Добавлен: 20.05.2023
Просмотров: 241
Скачиваний: 3
Даже если вашей версии следовать, все-таки пополам, да? А не все. Я-то получил все долги, а даже не пополам. Вот смотрите, самое интересное, даже если бы она мне ничего не дала, когда я ушел, меня бы это устроило. У меня там были какие-то сбережения, с дивидендов, у меня были какие-то деньги, которые я, кстати, потом выплачивал на выплату этих долгов, потом лихорадочно продавал эти активы, чтобы хотя бы выйти в ноль. Вот смотрите, с вами ушло 70 миллионов. Даже если с учетом всех долгов и так далее, хорошо, ну осталось у вас 20. Что, этого мало, что ли? Что значит мало? Мало-не мало, я говорю о том, что случилось. Вот если бы вообще бы ничего не было… Вот смотрите, какое вы имеете отношение к этим деньгам, к этим оставшимся 20 миллионам, после уплаты всех долгов и кредитов, если вы просто брат Батуриной? Просто повезло, что именно вашу фирму, так как она уже существовала, взяли и подняли до небес. Ну все, дали вам 70 с долгами, вы расплатились, 20 в итоге у вас все равно осталось. Ну что, это мало, что ли, иди и радуйся, шикарная сделка. Хорошая. Еще раз говорю, если бы мне ничего при разделе бизнеса не досталось, а просто бы сказали, все, тебе и так хватит, меня бы это устроило, у меня достаточно было. Но вам же досталось в итоге 20 миллионов? Нет, мне не досталось 20 миллионов, мне достались активы, с которыми я до сих пор… Хорошо, активы после всех сделок, 20 у вас были. Я вам рассказал про два актива, которые мне передали. Например, она мне передала строящийся дом в Сочи, который признали под снос и который мне принес убытков на миллиард рублей, потому что я должен был выплачивать дольщикам и по всем остальным делам, хотя я никакого отношения ни к проекту, ни к началу строительства, ни к получению разрешения не имел, мне уже передали его в четвертом этаже, так, на всякий случай. И таких активов достаточно много. В Белгородской области, в другой… Хорошо, Виктор Николаевич, сколько сейчас, как вы оцениваете свое состояние, сколько у вас сейчас денег, и кому вы должны на сегодняшний момент? Это, конечно, установит суд. Пока что суд принял долгов ко мне на небольшую сумму, меньше миллиона долларов. То есть на эту сумму тех активов, которые у меня остались, в виде недвижимости, их достаточно. У вас есть этот миллион? Другое дело, что претендуют на другие долги, просто их пока суд не принимает, потому что они не предоставляют каких-то убедительных документов, что это является долгом, хотя у них есть и судебные решения, и проценты, и так далее. И, конечно, существует вероятность, что эти долги примут. Вы не говорите, как Остап Бендер, долги-не долги, вы можете конкретно сказать, вы-то знаете, кому вы должны, кому вы не должны. Вот вы на какую сумму должны людям и сколько у вас на сегодняшний момент состояние ваше? Ксения Анатольевна, в том смысле, что я взял деньги и не отдал кому-то, у меня таких долгов нет. Суд признал долги налоговой инспекции, которые за четыре года, когда я сидел, насчитали налогов на недвижимость, которая была арестована и продавалась судебными приставами, и вот эти налоги мне, хотя имущество продано, мне их вчинили, так как они его долго продавали, скажем так. Вот эти налоги есть. Есть заявления об оплате долга по договорам поручительства, то есть деньги были украдены до меня, но я подписывал поручительства, и по этим договорам поручительства они тоже предъявляют мне претензии. Такие есть долги. То есть вы в этом смысле чисты, никому не должны, векселя были не поддельные, за которые вас… Вы опять путаете де-юре и де-факто. Де-факто я деньги, которые не отдал, не брал. Де-юре налоги насчитаны, поручительства. То есть дом на Арбате два раза вы не продавали? Какой дом на Арбате? Ну три года условно вы получили, по делу о доме на Арбате, который вы продали два раза. Понимаете, если вы почитаете дело, два раза дом я не продавал. Так, на всякий случай. Там была коллизия, что первая сделка, по которой я получил аванс, я ее не стал регистрировать, потому что не получил вторую часть. И заключил договор с другим человеком, то есть регистрация, факт продажи — это регистрация, то есть никаких регистраций ни по первой, ни по второй сделке, не было. Был спор. Вы получили за это срок условный. Там еще не было никакой Батуриной. Получил, потому что так решил суд. Но вы прочитайте приговор, там нет ущерба. То есть я получил три года условно без ущерба, то есть все деньги были отданы. Потому что вы возвратили человеку деньги, и он отозвал заявление. Нет, он ничего не отзывал, никаких заявлений. Я ему заплатил деньги, а заявление все равно было, потому что человек посчитал, что эту квартиру, это помещение ему все равно нужно было отдать. Ну, векселя, я так понимаю, тоже были не поддельные, из-за которых вы… По векселям история… Я не знаю, можно ли признать поддельным вексель, если я никогда не отказывался от своей подписи на этих векселях. Все-таки я всегда считал, что поддельные вексели это что-то в них подделано. Но они нигде не зарегистрированы. Вексельное право не подразумевает никаких регистраций для векселей, вексель — это долговая расписка. То есть вот мы с вами