Файл: Otvety_na_gosy_variant_1.doc

3. Сатирическая журналистика в России конца XVIII в.

Газеты пользовались в России меньшей популярностью, чем журналы. Цензура оказывала серьезное влияние на “лицо” прессы. В ней можно было писать о прошлом, но не о настоящем, особенно о революционных событиях. В силу этого в России литературные художественные произведения и критические статьи о них, рецензии на долгое время стали важнейшими публицистическими жанрами как в XVIII, так и в XIX вв. А эти жанры были более свойственны журналам. “Толстый” журнал в России заменял все: и газету, литературный сборник, и энциклопедию. Новая полоса в развитии журналистики наступила в России с приходом на трон императрицы Екатерины II. Умеренный либерализм, характерный на первых порах для ее правления, привел к некоторым переменам в обществе, в частности, была объявлено о составлении Нового уложения, т.е. нового свода законов страны, которые не пересматривались со времен Алексея Михайловича. Стала активнее развиваться промышленность, а с нею и элементы капиталистических отношений. Все это создало условия для появления нового типа изданий – сатирических частных журналов. Но главное – способствовало поддержанию имиджа Екатерины II как “просвещенной императрицы”. “Всякая всячина” (1769 –1770). И именно императрица стала первой издавать еженедельный сатирический журнал “Всякая всячина” – “в улыбчивом духе”. Он создавался по типу английского журнала “Зритель”, читателем которого была молодая Екатерина. Императрица была не только идейным вдохновителем, но и автором, и активным участником издания, которое выходило под ее общей редакцией. Фактически редактировал его секретарь императрицы Г.Козицкий. Он готовил к печати и произведения самой Екатерины II, которые она обычно писала на плохом русском языке. “Всякая всячина” объявила себя “бабушкой” русских журналов, призванной воспитывать не только читателей, но и учить журналистов тому, что можно критиковать, а какие темы трогать нельзя. В журнале придерживались точки зрения, что высмеивать надо пороки и человеческие слабости, а не его носителя. Поэтому сатира в журнале была безличная, сатира “вообще”, общее морализирование. На страницах “Всякой всячины” не затрагивались серьезные социальные и политические проблемы. И вообще журналистам рекомендовалось не касаться недостатков русской жизни. Например, критике подвергалось то, что некоторые молодые девушки “чулков не вытягивают” и когда садятся, положив ногу на ногу, то это видно и некрасиво. Многие суждения выдавались в виде притчи. Например, о мужике (народе), которому задумали шить новый кафтан (дать Новое уложение – законы), но пришли мальчики, которые “умели грамоте, но были дерзки и нахальны” и только мешали, выкрикивая свои требования. То есть критика направлена против “мальчиков”, “добровольных народных заступников”, а не правительства. Впервые на страницах этого издания вспомнили о крестьянах. Но смысл статей сводился к призыву: “О боже! Всели человеколюбие в сердца людей твоих!”. Журнал говорил лишь о частном милосердии отдельных людей. Ряд издателей, в частности, Новиков, сочли эту позицию недопустимой, ибо страдания крестьян от самоуправства и всевластия помещиков порой были ужасающими. И он вел непримиримую полемику с журналом, издаваемым Екатериной II. Некоторые авторы считают, что императрица замышляла свой журнал как политический. Она во многих статьях, помещенных в нем, разъясняла свою политику, свой взгляд на неурядицы в стране, проповедовала теорию социального равновесия (каждый должен довольствоваться своим положением). Поэтому, несмотря на сатирическую форму, журнал преследовал вполне серьезные цели. Главное место в журнале занимают статьи самой Екатерины, остальные служат разъяснением и дополнением. В создании журнала участвовали многие известные литераторы – А.В.Храповицкий, граф А.П.Шувалов, И.П.Елагин, А.П.Сумароков, Д.И.Фонвизин и другие. Многие выступали под псевдонимами. Первый номер журнала распространялся бесплатно, последующие – продавались. Это было написано в титульном листе первого номера: “Сим листком бью челом; а следующия впредь изволь покупать”. Публикации журнала вызывали живой отклик у просвещенной публики, и не всегда желаемый. Многие его выступления стали отправной точкой разгоравшихся дискуссий, в том числе и в частных журналах Н.И.Новикова, например, в “Трутне”. За первый год было выпущено 52 номера “Всякой всячины”. Тираж колебался от 500 до 1500 экземпляров. В последнем номере 1869 г. было объявлено об издании приложения к нему – “издания “Барышек Всякия всячины”, куда должны были войти “излишки материалов, подготовленных для основного издания”, “Барышек” вышел в 1770 году 18 раз. В основном в нем печатали переводы из античных, преимущественно латинских авторов.

