Файл: Общая характеристика оперативно-розыскных мероприятий (Сущность и значение оперативно-розыскной деятельности в условиях пенитенциарной системы России).pdf

2. Проведение оперативно-розыскных мероприятий в отношении лиц, содержащихся под стражей

2.1 Особенности проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении лиц, содержащихся под стражей в изоляторах временного содержания и следственных изоляторах

Проведение OPM в ИBC и СИЗО имеет правовые основания, закрепленные в ФЗ об ОРД, ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления», УПК, УИК. Проведение OPM в ИВС и СИЗО имеет и объективную обусловленность, связанную: с длительностью и непрерывностью процесса раскрытия преступления; решением задачи полного раскрытия преступлений, включая работу по горячим следам; высокой эффективностью ОРМ, проводимых в местах содержания под стражей; необходимостью обеспечения безопасности участников уголовного процесса, выявления и преодоления противодействия расследованию преступления; обеспечением безопасности лиц, находящихся под стражей; выявлением новых эпизодов преступной деятельности; сбором доказательств; установлением мотивов совершения преступления, соучастников, вещественных доказательств и решением других задач.^[17]

В частности, криминальное противодействие раскрытию и расследованию преступлений далеко вышло за рамки простого подкупа и шантажа, нередко оно сопряжено с эффективно проводимой криминальной разведкой и контрразведкой, вовлечением в этот процесс коррумпированных чиновников, действующих и бывших сотрудников правоохранительных органов и спецслужб и др. При проведении OPM и проверок в СИЗО регулярно изымаются мобильные телефоны, используя которые заключенные общаются с соучастниками, дают им указания о действиях по развалу дела, подготовке к побегу, о передаче запрещенных предметов, консультируются относительно линии своего поведения, информируют заинтересованных лиц о состоянии, ходе, результатах расследования и др. Местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются СИЗО УИС, СИЗО органов ФСБ, ИВС подозреваемых и обвиняемых ОВД, ИВС пограничных войск ФСБ.^[18]

Местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых могут быть также учреждения УИС, исполняющие уголовное наказание в виде лишения свободы, и гауптвахты. В ИУ изолированно от других осужденных, отбывающих наказание, могут содержаться осужденные, отбывающие наказание и задержанные по подозрению в совершении другого преступления.

Исходя из правовой природы рассмотренных преступлений, можно сделать вывод о соотношении преступления, предусмотренного ст.117 УК РФ, к преступлениям, предусмотренным ст.ст.115, 116 и 116.1 УК РФ, как общего к частному, поскольку истязание прежде всего характеризуется систематическим причинением физических или нравственных страданий, а причинение легкого вреда здоровью и побои заключаются в однократном преступном деянии с умыслом, направленным на достижение одномоментного преступного результата.

Истязание представляет собой сложноструктурированный состав преступления, объективная сторона которого состоит из нескольких самостоятельных, последовательных и, как правило, тождественных действий, совершенных на протяжении достаточно длинного промежутка времени и направленных на достижение одного преступного результата – причинения физических или психических страданий. В свою очередь каждое из этих тождественных действий при отсутствии признаков систематичности представляет собой самостоятельное уголовно-наказуемое деяние, которое квалифицируется в зависимости от тяжести вреда, причиненного здоровью.

При этом следует отличать неоднократное причинение побоев одному лицу от истязания в зависимости от направленности умысла виновного. В первом случае умысел на нанесение побоев каждый раз возникает заново, под влиянием самостоятельных факторов, виновное лицо не имеет намерения систематически причинять потерпевшему страдания. Во втором же случае каждый факт нанесения побоев является составной частью одного длящегося (продолжаемого) преступного деяния, направленного на достижение указанного конечного результата в виде причинения соответствующих страданий.

В правоприменительной практике при конкуренции указанных норм возникает основная проблема в установлении и доказывании умысла обвиняемого на совершение того или иного преступления и, как следствие, в их разграничении. Представляется, что помимо показаний лица, привлекаемого к ответственности, о направленности его умысла могут свидетельствовать фактические обстоятельства содеянного, характеризующие объективную сторону преступления (способ, время, место совершения деяний и т.п.).

Так, об умысле на истязание могут свидетельствовать регулярный и систематический характер нанесения побоев, похожие способы причинения физической боли и психических страданий, наличие длительной психотравмирующей ситуации во взаимоотношениях обвиняемого и потерпевшего, возможное отсутствие в каждом случае нанесения побоев явного и достаточного повода для этого.

Напротив, об отсутствии в действиях виновного признаков истязания могут свидетельствовать самостоятельные конфликтные ситуации, явившиеся поводом для нанесения побоев, значительный разрыв во времени между фактами причинения физической боли, возможные действия виновного после нанесения побоев, направленные на заглаживание причиненного потерпевшему вреда.

Тем не менее, при квалификации действий виновного лица в каждом случае требуется индивидуальный подход к оценке всех обстоятельств содеянного и имеющихся доказательств. Наличие одного или нескольких приведенных выше признаков само по себе, при отсутствии совокупности достаточных для разрешения дела данных, не может достоверно свидетельствовать о наличии в действиях обвиняемого состава того или иного преступления.