сидим в ресторане, вы мне дали деньги, я вам на салфетке написал «вексель», такой-то должен, отдал вам, это документ, если уж говорить по закону. Вы пришли с документом, на котором было написано полмиллиарда вы мне должны. Суд признает это фальшивкой и дает семь лет. Неправда, суд дословно, в приговоре написано «подложный вексель». Подложный. Понимаете, моя позиция была простая. Я же пришел с этим векселем, на котором никогда не отказывался от своей подписи, от печати «Интеко», которая там стояла, что я его выписывал. И принес документ, с подписью Елены Николаевны, где написано, что она обязуется оплатить этот вексель. И я считал, что этих двух документов достаточно, чтобы предъявить свои права на этот вексель. Суд сказал, что вексель подложный, а документ, где стоит подпись Елены Николаевны, она никогда не подписывала, а экспертизу я проводить не буду, потому что полностью доверяю словам Елены Николаевны, что она его не подписывала. Вот семь лет. Вы прямо повсюду невиновны. Дело в том, Ксения Анатольевна, я же не признал вину, что значит, невиновен. Я вину не признал на суде, суд признал меня виновным, но я свою вину не признал, и в настоящий момент тоже не признаю. Вот я и говорю, что вы не виновны, вы вот как-то везде не виновны. Но при этом, если так глобально задуматься, Виктор Николаевич, вот вы, по сути дела, прожили очень странную, и с точки зрения какого-то делопроизводства, очень пустую жизнь. То есть вы двадцать последних лет судитесь. Судитесь с сестрой, судитесь с Рудковской, судитесь еще с кем-то. Вот вам не кажется, что это странная ваша жизнь такая? Это же ваша жизнь, и она не вечная, и всю вашу жизнь вы судитесь, угрожаете по поводу детей, оскорбляете Рудковскую, судитесь с сестрой. Ксения Анатольевна, с Рудковской судился не я, а она со мной. Мы уже этот вопрос просто обсуждали. Я никогда на Рудковскую не подавал иска, кроме иска о расторжении брака, потому что брак был расторгнут по моей инициативе. Но гадости говорили, и всячески… Рудковская судилась со мной, потому что ее не устроил брачный контракт, и она захотела половину имущества. Да, это был суд. Что я должен был делать, если был такой иск? Я вынужден был защищаться. Детей потом как-то не отдавали, какие-то у вас там… Что значит не отдавали? А почему я должен отдавать? Давайте, вы своего ребенка возьмете и отдадите. Что значит «не отдавали», это мои дети, почему я из должен кому-то отдавать? Что значит ваши, это ваши общие дети, это не ваши. Пожалуйста, а кто мешал, она подписала соглашение, по которому дети проживали со мной. Какие проблемы? Потом просто постоянно менялась ситуация, ее не устраивало соглашение, брачный контракт и так далее, всякие провокации с перелезанием, с другими, с прессой, еще с какими-то вещами. Но вот это же ваша жизнь, я вот про это и спрашиваю. Посмотрите, столько разных эпизодов, тут с сестрой вы судитесь, сестра плохая, неправа, тут с Яной Рудковской, тут с детьми вся эта ситуация. Вот почему вы так живете? Двадцать лет вашей жизни это происходит. Подождите, что значит я так живу? Я живу так, как жизнь эта складывается. Да, у меня была жена Рудковская, да, случилось так, что она со мной несколько лет судилась. Но это вы, а не она, говорили о том, что она шалава, что она участвовала в аморальных сексуальных оргиях, что она вела себя неадекватно. Это ваши прямые цитаты, никто не заставлял вас так говорить о женщине, с которой вы прожили вместе какое-то время. И как-то это не по-мужски, в принципе, так говорить. Насчет вот этой цитаты, я не готов вам сказать, что я это говорил, это раз. Это ваша прямая цитата, пожалуйста, во время предпоследнего бракоразводного процесса. «Развод состоится, потому что я не хочу жить с женщиной, которая ушла из дома, не ночует дома, проводит жизнь в аморальных сексуальных оргиях, уезжает с разными мужчинами за границу, ведет себя неадекватно. Я не пью и не курю, но все знакомые нашей семьи утверждают, что она употребляет наркотики, ведет ночной образ жизни. Я не против, но я не хочу жить с такой женщиной. При моем богатстве и положении зачем мне нужна международная шалава-жена, как Яна Рудковская». Ну, и что? Ну что это? Виктор Николаевич, это как-то не по-мужски, жену бывшую называть шалавой, говорить про оргии. Ну что это? Ксения Анатольевна, у любого человека есть какой-то порог для чувствительности, после которого он начинает говорить какие-то вещи, потому что он уже не может молчать. То есть вы же не знаете подоплеку всей этой ситуации, вы же не знаете, что, например, было до той фразы, которую я произнес. Что же там такого страшного было, что вы свою бывшую жену назвали шалавой? Да не хочу я об этом говорить. Эта фраза, раз вы ее цитируете, значит, я ее произносил, значит, эту фразу я произнес потому, что у меня на тот момент назрела необходимость эту фразу сказать. То есть какая-то капля переполнила какой-то сосуд, и я это сказал. Вы жалеете об этом сейчас? Ксения Анатольевна, понимаете, если думать только о том, о чем ты должен жалеть, ну тогда нужно или повеситься, или застрелиться. Почему, это важно, в жизни считать что-то ошибками, а что-то нет. Вот вы считаете эти слова свои