря своей собственной природе и благодаря себе самому переходит в свою противоположность. Так, например, говорят: "человек смертен" – и рассматривают смерть как нечто, имеющее свою причину лишь во внешних обстоятельствах... Но истинное понимание состоит в том, что жизнь как таковая носит в себе зародыш смерти и что вообще конечное в себе противоречиво и вследствие этого снимает себя.

…Как бы упорен ни был рассудок в своем [c.122] сопротивлении диалектике, ее все же отнюдь нельзя рассматривать как исключительную принадлежность философского сознания, ибо то, о чем в ней идет речь, мы уже находим также и в каждом обыденном сознании, и во всеобщем опыте. Все, что нас окружает, может рассматриваться как пример диалектики. Мы знаем, что все конечное, вместо того, чтобы быть прочным и окончательным, наоборот, изменчиво и преходяще, а это и есть не что иное, как диалектика конечного, благодаря которой последнее, будучи в себе своим другим, выходит за пределы того, что оно есть непосредственно и переходит в свою противоположность. ... Диалектика ... имеет силу во всех отдельных областях и образованиях природного и духовного мира. Также, например, она проявляется в движении небесных светил. В данный момент планета находится в одном определенном месте, но ее "в себе" заключается в том, чтобы быть также и в другом месте, и она осуществляет это свое инобытие тем, что движется. Физические стихии также оказываются диалектическими, и метеорологический процесс есть проявление их диалектики. ... Что же касается присутствия диалектики в духовном мире, ... то следует здесь лишь напомнить о том, что, как это следует из всеобщего опыта, в своей наивысшей точке всякое состояние или действие переходит в свою противоположность... ...Известно, что в политике две крайности – анархия и деспотизм – взаимно приводят друг к другу. Крайняя печаль и крайняя радость переходят друг в друга; [c.123] сердце, переполненное радостью, облегчает себя слезами, а глубочайшая скорбь иногда проявляется улыбкой.

...Спекулятивное, или положительно-разумное, постигает единство определений в их противоположности, то утвердительное, которое содержится в их разрешении и переходе.

Примечание. 1) Диалектика приводит к положительному результату, так как она имеет определенное содержание или, иначе говоря, так как ее результат есть поистине не пустое, абстрактное ничто, а отрицание известных определений, которые содержатся в результате именно потому, что он есть не непосредственное ничто , а результат. 2) Это разумное, хотя оно и есть нечто мысленное и притом абстрактное, есть вместе с тем и конкретное, потому что оно есть не простое,

формальное единство, но единство различных определений. Философии вообще совершенно нечего делать с голыми абстракциями или формальными мыслями, она занимается лишь конкретными мыслями. (Там же. Т.1. С.201-210)

Единственно нужным для того, чтобы получить научное поступательное движение... является познание логического положения, что отрицательное вместе с тем также и положительно или, иначе говоря, что противоречащее себе не переходит в нуль, разрешается не в абсолютное ничто, а по существу только в отрицание своего особенного содержания, или, еще иначе, что такое отрицание есть не [c.124] всяческое отрицание, а отрицание определенной вещи, которая разлагает себя, что такое отрицание есть, следовательно, определенное отрицание и что, стало быть, в результате содержится по существу то, результатом чего он является... Так как получающееся в качестве результата отрицание есть определенное отрицание, то оно имеет некоторое содержание. Оно есть

203

новое понятие, но более высокое, более богатое понятие, чем предыдущее, ибо оно обогатилось его отрицанием или противоположностью... (Гегель Г.В.Ф. Соч. T. V. – М., 1937. С. ЗЗ)

Высшая диалектика понятия состоит в том, чтобы рассматривать определение не только как предел и противоположное, но и породить из него положительное содержание и положительный результат; лишь благодаря этому она есть развитие и имманентное движение вперед. Такая диалектика есть не внешнее деяние субъективного мышления, а собственная душа содержания, органически выгоняющая свои ветви и плоды. (Гегель Г.В.Ф. Соч. Т. VII. – М.-Л.,1934. С. 55)

Общество. История. Человек.

Государство само по себе есть нравственное целое, осуществление свободы, осуществление же свободы есть абсолютная цель разума. Государство есть дух, стоящий в мире и реализующийся в нем сознательно, между тем как в природе он получает действительность лишь как иной, чем [c.125] он, как спящий дух. ... Существование государства, это – шествие бога в мире; его основанием служит сила разума, осуществляющего себя как волю. (Гегель Г.В.Ф. Соч. Т. VII. – М.-

Л.,1934. С. 267-268)

Народ, взятый без своего монарха и непосредственно связанного с последним расчленения целого, есть бесформенная масса, уже больше не представляющая собою государства... (Там же. С.

305)

Определение свободы печати как свободы говорить и писать, что угодно, аналогично определению, выдающему свободу вообще за свободу делать, что угодно. – Такие речи составляют принадлежность еще совсем необразованного, примитивного и поверхностного представления.

