Файл: Dukhov_osob-ti_russk_dvor-va_kr-va_kup-va.pdf

человека к данному трудовому коллективу и обеспечено общинными установлениями.

До отмены крепостного права крестьяне считали себя коллективными владельцами той земли, которую они обрабатывали, в пореформенное время этот взгляд распространился также на все частновладельческие и государственные земли. Убеждением, что лишь конкретный ручной труд является единственным источником богатства,

объясняется негативное отношение крестьян к помещикам,

чиновникам, интеллигентам, рабочим, священникам.

Поскольку общинная земля рассматривалась как общее достояние, то все доходы и издержки, связанные с её обработкой, распределялись между общинниками по трудовой норме, то есть, в соответствии с затраченными крестьянскими семьями трудовыми усилиями. Нарушение равенства прав при использовании земли рассматривалось крестьянами как ущерб не только материальный, но и моральный.

На общинную землю не распространялись права наследования и завещания, однако в результате земельных переделов она передавалась от одного члена общины к другому во временное пользование. Но и в этом случае община распределяла земельные участки не между отдельными крестьянами, а между крестьянскими

77

хозяйствами, дворами, семьями, которые пользовались ею до тех пор, пока не изменялись их трудовые ресурсы, после чего на сельском сходе происходило очередное перераспределение земли.

Сходка селян, как правило, выступала также и как хранительница нравственных устоев. Мир, часто вмешивался во внутрисемейные дела общинников. К

примеру, сельское общество могло принудить ближайших родственников содержать «обнищалых родных», или убедить отца семейства увеличить надел его сыну, обиженному скаредностью родителя. Время от времени сход выносил решения в отношении, существовавших повсеместно, так называемых, «мироплатимых» наделов – наделов земли крестьянских семей, по которым подушное обложение и другие издержки общество брало на себя.

Так, в Борисоглебском уезде, Тамбовской губернии в общинах государственных крестьян, сход освобождал вдов от всех платежей за предоставленные им наделы. Однако при этом всегда учитывались и объективные условия существования мирян: решение о полном освобождении вдовы от платежей могло быть принято лишь в богатых обществах, где крестьянские наделы были относительно велики. Тех же вдов, которые принадлежали к малоземельным

78

общинам, как правило, освобождали лишь от существенной части платежей и иных повинностей.

Крестьяне отвергали буржуазный взгляд на собственность как на источник прибыли. По их мнению,

накопление собственности греховно, так как противоречит религиозным установлениям, не способствует общественному уважению и осуществлению главных жизненных целей,

порождает эгоистические чувства и вражду, отвлекает от духовной жизни. Источником существования должен быть

личный труд, позволяющий удовлетворить скромные жизненные запросы. По авторитетному заключению академика Л. В. Милов: «Эта способность (русских крестьян – Е. К.) признавать «Общее более важным, чем «Частное»

(отнюдь не отвергая последнее) имела (…) громаднейшее значение в истории русского народа. Пожалуй, это, наряду с такими производными качествами как доброта, отзывчивость,

готовность к самопожертвованию, долготерпение,

трудолюбие, отчаянная храбрость и т. п. составляет на протяжении столетий главную особенность русского менталитета и главную черту его национального характера»73.

В крестьянской среде было распространено неприязненное отношение к ростовщикам и прибыли. Такое

73 Милов Л. В. Природно-климатический фактор и менталитет русского крестьянства // Менталитет и аграрное развитие России XVII – XX вв.: Сб.

статей. М., 1996. С. 56.

79

отношение к ростовщичеству и ростовщикам восходило еще древнему средневековому народному представлению,

характерного для традиционного христианского менталитета,

согласно которому использование времени в личных эгоистических целях глубоко греховно, поскольку время не должно и может никому принадлежать, являясь принадлежностью Бога. Ростовщики же, дававшие деньги в рост, рассматривались традиционным христианским сознанием как люди пытавшиеся торговать временем, почему они не могли пользоватьсяобщественным уважением.

Крестьянам было присуще понятие справедливой цены,

которая в отличие от рыночной определяется не рынком,

спросом и предложением, а включает в себя только затраты.

Когда в 1850-х годах правительство установило на спиртное несправедливую, по мнению крестьян, цену, среди них стало распространятьсятрезвенное движение.

Жизнь крестьян была исполнена тяжёлым, почти непрерывным трудом, из-за которого они были часто лишены возможности удовлетворить иные, не менее важные человеческие потребности. Этой цели служили немногочисленные православные праздники: Пасха,

Рождество, Троица, Ильин день, Спас (16 августа по ст. стилю),

а также пришедшие ещё из языческих времён масленица и день Ивана-Купалы. В каждом селе, где была церковь, широко

80

праздновался храмовый праздник – день святого или события Священной истории, в честькоторого названа церковь.

Работа в праздничные дни и по воскресеньям считалась грехом, осуждалась общественным мнением и преследовалась не только по обычаю, но и по закону.

