Файл: Анализ современных подходов к обоснованию эквивалентности, адекватности и моделей перевода.pdf
Добавлен: 22.04.2023
Просмотров: 420
Скачиваний: 1
Одной из главных задач переводчика В.С. Виноградов [15] считает максимально полную передачу содержания оригинала, и, как правило, фактическая общность содержания оригинала и перевода весьма значительна. Подчеркивая эквивалентность перевода ... отмечает, что перевод должен производить на своего читателя или слушателя такое же влияние, как и оригинал собственного читателя; он должен звучать, будто оригинал, и не содержать в себе ощущение окраски перевода. Этот тезис подтверждает ту важную роль в работе переводчика, которую играет его родной язык. Последний никогда не сможет превзойти в процессе перевода язык иностранный, так как только в собственном языке мы полностью можем почувствовать всю гамму чувств, которые дарит родное слово, и тем более сочетание слов. Причем эта истина касается не только литературного перевода, но и научно-технического [28, с. 542].
Известный переводчик поэтических произведений С. Я. Марша также сосредоточивает внимание в своих трудах на проблеме достижения эквивалентности при переводе. Он отмечает, что понятие переводческой эквивалентности, как и буквализма и переводческой вольности не сводится к вопросу о выборе соответствующей единицы перевода на определенном языковом уровне.
2.1.1 Критика выделения категории эквивалентности в современном переводоведении
С точки зрения переводчика не понятно, можно ли провести разграничение между тем, что собирались сказать или написать и фактически тем, что пишется или произносится. Более того, понятие эквивалентности как теоретический термин характеризуется плохой репутацией среди некоторых переводоведов. Например, Гентцлер заявляет, что стандарты переводческого анализа, которые ориентируются на эквивалентность или неэквивалентность, и другие связанные критерии оценки, предусматривает понятие материальности. Последнее ограничивает другие возможности переводческой практики, маргинализирует неортодоксальные переводы и нарушает реальный межкультурный обмен. Ньюмен [18, c. 195] с другой стороны, описывает переводческую эквивалентность как «термин здравого смысла для описания идеальных взаимоотношений, которые читатель ожидал бы получить вследствие тесной связи между первоисточником и его переводом». Эквивалентность Ньюмена откровенно проспективна и идеальна, хотя эмпирические подходы также занимают должное место в анализе. А. Пим также ведет речь об эквивалентности как «факте восприятия» [26, c. 64] и о социальной обусловленности «ожидания» того, что целевые тексты должны быть в своего рода эквивалентных взаимоотношениях со своими исходными текстами .
Эмпирическая категория эквивалентности Г. Тури имеет много общего с текстуальной эквивалентностью Дж. Кетфорда. Текстуальная эквивалентность определяется как всякая форма целевого языка, которая по наблюдениям является эквивалентной определенной данной форме родного языка (текста или его части. Эквивалентные формы могут подбираться путем обращения к интуиции информантов-билингвов или путем применения формальных процедур, таких как коммутация (замена), метода обнаружения текстовых эквивалентов, который заключается в том, что компетентного информанта-билингва просят перевести фрагмент текста, а затем систематически вводят изменения в текст ключевого языка, чтобы установить, как каждое изменение отражается в переводе. Согласно Кэт Форду, текстуальная эквивалентность – это эмпирическое и предполагаемое явление. Вероятность того, что данная форма ключевого языка будет переведена как данная форма целевого языка может быть рассчитана на основе предыдущего опыта и, как правило, вероятного перевода [22, c. 38].
Снелл-Хорнби в этом взгляде на эквивалентность видит тот же недостаток, что и А. Пим: это замкнутый круг – эквивалентность перевода – это то, что рассматривается как эквивалентное. Однако, хотя в то время как взгляд Кэт Форда на текстовую эквивалентности может сказать очень мало о природе эквивалентности, этот подход нашел применение в таких отраслях как МП, основанный на примерах и статистических данных и в более недавнее время в системах памяти переводов, где ранее уже выполненные переводы исходных текстов хранятся вместе с этими текстами, чтобы эти старые переводы заново запустить в оборот.
Эквивалентность как эмпирическое явление подробно анализируется в трудах Г. Тур. В то время как другие теоретики могли бы задаться вопросом как два текста являются эквивалентными, согласно каким предустановленным предписывающим критерием эквивалентности это происходит, Туре трактует существование эквивалентности между исходным и целевым текстом как данное. Тогда этот постулат эквивалентности позволяет ему заявить, что данный вопрос не следует задавать при дальнейшем изучении перевода (особенно при сравнительном анализе целевого текста и исходного текста), потому как он заключается не в том, действительно ли эти два текста эквивалентны (с определенной стороны), а какой тип и степень переводной эквивалентности они раскрывают.