Опыт императрицы вызвал к жизни целый ряд аналогичных изданий - сель сатирических частных журналов:

“И то и се” (1769) – еженедельный сатирический журнал издававшийся единолично М.Д.Чулковым. Но в нем печатались также и А.П.Сумароков, М.В.Попов, Н.Н.Булич. Все издание явно полемизирует с екатерининской “Всякой всячиной”. Даже название пародирует название “старшей сестрицы”, как Чулков называет “Всякую всячину”. Он воспроизводит почти полностью первую страницу этого журнала, где помещает такую сентенцию: “Строками служу, бумагой бью челом, а обое вообще извольте покупать, купив же, считайте за подарок, для тово, что не большова оное стоит”. В других материалах – особенно в письмах, прослеживается более выраженный диалог со “Всякой всячиной”. Здесь печатались литературные произведения, написанные в новом жанре бытовой повести и рассказа. В них показывалась борьба “маленького человека” за свое место в жизни: богатый крестьянин не склонится перед боярином, а обедневший дворянин значит гораздо меньше разбогатевшего горожанина. Но политики, в частности, крепостного права, журнал не касался. Многие материалы были связаны с фольклором. Здесь давались описания различных народных обрядов, традиций, суеверий, описание крестин, святочных гаданий и т.д.

“Ни то ни се” (1769) – журнал, издававшийся В.Рубаном. Печатал преимущественно переводные материалы. По мнению современников, был одним из самых бесцветных изданий. На его страницах не было ни сатиры, ни художественного вкуса, но он изобиловал тяжеловесными и неправильными оборотами речи, чем отличался от других изданий своего времени. Журнал представлял собой смесь стихов и прозы, сочинений и переводов, которая может оказаться полезной, а может – и бесполезной. “Мы будем не первые отягощать свет бесполезными сочинениями: между множеством ослов и мы вислоухими быть не покраснеем”, - писал издатель. Стихотворения издателя были льстивыми. Тираж составлял 600 экземпляров. Журнал расходился плохо. Из-за заявленной в программной статье первого номера полемической позиции по отношению к “Всякой всячине”, на двадцатом номере журнал был закрыт.

“Полезное с приятным” (1769) – журнал задумывался как полумесячное издание, но вскоре стал выходить каждую неделю. Издавался преподавателями Сухопутного шляхетского кадетского корпуса И.Румянцевым и И.де-Тейльсом. Главная цель – выражена в названии. Основное содержание составляли переводы из иностранных журналов – нравоучительные статьи “О воспитании”, “О науках”, “Об обхождении и избрании друзей”, “О ревности”, “Об одежде” и т.д. Печатались подлинные и мнимые переводы, также отклики на таковые в других изданиях. Вопросов русской жизни журнал не касался и претендовал на сатирическое ее освещение. Здесь высмеивались пороки людей, например, скупость богача, жалеющего денег на приглашение учителей (“Письмо Фомы Стародурова”). Издатель иронизирует над старозаветным отношением к наукам, высмеивает страсть дворян “к ябеде”. Есть в журнале стихи и басни (“Лев и Козерог”). Издание не имело особого успеха. Тираж уменьшался от номера к номеру – с 600 до 334 экземпляров. Вышло 12 номеров журнала. Из-за смерти одного из издателей выпуск его был прекращен.

“Поденщина” (1769) – ежедневный листок (4 странички текста), наполненный случайным разнородным материалом. Иногда публиковались интересные заметки из провинциального быта и остроумные реплики на выступления других журналов. Его издатель – В.Тузов – фигура мало известная в литературных кругах. Издание полно сведений о “русских приметах”, рассуждений о происхождении слов (“счастие” от слова “ясти”, “нищета” – от “нечего щипать”) и других курьезов, автором которых является сам издатель. Но есть и интересные переводы, заимствованные произведения (“О смехе”, “О живописстве”, “Об архитектуре”, “О музыке”). Просветительский и развлекательный характер издания несомненен. Тираж листка – 600 экземпляров.

“Смесь” (1769) – до сих пор неизвестно, кто был издателем этого журнала. Предположительно Лука Сичкарев, поэт, переводчик, бывший преподаватель Сухопутного шляхетского корпуса. В нем публиковались переводы из французских журналов 1710–1720 гг. и статьи полемического и сатирического характера. Переводы издатель хорошо приспосабливал к конкретностям русского быта, так что они звучали вполне злободневно. В полемической борьбе издатель поддерживал Новикова и его журнал “Трутень” в дискуссии со “Всякой всячиной”. Недостатки дворянского сословия, пороки духовенства и чиновничества, тяжелая судьба простого народа – вот тематика оригинальных выступлений издания. Одна из сатирических статей посвящена поиску различий между крестьянами и благородными, а также ответу на вопрос “Можно ли считать крестьян разумными людьми?” Автор приходит к выводу, который вряд ли понравился аристократам.

