ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 09.08.2020
Просмотров: 3415
Скачиваний: 4
4. Особым видом перевода долга на третье лицо и притом без согласия кредитора является страхование пенсий в следующих .случаях.
1) При ликвидации юридического лица (государственного учреждения или предприятия, кооперативной или иной общественной- организации), производящего выплаты пенсионных платежей в возмещение ущерба, причиненного жизни или здоровью лица на основании ст. ст. 403—404, 413—414 ГК РСФСР, ликвидком обязывается судом к заключению с Госстрахом договора страхования пенсий в пользу лица (или лиц), которому производятся соответствующие выплаты по решению суда102.
Капитализированная сумма пенсии передается Госстраху, который принимает на себя обязанность производства периодических платежей в пользу потерпевшего или его семьи пожизненно или до установленного в решении срока. Как указывает В. К. Райхер, здесь «совершается... перемена в лице пенсионного должника: вместо ликвидируемой организации таковым становится Госстрах; при этом в отличие от обыкновенного перевода долга (ст. 126 ГК РСФСР), такая перемена совершается без согласия кредитора, как никоим образом не затрагивающая его интереса».103
Высказанные сомнения относительно того, является ли данный вид страхования104 подлинным страхованием, поскольку в нем отсутствует «страховой случай», для настоящего исследования не .имеют существенного значения. Сходство со страхованием здесь имеется хотя бы по признаку наличия риска и условности обязанности страховщика. Прекращение обязанности страховщика поставлено в зависимость от наступления отменительного условия — смерти потерпевшего или иного обстоятельства, приводящего к прекращению обязанности Госстраха. Страхование и в этом случае является условной сделкой только не с отлагательным, а с отменительным условием105. Смерть застрахованного является в данном виде страхования «страховым случаем» особого рода.
Отрицание наличия условия в страховом правоотношении является общим мнением советской цивилистической науки, а между тем только уяснение условного характера обязанностей страховщика позволяет правильно понять ряд их особенностей. Именно условность договора страхования пенсий и наличие в нем своеобразного «страхового риска» связывает его с институтом страхования,
2) В соответствии с указанием постановления 36-го Пленума Верховного Суда СССР от 22 февраля 1932 г. «О порядке взыскания с иностранных пароходств возмещения за увечье или смерть, причиненные гражданам СССР»,106 постановление ЦИК и СНК СССР от 23 ноября 1927 г. «О капитализации пенсий и платежей, причитающихся с ликвидируемых предприятий за увечье или смерть» применяется по аналогии также при взыскании с иностранных пароходств возмещения за увечье или смерть, причиненные гражданам СССР.
В данном случае также обеспечивается потерпевшему или членам семьи, находившимся на его иждивении, регулярное и надежное получение периодических платежей при недопущении в то же время капитализированной выплаты этих платежей потерпевшему или его иждивенцам. Особенностью здесь является то, что присуждение сразу направлено на обязание ответчика к заключению с Госстрахом договора страхования пенсий в пользу застрахованного (застрахованных) истца (истцов). Госстрах так же, как и при ликвидации организации плательщика, принимает на себя обязанность ответчика по производству платежей в пользу истцов.
5. Форма уступки требования и перевода долга определена ст. 128 ГК РСФСР. Согласно данной статье уступка требования и перевод долга должны быть совершены, поскольку в законе нет специальных указаний, в форме, установленной для договоров вообще. Уступка требования или перевод долга, вытекающих из договора, совершенного в письменной форме, во всяком случае должны быть облечены в такую же форму.
Таким образом, договоры об уступке требования и переводе долга на сумму свыше 50 руб. должны быть совершены в письменной форме за исключением случаев, особо предусмотренных законом (ст. 136 ГК РСФСР). Несоблюдение этого правила лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение договора на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные доказательства (примечание к ст. 136 ГК РСФСР).
Специальные указания ст. 211 ГК РСФСР, устанавливающей, что договор займа на сумму свыше 5 руб. должен быть совершен в письменной форме под страхом, последствий, предусмотренных в примечании к ст. 136, соответственно относится и к уступке заемного требования и к переводу долга по договору займа.
Перевод долга на Госстрах путем заключения договора страхования пенсии на основании ст. 379 ГК РСФСР должен быть совершен в письменной форме под страхом его недействительности, как и всякий другой договор страхования.
6. В некоторых случаях, предусмотренных законом, уступка требования происходит при наличии сложного юридического состава, в основе которого лежит другое обязательственное правоотношение. При этом уступка требования является результатом исполнения обязанности одной из сторон другого обязательства или же входит непосредственно в состав этого исполнения.107
Среди таких случаев следует прежде всего указать на исполнение обязательства поручителем за главного должника. В силу ст. 246 ГК РСФСР поручитель, исполнивший обязательство вместо должника, становится на место кредитора по главному обязательству. Юридическим фактом такого перехода права требования является исполнение обязательства поручителем. На основании ст. 243 ГК РСФСР этот результат не наступает, если должник тоже исполнил обязательство, не будучи уведомлен поручителем об его намерении уплатить долг за главного должника. Тогда у поручителя возникает требование к кредитору о возврате полученного им повторного исполнения.
