ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 26.10.2020
Просмотров: 2464
Скачиваний: 21
желожства, проф. Белогриц-Котляровский резонно заметил, что такое толкование противоречит даже этимологии слова «мужеложство».
Указанное выше законодательное определение мужеложства перешло в ст. 197 УК Азербайджанской ССР 1927 г. и действовало до принятия общесоюзных законов от 17 декабря 1933 г. и 7 марта 1934 г. «Об уголовной ответственности за мужеложство» (см. 99).
Следует отметить, что УК Азербайджанской ССР 1922 г. в отличие от уголовных кодексов других союзных республик определил, что «противоестественное совокупление с лицами мужского пола (мужеложство) карается лишением свободы на срок не ниже 3 лет. Тому же наказанию подвергаются и добровольно согласившиеся на пассивное мужеложство, а равно подстрекатели и пособники». На основании постановления 3-й сессии Азербайджанского Центрального Исполнительного Комитета от 10 июня 1923 г. УК Азербайджанской ССР была введена новая статья, предусматривавшая повышенное наказание в виде лишения свободы на срок не ниже 6 лет за «противоестественное совокупление с лицами мужского пола (мужеложство), когда оно соединено с насилием или угрозами» (107).
В первоначальной редакции УК Грузинской ССР 1922 г. специальной нормы, предусматривающей ответственность за мужеложство, не было, и только Законом от 28 апреля 1924 г. (см. 109) в УК введена ст. 171 *, которая определяла наказуемость как добровольной, так и насильственной педерастии. По смыслу этой статьи УК Грузинской ССР под мужеложством следовало понимать «противоестественное половое сношение мужчины с мужчиной».
Из уголовных кодексов союзных республик, принятых в период 1926—1928 гг. (РСФСР, Украина, Белоруссия, Армения, Грузия, Азербайджан, Узбекистан и Туркменистан), только в трех последних до принятия об-
4. Учебное пособие ijj
щесоюзных законов об уголовной ответственности за мужеложство 1933—1934 гг. содержались нормы, предусматривавшие наказуемость за педерастию.
Так, УК Узбекской ССР 1926 г. устанавливал наказуемость не только мужеложства (бесакалбазство), совершенного с применением насилия или использованием беспомощного положения потерпевшего (ст. 277), или понуждение мужчины к мужеложству лицом, в отношении которого потерпевший являлся материально или по службе зависимым или на попечении которого он находился (ст. 276). Уголовная ответственность также вменялась за целый ряд деяний, непосредственно связанных с анализируемым деликтом. В частности, ст. 280 этого УК предусматривала наказуемость за содержание пиц мужского пола (бачей) для мужеложства, а также за подготовку или обучению этому; по ст. 281 подвергались наказанию за устройство общественных увеселений с участием бачей; заключение договора или соглашения об отдаче потерпевшего содержателю в целях использования для бачебазства каралось по ст. 282; наконец, ст. 283 предусматривала ответственность за сводничество и вербовку мужчин для мужеложства.
УК Туркменской ССР 1927 г. предусматривал уголовную ответственность лишь за использование малолетних или несовершеннолетних лиц мужского пола для удовлетворения своих половых потребностей (бачебазство). Если такое деяние было сопряжено с похищением потерпевших, то оно рассматривалось как отягчающее обстоятельство (ст. 157). В качестве отдельной нормы фигурировало «содержание бачей и эксплуатация их в целях наживы», а также содержание притонов для бачебазства (ст. 163)9.
УК Азербайджанской ССР 1927 г. предусматривал ответственность за мужеложство только в одной ст. 197, состоявшей из двух частей: в первой речь шла о мужеложстве с применением физического насилия, угроз или использованием беспомощного состояния потерпевшего лида, а во второй устанавливалась наказуемость мужеложства «по взаимному соглашению», т. е. за добровольное мужеложство.
В уголовных кодексах РСФСР и других союзных республик (кроме УК Азербайджанской ССР) в первые годы Советской власти не было специальной нормы, предусматривающей ответственность за мужеложство. По утверждению автора постатейного комментария к уголовным кодексам РСФСР и Украинской ССР, это вполне понятно, так как именно там (в Азербайджане.— Б. Д.) такого рода половые извращения наиболее распространены (см. 120, 355).
