Файл: Понятие форма государства и его устройства.pdf

Исследовать государство с точки зрения его сущности «означает вы­явить, волю и интересы каких слоев общества, групп, классов оно в первую очередь выражает и защищает»^{[12] [13]}. Форма государства, отмечается в энцикло­педическом словаре конституционного права — непосредственный вырази­тель и носитель его сущности и содержания. Каковы сущность и содержание (функции) государства, таковой в конечном счете будет и его форма. Однако классовая теория государства, в том числе формы государства, в своих ос­новных посылках нам представляется неубедительной. Мы не ставим своей задачей критику марксистско-ленинской теории права и государства, кото­рой в современной юридической литературе была дана достойная оценка, однако заметим, что с позиций классовых невозможна сколько-нибудь адек­ватная характеристика и классификация существующих государственных форм, многие из которых как таковые индифферентны к классовым началам.

На образование форм государства влияет множество самых разнооб­разных факторов, среди которых классовый — далеко не главный. Современное государство, именующее себя правовым, отвергает классовое начало, какие-либо юридические цензы, закрепляющие классовое или сословное не­равенство. Государство настоящего осуществляет общесоциальные функции, одинаково обслуживающие интересы всех социальных групп, в том числе основанные на принуждении. Государство настолько соответствует своему назначению быть всеобщей организацией населения, насколько оно обеспе­чивает равенство своих граждан. Это не противоречит философскому пред­ставлению о содержании и форме государства, однако содержанием государ­ства выступают все политические процессы, которые сказываются на форме государства, в том числе те, которые обладают очевидным классовым нейтралитетом. Как справедливо отмечает А.Б. Венгеров, классовая структу­ра общества, столкновение классовых интересов, соотношение классовых сил, отстаивающих те или иные интересы, способы их закрепления, защиты, — все это реальности, влияющие на государственное устройство, прежде всего на то, как, в каких формах организована и действует система власти, кто правит в государстве. Однако подобная гиперболизация классового при­знака, характеризующего форму правления, как и гиперболизация этого при­знака применительно к другим политико-правовым институтам, являлась ме­тодологически неверной, обедняла и вульгаризировала марксистскую тео­рию государства и права. За рамками изучения оставались иные факторы, влияющие на форму правления, прежде всего исторические традиции, нацио­нальная психология, религиозное сознание, культурная среда, уровень идео­логизации и политизации общества, экологические (географические) факто­ры и др.¹³

Политическая практика свидетельствует, что в основании форм госу­дарства лежит характер государственных связей, комбинации которых обра­зуют государственные формы в их разновидностях. Аксиоматичен тот факт, что современные формы государственного правления в своем завершении выражают соотношение законодательной и исполнительной власти в госу­дарстве, которое порождает специфический конституционно-правовой ста­тус парламента, главы государства и правительства.

При этом социальная, в том числе классовая, природа общества на ха­рактеристике государственной формы сказывается мало, юридически невоз­можно доказать, что, скажем, такие государства, как Франция или Италия, в своей организации и деятельности выражают интересы определенных клас­сов, а не всего населения.

Нам могут возразить, что общепризнанная классификации государ­ственных форм, существующая в науке, не срабатывает при характеристике авторитарных государств, например, государств тоталитарного социализма типа РСФСР или СССР.

Действительно, СССР, составной частью которого Советская Россия являлась, не соответствовал принятой в современной государственно­правовой науке классификации форм республиканского правления — прези­дентской, парламентарной или смешанной республике. Советская юридиче­ская наука отстаивала тезис о наличии особой государственной формы — республики Советов, отвергающей традиционные демократические ценно­сти, в первую очередь разделение властей. Однако мы полагаем, что Советы депутатов в их исторических вариациях государственной властью не облада­ли, слепо копируя и исполняя партийные решения. Реальной государствен­ной властью располагали партийные организации, которые в то же время не обладали формальными признаками государственных органов. Советы, та­ким образом, выступали ложной формой государственности, которая ввиду этого не подлежит юридической классификации. Учитывая роль коммуни­стической партии в государстве, положение ее руководителей, и прежде все­го генерального секретаря ЦК КПСС, механизм принятия политических ре­шений, степень реального участия масс в государственной политике, совет­ское государство с достаточным основанием можно отнести к разновидности монархической формы правления, причем взятой в ее крайнем, самодержавном виде. Специфической особенностью советского монархизма был его скрытый характер, завуалированный Советами, формально избираемыми.

Данная характеристика Советского государства одинаково приложима ко всем оставшимся странам тоталитарного социализма, в которых государ­ственная власть в действительности осуществляется правящей партией.

Наличие выборных органов в государстве еще не характеризует его республиканскую форму. Народовластие может принимать и непосред­ственные формы (Афины, Новгород, Швейцария). Определяющей в характе­ристике форм государства является принадлежность государственной вла­сти, как способности повелевать посредством закона.

Так называемые авторитарные государства в их разнообразной вариа­ции характеризуются единым началом — отсутствием реальной власти у вы­борных организаций, существованием псевдопарламента. Подлинная власть в таких государствах принадлежит политическим элитам, юридически отде­ленным от государственного аппарата, — руководящим партиям (страны то­талитарного социализма), высшему духовенству (теократические государ­ства) и т. п.

