Файл: Вопросы перевода юридической терминологии (Язык и право).pdf

Введение

Крупнейший французский специалист сравнительного правоведения Р. Давид утверждал: «Мы не можем отгородиться от людей, которые живут в других государствах, других частях земного шара. Необходимое международное взаимодействие или, во всяком случае, простое сосуществование требует, чтобы мы открыли наши окна и посмотрели на зарубежное право» [41, c. 220]. Становление сравнительного правоведения выступило результатом дифференциации общего учения о праве в конце XVIII – начале XIX вв., на что оказало влияние развитие сравнительной методологии в гуманитарных науках, в частности, в языкознании [17, c. 13].

Стоит отметить, что в системе юридической науки нет единого взгляда на сущность и место в ней юридической (правовой) компаративистики. Сторонники первого подхода считают сравнительное правоведение лишь методом научного анализа. Сторонники второго подхода рассматривают юридическую компаративистику как самостоятельную науку в рамках общего юридического знания. Они даже указывают конкретную дату оформления сравнительного правоведения: 1869 г. – время основания французского Общества сравнительного законодательства, или 1900 г. – созыв I Международного конгресса сравнительного права [17, c. 13].

Право, в его современном понимании, неотделимо от языка. Так как основными признаками права являются его формальная определенность и стабильность, которые достигаются в результате письменной фиксации. Необходимость юридического перевода возникла с появлением межнациональных контактов. Однако своё научное и онтологическое обоснование юридический перевод приобрел благодаря правовой компаративистике. Сама же связь языка, права и политики начла проявляться на уровне политической метафоры. Непосредственное взаимодействие права и лингвистики на практике можно наблюдать в процессе судебно-лингвистической экспертизы.

В условиях глобализации возрастает количество международных контактов, развивается частное и публичное международное право. В связи с этим возникает необходимость исследования вопросов юридического перевода и формирование самостоятельного междисциплинарного направления – юридической лингвистики.

Сложность юридического перевода заключена в том, что в процессе перевода сопоставляются не просто два языка, а две правовые системы или даже две правовые семьи. Помимо этого, юридический язык – это язык терминов. Многие правовые явления, реалии и термины обладают национально-историческими особенностями, для перевода которых необходимо иметь представление как о праве в целом, так и о правовой компаративистике.

Вопросы специального перевода (в том числе общественно-политиеского и юридического) рассматривались в работах А.В. Фёдорова, В.Г. Гака, В.Н. Комиссарова, К.М. Левитана, В.В. Алимова, А.С. Киндеркнехта, В.П. Коровушкина, М.В. Костромичевой, Е.В. Малюковой, Т.П. Некрасовой и многих других авторов.

Цель настоящей работы – исследовать вопросы перевода юридической терминологии. Актуальность выбора темы исследования обусловлена возросшей необходимостью изучения юридического перевода, вследствие развития международного права и международных отношений. В качестве объекта исследования выступают особенности юридического перевода. Предметом исследования являются особенности перевода юридической терминологии, в частности, англоязычной (как языка международного общения и языка одной из крупнейших правовых семей).

Для достижения поставленной цели необходимо выполнить следующие задачи: рассмотреть, как связанs право и язык; исследовать место юридической терминологии в переводоведении; изучить особенности английской юридической терминологии.

Глава 1. Язык и право

1.1. Юрислингвистика: перспективы развития

Гражданское общество, правовое государство – когда-то для большей части земного шара эти понятия были лишь абстрактными мыслеформами. С распространением цифровых технологий современные государства, вполне вероятно, приблизятся к античному идеалу прямой демократии. Чем больше право интегрировано в повседневную жизнь человека, тем выше необходимость изучения языка права.

А. С. Кубрякова отметила одну из важных тенденций современной лингвистики – экспансионизм, проявление которого она видит в возникновении новых «сдвоенных» наук в формировании новых отраслей знания внутри самой лингвистики [7, c. 94].. В последние десятилетия наблюдается интенсивный рост исследований языка права, повлиявших на появление относительно самостоятельной дисциплины на стыке языкознания и правоведения − юрислингвистики.

Предметом юрислингвистики является юридический аспект языка. Юрислингвистика призвана решать следующие задачи: теоретическое изучение и практическая разработка юридико-лингвистических аспектов государственного языка и языковой политики; разработка юридического языка; терминологическое, переводческое и лексикографическое обеспечение юридической деятельности; лингвистическое образование специалистов в области права; принципы юридического урегулирования языковых конфликтов;

лингвистическая экспертиза юридических документов (законотворческая и судебно-лингвистическая); создание рекомендаций по разработке текстов нормативно-правовых актов (далее − НПА) [11, c. 30]. Последние две задачи являются требованиями юридической техники.

Как отдельное направление в отечественном языкознании её стали выделять в конце XX в. [36, c. 374]. Среди российских ученых занимающихся вопросами юрислингвистики более чётко сформулировали проблемы в своих работах Б.И. Осипов и А.М.Пыж. Осипов Б.И. выделяет два вида проблем: языковые проблемы права и правовые проблемы языка. А.М. Пыж утверждает, что, взяв за основу теоретические выводы, получаемы в рамках юрислингвистики, возможно разработать практические рекомендации по совершенствованию юридического языка [11, c. 30 − 31].

Таким образом можно выделить две основные причины обособления и дальнейшего развития юрислингвистики. Во-первых, развитие правового государства и гражданского общества вовлекает в нее большое число граждан, поэтому возрастает необходимость филологического обеспечения правовой деятельности как самого общества, так и государства. Во-вторых, остаются актуальными вопросы повышения повышения лингвистической подготовки студентов юридических вузов и других учебных учреждений, которые связаны с подготовкой специалистов-правоведов [11, c. 31].

