Файл: Общая характеристика оперативно-розыскных мероприятий (Сущность и значение оперативно-розыскной деятельности в условиях пенитенциарной системы России).pdf

Поэтому, реализация права на личную безопасность должна осуществляться в двух формах: 1) по заявлению самого лица; 2) по инициативе начальника учреждения на основании оперативных данных и других обстоятельств.

В первом случае сам арестованный, определив наличие обстоятельств, которые угрожают его жизни и здоровью, чести и достоинству лично или через адвоката может обратиться к любому должностному лицу следственного изолятора, который должен незамедлительно принять меры безопасности.

Во втором случае начальник учреждения на основании оперативных данных и других обстоятельств принимает решение о переводе арестованного в безопасное место. Это может быть: в случае отпадения угрозы личной безопасности лица – обратный перевод в камеру СИЗО; перевод в другой следственный изолятор; перевод лиц, угрожавших личной безопасности в другой СИЗО.

Право на личную безопасность является одной из важнейших гарантий, обеспечивающих возможность полномасштабного осуществления подозреваемыми и обвиняемыми, содержащимися в настоящее время СИЗО предназначены для того, чтобы исключить возможность лицам, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, скрыться от следствия и суда, а осужденным к лишению свободы - уклониться от отбывания наказания; осуществлять меры, препятствующие попыткам подозреваемых и обвиняемых помешать установлению истины по уголовному делу; обеспечить безопасность подозреваемых, обвиняемых и осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территории. Указанные задачи стоят перед всеми отделами и службами СИЗО, однако основная нагрузка по их выполнению ложится на оперативные подразделения, так как только они, в большей степени посредством ОРД, выявляют, предупреждают и раскрывают преступления и нарушения режима содержания, которые подготавливают и совершают подозреваемые, обвиняемые и осужденные; обеспечивают правопорядок и законность; содействуют органам, осуществляющим ОРД, в выявлении и раскрытии преступлений, совершенных лицами, содержащимися под стражей, до их ареста.

Для уяснения сущности ОРД в целом, а также особенностей ее осуществления в СИЗО автором подвергнуты всестороннему анализу определения ОРД, предложенные В. М. Атмажитовым, В.Г.Бобровым, К. К. Горяиновым, Е. С. Дубоносовым, С. И. Захарцевым, А. Г. Лекарем, В. А. Лукашовьтм, Г. К. Синиловъш, на основе которых и с учетом проведенного исследования выделены и проанализированы характерные признаки ОРД в СИЗО:

социально полезная деятельность, которая объективно необходима и сориентирована на выполнение общественно полезных целей и решение задач;

направлена на достижение целей предварительного расследования;

ей присущи оперативно-розыскные отношения;

имеет особый порядок правового регулирования, поскольку законодательство регулирует лишь общие положения ОРД, а большая ее часть регламентируется ведомственными нормативными актами ограниченного доступа;

носит разведывательно-поисковый характер;

осуществляется посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий.

С учетом выявленных признаков диссертант под ОРД в СИЗО понимает основанный на законах и урегулированный ведомственными нормативными правовыми актами вид социально полезной правоохранительной деятельности, осуществляемый гласно и негласно специально уполномоченными оперативными подразделениями в отношении подозреваемых, обвиняемых и осужденных, персонала посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий, использования специальных сил, средств и методов в целях защиты их жизни, здоровья, прав и свобод, а также обеспечения предварительного расследования.

В каждом учреждении уголовно-исполнительной системы существуют специфические условия содержания спецконтингента, которые положительно или отрицательно сказываются на работе оперативных подразделений по решению возложенных на них задач. В связи с этим автором рассмотрены особенности ОРД в СИЗО, основными из которых являются:

оперативное обслуживание различных категорий подозреваемых, обвиняемых и осужденных (мужчины, женщины и несовершеннолетние), как ранее отбывавших наказание, так и привлекаемых к уголовной ответственности впервые;

частая сменяемость негласного аппарата, так как срок пребывания в СИЗО лица, заключенного под стражу, ограничен нормами уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства;

ограниченные возможности установления и поддержания связи с конфиденциальными сотрудниками, поскольку они постоянно находятся в камерах и свободного передвижения по территории не имеют;

