ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.04.2021
Просмотров: 3307
Скачиваний: 3
садниками вредителей и болезней сельскохозяйст-
венных культур. В-третьих, выбытие земель из обо-
рота должно сопровождаться повышением эффек-
тивности использования и улучшением экологиче-
ского состояния сохраняющихся агроценозов, чего
отнюдь не наблюдается. Из-за отсутствия средств
не выполняются мероприятия по сохранению и по-
вышению плодородия почв: агротехнические, агро-
химические, мелиоративные, фитосанитарные, про-
тивоэрозионные.
Наконец, хотя это самое главное, широкомас-
штабное запустение сельскохозяйственных земель,
утрачивающих хозяйственную ценность и эстетиче-
скую привлекательность, наряду с депопуляцией
сельской местности представляют реальную угрозу
для формировавшихся столетиями сельских культур-
ных ландшафтов России, являющихся ее националь-
ным достоянием.
Сокращение нагрузки на природу произошло и в
связи с сильным уменьшением поголовья сельскохо-
зяйственных животных. По поголовью свиней нынеш-
няя Россия (2012 г.) соответствует своему уровню
1957 г. Современное поголовье крупного рогатого ско-
та составляет лишь 60% от поголовья 1916 г., а овец и
коз сто лет назад в России было вдвое больше. В ито-
ге произошло изменение аграрного профиля регионов,
а именно – сдвиг в сторону растениеводства. В 1980-е
годы оно преобладало лишь в нескольких юго-запад-
ных, ныне доминирует уже в большинстве регионов
страны. Налицо масштабное продвижение растение-
водства от сухих степей до тундры. В результате изме-
нился характер воздействий на природные комплексы,
весь облик современных сельских ландшафтов.
Вследствие обвального падения отечественного
животноводства резко возрос импорт продовольст-
вия (табл. 6). Складывается своеобразная продо-
вольственно-производственная цепочка, экономиче-
ски и экологически невыгодная нашей стране: экс-
порт минеральных удобрений (простых питательных
веществ) – производство за рубежом мяса и молока
(сложных питательных веществ) и ввоз их в Россию.
Формирование такой цепочки вряд ли можно считать
«рациональным» включением в международное раз-
деление труда.
Нынешняя продовольственная зависимость не
просто унизительна для великой в прошлом сельско-
Таблица 6.
Импорт Россией продовольственных товаров. По: Российский статистический ежегодник, 1994; 2012.
Товары
Динамика объемов импорта, тыс. тонн
Динамика стоимости импорта, млн долл. США
1993
2000
2011
Изменение 1993
2000
2011
Изменение
1993–2011,
1993–2011,
раз
раз
Мясо свежее
85,1
517
1429
16
116
591
5284
45
и мороженое
(без мяса
птицы)
Мясо птицы
73,9
694
493
6
72,9
376
750
10
свежее и
мороженое
Рыба свежая 43,5
327
710
16
10,9
125
1891
173
и мороженая
Молоко и
14,6
76,6
179
12
37,5
63,9
499
13
сливки
сгущенные
Масло сли-
70,1
70,8
135
2
95,3
98,3
601
6
вочное и
прочие моло-
чные жиры
21
Глава 2. Стратегические ресурсы устойчивого развития, природно-ресурсный комплекс России ...
хозяйственной державы, это реальная угроза нацио-
нальной безопасности. Немаловажно и то, что каче-
ство отечественного продовольствия зачастую пока
еще лучше зарубежного по показателям санитарной
и экологической безопасности (Думнов, 2002). В
свою очередь, некоторые особо благоприятные для
земледелия регионы (в первую очередь северо-кав-
казские и центрально-черноземные) получили воз-
можность экспортировать зерновые культуры (экс-
порт Россией зерна увеличился с 15 тыс. т в 1993 г.
до 18,3 млн т в 2011 г.) и семена подсолнечника,
сильно увеличив посевные площади этих культур.
Между тем монокультура, особенно такой «почвораз-
рушающей» культуры, как подсолнечник, – это под-
вид «биологического оружия». Она ведет к истоще-
нию почв, развитию в посевах специфических вреди-
телей и болезней. К примеру, в Ростовской области
почти половина посевных площадей в фермерских
хозяйствах заняты подсолнечником при допустимой
норме 15%.
Активизация экспорта продукции растениеводст-
ва на фоне обвального падения животноводства
свидетельствует о закреплении сырьевой специали-
зации страны, выпускающей продукцию с невысокой
долей добавленной стоимости.
Серьезную угрозу для агроландшафтов предста-
вляет резкое снижение использования удобрений.
Применение органических удобрений за 1990–2011 гг.