ошибкой? Ксения Анатольевна, вы говорите о факте того, что я это сказал, а я же знаю, что было до этого. Год жизни, о котором я никому не говорил, ничего не делал, но все это на себе испытывал. Я сейчас не помню, что было побудительным мотивом этих вещей. Наверное, что-то было такое, что заставило меня об этом сказать. Да, наверное, можно было этого не говорить, но я смею вас уверить, я это говорил не для того, чтобы просто взять и облить Яну грязью, нет. А для чего? Ну, накипело, и я сказал. Понимаете, так ведь можно оправдать вообще все, что угодно. Вот накипело, и я ударил, накипело, и я убил. В том, что я ударил хоть одну женщину в своей жизни, пока что не было ни одного случая. Я вас сейчас в этом не обвиняю, я говорю о том, что этим в принципе легко объяснить… Как сказать, мы все переживаем какие-то сложные года в нашей жизни, может быть, Яна действительно делала много для вас плохих вещей… Конечно, хочется быть святым, конечно, хочется быть идеальным. Конечно, хочется, но, к сожалению, мы не идеальные, одни в большей степени, другие в меньшей. Я вот, с ваших слов, наверное, в большей степени, ну вот такая жизнь. Я уже как-то говорил, что, наверное, если бы мне сказали, согласен я был бы прожить свою жизнь заново, наверное, я бы ее оставил такой, какая она и есть. Почему? Потому что меня устраивает в ней то, что я все-таки иду куда-то по восходящей, а не по нисходящей, то есть я что-то осмысливаю, что-то для себя решаю, что-то для себя понимаю, от чего-то отказываюсь. То есть я, вот хотя у меня седьмой десяток, но я еще учусь этой жизни. Ну вот что, какой главный урок на сегодняшний момент для себя вы вывели? Какой главный урок? Во-первых, по вопросу денег, огромных денег и больших денег. Наверное, все-таки без этого можно обойтись. Да, естественно, деньги нужны и в нормальном количестве, чтобы они были и так далее, но наверное, потратить всю жизнь на то, чтобы стать миллиардером, наверное, это все-таки не главное. И слава богу, что у меня жизнь так сложилась все время, что, в общем, я никогда не бедствовал финансово, и в советское время я хорошо зарабатывал, и после жизнь так сложилась, что у меня деньги были. И надеюсь, что после окончания суда я тоже буду вести какой-то нормальный образ жизни, который будет меня устраивать. Вот это, наверное, главное. Дальше вопрос, вот как вы правильно сказали, постоянного доказывания, что ты не виноват, постоянные апелляции, что там кто-то несправедливо что-то с тобой сделал, обманул, обокрал и так далее. Наверное, это тоже все бессмысленно, понимаете. Знаете, как Монте-Кристо потратил всю жизнь, чтобы отомстить своим обидчикам. Я как-то задумался, а вот я стал бы так жить, наверное, нет. Наверное, все-таки потратить всю жизнь, как Монте-Кристо, на месть, это тоже неправильно. Наверное, можно попробовать, дать это сделать, а потом остановиться. Кто ваши главные обидчики? Вот сейчас, я и раньше говорил и сейчас повторю, у меня нет никаких материальных претензий к Лене. К сожалению, эта ситуация опять всплыла. К сожалению, она сейчас всплыла на новом уровне, потому что в связи с тем, что она опять пишет на меня какие-то заявления, связанные с тем, чтобы мне дали какой-то срок, я был вынужден провести независимую экспертизу, потому что здесь, к сожалению, мне полноценную экспертизу суды не принимают. Кстати, суд же сделал экспертизу, первую. И все. Когда подали ходатайство, а давайте мы полную сделаем, и тот документ, и этот, листик просветим каждый — суд отказал. Кстати, и они тоже отказались, представители Елены Николаевны, делать экспертизу этих документов. Поэтому я был вынужден обратиться к известным адвокатам, чтобы сделать эти экспертизы. А вам не горько? Вот у вас же мама, я так понимаю, которую вы тоже не видите, сестру не видите. Почему, мы с мамой общаемся практически ежедневно. А как так может быть, она же живет, как я понимаю… Ну, она ко мне приезжает. И по телефону мы общаемся с ней ежедневно. А живет она где? Она живет у Лены. То есть она живет у Елены Николаевны, с которой вы не общаетесь, правильно? Ну удобнее ей жить у Елены Николаевны, удобнее. Ей все-таки 89 год, и, конечно, там есть наблюдение постоянное, и врачи, и все остальное. Конечно, ей жить удобнее у Лены, это даже не… Я не это имею в виду. Я имею в виду, как вот в этой ситуации… Она приезжает к вам? Вы встречаетесь? Мама мудрый человек, она все понимает. Когда вы видели маму в последний раз. Мы с ней общаемся по телефону каждый день. Виделись вы когда в последний раз? Она приезжала четыре месяца назад. В принципе, если я попрошу ее приехать, она приедет и завтра, просто я… И вы же наверняка… Понятно. Вы же наверняка с ней ситуацию эту обсуждали? Она все знает про эту ситуацию. И что? И что она думает на эту тему? Я не хочу просто об этом говорить, не хочу об этом говорить. Но смею вас уверить, у нас с мамой прекрасные отношения. Я не хочу просто этого говорить. Ну а как, неужели она бы не могла повлиять на свою дочь? Ну как, вы же семья. Во-первых, я ее об этом не просил никогда. И зная мою маму, она никогда этого делать не будет. То есть она не считает, что вы были виновны? Давайте я не буду отвечать