ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 22.10.2020
Просмотров: 896
Скачиваний: 1
Иная квалификация предлагается в случаях тайного хищения ценных бумаг на предъявителя, т.е. таких ценных бумаг, по которым удостоверенное ими право может осуществить любой их держатель: облигации, векселя, акции, банковские сберегательные книжки на предъявителя или иные документы, отнесенные законом к числу ценных бумаг. Такие действия рекомендуется квалифицировать как кражу чужого имущества.
Последующая реализация прав, удостоверенных тайно похищенными ценными бумагами на предъявителя, т.е. получение денежных средств или иного имущества, представляет собой распоряжение похищенным имуществом и поэтому не требует дополнительной квалификации как кража или мошенничество (согласно п. 10 Постановления Пленума).
Заслуживает внимания следующий вопрос: необходима ли дополнительная квалификация по ст. 173 УК хищения чужого имущества, если оно совершено путем создания лжепредприятия? В научной литературе по этому вопросу высказывались различные мнения <6>. В п. 8 Постановления этот вопрос разъясняется с учетом того, что лжепредпринимательство относится к числу материальных составов, поскольку обязательным условием наступления уголовной ответственности за совершение этого преступления является причинение крупного ущерба. Таким образом, если квалифицировать указанное деяние по совокупности преступлений, то один и тот же причиненный хищением ущерб будет повторно вменен и как ущерб, причиненный в результате создания лжепредприятия. К тому же очевидно, что ущерб причиняется не собственно созданием такого предприятия, а в результате последующих действий его создателей, направленных на получение имущественной выгоды. С учетом этого представляется обоснованной позиция, в соответствии с которой создание лжепредприятия, имеющего целью хищение чужого имущества или приобретение права на него, полностью охватывается составом мошенничества. Самостоятельная квалификация лжепредпринимательства по ст. 173 УК согласно п. 8 Постановления Пленума необходима лишь в тех случаях, когда имеет место его реальная совокупность с мошенничеством, т.е. когда виновный получает дополнительную, не связанную с хищением имущественную выгоду (например, если созданное виновным лжепредприятие использовалось им также в целях освобождения от налогов или прикрытия запрещенной деятельности, при условии, что в результате указанных действий, не связанных с хищением чужого имущества, был причинен крупный ущерб, предусмотренный в ст. 173 УК).
--------------------------------
<6> См.: Лопашенко Н. Разграничение лжепредпринимательства и мошенничества // Законность. 1997. N 9; Гаухман Л.Л., Максимов С.В. Указ. соч. С. 153 - 154; Волженкин Б.В. Экономические преступления. СПб., 1999. С. 104 - 105.
Надо отметить, что это разъяснение соответствует имеющейся судебной практике.
Так, в ходе судебного разбирательства по уголовному делу в отношении А. и Т. суд установил, что А. в целях хищения чужого имущества создал организации ООО "Стиль-М", ООО "Альтернатива", ЗАО "Стиль-Центр", ООО "Фортуна-Н", руководство которыми возложил на себя и Т., а также еще семь других предприятий, формальное руководство которыми возложил на иных лиц. Впоследствии А. и Т. через сотрудников возглавляемых ими фирм организовали сбор денежных средств граждан под видом их долевого участия и инвестирования в строительство жилья с последующим его получением, а также под видом использования денег граждан в строительстве жилья. Никому из граждан обещанное жилье предоставлено не было, а взамен денежных средств, полученных от граждан, передавших свои средства под проценты, им были выданы ничем не обеспеченные векселя, учет которых, как и полученных денежных средств, обращенных виновными в свою пользу, не велся.
Содеянное, включая создание указанных коммерческих организаций, было квалифицировано по приговору Ростовского областного суда от 7 июля 2005 г. как мошенничество, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, с использованием своего служебного положения.
В п. 9 названного Постановления Пленум также указал на отсутствие совокупности преступлений в случаях, когда лицо осуществляет незаконную предпринимательскую деятельность путем изготовления фальсифицированных товаров (спиртосодержащих напитков, лекарств и т.п.) и торговли ими. Содеянное в подобных случаях охватывается составом мошенничества и не требует дополнительной квалификации по ст. 171 УК.
Общее определение фальсифицированных товаров в законодательстве отсутствует. Однако для отдельных видов товаров такое понятие предусмотрено, в частности Федеральным законом от 2 января 2000 г. N 29-ФЗ "О качестве и безопасности пищевых продуктов", где установлено, что фальсифицированные пищевые продукты, материалы и изделия - это пищевые продукты, материалы и изделия, умышленно измененные (поддельные) и (или) имеющие скрытые свойства и качество, информация о которых является заведомо неполной или недостоверной (ст. 1). Согласно ст. 4 Федерального закона от 22 июня 1998 г. N 86-ФЗ "О лекарственных средствах" (в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ) фальсифицированное лекарственное средство - это лекарственное средство, сопровождаемое ложной информацией о составе и (или) производителе лекарственного средства <7>.
