ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 9968
Скачиваний: 10
См.: Постановление ЕСПЧ от 20.12.2011 по делу "Эргашев против Российской Федерации".
Напротив, допустимы формулировки прокуратуры и районного суда, не объявляющие заявителя виновным, а лишь указывающие на "наличие подозрения", которое является основанием для требования о выдаче и последующего решения о выдаче (см., например, Постановление ЕСПЧ от 04.11.2010 по делу "Султанов против Российской Федерации").
Презумпция невиновности не может препятствовать властям информировать общественность о ведущихся уголовных расследованиях, но она требует, чтобы власти делали это сдержанно и деликатно, как того требует уважение презумпции невиновности. Если в публикациях СМИ не упоминается имя какого-либо лица, не демонстрируются его фотографии и не содержатся утверждения официальных лиц о его вине, нарушение презумпции невиновности отсутствует (см. Постановление ЕСПЧ от 10.02.2011 по делу "Долгов против Российской Федерации").
4. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Однако, как отметил Конституционный Суд РФ, это не означает, что в случае отказа обвиняемого от участия в доказывании или неспособности по каким-либо причинам осуществлять его доказательства невиновности могут не устанавливаться и не исследоваться. То обстоятельство, что обвиняемый воспользовался названным конституционным правом, не может служить основанием ни для признания его виновным в инкриминируемом преступлении, ни для наступления каких-либо неблагоприятных последствий, связанных с применением процессуальных санкций, в том числе с ограничением возможности реализации им своих процессуальных прав (см. Постановление Конституционного Суда РФ от 29.06.2004 N 13-П). С этим положением корреспондирует его право не давать показаний (хранить молчание), а также отсутствие ответственности (в том числе уголовной) за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний. При этом молчание подозреваемого, обвиняемого не имеет юридического значения и не может быть истолковано как свидетельство виновности подсудимого (п. 6 ч. 3 ст. 340 УПК РФ).
Европейский суд по правам человека в своих решениях подчеркивает, что право не свидетельствовать против себя и право хранить молчание обеспечивает прежде всего уважение к намерению обвиняемого хранить молчание и предполагает, что обвинение по уголовному делу должно представить доказательства против обвиняемого, не прибегая к доказательствам, полученным методами принуждения или подавления вопреки воле обвиняемого (см. Постановления ЕСПЧ от 11.07.2006 по делу "Яллох против Германии", от 29.06.2007 по делу "О'Халлоран и Фрэнсис против Соединенного Королевства").
Право подозреваемого, обвиняемого не давать против себя показаний не распространяется на использование в уголовном разбирательстве материалов, которые могут быть получены от подозреваемого, обвиняемого принудительными методами, но которые существуют независимо от его желания, как то: образцы крови, мочи, содержание алкоголя в организме (см. Постановления ЕСПЧ от 25.02.1993 по делу "Функе против Франции", от 08.02.1996 по делу "Джон Мюррей против Соединенного Королевства").
Конституционный Суд РФ также отметил, что Конституция РФ не исключает возможность проведения различных процессуальных действий с участием подозреваемого или обвиняемого, а также использования документов, предметов одежды, образцов биологических тканей и проч. в целях получения доказательств. Уголовно-процессуальный кодекс РФ предусматривает возможность производства процессуальных действий (в том числе получения образцов для сравнительного исследования) и применения мер принуждения, связанных с ограничением права граждан на личную неприкосновенность, в целях защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (п. 1 ч. 1 ст. 6), обеспечивая обоснованность и соразмерность ограничений указанного права, а также требует судебного контроля за производством данных действий, предоставляя заинтересованным лицам право на судебную защиту их прав и свобод (см. Определение Конституционного Суда РФ от 24.09.2013 N 1298-О).
5. Бремя (обязанность) доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.
