Файл: Теории происхождения права (Социологическая модель возникновения права).pdf

Однако, справедливости ради, следует отметить, что право – не единственное средство регулирования. Кроме него, жизнь людей упорядочивается и с помощью других социальных норм. Например, в древности основную регулятивную функцию несли обычаи.

Правовые нормы регулировали столь малый перечень общих для всех людей вопросов, что можно не впадать в эйфорию по поводу регулирующих возможностей права, хотя отвергать или сбрасывать их вовсе со счетов также не стоит.

Таким образом, регулятивная теория – это забегающая вперёд теория, которая приписывает праву такие его свойства, которые оно приобретает на более поздних ступенях своего развития.

2.5 Историческая теория происхождения права

Основными представителями этого направления исследовательской мысли являются Г. Гуго, К. Савиньи, Г. Пухта, Н.М. Карамзин. Историческая теория возникла в первой половине XIX в. в противовес теории естественного права, из которой вытекали демократические и революционные идеи, призывы к коренному изменению существующего политико-юридического строя и принятию законов, отвечающих «требованиям разума», «природе человека» [17, с. 123].

Говоря о праве, создатели исторической школы права считали, что «действующее в обществе право не сводится к совокупности предписаний, исходящих от государства» [1, с. 102]. Оно появляется спонтанно и своим происхождением вовсе не обязано государству. Право не устанавливается договором, не вводится по чьему бы то ни было указанию, не дано Богом, а складывается постепенно путём автономного развития через стихийное образование норм общения, добровольно принимаемых народом. Право – это исторически сложившиеся правовые обычаи, произрастающие из глубин народного сознания, из недр национального, народного духа. Что же касается предписаний государства, то они составляют «позитивное право, которое производно от права обычного и способно лишь помочь его упорядочению» [8, с. 12].

Представители исторической школы права попытались интерпретировать становление и развитие юридических норм и институтов как определённый объективный ход вещей. Этот ход совершается непроизвольно, приноравливаясь сам собой к потребностям и запросам времени. По этой причине человеку не нужно вмешиваться в него, держаться издревле заведённых и освященных опытом столетий порядков.

К. Савиньи полагал, что «с движением национального духа стихийно эволюционирует и право» [21, с. 136]. Динамика права схожа с развитием организма из зародыша. На первом этапе право представляет собой обычаи, на втором становится предметом обработки со стороны сословия ученых-правоведов, не теряя, при этом связи со своим корнем – общим убеждением народа.

С точки зрения Г. Пухты, не нужно искусственно конструировать и предлагать людям ту или иную надуманную правовую систему. Созданная отдельно от самой истории жизни народного духа, она не может прибавиться к обществу. Каждому народу свойственен свой дух, соответственно своё правосознание. Поэтому нормы права одного народа не будут годными для других народов и национальностей. Чтобы народ имел соответствующее ему право, необходимо выявить его дух, а этого можно достичь лишь проводя исторические исследования. И чем глубже уходит в историю народа исследователь, тем более точными и полными будут знания о народном духе и процессах его развития [16, с. 194].

Историческая школа права, по нашему мнению, имеет множество достоинств. И одно из основных заключено в верном выводе о том, что право – это объективное явление, а не чьё-то произвольное творение. Помимо этого, утверждается, и с этим вполне можно согласиться, что право – явление историческое и развивается вместе с обществом, а не стоит на месте.

Вместе с тем, историческая теория имеет и свои отрицательные черты.

Сторонники данной теории, говоря, что право вырастает из народного духа, постулируют его неизменность. Но даже тогда, когда они допускают его развитие, они само развитие народного духа понимают не как цепь качественных превращений, а как простое, хронологическое его развёртывание в историческом процессе.

Историческая теория преувеличивает роль общественного сознания. Недоучитываются объективные факторы, среди которых экономика, военные завоевания, климатические условия и катаклизмы, международное общение и заимствование опыта социальной жизни. Все же «народный дух» даётся не сам по себе, а зависит от множества объективных причин.

Народный дух, согласно этой теории проявляется в обычаях. Но и здесь появляются проблемы. Во-первых, все ли обычаи справедливы. С этим трудно согласиться, если посмотреть на обычай рабства или обычай войны в международном праве. Во-вторых, отдельные обычаи носят международный характер, в частности, торговые обычаи, и как бы выходят за рамки народного духа.

Таким образом, историческая теория происхождения права имеет причины для своей критики. Однако, не смотря на это, её нужно справедливо признать крупным продвижением теоретико-правовой мысли вперёд в деле изучения о происхождении права. Эта теория оказала немаловажное влияние на становление историко-правовых наук, которые обращались к проблемам протоправа. Историческая теория, без всякого сомнения, пополнила копилку человеческих знаний о процессе происхождения права.

2.6 Классовая теория происхождения права

Выдающимися мыслителями XIX века и основателями классовой теории происхождения права были К. Маркс и Ф. Энгельс. Они отмечали, что история общества была всегда историей классовой борьбы, в которой угнетатель и угнетенный находились в резком противостоянии друг другу.

Политическая власть есть организованное использование силы одним классом для подавления и подчинения другого класса. Господствующий класс трансформирует обычаи в свою пользу, приспосабливает их к своим нуждам, к своей идеологии, а при необходимости, создаёт для достижения своей цели законы [19, с. 123].

Итак, право является возведённой в закон волей господствующего класса, его орудием, применяемым для подавления угнетенного класса.

Но само право, так же, как, впрочем, и мораль, целиком определено экономическими условиями жизни общества и должно соответствовать экономической структуре общества. Марксизм утверждает, что экономика всегда остаётся первичным и определяющим моментом для политической и юридической надстройки.