сократилось с 3,5 до 1,0 т/га. Из-за обвального
уменьшения поголовья скота их просто некому про-
изводить. Малое количество скота нарушает гармо-
нию между животноводством, производящим отхо-
ды, и земледелием, потребляющим их. К началу
1990-х годов на российских пахотных почвах был со-
здан запас питательных веществ, но ныне баланс
безнадежно отрицательный. По России в целом ком-
пенсация выноса питательных веществ из почвы с
урожаем внесением удобрений составила: азота –
15%, фосфора – 15%, калия – 5% (Изменения…,
2007). Прогрессирующая деградация почв связана и
с резким, обвальным уменьшением объемов извест-
кования кислых почв (сокращение за 1990–2010 гг. в
23,5 раза), их гипсования (в 1590 раз), культуртехни-
ческих работ на сельхозугодьях.
Современное земледелие базируется на управля-
емом двустороннем (дренаж плюс ирригация) регули-
ровании гидрологического, термического и других
почвенных режимов. В США такими системами охва-
чено 60% земель, в Германии – 50%, а в России –
лишь 5% (Добровольский, Зайдельман, 2004, с. 50). В
постсоветской России мелиорируемые площади со-
кращаются, системы разрушаются. На ранее мелио-
рированных площадях развиваются деградационные
явления: пожары на осушенных торфяных почвах,
вторичное заболачивание, засоление. В итоге проду-
ктивные угодья теряют свою хозяйственную цен-
ность, а оставшиеся в обороте земли эксплуатируют-
ся в условиях стихийного, нерегулируемого режима
почв. Это – один из признаков примитивизации оте-
чественного сельского хозяйства.
Другим ее свидетельством служит кардинальное
перераспределение производства между хозяйства-
ми разных категорий. Если в 1990 г. хозяйства насе-
ления производили 26,6% продукции сельского хо-
зяйства, то в 2011 г. – 43,8% (а в 1998 г. даже 58,9%).
Полевые обследования (Клюев, 2009) показали, что
крестьянское землепользование в личных подсоб-
ных хозяйствах не столь экологично, как это может
показаться на первый взгляд. В структуре их посев-
ных площадей 2/3 составляют посевы картофеля,
что препятствует ведению экологически рациональ-
ного севооборота. Нарушаются технологии примене-
ния удобрений и пестицидов, что ухудшает фитоса-
нитарное состояние агроэкосистем.
В пореформенный период ЛПХ обеспечили вы-
живание значительной части населения страны. Од-
нако, будучи максимально эффективными с точки
зрения выживания, крестьянские подворья непер-
спективны с позиций сельскохозяйственного разви-
тия. В этих хозяйствах господствуют примитивные
технологии растениеводства и животноводства, тя-
желый физический труд, большей частью они мелко-
товарные или совсем нетоварные.
Сельскохозяйственное производство сокращает-
ся намного меньше, чем используемые ресурсы ове-
ществленного труда. Если индекс сельского хозяйст-
ва за 1990–2011 гг. составляет 89%, то индекс посев-
ных площадей – 66%, количества тракторов на 1 га
пашни – 40%, а индекс потребления в сельском хо-
зяйстве электроэнергии – 19%. На единицу продук-
ции расходуется всё меньше ресурсов. Это – «псев-
до-интенсификация» отечественного аграрного сек-
тора. Прирост производства в пореформенном сель-
ском хозяйстве достигается не за счет повышения
технического уровня (применения производительных
машин, удобрений, новых технологий и т.п.), а за счёт
усиления эксплуатации земельных ресурсов, «про-
едания» почвенного плодородия, а также ужесточе-
ния эксплуатации труда, прежде всего труда доинду-
стриальной эпохи – мускульной силы человека в лич-
22
Глава 2. Стратегические ресурсы устойчивого развития, природно-ресурсный комплекс России ...
ных подсобных хозяйствах населения, ставших ныне
основными «кормильцами» страны.
Тенденции территориальной организации
природопользования
Отличительная черта современного периода –
преимущественное «сжатие» российского ресурсно-
го пространства, концентрация природопользования
в центральных местах и хозяйственное запустение
периферии. Эти тенденции проявляются на разных
территориальных уровнях и в разных отраслях при-
родопользования – в добывающей, лесной, рыбной
промышленности, в сельском хозяйстве, на транс-
порте, в строительстве.
Происходит концентрация добывающей про-
мышленности, а, следовательно, и связанных с ней
крупных изменений природных компонентов и комп-
лексов, в ограниченном числе регионов. Если на
первые пять регионов в 1990 г. приходилось 37,2%
добычи*, то в 2005 г. – уже 54,3%. А доля первой де-
сятки (двадцатки) регионов за этот период выросла,
соответственно, с 52,5 (70,5)% до 66,5 (81,9)%. Этот
процесс концентрации добывающей индустрии, обу-
словленный экономическими соображениями, с эко-
логической точки зрения оценивается негативно.
