ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 5792
Скачиваний: 3
все
положения
данного
толка
были
обязательны
для
судей
и
муфтиев
,
задача
которых
заключалась
в
выборе
нужной
нормы
,
исходя
из
«
условий
,
места
и
времени
».
Важно
при
этом
подчеркнуть
,
что
несмотря
на
обязанность
судей
следовать
в
своих
решениях
определенному
толку
, (
мусульманско
-
правовая
доктрина
никогда
(
по
крайней
мере
в
теории
)
не
признавала
принципа
судебного
прецедента
решение
судьи
или
муфтия
не
становилось
обязательной
нормой
не
только
для
других
судей
и
муфтиев
,
но
и
не
связывало
при
рассмотрении
аналогичных
дел
в
дальнейшем
само
лицо
,
вынесшее
такое
решение
.
Ведь
согласно
мусульманско
-
правовой
доктрине
,
сформулированные
муджтахидами
правила
поведения
по
вопросам
,
не
урегулированным
Кораном
и
сунной
(
а
такие
нормы
преобладают
в
мусульманском
праве
),
являются
«
божественными
»
лишь
по
своему
исходному
источнику
(
поскольку
Коран
и
сунна
допускают
рациональные
пути
«
нахождения
»
новых
правовых
норм
),
но
выступают
непосредственным
результатом
деятельности
людей
,
которые
не
гарантированы
от
ошибочных
суждений
,
и
поэтому
могут
заменяться
другими
при
решении
нового
спора
(
см
.,
например
, [340,
с
7; 342,
с
320—321]).
Поэтому
даже
официальное
санкционирование
государством
выводов
определенной
правовой
школы
не
означало
установления
системы
формально
определенных
,
единообразных
норм
.
Мусульманское
право
давало
широкий
простор
для
судейского
выбора
.
Не
случайно
вплоть
до
настоящего
времени
му
-
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
87
сульманским
судьям
при
молчании
закона
в
большинстве
случаев
предписывается
применять
не
просто
определенный
толк
,
но
его
«
наиболее
предпочтительные
выводы
».
Эта
же
особенность
структуры
мусульманского
права
позволяет
при
закреплении
его
норм
в
современном
законодательстве
выбирать
из
множества
противоречивых
предписаний
те
,
которые
наилучшим
образом
отвечают
интересам
социально
-
политических
сил
,
стоящих
у
власти
в
той
или
иной
мусульманской
стране
.
Таким
образом
,
фактический
плюрализм
школ
дополняется
неопределенностью
самих
толков
и
наглядно
проявляется
в
невозможности
заранее
предсказать
выбор
среди
множества
противоречивых
норм
.
Разобраться
в
многочисленных
выводах
той
или
иной
школы
и
отыскать
нужное
правило
стоило
труда
даже
наиболее
авторитетным
мусульманским
судьям
и
муфтиям
.
В
этих
условиях
на
передний
план
закономерно
стала
выдвигаться
общетеоретическая
основа
мусульманского
права
.
Имеется
в
виду
появление
в
средние
века
общих
принципов
правового
регулирования
,
своего
рода
«
общей
части
»
мусульманского
нрава
,
которая
существенно
обогатила
его
структуру
.
Современные
мусульманские
исследователи
отмечают
,
что
такие
общие
принципы
не
содержатся
в
каких
-
либо
определенных
стихах
Корана
или
преданиях
,
а
были
выработаны
правоведами
на
основе
толкования
всех
источников
мусульманского
права
и
анализа
практики
применения
его
конкретных
норм
(
см
.,
например
, [332,
с
. 185]).
Иначе
говоря
,
если
вначале
(
мусульманские
юристы
конкретизировали
отвлеченные
религиозно
-
нравственные
ориентиры
Корана
и
сунны
в
индивидуально
-
нормативных
решениях
правового
характера
(
наряду
с
применением
конкретных
норм
,
закрепленных
этими
источниками
),
то
позднее
,
в
связи
с
необходимостью
дальнейшего
совершенствования
механизма
реализации
мусульманского
права
,
на
основе
толкования
его
казуальных
предписаний
они
сформулировали
общие
юридические
принципы
этой
правовой
системы
.