на этот вопрос. Не потому, что я… А в тюрьме она вас навещала? Мы с ней по телефону разговаривали. У вас не были разрешены свидания? Ксения Анатольевна, если бы вы видели, в каких условиях в тюрьме проводят свидания, то… Я все время категорически запрещал, чтобы ко мне кто-то приезжал, потому что человека, который жил так, как жили мы раньше, это может шокировать. Но она хотела приехать? То есть вы ее отговорили просто от этого? Я всем, в том числе и маме, и другим, запрещал приезжать ко мне на свидания. Вы понимаете, что это абсолютно какая-то древнегреческая трагедия: вы члены одной семьи — вы, ваша сестра — и вот ситуация, в которой вы садитесь в тюрьму из-за суда с сестрой, при этом общаетесь с матерью, которая тоже живет с сестрой — ну это все какой-то прямо… Ксения Анатольевна, вы задаете вопрос, на который я не знаю ответа. Я могу сказать, что я до конца не верил, что моя сестра как-то причастна к моей посадке. Просто, к сожалению, последние события, когда по второму разу пишутся заявления с такой же аргументацией и опять со ссылкой, что этот документ… Ну, я не знаю, он подписан мною и Еленой Николаевной, ну это невозможно отрицать, даже внешне, не то что там с экспертизой. А экспертиза это могла установить элементарно. Почему она этого не делает, я тоже не знаю. Вот почему-то заграницей, когда я отдал это на экспертизу… Заметьте, там эксперт, это судебный эксперт, то есть его показания принимаются в любом суде без дополнительных доказательств, то есть это достаточно ответственный человек, у него вообще сомнений нет о том, чья это подпись. Более того, на втором документе, который они предъявляют как истинный, у этого эксперта тоже сомнений нет, что там не моя подпись. Более того, там не моя подпись заверена нотариусом, как моя. Как это возможно? Вы бы хотели с Еленой Батуриной восстановить отношения семейные? Знаете, Ксения Анатольевна, я к ней не испытываю никаких враждебных чувств, могу сказать. А какие испытываете? Не знаю, наверное, это какие-то нейтральные вещи, связанные с тем, что она все-таки моя сестра, и это данность, которую нельзя отменить. Более того, у меня реально к ней нет никаких финансовых претензий, вот о каких вы говорили. Просто вот это проклятие этих акций, оно все равно всплывает. И если раньше это всплывало по моей инициативе, то сейчас это всплывает только потому, что это раньше озвучивалось, и эти документы реально предъявлялись. Вы не жалеете о том, что вы тогда начали эту тяжбу? Вы знаете, если вы посмотрите, я же не начинал тяжбу, это же, смотрите, 2010-2011 год. Дело в том, что в 2010 году Лена сделала заявление, что я что-то украл у нее. Ну она же не просто так это сделала. Нет, ну если просто так, значит, надо было, наверное, сказать, что украл. Подождите, она же не просто так это сделала, она же не то что вот у вас было все хорошо, и она сделала такое заявление. Вы на тот момент уже не общались. Какая разница? Ну как? Обвинение в том, что я что-то украл, оно подразумевает объяснение, понимаете? Потому что это серьезное обвинение. Вы же уже на тот момент состояли в конфликте. Ну какая разница? Она же меня обвинила в воровстве. Ну конфликт был из-за того, что вы начали от нее требовать, из-за этого же был конфликт. Я требовал только то, что было подписано по ее инициативе. А она меня обвинила в мифическом воровстве на какие-то сотни миллионов долларов. И я должен признать, что я человек вспыльчивый в определенных ситуациях, я например, в определенных ситуациях могу долго сохранять спокойствие, но вот есть какие-то вещи, которые меня всегда возбуждают. И вот то заявление, оно было для меня, если честно, очень неприятным. После чего я и подал в суд, а до этого я ни в какой суд никуда не подавал, между прочим, если вы посмотрите. Да, я подал в суд и по поводу этих акций, получил за это семь лет. Вы жалеете о том, что сейчас вы эмоционально приняли такое решение? Тогда? Да. Я не знаю, могу честно сказать, я не знаю. Я думаю, если бы сейчас восстановить ту ситуацию, что я после ее заявления, что я еще ее и обворовал, после того, что она со мной сделала, я бы, наверное, опять что-нибудь сделал. Может, не в суд подал, может, сказал, как про Рудковскую, ну что-нибудь обязательно сделал. Ну не знаю, характер тоже не переделаешь. Понятно. Слушайте, а куда ушли деньги, которые достались вам от рухнувшей империи Лужкова-Батуриной, скажем так? Понимаете, у меня, когда я ушел, были кое-какие сбережения, дивиденды, все-таки за 15 лет, конечно, у меня что-то было. И часть денег, я был вынужден заплатить по обязательствам тех активов, которые мне передали, в частности по кредитам ВТБ. Потом, когда начался развод с Рудковской, мне пришлось лихорадочно продавать активы, и не всегда по рыночной цене, там тоже общем-то были потери определенные. Потом начался процесс вот с этим домом, который хотели снести. Кстати, его сейчас построили, пока я сидел в тюрьме, этот дом, то есть не снесли, он стоит, красавец, и люди хорошо заработали на нем. И мне нужно было срочно как-то закрывать, чтобы не попасть еще под обязательства перед дольщиками, которые были зарегистрированы в ФРС. Вы понимаете, да, если бы меня