“Адская почта” (1769) – ежемесячный сатирический журнал. Издатель использовал жанр переписки двух бесов Хромого и Кривого, в которых звучат выпады против Сумарокова, Лукина, Рубана, Хераскова и других деятелей. В письмах можно найти известные анекдоты и литературные реминисценции того времени. Но более всего заметно, что в основе лежат реальные события петербургской жизни. В каждом номере – в конце – помещались “Известия из Ада”, сатирические известия о вновь прибывших в ад грешниках. Все они имели в реальной жизни своих прототипов. Все это было узнаваемо для современников и потому интересно. Это скорее литературное произведение, чем журнал. В нем используется жанр сатирических писем, весьма популярных в то время. В публикациях высказывается положительное отношение к купечеству, которое “есть душа государства”, заметно сочувствие к низшему сословию, Но в целом издатель признает незыблемость феодально-дворянского режима. В журнальной полемике издание поддерживало новиковский “Трутень” и полемизировало со “Всякой всячиной”. Это и стало причиной закрытия журнала.

“Парнасский щепетильник” (1770) – еженедельный журнал М.Чулкова. Вышло 8 номеров, причем содержание последнего номера носит случайный характер. В названии звучит ирония по поводу литературных модников. Щепетильник – это торговец модными галантерейными товарами. В названии же речь о литературном товаре. Автор использует принцип аукциона для представления новых стихотворений. Кроме того здесь публиковались статьи на исторические и экономические темы. После закрытия всех предыдущих журналов это издание старается убедить власти в своей лояльности, обещает публиковать все, что не будет подозрительным или противно нежному слуху. Здесь еще меньше откликов на современную жизнь, чем в других изданиях. Чулков продолжает публикацию статей о фольклоре, начатых в “И том и сем”. Печатает переводы из классиков, исторические статьи. Но и в этом цензура нашла нечто подозрительное. Чулкову пришлось обращаться к еще более невинным темам. Разные исследователи неодинаково расценивают значение этого журнала. Одни видят его публикации общими и неориги-нальными, другие усматривают скрытую сатиру и остроту даже в переводах.

Журналы Н.И.Новикова, И.А.Крылова и Н.М.Карамзина. Эти издания продолжают и развивают уже сложившуюся традицию создания русских сатирических и литературных журналов XVIII в.

“Трутень” (1769-1770) - первый сатирический журнал Новикова. Вел непримиримую полемику с “Всякой всячиной”. Стал известен благодаря своим острым публикациям на крестьянскую тему. Символичен девиз “Трутня”: “Они работают, а вы их труд ядите”. Не менее красноречиво и название. Оно символизирует некий собирательный образ издателя “Всякой всячины” – представителя господствующего дворянского слоя общества, который живет праздно и богато, используя труд других. Прямо, как настоящий трутень. В первом же номере Новиков обнародует свои взгляды на сатиру, противоположные высказанным Екатериной II во “Всякой всячине” – “Критика, написанная на лицо, но так, чтобы не всем была открыта, больше может исправить порочного”. Выступления журнала были по-настоящему смелы и злободневны. В основе публикаций лежит естественное чувство гуманности к простым людям, за которых никто не решается вступиться. Это определило читательский успех издания. Тираж каждого номера составлял от 750 до 1240 экземпляров. Издание приносило доход, т.к. продавалось в пять раз дороже своей себестоимости. Это уникальный случай в тогдашней журналистике. Издатель широко использует различные жанры, в том числе жанр письма, в котором якобы от имени читателя задает сотрудникам журнала злободневный или интересный вопрос, требующий ответа. Это и служит поводом для выступления на страницах издания. Эти простодушные письма позволяли Новикову писать о взяточничестве, процветающем в различных ведомствах среди чиновников, о жестокостях помещиков по отношению к крестьянам, о безысходности крестьянской жизни. Большая часть публикаций – это отклики на выступления “Всякой всячины”, полемика с этим журналом, несогласие с его методикой освещения проблем и выбором тем для публикаций. Высочайший журнал обвинял Новикова в отсутствии человеколюбия, кротости и снисхождения, в стремлении называть слабости пороками. Новиков в ответ писал, что многие прикрывают пороки человеколюбием, они сшили из человеколюбия кафтан порокам, но эти люди скорее обладают пороколюбием. Искоренять пороки – большее проявление человеколюбия, чем потакать им. Он на примере, когда крестьяне оставляют своему собрату корову, чтобы его дети не умерли с голода, показывает, что простые люди бывают более человеколюбивы, чем помещик, который отказывает в равнодушии своему крепостному в помощи. Он высмеивает модников, щеголих, праздных людей и пишет с симпатией о разночинцах, имеющих моральные принципы и способность трудиться, о трудолюбивых крестьянах. Он критикует распространенный подход, когда должности из трех кандидатов получает не самый способный и знающий, а самый родовитый и знатный. Он высмеивал неконкретность “Всякой всячины”, упрекал автора и издателя в плохом знании русского языка и делал вид, что не знает, кто стоит за журналом. В ответ в высочайшем журнале публиковались нравоучительные статьи. Социальная сатира Новикова вызывала недовольство в высоких кругах и в 1770 г. издателю пришлось сбавить критический накал выступлений. Об этом хорошо говорил новый эпиграф журнала: “Опасно наставленье строго, где зверства и безумства много”. Он сообщал читателям о вынужденности такой перемены и напечатал несколько их недовольных писем в связи с ослаблением сатиры. И через номер объявил о закрытии журнала, ибо знал, что ему запрещено дальнейшее его издание. Да и “Всякая всячина” перестала выходить в апреле 1770 г. На последней странице номера он анонимно объявил о появлении нового журнала – “Пустомеля”.