Сходное положение имеет место в договоре страхования имущества. На основании ст. 81 Основ гражданского законодательства СССР и союзных республик и ст. 395 ГК РСФСР к страховщику, уплатившему страховую сумму, переходят в пределах этой суммы притязания и права, которые имеет страхователь или выгодоприобретатель к третьим лицам о возмещении им тех убытков, на покрытие которых выдана страховая сумма. При этом, если страхователь или выгодоприобретатель откажется от такого притязания или права по отношению к третьим лицам, то страховщик освобождается от обязанности уплаты соответствующей страховой суммы. Если, следовательно, страхователь или выгодоприобретатель реализовал право распоряжения своим требованием путем отказа от него, он лишается права на получение возмещения от страховщика. Очевидно, такой же результат наступит при осуществлении страхователем или выгодоприобретателем своего права на взыскание возмещения убытков. И в этом случае выгодоприобретатель лишится права на возмещение от страховщика, так как страхование имеет своей целью возмещение ущерба, а не обогащение.
Третий случай такого производного правопреемства связан с исполнением договора комиссии.108
На основании п. «в» ст. 275-е ГК РСФСР комиссионер обязан:
В) по окончании поручения по требованию комитента передать последнему все обязательства против третьих лиц, вытекающие из договора комиссии. Ведь в силу ст. 275-в ГК РСФСР по договору комиссионера с третьим лицом приобретает права и становится обязанным комиссионер, а не комитент, хотя бы комитент и был назван в договоре или вступила непосредственные отношения с третьим лицом по исполнении договора, заключенного комиссионером с этим лицом. Это означает, что обязательственные последствия договоров, заключенных комиссионером во исполнение комиссионного поручения, наступают для комиссионера, а не для комитента. В то же время все вещноправовые последствия в силу ст. 275-г наступают для комитента, хотя стороной отчуждательно-приобретательной сделки значится не он, а комиссионер.
Вышеприведенная норма — п. «в» ст. 275-е дает право комитенту потребовать от комиссионера перевода на него также и обязательственных последствий исполнения договора комиссии в целом или в определенной части. Это требование обязательно и для комиссионера, и для соответствующего третьего лица.
7. Большой интерес представляет правопреемство в двустороннем обязательстве, т. е. в обязательстве, каждая из сторон которого является одновременно кредитором и должником, поскольку на каждой, стороне лежат права и обязанности (ср. ст. 139 ГК РСФСР и примечание к ней). Это означает, что замена любой стороны двустороннего обязательства имеет одновременно черты уступки требования и перевода долга.
Последнее обстоятельство с неизбежностью выдвигает требование согласия другой стороны, основанное на ст. 126 ГК РСФСР, если иное не предусмотрено законом.
Такое требование должно быть предъявлено при передаче нанимателем своих прав и обязанностей другому лицу с выбытием из обязательства (перенаем). При перенайме необходимо согласие наймодателя на вступление в договорное обязательство нанимателя.109
Это требование не может быть предъявлено в договоре поднайма (ст. 168 ГК РСФСР), в котором нет правопреемства, поскольку наниматель остается ответственным по договору перед наймодателем. Поднаниматель не вступает в обязательственное правоотношение с наймодателем. Стороной в договоре найма остается наниматель.
Таким образом, юридический состав правопреемства при перенайме включает волеизъявления трех лиц: нанимателя прежнего, нанимателя нового и наймодателя, направленные на смену нанимателя в данном договоре найма.
Иначе и при других обстоятельствах происходит измерение наймодателя в договоре найма. Фигура наймодателя связана с правом собственности, правом оперативного управления на вещь, сданную в наем. Именно поэтому изменение наймодателя , имеет место при перемене собственника предмета найма.
На основании ст. 54 Основ гражданского законодательства СССР и союзных республик: «При переходе права собственности на сданное в наем имущество от наймодателя к другому лицу договор найма сохраняет силу для нового собственника. Договор найма сохраняет силу и при переходе имущества от одной государственной организации (наймодателя) к другой». Статья 56 Основ распространяет это положение соответственно на договор найма жилого помещения. Таким образом, в Основах получила дальнейшее уточнение и развитие норма, предусмотренная ст. 169 ГК РСФСР.
Ввиду этого переход права собственности на строение не создает для нового собственника права требовать выселения съемщиков, проживающих на основании договоров найма, заключенных с бывшим собственником.110 Статья 169 ГК РСФСР сохраняет свою силу и в тех случаях, когда дом куплен государственным учреждением, предприятием или общественной организацией111.
