Файл: Понятие, признаки и правовое регулирование несостоятельности (банкротства) (Общая характеристика статуса несостоятельности (банкротства) юридических лиц ).pdf

Последствия заключения мирового соглашения следует разделить на материальные и процессуальные. Процессуальным последствием, в соответствии со статьей 159 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», является прекращение производства по делу[1]. Таким образом, на каком бы этапе не находилась процедура банкротства, стороны могут прекратить ее в любой момент путем подписания мирового соглашения.

Материальные последствия соглашения связаны с конкретными условиями такого соглашения. Важно, чтобы соглашение не включало в себя возложение обязанностей на третьи лица, а также не имело неясных выражений, создающих неопределенность относительно объема обязательств должника и срока их исполнения[27, с. 34]. При этом, возможное уменьшение объема долга и рассрочка платежей касаются как кредиторов, поддержавших мировое соглашение, так и тех, кто его не поддержал, однако объем такого уменьшения должен быть пропорционально одинаков для каждого кредитора. В целом же, руководствуясь гражданско-правовым принципом свободы договора, такое соглашение может содержать любые, не противоречащие законодательству условия, связанные с предметом рассмотрения заявления о несостоятельности[75, с. 212].

Мировое соглашение является наиболее гибким средством правового регулирования неплатежеспособности, законодательство Российской Федерации уделяет недостаточно внимания данному институту[56, с. 367].

Отдельной проблемой является фактическая невозможность изменения соглашения. Статья 164 Закона о банкротстве предусматривает только возможность расторжения соглашения, но не предусматривает право сторон изменить условия соглашения (с последующим утверждением судом). Это существенно снижает эффективность выполнения мировых соглашений, так как не позволяет сторонам модифицировать по взаимному согласию условия мирового соглашения в связи с изменившейся ситуацией[86, с. 17].

Резюмируя все вышеизложенное, можно сказать, что мировое соглашение действительно является одним из наиболее гибких инструментов в процессе банкротства, позволяющим максимально полно учесть интересы должников и кредиторов. В то же время, действующее законодательство, регулирующее данный вопрос несовершенно и должно быть изменено таким образом, чтобы максимально полно учитывать интересы тех кредиторов, которые проголосовали против соглашения.

3. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ИНСТИТУТА НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВА)

В Законе о банкротстве регламентированы следующие реабилитационные процедуры банкротства юридических лиц: финансовое оздоровление, внешнее управление, мировое соглашение.

Проведя сравнение процедуры финансового оздоровления и внешнего управления эксперт К.В. Кораев, указывает, что зафиксированная в законодательном акте возможность применения процедуры внешнего управления, инициированная судом или кредиторами, когда неплатежеспособный должник не имеет намерения восстанавливать свою платежеспособность, а вместе с тем привлекать недостающие денежные средства, не способна обеспечить восстановление платежеспособности должника[40, с. 18].

Наделяя правом введения процедуры внешнего управления кредиторов и суд, закон не учитывает, что право само по себе не способно ликвидировать неплатежеспособность. Оно способно только создать правовые условия для ее ликвидации тем должникам, которые располагают для этого необходимым недостающим капиталом[81, с. 7]. Если должник не обладает таким капиталом и по указанной причине не желает восстанавливать свою платежеспособность, то введение внешнего управления само по себе не способно восстановить его платежеспособность. В силу названного обстоятельства единственным субъектом среди всех субъектов отношений неплатежеспособности, который должен обладать правом требования введения восстановительной процедуры банкротства, должен быть должник[62, с. 169]. В связи с вышесказанным в целях дальнейшего совершенствования законодательства в качестве общего правила следует предусмотреть, что внешнее управление может вводиться на основании решения общего собрания кредиторов, принятого по результатам рассмотрения ходатайства должника о введении процедуры внешнего управления.

Для добросовестных должников, институт банкротства не может реализовать защиту их прав и законных интересов, поскольку должники не верят, что после начала процедуры банкротства они могут сохранить бизнес, а также избежать ликвидации.

У недобросовестных должников существуют свои мотивы реализации процедуры банкротства. Они стремятся списать долги, по которым не желают нести ответственность. Конечно, такие должники инициируют процедуру банкротства для ликвидации предприятия[9, с. 67].