• ограниченные возможности установления и поддержания связи с конфиденциальными сотрудниками, поскольку они постоянно находятся в камерах и свободного передвижения по территории не имеют;
• ограниченность оперативной разработки лиц, представляющих оперативный интерес, сроками предварительного расследования и содержания под стражей;
• отсутствие возможности проведения оперативной разработки лиц, представляющих оперативный интерес, которые допустили нарушения режима содержания, влекущие наказание в виде водворения в карцер, поскольку нарушители содержатся в нем по одному;

Банк России опубликовал статистику платежного баланса за полный 2016 год. Есть смысл поразмышлять, что в последние годы происходит в сфере внешнеэкономических отношений Российской Федерации. Под последними годами я имею в виду период 2014—2016 гг., когда России пришлось жить в новых условиях, обусловленных экономическими санкциями Запада.

Вот как выглядит сальдо текущих операций платежного баланса страны (млрд долл.): 2014 г. — 57,51; 2015 г. — 68,94; 2016 г. — 25,01. А ведь были у России более «тучные» годы. Например, в 2011 году сальдо текущих операций приближалось к 100 млрд долл. (97,27 млрд долл.). Ситуация пока не критическая, но если продолжить тренд трех годов, то в 2017 году сальдо текущих операций может уйти в минус. Самое очевидное и видимое последствие такого тренда — падение валютного курса национальной денежной единицы — рубля.

Основная часть текущих операций — внешняя торговля товарами. Именно она в силу устойчивого и значительного превышения экспорта над импортом в первую очередь обеспечивала (и пока еще продолжает обеспечивать) формирование положительного сальдо текущих операций. Вот как выглядит сальдо товарной торговли РФ (млрд. долл.): 2014 г. — 181,93; 2015 г. — 148,51; 90,01. Как видим, за три года положительное сальдо торговли уменьшилось вдвое. С одной стороны, это следствие экономических санкций Запада, с другой стороны, — результат падения мировых цен на углеводороды, являющихся основной статьей российского экспорта.

Значительную часть чистого валютного результата от внешней торговли Россия тратила (и продолжает тратить) на покрытие дефицитов таких текущих операций, как торговля услугами и доходы от инвестиций. Вот, например, как выглядит сальдо по доходам от инвестиций (млрд. долл.): 2014 г. — минус 58,02; 2015 г. — минус 31,84; 2016 г. — минус 32,56. В среднем за последние годы примерно треть всего чистого валютного дохода от внешней торговли России уходила за пределы страны в виде доходов иностранных инвесторов. Думаю, читателю понятно, что это, мягко выражаясь, ненормальное положение (особенно если принять во внимание, что за солидной вывеской «иностранные инвесторы» зачастую скрываются банальные спекулянты разных мастей и разных стран, в том числе российские).

Теперь остановлюсь на втором разделе платежного баланса, который называется «Финансовый счет» и в котором отражаются трансграничные операции с капиталом (экспорт и импорт капитала). Я уже писал не раз о том, что Российская Федерация на мировом рынке капитала на протяжении всех лет выступала чистым экспортером. Причем превышения экспорта над импортом капитала измерялись десятками миллиардов долларов. Россию можно назвать своего рода «донором» или «дойной коровой» на мировом рынке капитала. И не только потому, что сальдо международного движения капитала у нее положительное и очень большое. А также потому, что баланс доходов по капитальным операциям (выплачиваемые дивиденды и проценты) всегда складывается в пользу нерезидентов. Я уже выше привел цифры, которые показывают, что отрицательное сальдо баланса инвестиционных доходов за 2014−2016 гг. составило в общей сложности более 122 млрд долл. А в предыдущий трехлетний период (2011−2013 гг.) оно было почти 175 млрд долл. (со знаком минус). За шесть лет (2011−2016 гг.) чистым результатом «сотрудничества» России с Западом на ниве международного инвестиционного обмена стала потеря ею почти 300 млрд. долларов! В среднем на год это примерно эквивалентно 30% российского государственного бюджета. Такова цена политики нашей власти по «привлечению иностранных инвестиций».

В последние три года в картинке трансграничного движения капитала России обнаружились новые тенденции.

2014 год характеризовался рекордным положительным сальдо международного движения капитала. Примечательно, что оно было достигнуто не только за счет больших масштабов экспорта капитала, но и тем, что иностранные инвесторы стали уходить из нашей страны. Об этом свидетельствует знак минус по показателю импорта капитала. За три года чистый отток иностранного капитала из России составил 125,2 млрд долл. Бывали чистые оттоки иностранного капитала из России и ранее. Но с учетом масштабов, зафиксированных Банком России в 2014—2016 гг., это можно назвать самым настоящим бегством иностранных инвесторов из России. В 2016 году масштабы этого бегства были уже достаточно скромными. Можно предположить, что те инвесторы, которые хотели убежать, сделали это в предыдущие два года.