еще обвинили, что я кинул дольщиков… Поэтому лихорадочно надо было переуступать актив, подписывать какие-то соглашения с новым собственником и так далее. И вот сейчас, как вы говорите, основной долг, который обсуждается в банкротстве, это как раз долг вот этого нового собственника, с которым я состоял в товарищеских отношениях, и который, пока я сидел, по тому обязательству, которое я ему подписал, если дом будет снесен, вот он его предъявляет, хочет предъявить как долг, хотя дом не снесен, а построен. То есть понятно, что раз он построен, то и обязательства этого нет. Вот у экс-мэра Москвы была своя версия по поводу этих активов. Юрий Михайлович сказал, цитирую следующее: «В. Батурин имеющиеся у него финансовые ресурсы потратил на организацию дорогостоящих военных баталий, имитирующих события войны 1812 года, особенно тех, где войска Наполеона побеждают русских», Интерфакс, 2011 год. Вот как-то можете прокомментировать это? Я в принципе могу дать отчет по тем средствам, которые я затратил на военно-историческую реконструкцию. Кстати, о военно-исторической реконструкции. Да, действительно я стоял у истоков военно-исторического общества и был его первым секретарем совета. Первое общество было зарегистрировано в Министерстве юстиции в 2004 или 2005 году, и да, действительно нам удалось создать такие традиции, которые сейчас работают и уже оплачиваются государством: Ледовое побоище, если вы помните, Невский пятачок, Малоярославец, Березина и так далее. Да, это удалось, и сделали. Смею вас уверить, что реконструкция огромная, то есть с тысячами участников — это сотни тысяч долларов, то есть это даже не миллионы. А почему это вам так нравилось? Вы можете объяснить, почему это вам так нравилось? Мне было интересно создать вот эту традицию военно-историческую. Ведь клубы были самодеятельные. Мне было интересно их объединить, чтобы это стало какой-то частью нашей культуры. Подождите, что там происходит? То есть вы строите войска друг напротив друга, одеваете в форму… Нет, дело не в этом. Смотрите, Ксения Анатольевна, дело в том, что реконструкция позволяет тебе, если это не лубочная картинка и не попса, окунуться в то время, то есть понять, какие эмоции чувствовал человек на поле боя в то время, идя на смерть, совершая подвиги и так далее. Я вам скажу, откуда вообще у меня пришла идея такая. Смотрите, православная церковь, литургия, это же ведь реконструкция жизни Христа. То есть люди, чтобы сохранить традицию, что они видели живого Христа, что он действительно жил, совершал какие-то поступки, придумали вот эту литургию и Евангелие. И мы, когда заходим в церковь в течение года, у нас с вами годовой круг богослужения — это практически реконструкция земной жизни Христа и его крестной смерти. Ну а почему Наполеон-то, побеждающий русских? Почему именно этот сюжет? Ледовое побоище, Невский пятачок — это не совсем Наполеон, это так, на всякий случай. Просто Юрий Михайлович говорит именно о том, что события войны 1812 года. Ну если вы мне скажете, что русские под Бородино победили… Нет, а почему именно эти события вас так завораживают. Какие? Бородино, 1812 год. Нет, подождите это же наша история. Подождите, у нас много в истории событий. Битва под Сталинградом, Курская битва. Подождите, время Наполеона — это время наивысшего величия России. В результате победы над Наполеоном мы стали первой державой в Европе, и много десятилетий доминировали, определяли свою политику, то есть это наш золотой век. Почему вам хотелось именно Бородино реконструировать? Нет, Бородино это была до меня традиция, я только ее поддерживал. То, что делал я — это Фридланд, Малоярославец, Березина, это если брать наполеоновские войны, это да. А потом, вот вы говорите, поражение-не поражение. Да, так сложилось в истории, что, как говорил сам Кутузов, что он не выиграл ни одного сражения у Наполеона, начиная с Аустерлица, но выиграл войну. Это не я виноват в том, что так сложилась война с Наполеоном, что конкретное сражение мы Бонапарту в основном проигрывали, ну во всяком случае в нашей кампании, на территории России. Ну а в результате он убежал отсюда и потерял всю армию. Да, это исторический факт. И извините меня, если Березина — это наше поражение, наверное, да. Бородино, да, действительно после Бородино мы сдали Москву, но извините меня, в этом виноват не Батурин, заметьте. В этом вас, слава богу, и не обвиняют. Вот приведу просто еще одну цитату бывшего мэра. Нет, почему, там было заседание в Госдуме, помню, в 2004 году, где меня вообще чуть ли не обвинили в том, что Батурин сдал Наполеону Москву. На что я сказал, что ее сдал Кутузов, в честь чего этот проспект, по которому отступала наша армия, назвали Кутузовским. Еще одна цитата экс-мэра Москвы. «Прискорбно, что этот нездоровый, на мой взгляд, в психическом плане, человек был активно использован властью и СМИ в кампании по травле экс-мэра и его жены», — сказал Юрия Лужков. Во что вы можете сказать по этому поводу? Ну, пусть это на его совести останется. Понимаете, потом, все определения очень расплывчатые. Я не знаю, что он имеет в виду. Что касается психического здоровья, то я ежегодно прохожу