--------------------------------
<7> СЗ РФ. 2000. N 2. Ст. 150; СЗ РФ. 1998. N 26. Ст. 3006; СЗ РФ. 2004. N 35. Ст. 3607.
С учетом изложенного подхода законодателя к определению фальсифицированных товаров представляется возможным согласиться с позицией И.Н. Соловьева, который считает, что фальсифицированной является продукция, реализуемая "...под видом известных потребителям торговых марок, вводящая потребителя в заблуждение относительно ее качества и потребительских свойств, произведенная с нарушением санитарных норм и (или) технологии производства, наносящая ущерб добросовестному производителю и потребителям" <8>.
--------------------------------
<8> Соловьев И.Н. Налоговые преступления в торговле. Комментарий к проверкам и уголовным делам // Налоговый вестник. 2001. N 6.
Осуществляя незаконную предпринимательскую деятельность путем фальсификации товаров и их реализации, виновный обманывает потребителей относительно качеств и иных характеристик товара, влияющих на его стоимость. Исключение из УК специальной нормы (ст. 200), которой устанавливалась уголовная ответственность за обман потребителей, внесло значительные трудности в правоприменительную практику, связанные с вопросом о том, в какой степени декриминализированы деяния, состоящие в обмане относительно свойств и качества товаров. Представляется, что незаконная предпринимательская деятельность, заключающаяся в изготовлении фальсифицированных товаров и последующей торговле ими под видом подлинных, подпадает под действие ст. 159 УК, поскольку в данном случае имеет место обман в предмете сделки, которая совершается под влиянием заблуждения покупателя. Учитывая, что полученное путем обмана имущество нельзя одновременно рассматривать и как доход, полученный лицом, осуществляющим незаконную предпринимательскую деятельность, содеянное должно квалифицироваться как мошенничество.
До принятия анализируемого Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в судебной практике не было единообразия в квалификации мошенничества, совершенного с использованием, т.е. с предъявлением или представлением в уполномоченные органы поддельных документов. Одни суды в подобных случаях не признавали наличия совокупности преступлений и квалифицировали содеянное по одной ст. 159 УК, считая, что в ней обман предусмотрен в качестве способа совершения преступления и для квалификации деяния не имеет значения, кем был подделан документ - лицом, совершившим мошенничество, или другим лицом.
Например, М., не имея полномочий по распоряжению квартирой, использовал фиктивные, изготовленные им самим и нотариально заверенные доверенности на право ее продажи, а также фиктивное решение суда о расторжении договора пожизненного содержания владельца недвижимости для продажи квартиры от имени ее владельца. Полученные в счет оплаты денежные средства покупателя М. использовал на собственные нужды. Осужденному вменялось хищение денежных средств путем обмана и злоупотребления доверием. По приговору Ленинского районного суда г. Пензы М. был осужден по ч. 3 ст. 159 УК. Таким образом, действия М., состоящие в изготовлении и использовании подложного документа, не получили самостоятельной юридической оценки, а были расценены как способ совершения мошенничества.
Ряд судов, напротив, полагает, что использование, а тем более изготовление или подделка документа лицом, совершившим мошенничество, в любом случае должны влечь уголовную ответственность по ч. 2 или ч. 3 ст. 327 УК, поскольку в данном случае имеется реальная совокупность преступлений, а действия, состоящие в подделке документов или изготовлении поддельных документов, не охватываются составом ст. 159 УК.
Примером такой позиции может служить приговор Старошайговского районного суда Республики Мордовия, которым Ч. осуждена по ч. 1 ст. 159, ч. 3 ст. 327, а также по ч. 4 ст. 33 и ст. 292 УК. Она признана судом виновной в хищении чужого имущества путем обмана, а именно в получении в отделении связи пенсии ее умершего отца с использованием заведомо подложного документа, а также в подстрекательстве к изготовлению поддельной справки, которая была выписана исполняющим обязанности главы сельского совета.
В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, на наш взгляд, нашла отражение наиболее обоснованная в теории уголовного права позиция, которая заключается в следующем. В том случае, когда лицо само подделало официальный документ, предоставляющий права или освобождающий от обязанностей, и путем обмана или злоупотребления доверием с использованием этого документа совершило хищение чужого имущества или приобрело право на него, содеянное должно квалифицироваться по совокупности преступлений, а именно по ч. 1 ст. 327 УК и соответствующей части ст. 159 УК. Таким образом, использование поддельного документа самим подделывателем или соучастником подделки охватывается ч. 1 ст. 327 УК и дополнительной квалификации по ч. 3 этой же статьи не требует <9>.