Что касается разграничения уголовно-правовой и административно-правовой ответственности за побои, можно констатировать попытки законодателя найти такое решение этого вопроса, при котором будет соблюден разумный баланс между освобождением правоохранительных органов и судов от не вызываемой необходимостью деятельности по уголовному преследованию тех лиц, чьи действия не представляют общественной опасности, и уголовным наказанием за совершение таких же действий, которые при определенных условиях приобретают признаки преступления, указанные в ст.14 УК РФ.

С принятием Уголовного кодекса РФ в 1996 году статья 116 УК РФ предусматривала ответственность только за нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 УК РФ.

Федеральным законом от 08.12.2003 № 162-ФЗ статья 116 УК РФ была дополнена второй частью, предусматривающей ответственность за квалифицированные побои, совершенные из хулиганских побуждений, а также по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Федеральным законом от 03.07.2016 N 323-ФЗ квалифицирующие признаки, предусмотренные ч.2 ст.116 УК РФ в предыдущей редакции, были отнесены к обязательным признакам диспозиции указанной статьи, следовательно, само по себе нанесение побоев при отсутствии в действиях лица хулиганских побуждений либо указанных мотивов ненависти или вражды было декриминализировано. К обязательному признаку, образующему состав данного преступления, законодатель также добавил нанесение побоев и совершение иных насильственных действий в отношении близких лиц.

Одновременно в КоАП РФ введена статья 6.1.1, которая предусматривает административную ответственность за такие побои и насильственные действия, которые не содержат признаки уголовно-наказуемого деяния, то есть совершены не из хулиганских побуждений, не по мотивам указанных ненависти или вражды и не в отношении близких лиц.

Однако это не означает, что правонарушителям была предоставлена возможность безнаказанно совершать подобные действия, не опасаясь привлечения к уголовной ответственности, поскольку этим же Законом в Уголовный кодекс РФ введена статья 116.1, которая предусматривает уголовную ответственность за нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние.

Через непродолжительное время законодатели поняли, что необоснованно дифференцировали уголовную и административную ответственность в зависимости от объекта преступного посягательства, поставив в неравное положение потерпевших, которые являются близкими лицами виновного, с остальными потерпевшим. В результате этого Федеральным законом от 07.02.2017 N 8-ФЗ из диспозиции ст.116 УК РФ был исключен признак нанесения побоев и иных насильственных действий, причинивших физическую боль, в отношении близких лиц.

Таким образом, в настоящее время за побои и иные насильственные действия, причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в ст.115 УК РФ, если они совершены впервые, предусмотрена административная ответственность по ст.6.1.1 КоАП РФ. Это деяние в настоящее время декриминализировано, то есть не является преступлением, а представляет собой административное правонарушение.

В случае же, если эти действия совершаются повторно лицом, уже подвергнутым административному наказанию по ст.6.1.1 КоАП РФ, его действия образуют состав преступления, предусмотренного ст.116.1 УК РФ.

Но если лицо наносит побои или совершает иные насильственные действия, причинившие физическую боль, из хулиганских побуждений, а также по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, в его действиях содержится состав преступления, предусмотренный ст.116 УК РФ, вне зависимости от того, впервые совершено деяние, или нет.

Подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, могут содержаться в тюрьмах или на территориях УИН, в специально оборудованных для этих целей помещениях, функционирующих в режиме СИЗО.

В случае назначения экспертизы по основаниям, предусмотренным УПК, а также в случае оказания медицинской помощи подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, помещаются в медицинские учреждения (ст. 10 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления»). Подозреваемые и обвиняемые военнослужащие могут содержаться на гауптвахтах в случаях и порядке, которые предусмотрены законодательством (ст. 11 ФЗ о содержании под стражей).^[19]

СИЗО предназначены для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу. В ИBC содержатся подозреваемые и обвиняемые, задержанные по подозрению в совершении преступлений. В случаях, предусмотренных УПК, в ИBC могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу.

Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в СИЗО, могут переводиться в ИBC в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся СИЗО, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на 10 суток в течение месяца. Основанием для такого перевода является постановление прокурора, следователя или лица, производящего дознание, либо решение суда (ст. 13 ФЗ о содержании под стражей).

Исходя из законодательного определения ОРД (ст. I ФЗ об ОРД) она осуществляется оперативными подразделениями государственных органов, уполномоченных на то ФЗ об ОРД, и в пределах их полномочий.

Ведомственная принадлежность и BC и СИЗО также определяет компетенцию органов — субъектов ОРД, причем правом проведения OPM в ИВС ОВД обладают оперативные подразделения МВД России, в ИВС пограничных войск ФСБ и в СИЗО ФСБ — оперативные подразделения ФСБ. Проведение OPM в СИЗО УИС относится к совместной компетенции оперативных подразделений ФСИН, а также оперативных подразделений ОРО. Это следует из содержания ст. 13 ФЗ об ОРД, а также из положений УИК (ст. 84) и Закона РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы».^[20]

Исходя из того, что круг объектов, в отношении которых в СИЗО оперативные подразделения ФСИН вправе проводить ОРМ, ограничивается только лицами, оставленными в СИЗО для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, законодатель закрепил право на проведение OPM в СИЗО ФСИН оперативных подразделений всех без исключения органов — субъектов ОРД, но только совместно с работниками УИС.