Не
случайно
,
первоначально
это
было
сделано
с
единственной
целью
лучшего
понимания
норм
мусульманского
права
и
,
главное
,
выбора
наиболее
подходящего
для
данного
дела
решения
из
богатого
арсенала
противоречивых
правил
(
см
.,
например
, [331,
ч
. 2,
с
. 184—185, 229; 343,
с
. 290; 468,
с
. 48—49; 469,
с
. 199— 222;
471,
с
. 54—56; 475,
с
. 11]).
Вполне
понятно
поэтому
,
что
такие
принципы
в
целом
были
едины
для
всех
толков
.
Их
появление
явилось
кульминационным
моментом
в
развитии
теории
и
практики
мусульманского
права
.
С
этого
времени
в
его
структуре
произошли
заметные
изменения
:
особое
место
в
ней
замяли
нормы
-
принципы
,
которые
стали
рассматриваться
доктриной
как
такой
элемент
системы
мусульманского
права
,
который
стоит
выше
любой
из
его
отраслей
.
Например
,
в
отличие
от
обычных
норм
,
сформулированных
муджтахидами
,
данные
принципы
,
также
являющиеся
результатом
иджтихада
,
не
могли
быть
пересмотрены
(
не
случайно
они
были
законодательно
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
88
закреплены
в
ст
. 2—100
Маджаллы
).
Все
это
подтверждает
вывод
о
том
,
что
основным
источником
мусульманского
права
выступала
доктрина
.
Ведь
если
часть
конкретных
норм
и
была
закреплена
в
Коране
и
сунне
,
то
принципы
,
составляющие
его
самую
стабильную
часть
,
были
разработаны
учеными
-
юристами
.
!
Мусульманское
право
в
действии
.
Доктрина
и
практика
Тот
факт
,
что
доктрина
выступала
основным
источником
мусульманского
права
,
объясняет
ряд
его
особенностей
как
нормативного
регулятора
.
Они
наглядно
проявлялись
прежде
всего
в
деятельности
мусульманских
судей
—
кади
—
по
применению
норм
мусульманского
права
.
Особый
интерес
в
этом
отношении
вызывают
принципы
,
которым
следовал
кади
при
отправлении
правосудия
.
Естественно
,
мусульманско
-
правовая
доктрина
считает
,
что
высшей
юридической
силой
обладают
предписания
Корана
и
сунны
.
Наряду
с
ними
нормативной
основой
для
решения
дел
судьями
служили
правила
поведения
,
введенные
в
оборот
сподвижниками
Пророка
,
а
затем
—
ведущими
правоведами
,
основателями
основных
толков
мусульманского
права
по
единодушному
мнению
(
иджма
).
Кроме
того
,
обязательными
для
судей
были
решения
сподвижников
Мухаммада
,
вынесенные
на
основе
собственного
усмотрения
.
Если
же
судья
не
находил
нужной
конкретной
нормы
в
указанных
источниках
,
он
,
как
правило
,
решал
дело
,
ориентируясь
на
собственное
знание
основ
шариата
(
иджтихад
).
Практически
в
его
распоряжении
было
несколько
возможностей
отыскать
необходимое
решение
в
Коране
или
сунне
.
Прежде
всего
,
судья
мот
обратиться
к
предписаниям
этих
основополагающих
источников
,
имеющих
характер
общих
религиозных
ориентиров
.
Согласно
мусульманско
-
правовой
доктрине
,
данная
разновидность
предписаний
Корана
и
сунны
в
принципе
считается
вечной
и
неизменной
,
и
поэтому
презюмируется
,
что
на
их
основе
могут
быть
сформулированы
конкретные
нормы
,
соответствующие
любым
условиям
.
Причем
утверждается
,
что
сами
эти
положения
остаются
стабильными
,
но
может
изменяться
их
толкование
с
учетом
«
интересов
»
общины
, «
необходимости
»
и
т
.
п
. [340,
с
. 11; 367,
с
. 27—28, 143; 469,
с
164—165; 471,
с
. 57].
Фактически
же
речь
шла
о
введении
новых
правовых
норм
под
предлогом
ситуационного
толкования
формально
«
неизменных
»
общих
ориентиров
.
Не
случайно
многие
исследователи
подчеркивают
,
что
большинство
норм
мусульманского
права
возникло
в
результате
доктринального
толкования
общих
предписаний
-
ориентиров
Корана
и
сунны
(
см
. [475,
с
. 112]).
Другая
возможность
решения
дел
,
прямо
не
предусмотренных
Кораном
и
сунной
,
была
связана
с
толкованием
правоведами
сирого
определенных
предписаний
этих
источников
по
кон
-
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
89
кретным
вопросам
.