диспансеризацию, и психически я, в общем-то, здоров, справка у меня есть. Если это нужно, я могу ее предъявить. Что касается, зачем он об этом говорил? Я не знаю. И распространяться… Я, конечно, знаю какие-то подробности, но я просто распространяться на эту тему не очень… Ну почему, скажите, какие подробности. Ну не хочу я. Зачем? Юрий Михайлович достаточно много был мэром Москвы, зачем ворошить прошлое. Зачем он это сказал? Я не знаю. Вот вы говорите, зачем я сказал про Рудковскую такие слова? Наверное, у него тоже что-то было такое, что подвигло его на эти слова. Я помню, я один раз назвал его подкаблучником, например, или еще что-то. Наверное, у него тоже капля какая-то переполнилась. А вы его считаете подкаблучником? Слушайте, расскажите, в какой ситуации вы его назвали подкаблучником? Как это было? Ну я не помню сейчас дословно. Ну что, сидели за столом, ужинали, и тут вы говорите: «Юрий Михайлович, а вы-то…». Не помню. Нет, там что-то было уже как-то… Это было связано с какими-то СМИ, они мне задали какой-то вопрос, там зашел вопрос, и я что-то на нерве сказал эту фразу. Там что-то было связано с деньгами, Лужков, у кого деньги, насколько я помню. Я говорю: «У кого деньги? Конечно, у Лены, у кого еще могут быть деньги». Понятно. Слушайте, в одном из интервью тоже вы сказали о том, что в тюрьме за вас хлопотали воры в законе. По каналу НТВ вы давали такое интервью и так сказали. Ну, за меня не хлопотали никакие воры в законе. Я на канале НТВ сказал, что, когда я приехал отбывать наказание, мне был звонок, где несколько воров в законе спросили, как у меня дела, и нужна ли какая-то помощь. Вот это было. А то, что они за меня хлопотали, вот этого я не говорил, и этого никогда не было. Более того, я никаких дел с ними никогда не имел, и то, что я просто сидел в Бутырке на так называемом воровском продоле, и там действительно сидели воры в законе, а я там все-таки сидел два года, и их прошло какое-то количество, как вы понимаете, — это вот единственная моя какая-то связь с ними. Слушайте, мне кажется, сейчас у нас в эфире есть уникальная возможность исправить какие-то вещи, потому что, в общем, вы христианин, вы православный человек, знаете силу прощения христианского, что всех надо прощать, и друзей, и врагов. Вот я вам предлагаю невероятную вещь. Давайте прямо сейчас из эфира наберем Елену Батурину, и по-христиански с ней поговорим, попросим прощения… Нет, понимаете, в чем дело, я уже говорил о том, что я давно Лену простил, и никаких к ней претензий, ничего не имею. И вы попросите прощения и ее простите. Ну как? Это же по-христиански. Вы, я знаю, человек православный, верующий. Правильно? Вы должны знать, что просить прощения даже у врагов — это большая милость. Давайте позвоним и попросим прощения. Ксения Анатольевна, дело в том, что у меня на сегодня с Еленой Николаевной с моей стороны никаких конфликтов нет. То есть я у нее ничего не прошу. Ну а что с ее стороны, это же не так важно. Это вот и в Библии написано, неважно, как они, важно, как мы. На сегодня на меня написано три заявления в правоохранительные органы, где меня обвиняют о всех смертных грехах. Ну это же на ее совести. А вы вот позвоните и попросите по-христиански прощения за все. О чем? О чем прощения? За все. Ну как, знаете, есть даже Прощеное воскресение. Люди просто звонят без повода и всегда говорят: «Прости меня». Нет, Ксения Анатольевна, наверное, я все-таки еще не дошел до такой степени обожения, чтобы так поступать. Наверное, может быть, чисто теоретически, я даже, может быть, схиму какую-то приму, и меня, может, даже до степени просвященности, в смысле Фаворского света, который, может быть, я увижу за счет своего поведения, но пока вот, наверное, все-таки я только на пути к этому. И потом, у меня нет цели помириться, простить с ней, ну так сложилось, уже прошло много времени. Вот эта ситуация уже она настолько перезрела, что она просто должна получить какое-то окончание, то есть она должна дойти до какого-то логического конца. Условно говоря, второй раз меня должны посадить, чтобы я там успокоился, и больше никогда не пытался доказать, что меня обманули, или же все-таки мне скажут, знаете, Виктор Николаевич, да, действительно, вы были правы, подписи все нормальные, и у вас было право там чего-то требовать, просто не надо было этого требовать, и все бы было хорошо. Меня тоже такой ответ устроит. Виктор Николаевич, а вы осознаете, что вы со всеми этими вашими судами, шальными деньгами, родством с Батуриной, этими разборками и так далее, что все это — это уже все прошлое, что вы часть прошлого? Прошлое, конечно, полностью согласен. Что вы, по сути дела, это уже не будущее России, и даже уже не настоящее России, а вы прошлое России, вот конкретно вы. То, что моя жизнь больше в прошлом, чем в настоящем и будущем, здесь с вами трудно спорить. Не с точки лет я имею в виду, а именно с точки зрения ощущения жизни, вот этих вот шальных денег, каких-то гулянок, судов, лужковской архитектуры, схем корпораций «Интеко», строительство корпораций «Интеко» — вот все это вместе, все это далекое прошлое. Сейчас другие дома, другие улицы, другие люди владеют бизнесами, и