--------------------------------
<9> См.: Уголовное право. Общая и Особенная части: Учебник для вузов / Под ред. М.П. Журавлева и С.И. Никулина. 2-е изд. М.: Норма, 2008. С. 755.
Действия лица, подделавшего официальный документ с целью хищения, но по независящим от него обстоятельствам не сумевшего им воспользоваться, рекомендуется квалифицировать как совокупность преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 327 УК, и в соответствии с ч. 1 ст. 30 УК как приготовление к совершению преступления, предусмотренного ч. 3 или ч. 4 ст. 159 УК. Последняя рекомендация объясняется тем, что уголовная ответственность за приготовление предусмотрена лишь в отношении тяжких и особо тяжких преступлений.
Если же лицо использовало (предъявило или предоставило) поддельный документ в уполномоченные органы в целях получения чужого имущества или права на него, но по независящим от него обстоятельствам не смогло изъять имущество потерпевшего или получить права на чужое имущество, то содеянное рекомендуется квалифицировать как подделку документов и покушение на совершение мошенничества по ч. 1 ст. 327 УК и в зависимости от обстоятельств конкретного дела - по соответствующей части ст. 159 УК (п. 7 Постановления Пленума).
В Постановлении от 27 декабря 2008 г. N 51 Пленум Верховного Суда РФ разъяснил также ряд других актуальных вопросов судебной практики по уголовным делам о мошенничестве, присвоении и растрате. Реализация содержащихся в этом Постановлении рекомендаций будет способствовать выработке единообразного подхода судов к рассмотрению вопросов о квалификации исследуемых преступлений, повышению эффективности деятельности правоохранительных органов по борьбе с ними.
Документ
предоставлен КонсультантПлюс
ОПАСНЫЙ ВЕКСЕЛЬ
А. ИВАНОВ
Артем Иванов, аспирант Академии Генеральной прокуратуры РФ.
Рост преступности в сфере финансово-экономических взаимоотношений связан с наличием разнообразных постоянно совершенствующихся механизмов ухода от ответственности, сложностями в доказывании и отграничении преступлений от гражданско-правовых споров. Не является исключением и использование векселей, с помощью которых в последнее время совершается большая часть преступлений в кредитно-финансовой области.
Рост числа преступлений с использованием векселей обусловлен тем, что этот вид ценных бумаг активно применяется в нашей стране только с начала 90-х годов прошлого века и характеризуется недостаточным уровнем законодательной базы, регулирующей порядок сделок в сфере вексельных отношений, большой общественной опасностью данных преступлений и т.п. Потерпевшими от преступлений с векселями могут стать юридические лица, государственные и частные предприятия, имеющие значительные финансовые активы.
Расследование таких преступлений связано с рядом процессуальных, организационных и тактических проблем: сложность выявления и раскрытия преступлений, проблемы, возникающие при взаимодействии правоохранительных органов с другими контролирующими государственными органами, возбуждение уголовных дел и первоначальный этап расследования, определение предмета доказывания и сам процесс доказывания и т.д.
Еще до принятия решения о возбуждении уголовного дела по заявлению одного из хозяйствующих субъектов, чьи права нарушены, необходимо изучить как суть оспариваемых финансово-экономических требований, которые впоследствии не были исполнены, так и финансово-экономическое состояние деятельности сторон на момент начала финансово-экономических взаимоотношений и на момент предъявления требований в связи с неисполнением ранее достигнутых договоренностей.
Приемы обманщиков
Нередки случаи, когда юридические лица (потенциальные векселедатели), фактически являющиеся несостоятельными (банкротами) уже на стадии формирования финансово-экономических взаимоотношений с контрагентами (потенциальными векселедержателями), путем привлечения денежных средств дружественных или заинтересованных физических и юридических лиц в течение длительного времени входят в доверие с целью введения в заблуждение своих возможных контрагентов, привлечения их денежных средств и реализации своего преступного умысла. Подобные юридические лица зачастую осуществляют первоначальные выплаты процентов по ранее выданным векселям, тем самым пытаясь заверить в своей добросовестности.
Обычно после привлечения максимально возможных денежных средств контрагента такой векселедатель под любым предлогом прекращает какие-либо взаимоотношения с контрагентом (векселедержателем). После чего начинаются многолетние судебные тяжбы, в ходе которых векселедатель оспаривает законность нахождения векселей у векселедержателя, пытается истребовать их из якобы незаконного владения или обращается в суд с требованиями о признании векселей утраченными на основании заранее поданного в отделение милиции заявления о краже или утере, одновременно всячески мешая судебным органам в наложении ареста на денежные средства в целях обеспечения иска, в том числе путем внесения оспариваемых денежных средств на депозит нотариуса, открытый в дружественном или подконтрольном банке. Использование дружественных или подконтрольных банков часто является одним из способов совершения экономических преступлений, особенно когда речь идет о крупных денежных средствах.