Чаще всего студенты юридических вузов в качестве иностранного языка в профессиональной деятельности изучают английский. В.А. Пономаренко и В.Н. Рогозная в своём исследовании приводят целый ряд причин, почему обучение английскому в неязыковых вузах такого невысокого качества: недостаточное количество часов; отсутствие специальной подготовки преподавателей иностранного языка, обучающих студентов юридических специальностей; низкий уровень языкового образования в средней школе; и основная причина – недостаточная разработанность методики обучения иностранному языку в интегративной связи с профессиональной подготовкой [36, c. 375].

Как утверждает Д.Н. Шлепнев, главная проблема юридического перевода – вовсе не терминология, как нередко считают неспециалисты. Этому может способствовать неверное понимание перевода как перевода слов в отрыве от текста. По мнению автора главная проблема заключается в том, что юридический перевод всегда представляет собой перевод из одной правовой системы в другую [54, c. 140]. В целом же, терминология остается в фокусе юридического перевода. Но для того, чтобы понимать её сущность и логику, необходимо понимать особенности национальных правовых систем и семей. Так как даже правовые системы одной правовой семьи могут значительно различаться или включать в себя элементы других правовых семей.

Однако чёткого понимания места юрислингвистики пока нет, о чём свидетельствует ещё одно наименование данного научного направления – лингвоюристика. С.П. Хижняк настаивает на том, что юрислингвистику правильнее отнести к лингвистической науке, так как её цель – это изучение юридического подъязыка, который не является абсолютно обособленной подсистемой общелитературного языка, а представляет его часть, характеризующуюся теми же системными языковыми отношениями, что и общий литературный язык в целом. Хотя юридическая терминология (или терминосистема) обладают определённой спецификой [51, c. 92].

1.2. Особенности языка права

Если рассматривать язык в общем контексте культуры и общества, то он будет неоднороден и в нем можно будет выделить целый ряд языков, потому что общество или культура имеют сложное строение и различные специализированные сферы функционирования. Языки, которые обслуживают особую сферу деятельности являются специализированными. Специализированный язык не может обходиться без естественного, но используя ресурсы естественного литературного языка, он подчиняет его специфике своей сферы [52, c. 169].

Власть, осуществляя определенные действия, всегда стремится оформить их надлежащим правовым образом. Регулирующая, волевая функция права определяет не только поведение людей, но и функции языка, поскольку язык в юридической сфере является единственным материалом, первоэлементом, из которого создаются и оформляются все правовые категории. Правовые нормы не могут существовать иначе как в определенных языковых формах [52, c. 169].

Язык права – это специализированный язык, используемый в сфере правового регулирования, юридический язык.

Юридический язык – это уникальное правовое явление, представляющее собой социально и исторически обусловленную систему способов и правил словесного выражения понятий и категорий, выработанных и применяемых в целях регулирования взаимоотношений субъектов в юридической жизни общества. При этом слово в системе юридического языка адаптируется к потребностям точного и ясного изложения правовой информации. Функционирование юридического языка происходит в процессе правового регулирования, в ходе которого осуществляется информационное воздействие на людей с целью упорядочить социальные связи. В связи с тем, что важнейшим информационным средством в человеческом обществе считается слово, правовое регулирование в аспекте словесности можно рассматривать как функционирование юридического языка [52, c. 169].

Юридический язык – это сложная система, которая имеет определенную структуру, основными элементами которой выступают:

1) язык НПА – обслуживает сферу правотворчества;

2) язык правовой доктрины – обслуживает сферу правовых научных произведений;

3) профессиональная речь юристов – обслуживает разговорную сферу профессиональной деятельности;

4) язык процессуальных актов – обслуживает сферу правовых процессуальных действий путем их фиксации;

5) язык договоров – обслуживает сферу договорных отношений;

6) нотариальный язык, который в качестве отдельного элемента юридического языка исторически происходил в странах континентальной Европы. В России языковые нужды нотариата обслуживают иные компоненты юридического языка;

7) язык общения в правовой и смежной с ней сферах [52, c. 170].

Юридические тексты, как представители официально-делового стиля, играют большую роль в современном обществе и являются важным элементом его правовой и языковой культуры. Юридические тексты отличается жанровым разнообразием и характерными языковыми особенностями [38, c. 190]. В текстах законов еще с древнейших времен были отмечены слова, которые относились и к общему языку, но некоторые из них употреблялись как термины, а другие как связующие элементы [38, c. 190].

Юридическая терминология относится к общественно-политической терминологии. По мнению С. П. Хижняка, такая терминология неоднородна, в

ней можно выделить терминологию права и терминологию правоведения, что в свою очередь связано с различными сферами функционирования юридической терминологии: официально-деловой и научной [26, c. 40].

Далее автор замечает, что терминология права – это терминология правоприменительной практики, а терминология правоведения это терминология правовой доктрины (правовой науки). Основной состав терминов правоведения и права является общим, различие же их в том, что, по мнению Хижняка, терминология правоведения сложней, чем терминология права Следует отметить, что русская юридическая терминология возникла в Х в. именно как терминология права и была закреплена в древних законодательных актах, а терминология правоведения возникла лишь тогда, когда началось теоретическое осмысление правовой науки, а именно в XVIII в. [26, c. 40].

Таким образом, язык права состоит из общеупотребительной и специальной лексики (терминологии), которая отражает историко-правовое развитие нации.