Если в 1990 г. на два столичных региона приходи-
лось 10% жилищного строительства России, то в
2011 г. – уже почти четверть, а в 2004 г. – почти
треть (рис. 5). В пределах Московской обл. – нынеш-
него лидера по строительству – 55% строящегося
жилья сосредоточено в 10-километровой зоне вокруг
МКАД. Такого рода концентрацию населения эколо-
гически можно трактовать как «мертвому – мертво».
Важнейшая причина и одновременно индикатор опу-
стошения северных и восточных районов страны – со-
кращение в них численности населения. За 1990–2011 гг.
оно составило, к примеру, в Мурманской обл. 34%, в Ма-
гаданской обл. – 60%, на Чукотке – почти 70%.
В основных районах лесодобычи темпы сниже-
ния заготовок древесины выше, чем в прочих рай-
онах страны (рис. 6). Дальние лесосеки забрасыва-
23
Рис. 5.
Ввод в действие жилых домов в столичных регионах (% от России).
* Под «добычей» здесь понимаются рассчитанные нами объемы извлечения из земных недр вещества природы – минеральных ресурсов вместе с попутно
извлекаемыми вскрышными, вмещающими породами, попутным газом и т.п.
Глава 2. Стратегические ресурсы устойчивого развития, природно-ресурсный комплекс России ...
ются, лесозаготовки концентрируются вблизи транс-
портных магистралей. В лесодефицитных районах,
где леса сильно нарушены, наблюдается рост рубок.
В горных районах, особенно на Северном Кавказе,
идет интенсивная вырубка средне- и низкогорных ле-
сов и кустарников на дрова, вследствие этого увели-
чились площади селевых очагов. Столь же выбороч-
но осваиваются недревесные ресурсы леса.
За годы перестроек и реформ морского рыболов-
ства Россия потеряла до 50% районов промыслов в
Мировом океане. При общем сокращении уловов уло-
вы в исключительной экономической зоне увеличи-
ваются (Айбулатов и др., 2005).
Современные перевозки грузов по Северному
морскому пути составляют лишь 1/4 от уровня сере-
дины 1980-х годов, а поставки пиломатериалов из
Игарки в Западную Европу – лишь 7% от объема
1987 г. (Развитие экономического потенциала…,
2011). В глубоком упадке находятся отечественная
речная навигация и местная авиация. В настоящее
время Москва занимает около 3/4 рынка авиаперево-
зок (в СССР – не более 25%).
В то же время в 2000-е годы усиливается очаго-
вое вовлечение в хозяйственный оборот экспорт-
ных природных ресурсов в районах нового освое-
ния, главным образом на севере России. Среди
крупных проектов по освоению недр в постсовет-
ской России отметим: добычу нефти и газа на Ван-
корском нефтегазовом, Юрубчено-Тохомском неф-
тегазоконденсатном (Красноярский край), Талакан-
ском нефтяном (Якутия) месторождениях, на шель-
фе Охотского, Каспийского, Балтийского и Баренце-
ва морей, продвижение газодобычи в Ямало-Ненец-
ком АО на север, подготовку к освоению бокситов
Тимана и др.
Очаговое освоение ресурсов становится всё бо-
лее деконцентрированным. Сейчас уже нет таких но-
вых гигантских месторождений, как Самотлорское,
Уренгойское, Медвежье. Если в начале 1970-х годов
средняя величина запасов открываемых месторож-
дений нефти в Западной Сибири составляла 77 млн т
(в РСФСР – 30 млн т), то ныне – 1 млн т (Нефть и газ,
2012). Налицо признаки поздней стадии жизненного
цикла в главном «валютном цехе» страны – Западно-
24
Рис. 6.
Динамика вывоза древесины за 1990–2009 гг. по регионам России. Фоном показан объем вывоза древесины в 2009 г.
(в % от 1990 г.). Площадь квадрата пропорциональна сокращению вывоза древесины за 1990–2009 гг.
Сокращения вывоза менее 0,25 млн м
3
на карте не показаны. Республика Крым в 2009 г. – вне России.
Глава 2. Стратегические ресурсы устойчивого развития, природно-ресурсный комплекс России ...
сибирской нефтегазоносной провинции. На единицу
добываемых ресурсов приходится всё больше внут-
ри- и межпромысловых трубопроводов, где разлива-
ется не менее 1% добываемой нефти.