В ст. 8 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено право на подачу заявления в арбитражный суд в случае предвидения банкротства, но обязательно необходимо наличие доказательств, которые свидетельствуют о том, что он не может исполнить обязательства[1]. Однако данной статье противоречат действующие правила выявления признаков фиктивного банкротства. На момент подачи заявления должником по факту предвидения банкротства он является платежеспособным и может исполнить свои обязательства перед кредиторами. Этот факт в соответствии с указанными правилами является признаком фиктивного банкротства, затем впоследствии данное дело о банкротстве будет прекращено в арбитражном суде[22, с. 10].

Реализация ст. 8 Закона о банкротстве осложняется наличием юридической проблемы. Если данная норма будет работать, то недобросовестные должники смогут злоупотреблять правом подачи заявления, чтобы получить возможность легально не платить по своим долгам, пока идут процедуры банкротства.

Далее следует отметить, что в настоящее время необходимо изменить точку зрения на реабилитационные цели банкротства. Как известно, при реализации процедур банкротства другие люди исправляют все ошибки управления в организации, а затем возвращают организацию обратно тем же собственникам, которые и довели до состояния банкротства[24, с. 2476].

Необходимо сделать акцент именно на реабилитацию бизнеса, а не на реабилитацию организации должника. С этим нельзя не согласиться, поскольку целью института банкротства не может быть сохранение бизнеса под управлением недобросовестных, а также неумелых владельцев. Соответственно, в конкурсном производстве арбитражному управляющему необходимо проводить реализацию имущества в виде имущественного комплекса, достаточного для осуществления бизнеса. Конечно, это требует от арбитражных управляющих большой запас времени, а также знаний, поскольку необходимо уметь выявлять перспективы развития бизнеса в будущем, а также выделять имущественный комплекс из состава имущества должника[21, с. 453].

Необходимо заметить, что ни один государственный орган не ведет статистику о том, проводилась ли в ходе конкурсного производства реализация активов должника путем продажи предприятия или с использованием замещения активов. Это является проблемой, поскольку невозможно выяснить, сколько работоспособных предприятий было сохранено[30, с. 80].

Иной проблемой применения реабилитационных процедур при банкротстве юридических лиц можно назвать слишком длительный срок банкротства. Как известно, для кредиторов время − это деньги, поэтому на общем собрании они будут голосовать за тот вариант развития событий, при котором получат компенсацию быстрее. Как показывает практика, кредиторы более склонны голосовать за введение конкурсного производства даже в отношении тех организаций, бизнес которых можно реабилитировать, так как конкурсное производство является процедурой прогнозируемой и свои задолженности, хоть и не в полной мере, но смогут получить[59, с. 245]. Если они будут голосовать за проведение реабилитационных процедур, то при благоприятном исходе смогут получить все свои деньги, а при неблагоприятном − еще меньше, чем на стадии конкурсного производства. Чрезмерно длительный срок проведения наблюдения в первую очередь затрудняет проведение эффективных процедур банкротства. Ведь добросовестный должник, надеясь в ближайшее время ощутить на себе воздействие реабилитационных процедур, вынужден ждать окончания наблюдения[29, с. 79].

Необходимо рассмотреть также проблему эффективности применения такой реабилитационной процедуры как реорганизационные мероприятия организации. А.Ф. Маликов выделяет следующие реорганизационные процедуры: 1. Слияние или присоединение должника с одним или более юридических лиц. 2. Продажа всего или части имущества должника, при этом бизнес должен быть работоспособным. 3. Перевод всего или части работающего бизнеса компании − должника одному или более юридических лиц, учрежденные как до, так и после начала процесса банкротства, то есть замещение активов должника[42, с. 172].

Однако в нашем государстве на пути эффективного применения таких процедур стоит проблема неурегулированности этого вопроса в законодательстве о банкротстве. Так, в Законе о банкротстве регламентировано лишь одно реорганизационное мероприятие − замещение активов должника. Применяется данная процедура либо в рамках внешнего управления, либо в рамках конкурсного производства после проведения процедуры наблюдения. Соответственно, можно сделать вывод о том, что столь долгий срок, который необходим для проведения такого реорганизационного мероприятия, стоит на пути его эффективного применения[80, с. 131].

