Файл: Реформа электроэнергетики в России (Обзор отрасли электроэнергии РФ).pdf
Добавлен: 22.05.2023
Просмотров: 294
Скачиваний: 3
В ГДР, а также в России, так называемым физическим методом экономия топлива при объединенном развитии в объединенной теплоэлектроцентрали принадлежала на электроэнергию, а расход топлива - на власти получения тепловой энергии. Для единой государственной собственности и ответственности государства для электроснабжения это не имеет никакой основной стоимости. Однако, в рыночной экономике это дает абсолютно ложный сигнал, который заканчивается принудительным строительством котельных и уменьшение загрузки российских объединенных теплоэлектроцентралей. Потери топлива составляют миллионы тонн в год. В методах энергетики, принятых в Западной Европе, экономия топлива комбинированных циклов принадлежит на тепловой энергии, которая поднимает конкуренцию объединенной теплоэлектроцентрали перед котельными.
В Германии в результате изменения метода почти на четверть уменьшился тариф для тепловой энергии из объединенной теплоэлектроцентрали. Каждый гражданин прочувствовал это нормально, так как расход электроэнергии всегда в руках потребителей, а расход тепла в конкретной коммунальной квартире на Востоке Германии, как и у нас, не учитывается.
Большинство отделений, стратегически важных для британской экономики, включая власть, железнодорожный транспорт, коммуникацию, и также финансовые потоки, находилось под контролем государства или были государственной собственностью. И это против государственного социального и медицинского страхования населения, и также, фактически, бесплатное образование. Чем не социализм?
Приблизительно за той же ситуацией наблюдали также в Норвегии. Государственное акционерное общество «Ношк Хидру» управляло практически всеми стратегически важными отраслями экономики Норвегии, и энергетика больше чем дна девяносто процентов принадлежала государству, и львиная доля производства электроэнергии упала на государственное предприятие «Статкрафт» и на электростанции, также косвенно или непосредственно находятся в государственной собственности. Незначительная часть генерирующих мощностей принадлежали муниципальным и региональным органам власти, т.е. фактически, также относилась к общественной собственности. Частный сектор в энергетике отсутствовал.
Одновременно экономика обеих стран во время принятия решения о проведении радикальных экономических реформ не имела наилучших времен. Низкая конкурентоспособность отечественного производства привела к оттоку капитала за границей и недостаточно дальновидной акции, налоговая политика сделала рынки этих стран, непривлекательными для иностранных и внутренних инвесторов, которые привели к низкой выгоде национального ВВП. Правительство «Тори», возглавляемого «железной леди» решительно, начало уничтожение системы, построенной правительством лейбористов. Одновременно действия г-жи Тэтчер продиктовали не только причины экономического характера. Очевидно, что политика и предвыборные обязательства перед определенными кругами играли важную роль. И в первую очередь при темпах преобразования английской экономики. Железные дороги были приватизированы, система социального и даже медицинского страхования лишена гражданства. Наконец, прибыл поворот приватизации государственного энергетического концерна «CEGB», газовых предприятий и почтовых отделений. Перед радио и телевидением, что гордость - Великобритании - «Военно - воздушных сил» - также вопрос приватизации повысился.
Нужно отметить, что, в отличие от угольной промышленности, где проблемы были решены «железной леди» практически «пиночетовскими методы», приватизация электроэнергетики продолжалась скорее гладко. В 1989 через парламент было выполнен "Закон об Электричестве" (закон об электроэнергии) то, который положил начало процессу преобразования электроэнергетики. Да вот только, «для сна это проявилось, по некоторым причинам, вполне твердо». На английском энергетическом рынке было несколько компаний по производству энергии доминирования, помимо которых государство, удержанное контроль над энергетическим развитием атомными электростанциями («Magnox»), и также была сетевая компания («NGC»), деятельностью которой особенно твердо управляет государство даже до принятия решений в области инвестиционной политики. Необходимо подчеркнуть, что речь идет именно об английском секторе электроэнергетики, то есть собственно Англии и Уэльсе, поскольку Шотландию реструктурирование коснулось не столь значительно, где сохранилась вертикально интегрированная энергетическая компания со всеми признаками естественной монополии («Scottish Power»). Так, говоря о структурных реформах в Великобритании, необходимо полагать, что это - приблизительно 65% территории страны.