Идея установления надстроечных учреждений экономическим базисом неразрывно связана с идеей относительной самостоятельности и постоянной активности надстройки. Относительная самостоятельность учреждений надстройки вырастает из общественного разделения труда и связанных с ним процессов постепенной дифференциации и обособления социальных функций. Вокруг этих функций конкретизируется самостоятельные области общественной жизни. Эти сферы различаются по содержанию, типичным признакам, занимаемому в обществе месту, так как различна природа лежащих в них основе социальных функций.

Жизнедеятельность политической и юридической надстройки, взятой во всех её измерениях, в условиях разделения общества на противоположные классы, пронизывает и определяет интерес господствующего класса. Такой интерес присутствует как в выполнении этой надстройкой сугубо принудительных акций, прямо определенных наличием классовых антагонизмов, так и в выполнении ею «общих дел, вытекающих из природы всякого общества» [12, с. 148].

Из этого следует, что с точки зрения классовой теории право есть «возведённая в закон воля экономически господствующих классов» [17, с. 124]. Содержание этой воли определяется экономическими условиями жизни общества, а возведение её в закон выполняется государством посредством установления или санкционирования определённых норм. В советской юридической науке право, как правило, определялось как комплекс или система общеобязательных норм, которые устанавливаются государством, обеспечиваются им, выражают волю экономически господствующих классов или, как в социалистическом обществе, народа и выступают как регуляторы общественных отношений.

Классовая теория, как и все рассмотренные выше, имеет свои плюсы. Маркс и Энгельс верно заметили, что экономика – это далеко не простой фактор в развитии общества и, в частности, в процессе происхождения права. Они были правы в том, что на определённой ступени развития общества, обычаи перестают быть основным средством социального регулирования, так как они предназначались для однородного общества, но совсем не для общества, которое дифференцировалось на классы и социальные группы. Им на смену приходят другие, более подходящие средства регулирования, главным из которых является право.

Однако есть и отрицательные моменты в этой теории. Марксистский взгляд на происхождение права придаёт социальному развитию научную форму. Он указывает на способ производства как на единственную причину всех культурных явлений и права в том числе. Тем не менее, типичной особенностью научного метода является то, что он базируется на вероятности, а не на необходимости, на поиске не одного определенного закона, а нескольких законов. Эта теология основывается на поисках единого и окончательного объяснения всего сущего. Вследствие этого, хотя экономические факторы, бесспорно, играют определённую роль в происхождении права, они не являются единственной причиной, породивший правовой процесс в истории человечества.

В соответствии с данной концепцией, пусковым механизмом зарождения права являются классовые противоречия. Авторы считают их катализатором социального прогресса вообще [2, с. 63]. Из этого следовало бы сделать вывод о том, что если мы стремимся к общественному прогрессу, то непременно должны интенсифицировать классовую борьбу. Однако опыт социальной жизни говорит о том, что классовая борьба – это явление, которое можно рассматривать и как отрицательное, поскольку она не способствует истощению и уничтожению ресурсов общества, так необходимых для прогресса.

В праве выражается не только воля господствующего класса, но также и общая воля людей, проживающих в том или ином государстве. Так, наказание, следуемое за убийство любого человека, отвечает интересам всех, а не только интересам экономически сильного и поэтому господствующего класса, поскольку иной подход подорвал бы основы безопасности и стабильности общества. Акцент же Маркса и Энгельса на право лишь как инструмент подавления не способствует изучению той полезной роли, которую право могло бы играть в обществе.

Принцип историзма, подход к появлению права как социального явления, рожденного потребностями материальной жизни общества, связь права с классовыми структурами и классовыми интересами и ряд других положений составляют, несомненно, большое достижение теоретико-правовой мысли.

Таким образом, существует множество теорий происхождения права. Полагаем, что это многообразие, можно объяснить различным временем их создания, разнообразием взглядов их авторов и факторов, оказавших влияние на появление права.

3. Иные теории происхождения права

3.1 Психологическая теория происхождения права

В психологической теории ее представители выделяют два права:

• позитивное, которое официально действует в государстве, выражается в законах, почти не доступно гражданам;
• интуитивное, которое встречается в психологии людей, и люди постоянно с ним сталкиваются.

О.Н. Болдырев в своем исследовании приводит слова В.Г. Зорькина, о том, что «по своим идеологическим и теоретико-познавательным функциям психологическая теория смыкается с социологией права и служит своеобразной основой для ее выводов и основных понятий (психологическая интерпретация права и судебного правотворчества, расширение объема понятия права и т. д.)» [5, с. 121].

Сущность психологической теории права заключается в том, что единственный источник права – это индивидуальное сознание. Дело в том, что право – это переживания человека, который, с одной стороны, учитывает чью-либо обязанность совершить какие-либо действия, а с другой – чье-либо предопределенное обязанностью притязание на осуществление этих действий.

Среди различных психологических состояний на первое место выходят эмоции человека:

• императивные (нравственные);
• императивно-атрибутивные (правовые).

Императивная эмоция – это «одностороннее переживание лицом обязанности совершить действие в отношении другого лица, но не сопровождается переживанием другой стороной права потребовать выполнения данной обязанности» [21, с. 108].

Императивно-атрибутивная – это уже «двусторонняя эмоция, переживание одним лицом обязанности сопровождается с переживанием другой стороной права потребовать выполнения обязанности» [21, с. 109].

Из императивно-атрибутивных эмоций складывается интуитивное, психическое право, которому принадлежит первое место в регулировании имущественных, семейных, наследственных отношений. Сколько людей, столько может быть и интуитивных прав.