В настоящее время Министерством экономического развития РФ разработан законопроект по совершенствованию законодательства о банкротстве для эффективного применения реабилитационных процедур[11, с. 165].

Анализируя данный законопроект, стоит положительно оценить намерения законодателя снизить срок проведения процедуры наблюдения с семи до двух месяцев, а также возможность проведения процедуры финансового оздоровления, минуя процедуру наблюдения. Конечно, такие меры положительно повлияли бы на эффективность реабилитационных процедур[20, с. 421].

В заключении следует отметить, что в настоящее время реабилитационные процедуры банкротства позволяют сохранить хозяйствующие субъекты в собственности тех же владельцев, которые своим неумелым управлением и довели до реализации процедуры банкротства. Следовательно, необходимо изменить цель реабилитационных процедур банкротства в сторону реабилитации именно работоспособного бизнеса, а право собственности на этот бизнес должен иметь вторичное значение.

При регулировании введения процедуры внешнего управления необходимо учитывать, что восстановление платежеспособности возможно только при наличии воли должника на восстановление своей платежеспособности. Право требования введения процедуры внешнего управления должно закрепляться исключительно за должником. В связи с этим в целях дальнейшего совершенствования законодательства в качестве общего правила следует предусмотреть, что внешнее управление может вводиться на основании решения общего собрания кредиторов, принятого по результатам рассмотрения ходатайства должника о введении процедуры внешнего управления. В таком случае процедура внешнего управления будет вводиться на договорной основе, аналогично процедуре финансового оздоровления.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Поводя итоги проведенному нами исследованию особенностей формы права можно сделать следующие выводы.

В российском законодательстве банкротство, или несостоятельность, определяется как неспособность должника, признанная арбитражным судом, в полном объеме удовлетворить требования кредитов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение 3 месяцев после истечения установленного срока. Другими словами, банкротство наступает тогда, когда организация не способна выплатить кредитную задолженность в течение заданного срока.

Основания для признания должника несостоятельным, отражены в Федеральном законе №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Данный закон является регулятором порядка и условий осуществления мер по предупреждению несостоятельности, проведения процедур банкротства и иные отношения, которые возникают при неспособности должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов. Юридически признать компанию банкротом может только Арбитражный суд.

Факторы, приводящие организацию в статус банкрота, бывают внутренние, которые зависят от деятельности предприятия, и внешние, которые не связаны с ее деятельностью.

Можно выделить достаточно много внешних факторов. Например, низкая квалификация персонала, несовершенная организационная структура, просчеты в инвестиционной политике и в области снабжения, нерациональное использование денежных средств, низкий уровень контроля над финансовыми операциями и др.

К внешним факторам относят усиление конкуренции в отрасли, снижение покупательской способности населения, нестабильный уровень инфляции в стране, повышение налогов, невостребованность товара на рынке и т.д. Если менеджмент несвоевременно или ошибочно реагирует на изменения на внешнем рынке, то кризис в организации неизбежен.

Мировая практика показывает, что угрозой банкротства от внутренних факторов составляет 70-75%, а от внешних – 25-30%. Анализируя банкротство российских предприятий, можно сказать, что угрозой несостоятельности от внешних и внутренних факторов примерно одинаковы, т.е. составляют 50%.

Конечно же, несостоятельность организации имеет достаточный ряд минусов. В первую очередь – это несокрушимый удар по репутации. Лишь немногим предпринимателям удавалось вытащить фирму из финансовой несостоятельности и заново поднять авторитет. Часто управляющие компании, находящейся на грани банкротства, обращаются к Арбитражному суду. Часть руководства переходит на арбитражного управляющего, который соответственно получает доступ к конфиденциальной информации и, что еще важнее, к коммерческой тайне. Также в России существует большое количество организаций, которые помогают юридическим и физическим лицам, попавшим в неблагоприятное положение, избавиться от долгов и кредитов, восстановить потерянный финансовый баланс. Плюс ко всему, в непростое время для компании-банкрота, за деятельностью руководителя устанавливается пристальное внимание. Если будет выяснено, что причиной банкротства являются неправомерные действия управляющего, то он будет привлечен к гражданской или уголовной ответственности.