“Пустомеля” (1770) – вышло всего два номера этого ежемесячного сатирического журнала Новикова. Он стал издаваться вместо закрытого издателем “Трутня”. В нем была продолжена сатирическая линия. Но сатира здесь касалась явлений литературы и культуры. Тут можно найти выпады против Хераскова, Чулкова, Лукина, В.Петрова. Критикует Новиков и “Российскую универсальную грамматику”, первый вариант знаменитого “Письмовника”. В частности, он высказывается против содержащихся там анекдотов. Интересен раздел “Ведомости” в журнале. Они посвящены только военно-политическим и театральным событиям. Причем здесь публикуются не только сатирические произведения, но и положительного содержания. Например, в этом разделе увидели свет первые в истории русской журналистики профессиональные театральные рецензии – об игре выдающегося актера И. Дмитриевского и о постановке трагедии Сумарокова “Синав и Трувор”. В противовес отрицательным героям сатирических публикаций в “Пустомеле” публикуется повесть “Историческое приключение” с положительными героями. В ней Новиков впервые дает положительную программу воспитания и образования в национальном русском духе. “Живописец” (1772) – еженедельный сатирический журнал, сходный с “Трутнем”. Тираж – около 1000 экземпляров. Пропаганда просветительских идей и крестьянская тема составляли главное содержание журнала. Свои выступления в журнале Новиков постарался связать с новыми литературными опытами императрицы, которая теперь стала писать нравоучительные пьесы, довольно низкого литературного уровня. Воздавая похвалы театральным пробам пера Екатерины II, Новиков пишет о своем видении проблем, в них поставленных – что порочный человек во всяком звании равного презрения достоин, критикует развратные поступки и закоренелые плохие обычаи. Словом, рассуждает об общественных недостатках вовсе не так, как это могла бы делать императрица. И ей ничего не оставалось, как принять похвалы за чистую монету, Не могла же она возражать, что имела в виду что-то иное, а не желание искоренять пороки и недостатки. На страницах журнала публиковались и хвалебные “дежурные” статьи, и поздравительные стихи придворных поэтов. Но между ними печатались и резкие статьи, разоблачающие дворянские нравы, рисующие тяжелый быт крестьян, их нужды и горе. Новиков пишет статьи в форме диалога Собеседника и Автора о современном состоянии литературы и журналистики, в которых, рассуждая о писателях Невпопаде, Кривотолке и Нравоучителе, критикует современных ему литераторов, пишущих трагедии, комедии и пастушеские идиллии. Под этими масками он имеет в виду конкретных людей – в частности, Лукина, Чулкова и Хераскова. Такой стиль изложения весьма характерен для журнала. Он интересен и легок для восприятия. Ряд публикаций были особенно острыми. Это, например, “Отрывки из путешествия”, где рисуются тяготы крестьянской жизни и праздное времяпрепровождение дворян. Авторство приписывается отцу Радищева. Для смягчения впечатления от этой публикации, Новиков помещает разъяснения, что сатиру не должны принимать на свой счет добропорядочные помещики. Печатались в журнале и сатирические стихи, к примеру, “Похвала учебной палке”, осуждавшая офицеров, которые избивают своих солдат, направленной против палочной дисциплины, насаждавшейся в русской армии. После крестьянской темы, которая получила в “Живописце” наиболее развернутое воплощение, второй по важности является тема просвещения, борьба с галломанией (любовью ко всему иностранному, в частности, ко французскому) и бескультурьем дворянского общества. В журнале печатались помимо Новикова Е.Дашкова, П.Потемкин, В.Рубан, Д.Фонвизин, А.Радищев, М.Сушкова, А.Фомин, Ф.Каржавин и другие. Начиная с третьего номера “Живописец” представлял собой книгу из двух частей, а не журнал, разделенный на листы. В 1773 г. журнал был закрыт.