Файл: Ответственность за нарушение договорных обязательств (Понятие обязательства по современному гражданскому законодательству).pdf

В РФ определение обязательства является законодательным, ввиду того что содержится в ст. 307 ГК РФ. Определение легальной конструкции обязательства, мы можем найти в п.1 ст. 307 ГК РФ: «Обязательство - это гражданское правоотношение, в силу которого одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а другая сторона - кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности».^[5]

Однако рядом ученых данное классическое определение обязательства признается несовершенным. Так, к примеру, О.С. Иоффе не считал нужным в него включать примерный перечень действий должника, на которые кредитор вправе притязать (передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги). Самой природой общих понятий, как подчеркивал О.С. Иоффе, не допускается использование ни примерного, ни исчерпывающего перечня. Кроме того, им не одобрялось воплощение альтернативы в научном понятии: совершение действия или воздержание от него. Она считалась им неточной, ибо, по его мнению, должник всегда обязывается либо только к активным действиям, либо также к воздержанию от определенных действий, но непременно сопутствующему активной деятельности, а не заменяющему ее.^[6]

Сегодня рядом авторов в своих определениях буквально воспроизводится законодательная формулировка. Другие авторы уточняют, что обязательство представляет собой относительное гражданское правоотношение. По мнению третьих, действия должника связаны с перемещением имущества и иных имущественных результатов труда, или товарным обменом. Новые, так необходимые в новых условиях динамики рыночных отношений современной России классические работы в области обязательственного права, к сожалению, почему-то не формулируются. На мой взгляд, представляется необходимым сформулировать общее доктринальное определение обязательства.

Во-первых, им должно констатироваться наличие гражданско-правовой связи между кредитором и должником, как конкретных участников гражданского оборота. Так будет отмечен такой нюанс, что эта связь санкционирована гражданским законом.

Во-вторых, следует сделать акцент на праве требования кредитора, потому что существо обязательства заключается именно в этом праве. И не случайно дореволюционной цивилистикой предлагалось именовать обязательство правом требования или правом на чужие действия. Также немаловажно, что формальной возможностью требовать определенного поведения от должника, обладает именно кредитор. Данные обстоятельства, которые связаны с существом обязательства, обязательно должна учитывать его дефиниция.

В-третьих, я считаю, что необходимо отказаться не только от перечисления возможных действий, которые вправе требовать кредитор, но и от самого термина «действие». Кредитор требует удовлетворения своего интереса от должника. При этом альтернативу, которую О.С.Иоффе так не одобрял (действие или воздержание от действия) желательно исключить из формулировки, поскольку предоставление может заключаться не только в активных действиях, но и одновременно в воздержании от них. Предоставление, на которое кредитор может рассчитывать, всегда вполне определенно. Ф.К.Савиньи писал о двух признаках обязательственных действий, рассматривая понятие обязательства, и именно их объем и продолжительность. Следовательно, в определении стоит подчеркнуть, что предоставление характеризуется для кредитора определенным объемом и продолжительностью. Если нами будет указано в дефиниции, что кредитор требует предоставления, этим мы подчеркнем право на обязательственную деятельность должника. Должник же в итоге предоставляет исполнение, обеспечивая достижение цели обязательства.

В-четвертых, желательно в определении разрешить давний спор цивилистов по поводу того, должно ли обязательство иметь исключительно имущественный характер.^[7]

Считаю необходимым отметить, что ни в ныне действующем легальном определении обязательства (п. 1 ст. 307 ГК РФ), ни в любом ином положении общей части обязательственного права не содержится каких-либо (прямых или косвенных) указаний, которые бы опровергали возможность существования неимущественных обязательств. Современным же оборотом демонстрируются их многочисленные примеры. Так, неимущественные (организационные) обязательства вытекают из предварительного договора (ст. 429 ГК РФ). В сфере корпоративных отношений широкое распространение получили соглашения, по которым акционеры (участники) на себя принимают обязательства единообразно голосовать по тем или иным вопросам, выдвигать единых кандидатов в органы управления общества и т.д.^[8]