В мирное время гражданская жизнь расширяется, все сферы располагаются на постоянное жительство, и в конце концов люди засасываются болотом, их частные особенности (Partikularitaten) все более и более упрочиваются и закостеневают. … Из войны народы не только выходят укрепленными, но и нации, внутри которых существуют непримиримые антагонизмы, обретают внутреннее спокойствие благодаря внешним войнам. (Там же. С. 345)

Спор между государствами, поскольку особенные воли не приходят к соглашению, может быть решен лишь войной. (Там же. С. 351)

Народу, обладающему таким моментом, как природным началом, поручено его исполнение в поступательном [c.126] шествии развивающегося самосознания мирового духа. Он во всемирной истории для данной эпохи – господствующий народ, и лишь однажды он может … составить в ней эпоху. Перед лицом этого его абсолютного права быть носителем ступени развития мирового духа, в настоящее время духи других народов бесправны, равно как и те, чья эпоха минула, не идут больше в счет во всемирной истории. (Там же. С. 356)

Государство есть божественная идея как она существует на земле. (Гегель Г.В.Ф. Соч.

Т.VШ. – М.-Л., 1935. С. 38)

…Добро – это реализованная свобода, абсолютная конечная цель мира. (Гегель Г.В.Ф. Соч.

Т. VII. – М.-Л., 1934. С. 149)

…Добро есть вообще сущность воли в ее субстанциональности и всеобщности, – оно есть воля в ее истинности. Оно поэтому имеется исключительно лишь в мышлении и через мышление. (Там же. С. 150)

204

вым часто, или даже в большинстве случаев, приходится плохо, а злые и дурные, наоборот, благоденствуют.... Но когда речь идет о такой цели, которая была бы целью в себе и для себя, нельзя считать так называемое благополучие или неблагополучие тех или иных отдельных личностей моментом разумного порядка в мире. ....Теперь всего чаще раздаются жалобы на то, что идеалы, создаваемые фантазией, не осуществляются, что эти прелестные мечты разрушаются холодною действительностью. ... Такие поэты, как Шиллер, очень трогательно, с чувством глубокой грусти выражали, что подобные идеалы не могут найти своего осуществления. ... Философия же должна, в противоположность вышеупомянутым идеалам, способствовать пониманию того, что действительный мир таков, каким он должен быть, что истинное добро, всеобщий божественный разум, является и силою, способною осуществлять себя. Это добро, этот разум в его конкретнейшем представлении есть Бог. Бог правит миром; содержание его правления, осуществление его плана есть всемирная история... Пред чистым светом этой божественной идеи, которая не является только [c.130] идеалом, исчезает иллюзия, будто мир есть безумный, нелепый процесс. (Там же. С. 34-35)

...Всемирная история совершается в более высокой сфере, чем та, к которой приурочена моральность, чем та сфера, которую составляют образ мыслей частных лиц, совесть индивидуумов, их собственная воля и их образ действий; всему этому самому по себе присущи ценность, вменяемость, награда или наказание. То, чего требует и что совершает в себе и для себя сущая конечная цель духа, то, что творит Провидение, стоит выше обязанностей, вменяемости и требований, которые выпадают на долю индивидуальности по отношению к ее нравственности. (Там же. С. 64)

Дерзновение в поисках истины, вера в могущество разума есть первое условие философских занятий. Человек должен уважать самого себя и признать себя достойным наивысочайшего. (Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. Т.1. – М., 1974. С. 83)

Свобода есть лишь там, где нет для меня ничего другого, что не было бы мною самим. Природный человек, определяемый лишь своими влечениями, не пребывает у самого себя. Как бы он ни был своенравен, содержание его хотения и мнения все же есть его собственное, и его свобода есть лишь формальная свобода. Когда я мыслю, я отказываюсь от моей субъективной особенности, углубляюсь в предмет, предоставляю мышлению действовать самостоятельно, и я мыслю плохо, если я прибавляю что-нибудь [c.131] от себя. (Там же. С. 124)

...Со своей природной стороны человек, правда, конечен и смертен, но он бесконечен в познании. (Там же. С. 130)

Дух есть вообще мышление, и человек отличается от животного мышлением. (Гегель Г.В.Ф.

Соч. T. VII. – М.-Л., 1934. С. 32)

Человек есть чистое мышление самого себя, и, лишь мысля, человек представляет собою эту силу, эту способность сообщить себе всеобщность, т.е. потушить всякую особенность, всякую определенность. (Там же. С. 35)

…Человеку заблуждаться свойственно, – и кто не заблуждался относительно того или другого, скажем относительно того, ел ли я вчера кислую или сладкую капусту, или относительно бесчисленного множества других не очень важных и весьма важных вещей? (Там же. С. 170)

Кто высказывает, говорит своему времени и совершает для него то, чего оно хочет, тот – великий человек своего времени. Он делает то, что составляет внутреннюю сущность эпохи, осуще-

206