Файл: Страхование ответственности и проблемы его развития в Российской Федерации.pdf

ГЛАВА 3 ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ СТРАХОВАНИЯ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

3.1 Современное состояние и перспективы развития рынка страхования ответственности в России

В последнее время большое значение придается страхованию ответственности владельцев опасных объектов за ущерб, который может быть причинен жизни, здоровью граждан и имуществу третьих лиц в результате аварии на таком объекте.

На территории России находится около 300 тыс. опасных производственных объектов, более 30 тыс. гидротехнических сооружений, 40 тыс. АЗС, в том числе:

–8 тыс. взрывоопасных и пожароопасных объектов;

–150 тыс. км магистральных газопроводов;

–62 тыс. км нефтепроводов;

–25 тыс. км продуктопроводов;

–100 млн. человек, т.е. 70 процента населения страны проживает в зонах непосредственной угрозы жизни и здоровью людей при возникновении техногенных аварий и катастроф[27].

По данным МЧС серьезную опасность для значительной части населения представляет состояние гидротехнических сооружений. В настоящее время на территории Российской Федерации эксплуатируется более 28,5 тысяч водохранилищ, в том числе 330 крупных водохранилищ емкостью более 10 млн. куб. м, 510 накопителей промышленных стоков и отходов. В нижних бьефах гидротехнических сооружений в зонах потенциального затопления проживает около 10 млн. человек. Разрушение гидротехнических сооружений, которые находятся, как правило, в черте крупных населенных пунктов или выше их и являются объектами повышенного риска, может привести к катастрофическим затоплениям обширных территорий, населенных пунктов, объектов экономики, гибели людей и длительному прекращению судоходства, сельскохозяйственного и рыбопромыслового производства.

Результаты декларирования 277 судоходных гидротехнических сооружений (ГТС) показывают, что судоходные гидротехнические сооружения в основном имеют длительные сроки эксплуатации. По результатам проверок 68 (24,5 процента) судоходных гидротехнических сооружений имеют нормальный уровень безопасности, 183 (66,1 процента) –пониженный уровень безопасности, 23 (8,3 процента) –неудовлетворительный уровень безопасности, 3 (1,1 процента) –опасный уровень безопасности.

Эксперты неоднократно предупреждали, что физическое старение и износ основных производственных фондов в большинстве отраслей промышленности и сфере жизнеобеспечения достигло 70 процента, на взрывоопасных объектах и промысловых трубопроводах степень износа основных производственных фондов достигает 80 процента.

Ущерб от чрезвычайных ситуаций в год достигает 6-7 процента от ВВП страны.

Средний годовой рост социальных и экономических потерь от природных и техногенных чрезвычайных ситуаций:

–по числу погибших людей –4,3 процента в год;

–по числу потерпевших –8,6процента в год.

Только в результате производственных аварий в 2010 году пострадало около 5 млн. человек. По данным Ростехнадзора в ДФО насчитывается порядка 23 тысяч опасных производственных объектов, не считая военно-производственных объектов. 70 процента этих объектов находятся в опасной близости к проживанию людей. Но, к сожалению, владельцы источников данных объектов не торопятся страховать свою ответственность. К примеру, в городе Владивостоке в районе, Первой речки, вблизи крупнейшей городской больницы располагается нефтебаза. В черте города Хабаровске располагается нефтеперерабатывающий завод.

Сложившуюся ситуацию может изменить принятый 27 июля 2011 года Федеральный закон № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте».

Согласно положениям данного закона, страховщики получили право проверки опасных производственных объектов для назначения индивидуального страхового тарифа, который складывается из следующих факторов:

–степень изношенности оборудования;

–квалификация персонала;

–наличие современных систем предупреждения аварий;

–близость объекта к местам проживания людей;

–ряд других факторов.

Страховщики страхования ответственности объединились в саморегулируемую организацию Национальный Союз Страхования Ответственности (НССО), которая будет осуществлять независимую экспертизу правильности заключения договоров с целью исключения демпинга и ценового сговора. Также под руководством НССО создается страховой фонд с целью выплат по катастрофическим рискам в случае финансовой несостоятельности страховщика.