как бы вот все по-другому. Да, у них будет какая-то другая история. И я думаю, другие скандалы, к которым обязательно приведет владение деньгами и бизнесами. Вот что вы чувствуете по этому поводу? И да, у меня была своя история, и я прожил достаточно интересную жизнь, смею вас уверить. Нет, я сейчас не об этом спрашиваю. Скандалы безусловно будут, и в общем, как раньше «пилили», так и сейчас «пилят», но сейчас делают это как-то тихо. Пришли тихие чекисты, которые не устраивают вот этого разгуяева в стиле Тельмана Исмаилова, куда приезжает Лужков погулять в Mardan Palace, а делают это тихо. Согласитесь, мои военно-исторические реконструкции все-таки, кроме, как вы говорите, признаков гуляний, несли на себе какой-то и позитив. Правильно? Ну, для кого-то наверняка, не знаю, но просто вот сейчас поменялось время. Вы это чувствуете? Сейчас другие люди имеют деньги, по-другому их тратят, скромно себя ведут, не скандалят, не выступают с вот такими оскорбительными заявлениями, не судятся таким образом. Вы знаете, я вам могу сказать, что то время, которое было раньше, и девяностые, и начало двухтысячных, все-таки, на мой взгляд, они были позитивнее нынешнего времени в том, что все-таки было ожидание.
5. Право на использование товара по назначению, которому корреспондируют обязанности продавца (исполнителя, изготовителя) в области установления срока службы, срока годности, гарантийного срока и обязанность по обеспечению возможности ремонта и технического обслуживания товара в течение его срока службы как приемы обеспечения возможности употребить товар по назначению[59].
Право потребителя на качество товара предполагает не только передачу потребителю товара, отвечающего определенным требованиям, но и предполагает гарантии поддержания товара (результата работы) в состоянии, пригодном для использования в течение определенного срока. Для этого Закон определяет понятие «срок службы» – период, в течение которого изготовитель (исполнитель) обязан обеспечивать потребителю возможность использования товара (работы) по назначению и нести ответственность за существенные недостатки, возникшие по его вине, и «срок годности» – период времени, по истечении которого товар (работа) считается непригодным для использования по назначению[60].
Практически это означает, что гражданин, покупатель вправе предъявить требования по поводу недостатков в товаре (работе, услуге) в течение гарантийного срока, а если он не установлен, – в ра,зумный срок в пределах двух лет (пяти лет в отношении недостатков в строении или ином недвижимом имуществе) как к продавцу (исполнителю), так и к изготовителю.
6. Гражданин, покупатель согласно ст. 25 Закона о ЗПП имеет право на обмен товара надлежащего качества в течение четырнадцати дней, не считая дня его покупки, за исключением товаров, не подлежащих возврату или обмену в соответствии с перечнем 10 таких товаров[61]. В случае, если аналогичный товар отсутствует в продаже на день обращения потребителя к продавцу, покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли, продажи и потребовать возврата уплаченной за указанный товар денежной суммы. Требование потребителя о возврате уплаченной за указанный товар денежной суммы подлежит удовлетворению в течение трех дней со дня возврата указанного товара. Закон обязывает продавца незамедлительно сообщить потребителю о поступлении товара.
7. Гражданину, потребителю предоставлено право на одностороннее расторжение потребительского договора о выполнении работ, оказании услуг, право на отказ от исполнения договора, позволяющее ему в любое время расторгнуть договор, уплатив исполнителю часть цены пропорционально части выполненной работы и возместив произведенные расходы.
8. Гражданину, потребителю предоставлен ряд дополнительных возможностей по защите своих прав, обусловивших наибольшую специфику его специального правового статуса. Достаточно сказать, что две главы Закона о ЗПП посвящены вопросам защиты прав потребителя при продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг специально регламентированы вопросы государственной и общественной защиты прав потребителя.
Таким образом, наличие обширного комплекса специфичных правовых возможностей, предоставленных гражданину, потребителю, дополняющих права и обязанности любого покупателя, заказчика и тем самым конкретизирующих правовое положение гражданина, потребителя как субъекта потребительского договора, позволяет говорить о том, что законодатель наделяет гражданина, потребителя целой совокупностью специальных (потребительских) прав, свойственных любому виду потребительского договора и направленных на обеспечение равенства участников таких договорных отношений[62].
[63].
Заключение
Проведенное исследование позволило мне определить ряд теоретических выводов:
1. При правонарушении законодательством предусматриваются не только методы, направленные на воссоздание нарушенных прав, а также денежные методы на их компенсацию. По этой причине, предложена иная оценка защиты прав потребителей. Защита прав потребителей – является совокупностью правовых методов, направленных на восстановление либо стабилизацию нарушенных.прав потребителей.