В большом количестве случаев обязанности должника сводятся к совершению активных («положительных») действий – передать имущество, выполнить работу, оказать услуги и т.д. Однако самим легальным определением (п. 1 ст. 307 ГК РФ) подчеркивается принципиальная возможность существования «отрицательных» обязательств, где состоит обязанность должника в воздержании от определенного действия. Чаще всего такие обязательства, дополняя обязательства «положительные», носят вспомогательный характер. Так, например, изготовитель в рамках дистрибьюторского соглашения может дать обязательство не поставлять другим покупателям, действующим на той же территории аналогичные товары. Возможность заключения подобных соглашений напрямую предусмотрена п. 2 ст. 990, ст. 1007, 1033 ГК РФ. Вместе с тем возможны обязательства, при которых должник обязывается исключительно к пассивному поведению. Так, например, сторонами может быть достигнута договоренность о воздержании от конкуренции, участником судебного спора, может быть заключено соглашение с известной адвокатской фирмой, по которому за определенное вознаграждение фирма обязуется не защищать другую сторону в суде, соответственно, интерес кредитора может быть не только имущественным, но и неимущественным. Подобный подход приведет к практическому разрешению долгой теоретической дискуссии.^[9]

Исходя из сформулированных положений, мы можем дать следующее определение: «Обязательство – это юридически закрепленная гражданско-правовая связь между конкретными участниками гражданского оборота, в силу которой кредитор вправе требовать удовлетворения как имущественного, так и неимущественного интереса в определенном объеме и продолжительности за счет обязанности к исполнению должника в его пользу». Нередко термином «обязательство» обозначают также:

• обязанность (долг) должника;
• документ, в котором эта обязанность фиксируется.

1.3 Понятие ответственность

К проблемам ответственности общая теория государства и права обратилась после того, как два вида ответственности – имущественная и уголовная получили наибольшую разработку.

Категория «ответственность» в современной правовой действительности пронизывает всю законодательную систему РФ. Одновременно с этим, в самых различных отраслях законодательства РФ, а тем более в тех, где соответствующие Кодексы (ГК, УК, УПК и ТК РФ, ГПК РФ, КоАП и др.) являются стержневой основой, легального определения ответственности мы не увидим. Понятие юридической ответственности представляет собой удел теории и ученых исследователей. Как известно, законодателем также не дается легальных понятий «гражданская ответственность» или «гражданско-правовая ответственность», «уголовная ответственность». В словаре русского языка, мы можем встретить следующее определение: «Ответственность – обязанность, необходимость давать отчет в своих действиях, поступках и т.п. и отвечать за их возможные последствия, за результат чего либо». Однако, это не юридическое понятие, а «обиходное», как, же определяют юридическую ответственность в специализированной литературе?^[10]

В литературе, наряду с «ответственностью», «юридической ответственностью», выделяют понятие «социальной ответственности». Социальная ответственность – диалектическая взаимосвязь между личностью и обществом, которая характеризуется взаимными правами и обязанностями по соблюдению предписаний социальных норм, их выполнение, влекущее одобрение, поощрение, а в случаях безответственного поведения, несоответствующего предписаниям этих норм, - обязанность претерпеть неблагоприятные последствия и их претерпевании. Социальная и юридическая ответственность друг к другу соотносятся как категория рода и вида. Юридическая ответственность представляет собой феномен социальной действительности.