Праздники имели, прежде всего, сакральный характер – праздничные дни предназначались для посещения церкви и исполнения церковных обрядов. Однако народные празднования несли и иную немаловажную функцию. Во время праздников крестьянин отрешался от тяжёлой рутины повседневности с её заботами, несправедливостями,

бесправием, растворяясь в атмосфере бесшабашности,

весёлости и радушия, которая достигалась также и в результате обильных возлияний .

Вот как князь В. Н. Тенишев, изучавший жизнь и быт крестьян Владимирской губернии, описывает длившийся шесть дней (22-27 октября) храмовый праздник в честь иконы Казанской Божьей Матери: «В первый день собираются гости,

хороводы устраиваются редко. Гулянье и веселье наступают на второй день: с утра бывает чай и подношение водки

«Специальными праздниками являются: начало сенокоса, завершение жатвы и молотьбы, наем пастухов, закладка общественного здания и т. п. В праздник селом выпивается до 100 ведер водки». Это на 500 человек обоего пола: многовато!». - Цит. по: Егоров Б. Ф. Очерки по истории русской культуры XIX века. // Из истории русской культуры. Т. V (XIX век). М., 1996. С. 368.

81

(бедные хозяева подносят по два-три стакана, богатые – по четыре-пять), затем завтрак, после чего водят хоровод, на котором песни поют специально нанятые песенники. Около 2

часов дня все идут обедать, за тем снова собирается хоровод,

который продолжается до 10-11 часов вечера. В нем уже нет утренней чинности и благопристойности, начинаются крик,

шум, допускаются вольности. После ужина ложатся спать,

чтобы на следующий день рано встать, «потемну и завтракать». Большой праздник обходитсяхозяину победнее в

5-8 р. (когда выставляется от четверти до 2 ведер водки),

богатому – до 12-15 р. На седьмой день праздника молодежь устраивает складчину, покупают угощению, после чего праздник заканчивается»74.

Общедеревенские праздники и братчины были закрыты для доступа «чужих». Даже государственные чиновники и представители вотчинной администрации не могли появиться на празднике без разрешения крестьян75. Совместные бытовые и религиозные празднования, на которых собиралась вся деревня, село или семья, предоставляли широкие возможности для улаживания конфликтов, обмена

74Фирсов Б. М., Киселева И. Г. (составители). Быт великорусских крестьянземлепашцев. Описание материалов этнографического бюро князя В. Н. Тенишева(на примере Владимирской губернии). СПб., 1993.С. 74.

75Данилов В. П., Данилова Л. В. Крестьянская ментальность и община // Менталитет иаграрное развитие России XVII – XX вв.:Сб. статей.М., 1996. С.

82

опытом, закрепления традиций. Было бы неверно относить праздничные и воскресные дни к полностью нерабочим. В эти дни не производились трудоёмкие сельскохозяйственные работы, однако в условиях натурального либо полунатурального крестьянского хозяйства было немало повседневной работы, особенно по уходу за скотиной и птицей. Кроме того, именно в праздничные и воскресные дни чаще всего происходили помочи – оказание коллективной хозяйственной помощи со стороны общины нуждающимся крестьянам76.

Крестьяне исповедовали искреннее убеждение, в том,

что от усилий отдельного человека практически ничего в жизни не зависит. По представлению крестьян, ни сам человек, ни все люди в единстве, ни естественные закономерности, а крестная сила (Бог, ангелы, святые и т.п.),

нечистая сила (черти, домовые и т.п.) и неведомая сила (огонь,

вода и другие природные явления) осуществляют изменения в природе и обществе. При этом, подчинённость деятельности крестьян природе (с её циклами,

закономерностями, случайностями), напряжённое ожидание хотя бы частичного результата от вложенного труда,

вызывали в них чувство глубокой пассивности, безразличия к своей судьбе, к жизни близких. Поэтому в повседневной

76 Там же.

83

жизни крестьяне часто проявляли пассивность, равнодушие к будущему, исповедуя веру в чудо, которое в любой момент может всё переменитьк лучшему.

Проистекавшие из народных представлений о подчиненности отдельного человека природным силам,

представляемых в виде богов и демонов, иерархичность и авторитаризм крестьянской общины накладывали неизгладимый отпечаток на формирование представлений её участников в отношении всей общественной организации.

Беспрекословное почитание селянами старших возрастных групп, считавшихся оплотом хозяйственного опыта и вековых традиций, трансформировалось в представление о них, как о посредниках между членами конкретного сообщества и вышестоящими властными группами.

Эта установка по мере все более ощутимого включения крестьянских обществ в социальную и государственную систему переносилась на правителя государства (царя,

короля, князя), являвшегося, по мнению мирян, «царем-

батюшкой», добрым защитником, источником правды и справедливости в отношении безоговорочно подвластного ему народного большинства – своих «детушек».

Усилению авторитарного начала в общинном сознании существенно способствовала православная церковь, много воспринявшая от византийской общественной системы, с её

84