2. Защита прав потребителей реализовывается, в том числе гражданско-правовыми методами, хотя не всеми, которые предусмотрены гражданским законодательством, а только несколькими. Такой прием предложено называть гражданско-правовым методом защиты прав потребителей, под которыми необходимо подразумевать комплекс действий юридического характера, предусмотренных законодательством о защите прав потребителей и направленных на воссоздание и компенсацию нарушенных прав потребителей.
3. Гражданско-правовым методым защиты прав потребителей присущи следующие особенности[64]:
1) методы предусмотренные законодательством по защите прав потребителей;
2) которые используются в случае если контрагент потребителя нарушил какие- либо права потребителя;
3) эти приемы представляют собой комплекс мер юридического характера, которые влекут соответствующее изменение прав и обязанностей в первую очередь для нарушителя;
4) выбор конкретного метода принадлежит потребителю;
5) при нарушении прав потребителей может употребить не только одно средство защиты но несколько одновременно;
6) указанные методы, как правило, одновременно являются правами потребителей.
4. Употребленное в Законе словосочетание «организация, выполняющая функции продавца или изготовителя» носит очень узкий характер. Функционал третьих лиц могут выполнять еще и индивидуальные предприниматели. Кроме всего прочего, внедрить эти функции могут специально созданные для этого продавцами или изготовителями организации. В связи с указанным, в Законе необходимо употребить другую формулировку - лицо, выполняющее функции продавца либо изготовителя.
Так на практике возникают трудности при отсутствии в указанном законодательном акте этого понятия, предлагается дополнить Закона определением «лицо, выполняющее функции продавца (изготовителя)», под которым следует понимать организацию, созданную продавцом (изготовителем) для выполнения его функций при обращении потребителей, а также лицо (организация или индивидуальный предприниматель), выполняющее функции продавца (изготовителя) на основании заключенного с продавцом (изготовителем) договора и несущего ответственность перед потребителями в пределах переданных ему функций[65].
5. В целях полной компенсации потерпевшему причиненных страданий, а также наказания нарушителя и предупреждения дальнейшего причинения вреда, как со стороны этого нарушителя, так и других лиц, суды при определении размера компенсации морального вреда в обязательном порядке должны учитывать, наряду с перечисленными критериями, имущественное положение истца и ответчика.
7. Бремя доказывания момента и причин возникновения недостатков товаров (работ, услуг) должен нести контрагент потребителя независимо от того, установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок или нет. Такой вывод обусловлен тем, что контрагент потребителя более защищен экономически, поэтому ему легче представить эти доказательства. Кроме того, у потребителя, как правило, отсутствуют специальные знания о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), чего не скажешь о продавцах (изготовителях, исполнителях), занимающихся этим профессионально.
Исследование позволило сделать также выводы, направленные на совершенствование действующего законодательства о защите прав потребителей, основными из которых являются:
1. В преамбуле Закона сформулировать определение понятиям: «товар», «работа», «услуга» во избежании различного их толкования[66].
2. Предусмотреть, наряду с денежной формой компенсации морального вреда, натуральную форму компенсации с согласия потерпевшего, путем предоставления ему определенных товаров (работ, услуг), так как не исключена ситуация на практике, когда нарушитель, в силу тех или иных причин (например, наложен арест на денежные методы, находящиеся на его счетах в банках или иных кредитных учреждениях), не в состоянии компенсировать вред в денежной форме, хотя может это сделать в натуральной форме, а потерпевший против этого не возражает.
3. В связи с тем, что имеет место практика поставки с помощью посылочной торговли товаров потребителям без заказа с их стороны, внести дополнение в Закон, устанавливающее запрет на доставку таких товаров (работ, услуг) потребителю, если при этом требуется их оплата. В случае не заказанных товаров (работ, услуг) потребителю предоставляется право на возмещение убытков в полном объеме.
4. При предъявлении требований изготовителю (лицу, выполняющему функции изготовителя) со стороны потребителя в случае приобретения им товара ненадлежащего качества наделить его правом на возмещение убытков в полном объеме, внеся соответствующие изменения в Закон.
5. При обмене товара предложено расширить поле деятельности потребителя в случае отсутствия аналогичного товара в продаже на день обращения к продавцу, а именно: предусмотреть право для потребителя обменять товар на любой другой, имеющийся в ассортименте, с соответствующим перерасчетом его стоимости. Кроме того, при отсутствии в продаже аналогичного товара и расторжении договора потребителем следует предусмотреть срок возврата потребителю уплаченной им за товар денежной суммы и ответственность продавца за нарушение этого срока[67].
6. В целях защиты интересов потребителей дополнить Закон статьей, предусматривающей права потребителей, возникающие у них при нарушении продавцом сроков передачи товаров.
7. В связи с появлением на российском рынке и дальнейшим ростом количества догoворов, заключаемых посредством средств связи (дистанционные продажи), а также догoворов, заключаемых вне мест обычного ведения тoрговли (прямые продажи), специфика которых остается пока не урегулированной действующим законодательством, и во избежании мошенничества и oбмана потребителей при заключении таких договоров дополнить Закон соответствующими статьями, в кoторых предусмотреть право пoтребителей на отказ от таких договоров, предварительно дав в преамбуле Закона их oпределения.