Уголовно-процессуальный кодекс РФ устанавливает ряд взаимосвязанных положений о том, что суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты (ч. 3 ст. 15), а бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения (ч. 2 ст. 14). Под "опровержением" следует понимать приведение соответствующих и достаточных доказательств, опровергающих приведенные доводы защиты. Не может быть признано опровержением приведение аргументов, опорочивающих доводы защиты. Например, указание на то, что свидетель, являющийся родственником подсудимого, пытается своими показаниями смягчить его ответственность, не является достаточным для опровержения доводов защиты о невиновности подсудимого. Возникающее сомнение в достоверности показаний должно быть проверено и опровергнуто с помощью другого доказательства. При этом все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в его пользу, и до полного опровержения его невиновности обвиняемый продолжает считаться невиновным (ч. ч. 1 и 3 комментируемой статьи).
Данные предписания основаны на положениях ст. ст. 49 и 123 Конституции РФ. Уголовно-процессуальный кодекс РФ устанавливает требования к доказыванию виновности лица и к оценке судом доказательств. Согласно ст. 17 УПК РФ оценка осуществляется судьей, присяжными заседателями, а также прокурором, следователем, дознавателем по их внутреннему убеждению (см. Постановление Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 N 30-П). Тогда как само внутреннее убеждение должно основываться на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, исходя из того, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Развивая данное положение, закон устанавливает, что признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинительного приговора только при подтверждении его другими доказательствами по делу (ч. 2 ст. 77 УПК РФ).
6. Вступивший в законную силу приговор не может предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле (ст. 90 УПК РФ).
Пленум Верховного Суда РФ указал, что, поскольку разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых, суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц; если дело в отношении некоторых обвиняемых выделено в отдельное производство, в приговоре указывается, что преступление совершено подсудимым совместно с другими лицами, без упоминания их фамилий (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебном приговоре").
7. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого (in dubio pro reo (лат.) - при сомнении - в пользу обвиняемого).
Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 вышеназванного Постановления подчеркивает, что "по смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.".
По этому вопросу см. также комментарий к ст. ст. 305, 343 УПК РФ.
8. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 указанного Постановления, "судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговора".
Требование о недопустимости основывать обвинительный приговор на предположениях не тождественно запрету на использование в процессе доказывания отдельных доказательств, имеющих вероятностный характер (см. Определение Конституционного Суда РФ от 21.10.2008 N 566-О-О).
Приговор, основанный на предположениях, подлежит отмене или изменению. Основанием отмены или изменения приговора в апелляционном порядке, в частности, является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела (см. комментарий к ст. 389.16 УПК РФ).
Так, по делу Б. вывод суда о том, что покушение на умышленное причинение смерти Н. было совершено на почве явного неуважения к обществу и общепризнанным моральным нормам, вопреки требованиям ч. 4 ст. 14 УПК РФ, не подтвержден доказательствами, приведенными в приговоре, и основан на предположениях, недопустимых в обвинительном приговоре. Принимая во внимание изложенное и толкуя в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ все неустранимые сомнения относительно мотива преступления в пользу осужденного, суд надзорной инстанции признал осуждение Б. в указанной части необоснованным.
См.: Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 27.06.2007 N 33П07.
Апелляционным определением из приговора исключено осуждение С. за создание преступного сообщества, поскольку вывод суда о том, что С. являлся не только руководителем, но и создателем сообщества, не имеет под собой достаточных фактических оснований, построен на предположениях, на которых в силу ч. 4 ст. 14 УПК РФ не может быть основан обвинительный приговор.
См.: Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 03.07.2013 N 46-АПУ13-10.
По этому вопросу см. также комментарий к ст. ст. 302, 340 УПК РФ.
Статья 15. Состязательность сторон
Комментарий к статье 15
1. Согласно ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ч. 7 ст. 5 Закона о судах общей юрисдикции судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Применительно к уголовному судопроизводству это означает, что функция разрешения уголовного дела отделена от функций обвинения (уголовного преследования) и защиты, и осуществление каждой из них возлагается на различных субъектов уголовного судопроизводства (ч. ч. 1 и 2 комментируемой статьи).