Примерно с 1960 г. и до настоящего времени, о юридической ответственности было опубликовано немало статей, сборников, монографий и имеется ряд несомненных достижений в разработке ее тематики. Но и само понятие ответственности, и ряд ее узловых проблем – предмет споров, которые не прекращаются много лет, в процессе которых закономерно выявилась настоятельная потребность разработки ряда методологических вопросов.^[11]

Итак, существуют различные концепции юридической ответственности. Одними авторами под юридической ответственностью понимается обязанность отвечать (или дать отчет) за свои противоправные действия, другими – обязанность претерпевать определенные лишения. То есть, ответственность определяется через категорию «обязанность». Как отмечают Черданцев А.Ф., Кожевников С.Н., «юридическая обязанность как абстрактная категория юридической науки и практики - это мера должного поведения, обеспеченная государством. Юридическая ответственность как разновидность обязанности, следовательно, - также мера должного поведения субъектов, принудительно обеспеченная». А также: «Юридическая ответственность есть разновидность обязанности, наступающей при наличии определенных деяний или их результатов, отрицательно оцениваемых законодателем и очерченных в нормах права. Такая обязанность выступает как мера определенных неблагоприятных для субъекта лишений, ограничений личного и имущественного характера».

С.Н. Братусь в своих трудах отмечает, что юридическая ответственность равноценна обязанности, но принудительно исполняемой. Он в своих рассуждениях приходит к выводу о том, что общая обязанность всех и каждого удерживаться от причинения имущественного вреда другому лицу, по своему характеру приравнивается к обязанности не совершать правонарушения. При нарушении этой обязанности возникает другая, уже не пассивная обязанность, а активная по возмещению ущерба конкретному лицу – потерпевшему, с целью восстановить нарушенное равновесие, а также привести в такое состояние имущественное положение потерпевшего, в каком оно находилось до нарушения права. Добровольное исполнение данной обязанности способствует прекращению возникшего правоотношения. В том случае если не произойдет исполнения, то эта обязанность будет реализована принудительным способом

Трактовка ответственности как обязанности, в современном правопонимании, представляется неудачной. Исходя из подобной трактовки, пришлось бы признать и тот факт, что правовая ответственность существует и в том случае, когда правонарушитель не установлен или если он избегает применения к нему санкций и не претерпевает никаких лишений за свое противоправное поведение. При таком понимании ответственности, ее суть ставится в зависимость от применения принудительных мер воздействия, чем создается неверное представление, будто ответственности нет без наказания.

Другими исследователями юридическая ответственность определяется как реализация санкции. Но хотелось бы отметить, что данное определение верно лишь для имущественной ответственности, где из факта правонарушения возникают соответствующие обязанности правонарушителя (на основе санкций) и могут быть выполнены добровольно. Однако оно для уголовной, административной, дисциплинарной ответственности не подходит, т.к. применению санкции (и тем более ее реализации) предшествует официальное обвинение в совершении правонарушения определенного лица и управомоченными на, то государственными органами и должностными лицами исследуются обстоятельства дела.

Юридическую ответственность определяли и как применение (возложение) мер государственно-принудительного характера, а также – сами меры государственного принуждения или реакцию государства на нарушение правовых норм, то есть на совершение правонарушения. Правовая ответственность имеет по отношению к правонарушителю, внешний государственно-принудительный характер. По мнению О. С. Иоффе и М. Д. Шаргородского, она является мерой принуждения к соблюдению норм права, которая применяется органами государства к тем, кто эти нормы нарушает; юридические последствия, с мерами государственного принуждения не связанные, относить к области правовой ответственности нельзя. Между тем, хотелось бы отметить, что сторонникамии данной точки зрения из внимания упускается то, что юридическая ответственность и государственное принуждение – разные понятия по своему объему. Кроме того, словом «мера» затрудняется дифференциация ответственности и ее видов как таковых, которые также называются мерами. Более того, ведь наказание определяется в свою очередь как государственное принуждение. Выходит, что и ответственность, и наказание – одно и то же. Подобное отождествление, на мой взгляд, недопустимо. Также, давая характеристику вышеуказанной точки зрения на понятие юридической ответственности и ее содержание, я бы хотел отметить, что она (как и большинство других точек зрения) была высказана в советский период государства и права – в начале 60-тых десятых годов. В различных отраслях права, и в гражданском, в том числе, доминирующую роль играли интересы государства, включая и пониженную его ответственность в самых различных правоотношениях по сравнению с гражданами и структурами иной формы собственности.^[12]