Закон об электроэнергии 1989 обрисовал в общих чертах правовые рамки, в которых рыночные реформы в секторе электроэнергетики начали выполняться. Первоначально предполагалось, что главная конкурентоспособная борьба будет проводиться в сферах производства и продажи электроэнергии потребителям. Одновременно последний тип услуги не прелполагает вообще, как некоторые думают, владение производством электроэнергии. Часто продавцами электроэнергии являются инвестиционные компании или группы, проводящие закупку и перепродажу электроэнергии конечным пользователям, в то время как фактически физическая поставка электрической энергии конечным пользователям (особенно домашние пользователи) выполняется региональными энергоснабжающими компаниями («REC»).
Предполагалось, что государство, во избежание захвата или раздела рынка (способом картельного соглашения) частные предприятия генерации, которые снова возникли , твердо отрегулирует энергетические тарифы, пытаясь получить одновременно прозрачность их структуры и, исключая одновременно возможность взаимного субсидирования в компаниях (например, перекладывание части расходов по генерации на операциях для продажи электроэнергии и наоборот).
К сожалению, проблемами регулирования и договоренности между компаниями был довольно серьезный камень преткновения. Во-первых, сколько необходимо компаний на рынке, дабы «дать дорогу» «нормальному» уровню конкурентоспособной борьбы, исключив возможность «неофициальной договоренности» между ними на уровне котировок, и также разделению областей влияния»? Две или три? И возможно, четыре или пять?
Первоначально на рынке было два производителя доминирования (АЭС не посчитан, так как тарифы для них, были установлены государством, да и эти станции постепенно выводились из услуги). Затем, поскольку стало ясно, что компании так или иначе «синхронизируют» ценовую политику, компании были разделены еще раз. В этих целях в Великобритании существует довольно тяжелый «венчик» - «MMS» (Комиссия по вопросам монополий и слиянию компаний) имеющая право разделять и не пускать по мере необходимости. Как правило, инициатива разделения компаний, которое является продажами предприятием доминирования части производственных мощностей, принадлежит так называемому Регулятору, который предлагает управлению компанией план (как правило, это предлагается для продажи «n» мегаватт номинальной мощности с подразделением согласно типам потребляемого топлива). Если управление компанией отказывается продолжать предлагаемый путь, оглашается угроза передачи бизнеса для рассмотрения в «MMS».
Главы компаний, как правило, из двух зол выбирают меньшее, также соглашаются с предложением Регулятора, так как от опыта бывших лет, известно, что «MMS» имеет «странную», привычку разделения компаний, если не на атомы, тогда точно на молекулы. Одновременно сотрудники и управление «ММS» для принятия решений не всегда учитывают мнение экспертов. Для этих государственных чиновников главная задача держит превентивные меры, исключая возможность предыдущего согласия или раздел рынка между его предметами, поскольку это может посягнуть на интересы потребителей. И больше появится в результате подразделения компании по доминированию новых участников рынка, который убеждают конкурировать между собой, лучше. По крайней мере, такой была политика «MMS» до недавнего времени. К сожалению, иногда «размер имеет значение», особенно, когда проблемы конкуренции на международном рынке. Это отлично понято главам английских генерирующих компаний, и поэтому они пытаются согласиться с Регулятором. Некоторое освобождение было дано Общеевропейской директивой по электроэнергии, заказывающей странам-членам ЕС, «для открытия» внутренних энергетических рынков (не меньше чем 20% к 2000) для других европейских компаний. Таким образом, проблема числа участников рынка и опасности «договоренности» между ними была почти решена.
В результате манипуляций, описанных выше на английском рынке электроэнергии также, несколько меньших производственных поставщиков электроэнергии были сформированы четыре больших. Вопрос «здоровой» конкуренции, как кажется, был решен. Но, согласно управлению английскими генерирующими компаниями, в аналогичной ситуации было чрезвычайно трудно провести работу с инвесторами, поскольку денежные средства были инвестированы в одну компанию, а уже должны были возвратиться из нескольких. Такая ситуация не могла не иметь неблагоприятный эффект на уровне инвестиций в электроэнергетику Англии.