На фоне существенного сокращения транспорт-
ной работы (за постсоветский период в 2–3 раза),
снизившего вредное воздействие транспорта на при-
дорожные ландшафты на межселенных территори-
ях, наблюдается «трубопроводно-портовый бум»,
вызывающий перемещение транспортных экологи-
ческих угроз к морским акваториям и их приближе-
ние к российским границам. Здесь можно выделить:
газопроводы «Голубой поток», «Северный поток»,
«Ямал – Европа», Бованенково – Ухта, Ухта – Тор-
жок, строящийся «Южный поток»; проекты газопро-
водов «Голубой поток – 2», «Сила Сибири»; Сахалин-
ские трубопроводы; нефтепроводы Восточная Си-
бирь – Тихий океан, Ю. Хыльчую – Варандей, Харья-
га – Индига (проектируемый); Балтийскую трубопро-
водную систему (Кириши – Приморск); Приморский
нефтеперевалочный порт; нефтяные терминалы Ви-
тино (Мурманская обл.), пос. Приводино (Архангель-
ская обл.), бухта Варандей и др. Экспортно-сырьевая
модель российского хозяйства закрепляется в новых
инвестициях.
«Вся история России связана с освоением огром-
ной суши. …Это ее функция или, если хотите, мис-
сия» (Сысоева, 2007, с. 38). Поэтому освоение новых
минеральных богатств отвечает основной «магист-
рали» развития страны, но с важной оговоркой. Клю-
чевой инновацией современного мира стал экологи-
ческий императив. Уникальное разнообразие россий-
ских ландшафтов должно быть
бережно освоено
при тщательном учете пространственно-временных
особенностей их устойчивости к техногенезу. Освое-
ние – это отнюдь не экспансия горнодобывающих
производств, оставляющих после себя техногенную
пустыню. Экологичное освоение предполагает обуст-
ройство территории, организацию на ней туристских
и рекреационных зон, охраняемых территорий разно-
го уровня охраны, органического сельского хозяйст-
ва, прогрессивных средств транспорта и связи, тра-
диционных промыслов малых народов и т.п.
Пока, к сожалению, принципы устойчивого разви-
тия не вошли в практику отечественного природо-
пользования. На первый взгляд, новые добывающие
предприятия должны отличаться высокой степенью
экологичности. Однако это далеко не всегда так. Так,
новые районы добычи нефти в ХМАО не охвачены
сетью предприятий по утилизации попутного нефтя-
ного газа. На вновь вводимых нефтепромыслах сте-
пень использования газа приближается к нулю. Толь-
ко на старых, хорошо обустроенных промыслах она
может составлять 60–90% (Атлас…, 2004, с. 89).
На северо-восточном шельфе Сахалина, где рай-
оны нефтегазоразработок совпадают с районами
рыбного промысла и местами нагула охотско-корей-
ской популяции серого кита (экологически ценного
вида), в море сбрасываются загрязняющие буровые
растворы. Ныне в этих районах уже не нагуливают
серые киты, наблюдались значительные заморы во-
сточно-сахалинской сельди (Бакланов, Качур, 2008).
На наш взгляд, российские нефтегазовые место-
рождения арктического шельфа следует рассматри-
вать как ресурс будущих поколений. Их фронтальная
разработка в ближайшие 10–20 лет нецелесообраз-
на в силу ряда причин, в том числе связанных с
трансформацией климата. Его изменения проявля-
ются, в частности, в учащении экстремальных опас-
ных явлений, чреватых авариями с экологическими
последствиями. Суровые, но стабильные природные
условия требуют больших затрат, зато не сопряжены
с мало предсказуемыми последствиями. Вместе с
тем, в геополитических целях требуется «эффектив-
ное присутствие» на территории – инфраструктурное
обустройство навигации в арктических районах, ин-
тенсификация информационного этапа их освоения
(геологоразведки, мониторинга и т.п.). А колоссаль-
ные капиталовложения, требуемые для новых шель-
фовых проектов, целесообразно направить на повы-
шение коэффициента извлечения нефтегазовых ре-
сурсов на уже разрабатываемых месторождениях.
Сжатие освоенного пространства, вторичное
экономическое опустынивание территории – это вро-
де бы очевидный «плюс» с экологических позиций.
Но нельзя не учитывать, что огромные, далеко еще
не
освоенные
(т.е. – по В.И. Далю – не
свои
) при-
родные ресурсы России, включая ее территорию,
вряд ли останутся вне поля зрения других стран в ус-
ловиях острого их (ресурсов) дефицита в мире. Поэ-
тому проблема формирования «белых пятен» на эко-
номической карте страны требует тщательной про-
работки и с общих социально-экономических, и с гео-
политических позиций.
Вопросы территориальной организации исполь-
зования природных ресурсов, важные для любой
страны, для России имеют особое значение, учиты-
вая фактор пространства. Однако в ходе перестрой-
ки и реформ была разрушена в целом неплохая со-
ветская система территориального проектирования,
25
Глава 2. Стратегические ресурсы устойчивого развития, природно-ресурсный комплекс России ...