В отечественной правовой науке острую дискуссию вызвал вопрос структуры формы государства, в которую включали разные элементы. Боль­шинство ученых-государствоведов пришло к выводу, что форма государства может быть понята как совокупность трех элементов: формы правления, формы государственного устройства (или административно­территориальной структуры) и политического режима как метода осуществ­ления государственной власти. Ф. М. Бурлацкий в форме государства обна­руживал еще один элемент — политическую динамику, в соответствии с ко­торой подразделял государства на агрессивные и миролюбивые¹⁴.

При этом у разных авторов наблюдались определенные расхождения в отдельных оттенках того или иного элемента, особенно политического ре­жима. Под политическим режимом большинство авторов понимало совокуп­ность приемов и методов государственного властвования.

Их оппоненты полагали, что политический режим характеризует не форму, а сущность государства. А. И. Денисов, например, утверждал, что политический режим выявляет методы классового господства и не имеет от­ношения к форме государства¹⁵.

Мы придерживаемся той позиции, что политический режим не входит в содержание формы государства как структурного выражения его содержа­ния. Методы и способы осуществления государственной власти, вкладывае­мые в содержание политического или государственного (государственно­политического) режима, характеризуют не структуру государства, не си­стемное содержание его внутренних организационно-правовых связей, а направленность и интенсивность государственного воздействия на социаль­ную среду, степень связанности государства с гражданским обществом. По­литический режим, таким образом, отражает не структурно­

морфологические, а функциональные параметры государства, которые лежат за пределами его формалистской характеристики. Авторитарный, деспотиче­ский режим одинаково могут исповедовать как монархические, так и респуб­ликанские государства, в силу чего политический режим составляет объект не столько государствоведения, сколько политологии, что и находит под­тверждение в современной науке.

В политико-правовых исследованиях политический режим служит классификационным критерием для выделения государств демократических и авторитарных в их многочисленных разновидностях. Между тем по форме правления демократические и авторитарные государства практически не раз­личимы. Все современные государства, относимые к числу авторитарных, используют в своих конституциях вполне демократическую лексику, провоз­глашая народовластие и основные права человека. Не существует конститу­ции, выдержанной в откровенно реакционных тонах. Для утверждения дес­потического режима конституция является весьма неподходящим правовым документом.

Современные авторитарные государства имеют приблизительно ту же институциональную структуру, что и демократические государства, включая такие традиционные элементы формы правления, как выборное представи­тельство (парламент), официальный глава государства, ответственное прави­тельство.

Принципиальным показателем демократического государства является соблюдение прав человека, но форма правления, не говоря уже о форме гос­ударственного устройства, мало сказывается на режиме правового статуса личности, который в демократических государствах приблизительно одина­ков, будь то парламентарная, президентская или смешанная республика. Со­блюдение прав человека в демократическом государстве обеспечивается преимущественно судом, который, однако, не характеризует форму государ­ства, складывающуюся из взаимоотношений высших законодательных и ис­полнительных органов власти. Глава государства, парламент или правитель­ство непосредственно не участвуют в защите прав человека и в силу разде­ления властей участвовать не должны.

Политический режим — вполне оправданная категория, характеризу­ющая методы политического руководства обществом, которые могут быть либерально-демократическими или административно-командными (автори­тарными), однако они не всегда приобретают государственный, легальный характер. В государствах авторитарных, к которым относятся не только фа­шистские, но и так называемые социалистические, методы политического руководства преимущественно осуществляются вопреки закону, поэтому они не могут характеризовать государственные формы, которые всегда опреде­ляются законодательным (конституционным) путем.

Таким образом, форму государства мы оцениваем в совокупности двух ее компонентов — формы государственного правления и формы государ­ственного устройства, которые по отношению к форме государства высту­пают в качестве субинститутов, характеризующих государственные начала в сфере структурной и политико-территориальной организации государствен­ной власти.

1.2 Сравнительная характеристика федерации и унитарного государства

Государство – сложная политическая организация, обладающая рядом отличительных особенностей. Для того чтобы функции, ради которых данный институт был создан, эффективно выполнялись на практике, требуется соотнесение государственной формы с этими характеристиками.

Территория государства как один из главных его признаков выступает важным элементом в построении эффективно функционирующего государства.

Вопрос эффективной организации территориального пространства государства не теряет своей актуальности со временем ввиду происходящих изменений государственных форм, образования новых типов внутри уже существующих основных территориально-организационных структур. Процесс развития, трансформации государства требует совершенствования его устройства, поэтому проблема поиска идеальной административно-территориальной структуры до сих пор находится под пристальным вниманием ученых. Она имеет и теоретическое, и практическое значение, так как именно форма территориального устройства государства выступает одним из факторов, определяющих эффективность управления, правопорядок, законность, а также результативность реформ различных сфер жизнедеятельности.

Для начала нужно отметить, что необходимость организации пространства возникает в связи с ограниченностью деятельности государства его площадью. Соответственно обеспечение охраны правопорядка, реализация экономической, социальной и других функций невозможны без единой территориальной структуры, особенно при большой численности населения и значительных размерах территории.

Итак, организация территориального пространства, безусловно, необходима. Для решения этой проблемы выделяют две основных структуры, функционирующие в странах современного мира: унитарная и федеральная. Каждая из них имеет набор условий, основу для существования, а также свои отличительные черты. Чтобы понять, какое устройство является более или менее эффективным, «идеальным», рассмотрим основные особенности унитаризма и федерализма.