Такие здесь уроки «свободного конкурентного рынка». В первую очередь, любая реформа требует тщательного и серьезного предварительного исследования. Любая реформа не выполняется без разработанных заранее правовых рамок. Реформа, по сути, не является панацеей и не гарантирует непосредственного поступления инвестиций с внешней стороны, не из местного капитала, без соблюдения других требований (в первую очередь, точного налогового права и законов, гарантирующих безопасность инвестиций). Реструктурирование и увеличение эффективности в отрасли не означает выполнение общей приватизации вообще.
Глава 2. Электроэнергетика в России
2.1 Обзор отрасли электроэнергии Российской Федерации
Электроэнергетика является одной из основных отраслей экономики России и одной из нескольких естественных монополий. Теперь в России больше чем 700 тепловых и гидравлических электростанций и 9 ядерных функций. Доступный производственный потенциал полностью предоставляет тепловую и электрическую энергию промышленным предприятиям и населению России. Основные предметы энергетической системы России:
• РАО « России»;
• 74 региональные энергетические компании, которые выполняют поставки электрической и тепловой энергии потребителю на всей территории Российской Федерации;
• 34 крупные электростанции - отделения или дочерние компании России RJSC;
• 9 атомных электростанций (8 станций находятся под контролем государственного предприятия),
• больше чем 300 организаций, служащих главному технологическому процессу и развитию в ЕЭС России.
Отделение электроэнергии России занимает 4-е место в мире на номинальной мощности после США, Китая и Японии. Общая номинальная мощность российских электростанций в 2001 составила 213,9 миллионов кВт. Номинальная мощность электростанций холдинга РАО ЕЭС составила 155,1 миллионов кВт (72,5% общей номинальной мощности электростанций России). Главными типами топлива, используемого производством электроэнергии, являются газ, угль, горючее. В данный момент газовая акция в общей структуре топливного баланса России делает больше чем 60%, приблизительно 35% - уголь и 5% - горючее.
Так как в последние годы в газовой отрасли были отрицательные тенденции, связанные со снижением объемов в производстве, недостаточным финансированием новых месторождений газа, то в будущем поставки газа к теплоэлектростанциям сократятся. Угольная доля в топливном балансе, соответственно, будет увеличена.образование электроэнергетчного капитала
В целом по России возможно отметить положительную тенденцию увеличиться в производстве электроэнергии. Так, с 1998 года наблюдается прирост производства электроэнергии после восьми лет его уменьшения, в 1999 рост сделал 102,3% к уровню 1998, и в 2000-103,5%.
Несмотря на то, что формально региональные энергетические компании независимы, фактически регулирование тарифов происходит под влиянием местных органов власти. Местные власти имеют право, работающее в пользу потребителей, чтобы рекомендовать региональным комиссиям запретить резкое увеличение тарифов. Политика контроля тарифов на энергиию, к которой стремится РЭК в одновременном увеличении цен в других отраслях, привела к факту, что темпы роста тарифов для промышленных потребителей в целом по России отстают от темпов роста индекса цен в отрасли. С августа 1998 до декабря 2000 увеличение цен в отрасли составило 276,2%, и увеличение тарифов для электроэнергии для крупных промышленных потребителей - 181,2%. Поскольку тот же рост периода потребительских цен составил 279,9%, и тарифы для электроэнергии для населения - 233,4%. Но возможно отметить, что в 2001 ситуация с тарифами немного улучшилась. В течение года тарифы несколько раз поднимали. Средний тариф для электроэнергии рос на 38% по сравнению с предыдущим годом, и тариф для тепла увеличился на 26%.
На сегодняшний день вопрос состояния главных производственных мощностей в электроэнергетике является особенно острым. По данным РАО ЕЭС России в 2001 износ производственных мощностей достиг 40%, включая линии электропередачи - 35,6%. подстанции - 63,1%, здания и строительства - 23,1%, устройства защиты реле и автоматическое оборудование - 44%. Практически выработали свой ресурс 25% энергоблоков и более 40% не блочного оборудования. В целом износ России основных средств составляет 52%. Почти одна треть электроэнергии в стране разработана на оборудовании, технические нормы которых были заложены за 30-40 лет. Трудовой стаж многих объектов генерации находится в лимитах 50 - 60 лет. Сохранение в работе устаревшего оборудования увеличивает количество чрезвычайных ситуаций, отражается в надежности работы электростанций, ведет к увеличению в расходах топлива и затратах для ремонта оборудования, в увеличении потерь электроэнергии в сетях.