Подход Г. Тури, а впоследствии и В. Коллера [18, c. 192] обращается к историческому относительному понятию эквивалентности: “Вместо того, чтобы быть единственным взаимоотношением, обозначающим рекуррентный тип инварианта, эквивалентность начинает иметь дело со всяким отношением, которое, как установлено, охарактеризовало перевод при конкретизированном наборе обстоятельств” [там же].
Тогда нормы, определяющие конкретное понятие эквивалентности, превалирующее на разных этапах в истории, или среди различных школ переводчиков, или даже в пределах работы одного переводчика, предполагает валидный предмет исследования для дескриптивного переводоведения. Постулат эквивалентности Туре, как и его широкое определение перевода в целом, что считается переводом в целевой культуре, позволяет ему расширить границы переводоведения к изучению явлений, которые раньше были на периферии. Таким образом, теории перевода, основанные на эквивалентности, могут избежать осуждения других школ мысли, где широко заявляется, что эквивалентность предусматривает прескриптивный подход к переводу.
Однако существуют возражения против слишком широкого понятия эквивалентности: М. Снелл-Хорнб высказывает предположение, что понятие эквивалентности в англоязычных странах стало настолько размытым, что превратилось в бескорыстное; в то время как А. Пим, А. Нейберт и В. Коллер высказывались за установление более ограниченного взгляда на эквивалентность не в последнюю очередь потому, что новый взгляд на эквивалентность позволит различать перевод от не перевода. В поддержку этой точки зрения А. Пим цитирует В. Стеккони: «Для перевода эквивалентность имеет решающее значение, потому что это уникальное отношение между текстами, его может продемонстрировать среди всех известных типов текстов только перевод» [26, c. 67].
Современные европейские теории перевода также могут рассматриваться как ряд парадигм, подвергают сомнению когда-то доминирующее понятие эквивалентности. В 1950 году с помощью понятия эквивалентности описывали не только цель перевода, а это понятие также использовалось как мерило, с помощью которого науки о языке могли бы анализировать переводы. Это была незыблемая комплексная система мыслей, которая сейчас потеряла свою ведущую роль. Частично проблема заключалась в параллельном существовании конкурентной сферы, которая называлась неопределенностью (что бросало вызов стабильности всему, что казалось эквивалентом), хотя редко наблюдалась какая-то реальная борьба между этими двумя способами рассмотрения перевода.
2.1.2 Соотношение понятий «адекватный перевод», «эквивалентный перевод», «точный перевод», «буквальный перевод» и «свободный перевод»
Важно указать также, что для общей характеристики результатов переводческого процесса, кроме таких терминов, как «адекватный перевод» и «эквивалентный перевод», используются также такие понятия, как «точный перевод», «буквальный перевод» и «свободный перевод». Адекватным называется перевод, который обеспечивает прагматические задачи переводческого акта на максимально возможном для достижения этой цели уровне эквивалентности, соблюдая жанрово-стилистические требования к текстам этого типа и отвечая общественно признанной конвенциональной норме перевода.
В нежестком употреблении «адекватный перевод» – это «хороший» перевод, оправдывающий ожидания и надежды коммуникантов и лиц, оценивающих качество перевода [25, c. 4].
Эквивалентным называется перевод, воспроизводящий содержание иноязычного оригинала на одном из уровней эквивалентности. Под содержанием оригинала понимается вся информация, передаваемая денотативным, конотативным значениями и прагматичным потенциалом текста.
Любой адекватный перевод должен быть эквивалентным, но не каждый эквивалентный перевод будет адекватным.
Точным называется перевод, в котором эквивалентно воспроизведена лишь предметно-логическая часть содержания оригинала с возможными отклонениями от жанрово-стилистической нормы. Точный перевод может быть признан адекватным, если задача перевода сводится к передаче фактической информации об окружающем мире. Эквивалентный перевод всегда должен быть точным, а точный перевод – лишь частично эквивалентным.
Буквальным является перевод, который воспроизводит коммуникативно нерелевантные (формальные) элементы оригинала, в результате чего искажается реальное содержание оригинала. Буквальный перевод не является адекватным и допускается лишь в том случае, когда перед переводчиком поставили прагматическую задачу – воспроизвести в переводе формальные особенности построения высказывания в оригинале. В таком случае буквальный перевод может сопровождаться пояснениями или адекватным переводом, который раскрывает истинный смысл оригинала [10, c. 16].