В
принципе
основную
часть
этих
норм
мусульманские
исследователи
рассматривают
как
результат
«
божественного
откровения
»
и
,
соответственно
,
считают
их
вечными
и
неизменными
даже
в
деталях
,
подходящими
для
всех
жизненных
ситуаций
,
пригодными
для
применения
в
любое
время
и
повсеместно
(
см
,
например
, [343,
с
. 64—66, 75; 471,
с
. 57—59]).
Однако
такой
подход
допускал
отдельные
исключения
,
которые
и
давали
возможность
правоведам
под
(
видом
толкования
этих
казуальных
норм
формулировать
,
по
существу
,
новые
правила
поведения
.
Делалось
это
,
например
,
со
ссылкой
на
изменение
обычаев
или
«
оснований
»
норм
,
а
также
на
«
необходимость
», «
общую
пользу
»
и
«
интересы
»
общины
.
Так
,
если
подобные
конкретные
(
предписания
были
основаны
на
обычае
,
то
допускалась
их
модификация
вслед
за
изменением
самого
обычая
.
Данный
принцип
получил
нормативное
закрепление
в
ст
. 39
Маджаллы
—
гражданского
кодекса
Османской
империи
,
в
соответствии
с
которой
«
не
запрещается
изменение
норм
с
изменением
времени
,
места
и
условий
» (
см
. [342,
с
217; 466,
с
. 388—418; 469,
с
. 179—186, 202
и
сл
.; 491,
с
. 10—11]).
Такой
вывод
при
всей
его
кажущейся
абстрактности
имел
для
теории
и
практики
мусульманского
права
особый
смысл
,
поскольку
позволял
юристам
отходить
от
известных
решений
и
формулировать
новые
правила
поведения
,
развивать
нормативное
содержание
мусульманского
права
,
что
было
особенно
важно
для
этой
религиозно
-
правовой
системы
,
в
рамках
которой
открытый
отказ
от
норм
Корана
и
сунны
,
а
также
сформулированных
авторитетными
представителями
основных
толков
решений
в
принципе
был
невозможен
.
По
мнению
многих
мусульманских
юристов
,
даже
те
положения
Корана
и
сунны
,
которые
не
ориентировались
на
закрепление
определенных
обычаев
,
могли
в
отдельных
случаях
не
применяться
и
быть
заменены
другими
.
Например
,
в
соответствии
с
мусульманско
-
правовой
теорией
большинство
конкретных
предписаний
указанных
источников
имеют
определенные
«
основания
», «
каузы
»,
связанные
с
удовлетворением
того
или
иного
«
интереса
»
мусульман
,
что
дает
возможность
введения
новых
норм
с
появлением
новых
«
оснований
»
и
«
интересов
».
Не
случайно
мусульманско
-
правовая
доктрина
сформулировала
принцип
,
согласно
которому
«
норма
в
своем
существовании
и
исчезновении
разделяет
судьбу
своего
основания
» (
см
. [340,
с
. 27;
Э
43;
с
. 7; 342,
с
. 217; 455,
с
.
3]).
Были
разработаны
и
иные
принципы
—
такие
,
в
частности
,
как
«
нужда
не
знает
запретов
»
и
«
нанесение
вреда
запрещено
,
равно
как
и
отплата
нанесением
вреда
»,
закрепленные
позднее
в
Маджалле
.
Их
практическая
реализация
не
означала
прямой
отмены
соответствующих
конкретных
предписаний
Корана
и
сунны
, «
основание
»
которых
«
исчезло
»,
но
давала
возможность
юристам
на
неопределенное
время
отложить
их
и
не
применять
для
решения
конкретного
дела
со
ссылкой
на
«
интересы
»
общины
, «
общую
пользу
»,
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
90
изменение
«
основания
»
нормы
и
т
.
п
.
Например
,
вопреки
ясному
предписанию
Корана
,
требующему
наказания
кражи
отсечением
руки
,
преступник
освобождался
от
подобного
вида
ответственности
во
время
голода
,
постигшего
общину
,
и
подвергался
иному
наказанию
(
см
. [411; 446]).
Кроме
того
,
считается
,
что
нормы
сунны
,
введенные
Пророком
не
в
форме
«
божественного
откровения
»,
а
по
собственному
усмотрению
,
отражают
его
личное
мнение
как
простого