С 1 января 2012 года в России введено обязательное страхование ответственности владельцев опасных объектов (ОС ОПО). По мнению специалистов рейтингового агентства «Эксперт РА», это событие по своим масштабам и ожидаемому влиянию на страховую отрасль сопоставимо с введением ОСАГО в 2003 году и первым серьезным кризисом на страховом рынке в 2009 году. Объем рынка ОС ОПО в соответствии с требованиями Федерального закона No225-ФЗ вырастет в 10 раз и составит порядка 23,5 млрд рублей. Выплаты в ОС ОПО вырастут еще более существенно. Ожидается существенное увеличение объемов собираемой страховой премии по другим видам ответственности, которые в свою очередь, послужат фундаментом для развития добровольных видов страхования.

Обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств (ОСАГО) посвящено немало работ. Столь пристальное внимание ученых и иных представителей страховой общественности к проблемам одного вида страхования, по идее, должно способствовать детальной проработке всех проблем и пробелов в правовом регулировании и правоприменительной практике. Однако поток статей и научных работ по различным вопросам ОСАГО с течением времени не уменьшается.

Очевидно, следует говорить не об отдельных проблемах прикладного характера, но о системных вопросах правового регулирования. Если проводить аналогии с другими видами страхования, то похожим по объему развернувшейся дискуссии является обязательное медицинское страхование (далее – ОМС). В обоих случаях речь идет о двух видах обязательного страхования, в которых сочетаются элементы публичных и частноправовых отношений.

Следует согласиться с мнением относительно противоречивости самой природы отношений по обязательному страхованию. Так, М.И. Брагинский выделяет «основную особенность» обязательного страхования, которая, по его мнению, заключается в том, чтобы «... обеспечить защиту интересов более слабой стороны – тех третьих лиц, с которыми, по общему правилу, не совпадают интересы страхователя. В конечном счете сама потребность в обязательном страховании рождается в результате такой коллизии интересов».

Представляется, что базовая проблема проявляется в отсутствии единого понимания соотношения гражданско-правовых и публично-правовых начал в правовом регулировании и, как следствие, правоприменительной практике обязательного страхования.

В этой связи особую важность приобретает необходимость четкого понимания границ «защиты интересов слабой стороны» (в случае с ОСАГО – потерпевший при дорожно-транспортном происшествии), что в большей степени присуще публичному праву с одновременным соблюдением интересов страховщиков и страхователей как сторон гражданско-правового обязательства.

Проблематика не нова. В середине XX в. В.И. Серебровский, ссылаясь на мнения советских и зарубежных авторов, говорил о «большом и интересном споре» в части определения правовой природы обязательного страхования[33, с 167]. Позже об этом писали такие ученые, как Л.И. Рейтман и В.К. Райхер. Из современных авторов наиболее полно этот вопрос освещал М.И. Брагинский.

Публичные начала правового регулирования ОСАГО заложены в принципах и направленности («духе») правового регулирования. Преамбула Федерального закона от 25 апреля 2002 г. No 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) гласит, что ОСАГО вводится в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами.

При осуществлении страхования гражданской ответственности, предусмотренной положениями гл. 48 Гражданского кодекса РФ (ГК), мы говорим о защите интересов страхователя или застрахованного лица. Об этом говорит и законодатель, однозначно определяя предмет договора имущественного страхования (в узком смысле) как обязанность страховщика возместить убытки, причиненные имущественным интересам страхователя (п. 1 ст. 929 ГК). Аналогичная точка зрения находит свое отражение в абсолютном большинстве работ, затрагивающих данную тематику. В частности, М.И. Брагинский пишет, что при страховании ответственности «...предметом служит, несомненно, именно имущественный интерес к тому, чтобы не платить соответствующую сумму потерпевшему».

Для любого правоотношения важную роль играет мотив сторон при его возникновении, изменении и прекращении.