Как отмечено, выше, этот вопрос положительно разрешен, ст. 54 Основ гражданского законодательства СССР и союзных республик в том смысле, что на приобретателя права собственности на жилой дом и другие объекты при любом основании приобретения переходят права и обязанности по заключенному его правопредшественником договору имущественного найма.
Юридическим фактом, приводящим к правопреемству, в обязательстве имущественного найма (на стороне наймодателя) является переход права собственности или права оперативного управления на объект найма от наймодателя к другому лицу. Этот переход может произойти по любому договору отчуждения (купле-продаже, мене, дарению), в порядке наследования по закону или по завещанию, на основании судебного или административного акта (например, при передаче строения от одного госоргана к другому при конфискации), вообще—на основании производного правоприобретения.
Дело в том, что сдача имущества в наем порождает вещное право владения нанимателя, а следовательно, вещное обременение сданной в наем вещи.
Поэтому продавец обязан поставить в известность покупателя не только о лежащих на отчуждаемом имуществе залоговых обременениях, но также о договорах найма, имеющих предметом данное имущество (ст. 200 ГК РСФСР). Таким образом, учитывается привязка этого обременения к сданной в наем вещи, вещный характер права владения нанимателя (ст. 29 Основ гражданского законодательства СССР и союзных республик, ст. 170 ГК РСФСР). При этом незнание покупателя о том, что покупаемое им имущество сдано в наем, не имеет значения. Действие ст. 169 ГК РСФСР от этого не зависит.
Необходимо иметь в виду, что договор найма сохраняет силу на основании ст. 169 ГК РСФСР при переходе права собственности к другому лицу, лишь если договор был заключен именно с собственником, действующим добровольно, и без заблуждения (вообще при отсутствии так называемых пороков воли, ст. 32 ГК РСФСР). В противном случае договор найма не может сохранить силу, которой он собственно не имел и до смены собственников нанятого имущества. Таким образом, права нанимателя, приобретенные по договору с неуправомоченным отчуждателем сданной в наем вещи не имеют и не имели силы.112 Именно поэтому они не могут возлагать обязанность на нового собственника.
Особо решается вопрос по ст. 169-а ГК РСФСР. На основании данной статьи: «В случае передачи земельного участка, на котором находится строение, в бессрочное пользование учреждениям, предприятиям или организация обобществленного сектора имеющийся арендный договор о предоставлении права пользований этим строением теряет силу. При этом все обязательства арендатора перед третьими лицами (таким образом, и по договорам жилищного найма.—Б. Ч.), связанные с пользованием данным строением, переходят на бессрочного пользователя земельного участка». Поскольку предоставление участка имело место для целей капитального строительства и приводило к сносу имеющихся на участке строений, на организацию-застройщика возлагается обеспечение выселяемых жильцов .сносимых жилых домов соответствующими жилыми помещениями.
Постановлением Совета Министров СССР от 15 декабря 1961 г. «О порядке возмещения гражданам стоимости принадлежащих им строений, сносимых в городах, поселках городского типа и других населенных пунктах в связи с отводом земельных участков для государственных и общественных надобностей» предусмотрено предоставление жилой площади по существующим нормам постоянным пользователям, проживающим не менее года в строениях, подлежащих сносу. Жилая площадь предоставляется выселяемым гражданам в домах местных Советов депутатов трудящихся; а если земельные участки отводятся предприятиям, организациям и учреждениям для строительства жилых домов, жилая площадь предоставляется в домах этих предприятий, организаций и учреждений.113
Таким образом, переход на бессрочного пользователя-застройщика обязанностей наймодателя по договорам жилищного найма связан с преобразованием этой обязанности в обязанность предоставление выселяемым жилой площади взамен той, которую они занимали.
8. Правопреемство в двухстороннем обязательстве имеет место также при обмене жилой площади предусмотренном ст. 60 Основ гражданского законодательства СССР и союзных республик. Статья 28 постановления ЦИК и СНК СССР от 17 октябре 1937 г. «О сохранении жилищного фонда и улучшений жилищного хозяйства в городах» (СЗ СССР 1937 г. № 69, ст. 314) предоставляет съемщикам «жилых помещений право обмена занимаемой ими площади с другими съемщиками, со взаимной передачей прав и обязанностей по договорам аренды, лишь с разрешения жилищного управления местного Совета или соответственно—государственного учреждения, предприятия и общественной организации, владеющих или арендующих дом».114
Таким образом, при обмене жилой площади происходит замена сторон в двух договорных обязательствах жилищного найма.115 Юридический состав такого правопреемства определен ст. 28 закона 17 октября 1937 г. и инструкцией Министерства коммунального хозяйства от 20 июня 1959 г. «Об условиях и порядке обмена жилыми помещениями в домах местных Советов, государственных учреждений, предприятий и общественных организаций».116