Уголовно-процессуальный кодекс РФ устанавливает, что суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты и создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ч. 3 ст. 15). Председательствующий принимает все предусмотренные УПК РФ меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон, обеспечивает соблюдение распорядка судебного заседания, разъясняет всем участникам судебного разбирательства их права и обязанности, порядок их осуществления (ч. ч. 1 и 2 ст. 243 УПК РФ). Уголовно-процессуальный кодекс РФ также устанавливает понятия суда и сторон, уголовного преследования, обвинения (п. п. 22, 45 - 48, 55 ст. 5 УПК РФ), проводит разделение участников уголовного судопроизводства на группы по функциональному признаку, основанному на принципе состязательности (гл. 5 - 8 УПК РФ), устанавливает правовой статус лиц, представляющих в уголовном процессе стороны обвинения и защиты, исходя из существа возлагаемых на каждую из этих сторон процессуальных функций (гл. 6 и 7 УПК РФ), обеспечивая тем самым их реальное разделение. Закон возлагает обязанность осуществления уголовного преследования от имени государства по делам публичного и частно-публичного обвинения на прокурора, следователя и дознавателя (ст. 21 УПК РФ), а также закрепляет права потерпевшего, его законного представителя и (или) представителя по участию в уголовном преследовании обвиняемого, выдвижению и поддержанию обвинения (ст. 22 УПК РФ).
2. Движущим началом состязательного процесса является спор сторон.
Как отметил Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 20.04.1999 N 7-П, ст. ст. 10 и 118 Конституции РФ предусматривают осуществление государственной власти на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную, а также обусловливают недопустимость возложения на судебную власть каких бы то ни было функций, несовместимых с ее исключительными прерогативами по осуществлению правосудия. В силу этих принципов суд разрешает дела на основании поступающих к нему обращений.
В уголовном процессе такими обращениями являются обвинительное заключение (ст. ст. 220 - 222 УПК РФ), обвинительный акт (ст. ст. 225, 226 УПК РФ), обвинительное постановление (ст. ст. 226.7, 226.8 УПК РФ), передаваемые органами уголовного преследования в суд вместе с уголовным делом, ходатайство о применении к несовершеннолетнему обвиняемому принудительной меры воспитательного воздействия (ст. 427 УПК РФ), постановление о направлении уголовного дела в суд для применения принудительных мер медицинского характера (п. 2 ч. 1, ч. ч. 3 - 6 ст. 439, ст. 440 УПК РФ), а также заявление потерпевшего по делу частного обвинения (ч. ч. 1, 2 ст. 318 УПК РФ). В досудебном производстве полномочия суда заключаются также в рассмотрении вопросов, инициированных сторонами: ходатайств стороны обвинения о применении к обвиняемому, подозреваемому отдельных мер пресечения, о производстве следственных действий, ограничивающих конституционные права граждан, жалоб участников как со стороны защиты, так и со стороны обвинения на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования, прокурора и суда и др. (ч. ч. 2 и 3 ст. 29 УПК РФ).
3. Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 02.07.2013 N 16-П отметил, что, "разрешая дело, суд на основе исследованных в судебном заседании доказательств формулирует выводы об установленных фактах, о подлежащих применению в данном деле нормах права и, соответственно, об осуждении или оправдании лиц, в отношении которых велось уголовное преследование. При этом состязательность в уголовном судопроизводстве во всяком случае предполагает, что возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами, а в предусмотренных уголовно-процессуальным законом случаях также потерпевшими. Возложение же на суд обязанности в той или иной форме подменять деятельность этих органов и лиц по осуществлению функции обвинения не согласуется с предписанием статьи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации и препятствует независимому и беспристрастному осуществлению правосудия".
Поэтому суд не наделен правом возбуждать уголовное дело и формулировать по нему обвинение, поскольку это противоречит конституционным положениям о независимом судебном контроле за обеспечением прав граждан в уголовном судопроизводстве. Судья, возбудив в отношении конкретного лица уголовное дело и сформулировав обвинение, оказывается связанным такими своими решениями. Это затрудняет для судьи объективное исследование и правовую оценку в судебном заседании обстоятельств дела, тем более что вынесение оправдательного приговора или иного решения в пользу подсудимого может восприниматься как свидетельство ошибочности его прежних выводов по данному делу (см. Постановления Конституционного Суда РФ от 28.11.1996 N 19-П, от 14.01.2000 N 1-П).