Свободным называется перевод, выполненный на более низком уровне эквивалентности, чем тот, которого можно достичь при этих условиях переводческого акта. Свободный перевод может быть адекватным, если он отвечает другим нормативным требованиям перевода и не связан с существенными потерями в передаче содержания оригинала.
При определении значимости достижения эквивалентности и адекватности перевода укажем, что в текстах переводов выделяются четыре основных типа ошибок, которые играют неодинаковую роль при оценке качества перевода:
1. Ошибки, которые грубо искажают смысл оригинала. Такие ошибки приводят к тому, что перевод отражает совсем другую ситуацию, и фактически дезинформируют слушателя. Они, как правило, возникают вследствие неправильного понимания переводчиком содержания определенного отрывка оригинала.
2. Ошибки, приводящие к неточной передаче смысла оригинала, но не искривляющие его полностью. Как следствие, в переводе описывается та же ситуация, что и в оригинале, но ее отдельные части или детали переводятся недостаточно точно. Такие ошибки, как правило, возникают вследствие неточного понимания значения отдельных слов в оригинале или неправильной оценки переводчиком степени соответствия значений терминов в двух языках. В качестве примера такой ошибки можно привести неправильную передачу названия периода времени в таком высказывании: He was one of the best British football players in 1930's. – Он был в 1930 году одним из лучших футболистов в Англии. Переводчик не обратил внимания на формант множественного числа при наименовании года в оригинале, который показывает, что имеется в виду не один год, а целое десятилетие – тридцатые годы.
3. Ошибки, которые не нарушают общего содержания оригинала, но снижают качество текста перевода вследствие отклонения от стилистических норм, использования малораспространенных в этом типе текстов единиц, злоупотребления иноязычными заимствованиями или техническими жаргонизмами и тому подобное. Такие ошибки во многих случаях не влияют на общую оценку качества перевода. Они могут по-разному оцениваться отдельными экспертами, вызвать разногласия, иногда вообще не признаваться как ошибки.
4. Нарушение обязательных норм языка перевода, которые не влияют на эквивалентность перевода, но свидетельствуют о недостаточном владении переводчика на этом языке или его неспособностью преодолевать влияние языка. Ошибки этого типа дают основания судить об общеязыковой культуре и грамотности переводчика. Для переводчика важным является владение всем лексическим материалом языка, всем набором фоновых знаний, и количество этих фоновых знаний тем больше, чем больше различия между культурами [21, c. 195].
Итак, для достижения эквивалентности перевода, то есть сохранения прагматического потенциала оригинала, при переводе используются определенные переводческие приемы. Сфера деятельности переводчика – это своеобразное неделимое целое: язык - культура - человек, используя язык как средство коммуникации, переводчик призван осуществлять коммуникацию между отдельными людьми на основе знаний и понимания языков и культур. Без знания культурной среды ни коммуникация невозможно вообще.
2.2 Анализ направлений характеристики моделей перевода в современной науке
Существует немало описаний перевода как процесса, однако они носят гипотетический, предсказуемый характер, поскольку реальный процесс перевода осуществляется в мозге переводчика, недоступном для непосредственного наблюдения и всестороннего исследования. По этой причине, изучение процесса перевода производится с помощью теоретических моделей, описывающих процесс перевода в целом или различные его аспекты.
Мы должны отметить, что моделирование перевода носит условный характер, так как необязательно отражает реальные действия переводчика в процессе создания переводимого текста и свидетельствует о необходимости еще более строгого, ответственного и доказательного подхода к созданию подобных схем и описаний. В.Н. Комиссаров считает, что разработка теоретических моделей, которые должны давать наиболее общее описание процесса перевода в целом, должно объяснять сущность этого процесса, что является одним из важнейших заданий лингвистического переводоведения [2]. Модель перевода призвана описать последовательность действий, с помощью которых можно решить переводческую задачу при заданных условиях процесса перевода. Как указывают теоретики переводоведения, такое направление исследования «дает возможность раскрыть динамические аспекты переводческой деятельности» [3, с. 78], выявить отдельные признаки функционирования лингвистического механизма перевода. Хотя в практической работе переводчик может достичь необходимого результата, не соблюдая одной из известных моделей перевода, знание теоретических моделей может помочь ему в реализации сложных переводческих задач.