А вот чистый экспорт капитала из России в 2015—2016 гг. обрушился. В 2015 году вообще имела место беспрецедентная ситуация: чистый экспорт капитала приобрел отрицательное значение. Что это значит? Чистое сокращение зарубежных активов российских экспортеров капитала. Проще говоря, возвращение российских инвесторов из-за границы. Обращаю внимание, что экспорт капитала из России имел место и в 2015 году. Речь идет о том, что возвращение ранее экспортированного капитала превысило новый экспорт. Такое случилось впервые за четверть века существования РФ.

В итоге за три года (2014−2016 гг.) сальдо международного движения капитала России упало на порядок и стало неприлично маленьким. Такое сальдо уже не позволяет России претендовать на роль «донора» капитала на мировом рынке. Если так дело и дальше пойдет, то у России вообще может возникнуть отрицательное сальдо финансового счета платежного баланса.

Попытаемся разобраться в таких резких изменениях финансового счета России за последние три года. Эксперты объясняют их почти исключительно действием фактора экономических санкций, а также снижением доходов России от экспорта углеводородов в результате ухудшения конъюнктуры на мировом рынке нефти. Экономические санкции затруднили экспорт капитала теми российскими компаниями, которые попали в «черные списки» Запада. Иностранные инвесторы бегут из России, опасаясь, с одной стороны, дальнейшего ухудшения экономического положения страны; с другой стороны, наказания со стороны своих властей за «сотрудничество» с Россией. Падение доходов от экспорта углеводородов резко сузило валютно-финансовую базу России для экспорта капитала. И т.д. Полностью согласен с этими объяснениями. Но они не полностью объясняют всю картину.

Для полноты понимания следует учесть такой фактор, как борьба с офшорами. Опуская многие детали, сформулирую очевидный для специалистов тезис: подавляющая часть экспорта и импорта капитала России представляет собой финансовые потоки между Российской Федерацией и офшорными юрисдикциями. Большая часть иностранных инвестиций, приходящих в Россию, на самом деле российского происхождения, за ними скрываются российские резиденты, уходящие от российских налогов, а также защищающие себя от рейдерских захватов или санкций со стороны российского государства. Тенденции международного движения капитала России, с моей точки зрения, в гораздо большей степени зависят не от экономических санкций против России или цен на черное золото, а от того, какие ветры дуют в мировом царстве офшоров.

Я уже не раз писал о том, что после финансового кризиса 2007−2009 гг. в мире под эгидой США и ОЭСР (Организа́ция экономи́ческого сотру́дничества и разви́тия — авт.) начался «крестовый поход» против разного рода «налоговых гаваней» и «юридических убежищ». Началась «зачистка» офшорных юрисдикций, которыми традиционно пользовались как российские экспортеры капитала (отправляя туда свои инвестиции), так и иностранные компании, которые под видом «нерезидентов» приходили в Россию со своими капиталами. Это и «цивилизованные» (так называемые «белые») офшорные юрисдикции типа Швейцарии, Лихтенштейна или Люксембурга, и подозрительные (так называемые «серые») офшоры типа Панамы, Британских Виргинских островов, Бермудских островов, Каймановых островов и прочих экзотических территорий.

США еще в 2010 году приняли закон под названием FATCA (Foreign Account Tax Compliance Act). Это закон о налогообложении иностранных счетов, главная цель которого препятствовать уклонению от уплаты налогов американских граждан, работающих и проживающих на территории других государств. Закон экстерриториальный, требующий, чтобы банки и финансовые организации всех стран мира докладывали в Налоговую службу США о своих клиентах на предмет того, насколько они (клиенты) выполняют свои обязательства перед казной США. Опуская многие интересные детали, отмечу, что российские банки сегодня уже начали отчитываться перед Америкой о своих клиентах. Причем, замечу, Америка России взаимностью не отвечает, т.е. не докладывает нам о клиентах, которые могут уклоняться от выполнения своих обязательств перед российской казной. «Сотрудничество» между РФ и США в рамках FATCA — модель отношений между колонией и метрополией.