Подобное утверждение нам представляется ошибочным. Не меньшее распространение мужеложство имело в странах Центральной и Западной Европы, особенно в Германии и Франции, а также в Северной Америке. Мужские дома терпимости, организация специальных балов женоненавистников, издание литературы, ратующей за официальное признание этого порока нормальным явлением и т. п., — все это культивируется и ныне в Западной Германии и других буржуазных государствах.
Не может считаться убедительным и циркулярное распоряжение наместника Кавказа графа Воронцова- Дашкова, предписавшего местным судам «применительно к местным обычаям» при назначении наказания за мужеложство определять минимальные сроки наказания (см. 67, 133). Вряд ли этим распоряжением высший представитель царской администрации хотел проявить гуманность к населению колонии, каким было Закавказье. Действительное положение заключалось в том,
что, когда шла речь о предании суду того или иного представителя местной власти, отличавшегося особой развращенностью, царские чиновники шли на это неохотно и соглашались на привлечение к уголовной ответственности только из опасения крестьянских волнений, которые весьма часто стихийно вспыхивали. Этим проявлялся своеобразный протест против произвола местных сатрапов. Для облегчения судьбы именно таких подсудимых и было дано наместником соответствующее указание без упоминания о классовой принадлежности виновного, дабы демагогически подчеркнуть равенство всех перед законом.
Как же квалифицировать в начале двадцатых годов насильственное мужеложство по УК тех союзных республик, где эта норма отсутствовала? Проф. А. А. Жижи- ленко в комментарии к ст. 153 УК РСФСР, касаясь объекта изнасилования, писал, что-им является «половая неприкосновенности как. женщины, так и мужчины, так как ст. 153 говорит вообще о потерпевшем, не указывая его пола. Самое преступление, таким образом, возможно жак в отношении лица иного пола, чем виновный, так и в отношении лица того же пола. Под изнасилование... приходится подводить и недобровольное мужеложство» (116, 227). Аналогичное мнение высказало авторами дру- . того комментария того же Уголовного кодекса (см. 31, 306).
Неопределенное разъяснение этого вопроса дается в комментарии, изданном в 1925 г. С одной стороны, автор правильно пишет, что, поскольку ст. 169 УК РСФСР 1922 г. говорит об изнасиловании ,«лица», стало быть, речь идет как о женщине, так и о мужчине. Однако далее автор не совсем последователен: «Ввиду того, что изнасилование женщиной мужчины может встретиться лишь в редких случаях, а также и потому, что позднейшая ст. 1681 говорит о понуждении к вступлению в половую связь только женщиньъ надо думать, что составите-
10Q
ли Уголовного кодекса, давая в ст. 169 определение об изнасиловании, имели в виду возможность учинения его лишь над женщиной» (120, 356). Такое неправильное толкование можно объяснить тем, что, по мнению автора, законодатель в качестве субъекта преступления предусматривал и женщину, а потому возможность определения по этой статье ответственности за насильственное мужеложство выпала из поля зрения комментатора.
Нет указания о возможности квалификации насильственного мужеложства как изнасилования и в более позднем постатейном комментарии к Уголовному кодексу РСФСР, где выражение «потерпевшее лицо» поясняется как «потерпевшая» и таким образом исключается возможность признания потерпевшим лицом мужчины (см. 118, 200).
Общесоюзный закон об уголовной ответственности за мужеложство впервые был принят 17 декабря 1933 г. У нас нет достаточных оснований считать, что появление этого закона было вызвано большим ростом случаев добровольного мужеложства. Правильнее предположить, что закон лишь восполнил пробел в нашем уголовном праве, по которому насильственная педерастия рассматривалась как изнасилование, хотя эти два преступления имеют не только различный объект посягательства, но и различную объективную сторону. По мнению С. Булатова, поводом для установления уголовной ответственности за добровольную педерастию «послужило обнаружение в Москве и Ленинграде нескольких разложившихся представителей богемы, главным образом, из артистов эстрады и балета, пытавшихся втягивать в педерастию некоторых молодых людей» (19, 160).
Уголовные кодексы союзных республик не успели воспроизвести закон от 17 декабря 1933 г. (исключение составил УК Украинской ССР, ст. 165), так как 7 марта 1934 г. был издан новый закон, который и вошел во все уголовные кодексы союзных республик. Это дало основа-
10!