Применительно к мотиву возникновения правоотношения ОСАГО особое внимание следует указать на их «принудительный» характер, что является одним из важных факторов, характеризующих публично-правовую природу любого обязательства.

Наличие определенных элементов публично-правовых отношений в обязательном страховании упоминается также у М.И. Брагинского, который пишет о реализации государством своих властных полномочий в рамках возникающих, а также не возникающих, несмотря на обязательность, правоотношений. Конечно же, необходимо упомянуть о государственном контроле за выполнением обязанности страхования, предусмотренной в законе. Речь идет о двух составах административных правонарушений, связанных с нарушением положений законодательства об ОСАГО в части наличия действующего договора страхования ответственности в период использования транспортного средства (ст. 12.37 Кодекса РФ об административных правонарушениях). Примечательно, что данная статья входит в состав гл. 12 Кодекса «Административные нарушения в области дорожного движения».

В то же время наличие частноправовых начал в ОСАГО также очевидно. Одним из «доказательств» гражданско-правовой природы ОСАГО является наличие договора страхования (полиса), на основании которого устанавливаются и действуют отношения между страхователем и страховщиком.

Между тем необходимо четко представлять себе роль страхового полиса при реализации ОСАГО. В ряде европейских стран доводилось сталкиваться с гуманным отношением полицейских к водителям, не имеющим «на руках» полис.

В компьютерной базе зафиксировано, что страхование оплачено и, следовательно, покрытие действует. Конечно же, это возможно только при наличии единой базы.

Изложенное выше говорит о роли страхового полиса ОСАГО: о полисе как о договоре можно говорить лишь в одной ипостаcи – как о едином документе, подписанном сторонами. Собственно, речь идет не о договоре – как о документе, фиксирующем права и обязанности, а о документе, подтверждающем наличие договора (п. 2 ст. 940 ГК РФ).

С определенными изъятиями мы можем говорить об особой форме присоединения страхователей к единым утвержденным условиям страхования.

Альтернативными являются только условия: о страхователе, который в Законе об ОСАГО определен родовыми признаками, о количестве и качественных характеристиках застрахованных по ОСАГО, а также о цене договора, возможные варианты которой установлены Правительством РФ (ст. 9 Закона об ОСАГО). В гражданском праве известно понятие «квазидоговорные» отношения, которые в известной степени нивелируют роль договора как одного из основных юридических фактов в гражданском праве.

Не менее очевидны частноправовые начала, которые проявляются в субъектном составе обязательства. Анализируемый вид страхования может осуществляться любыми страховщиками, имеющими соответствующую лицензию. При этом страховщик, как правило, является коммерческой организацией, чья деятельность направлена на извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК). Такое положение дел имеет смысл только в случае, если страховщик может влиять на свое финансовое состояние посредством варьирования соотношения «цена–качество» при оказании соответствующих услуг.

В настоящее время такой возможности нет, поскольку размер стоимости услуг в соответствии с Законом об ОСАГО установлен Правительством РФ (ст. 8 Закона об ОСАГО). Объем услуг, оказываемых страховщиками, также презюмируется равным. Как следствие, небольшие страховщики, так же как и страховщики с подавляющей долей договоров ОСАГО в своем портфеле (в том числе созданные специально «под ОСАГО»), являются потенциальными банкротами. Не имея таких же трудовых, операционных и финансовых ресурсов, как крупные сетевые компании, они обречены в лучшем случае на выполнение функций посредника между страхователем и перестраховщиком.

Четко прослеживаются два мотива в деятельности таких страховщиков: собрать денег и уйти «по-английски» или перестраховывать по максимуму свой портфель, оставляя себе определенную комиссию за привлеченный бизнес. Критичным становится положение таких компаний со вступлением в силу положения о прямом возмещении убытков (ст. 14.1 Закона об ОСАГО). В обоих случаях компании не мотивированы на длительное ведение бизнеса в качестве страховщика и являются потенциальными банкротами. Основная цель для таких компаний – максимальные сборы любой ценой, не заботясь о будущих выплатах.