Следственная ситуация как разновидность проблемной ситуации характеризует взаимодействие следователя и его окружения, а также психическое состояние, присущее личности следователя, включенной в объективную и противоречивую по своему содержанию среду. Осознание какого - либо противоречия в процессе следственной деятельности (например, невозможность установления лица, совершившего преступление, трудности в проведении отдельных следственных действий и т.п.) приводят к появлению потребности в новых знаниях, в том неизвестном, которое бы позволило разрешить возникшее противоречие. Несколько упрощая можно сказать, что следственная ситуация, являясь проблемной по своей сущности, - это ситуация, требующая вмешательства следователя, принятия им решения, призванного воздействовать на условия расследования уголовного преступления. Такая ситуация всегда находиться у истоков принятия решения на проведение следственных действий. И здесь большое значение приобретает психологический анализ следственных ситуаций, который осуществляется через ряд определенных взаимосвязанных стадий.

35. Следственный анализ преступления (следственное профилирование).

Следственный анализ преступления (САП) (так­же называемый анализом места преступления) - по­пытка выдвижения гипотезы о личности преступни­ка на основании анализа места преступления, инфор­мации о жертве и знания деталей ранее совершенных преступлении. По существу, это является формой ретроклассификации или классификации, которая касается уже совершенного преступления. Для следственного анали­за преступления применялись различные названия и обозначения, включая профилирование, психологи­ческое профилирование, профилирование крими­нального поведения, следственное профилирование, профилирование места преступления и анализ места преступления. Хомаит и Кеннеди предлагают подразделять профили­рование места преступления па четыре частично пе­рекрывающиеся категории: 1) психологическое про­филирование, 2) составление профиля преступника, 3) географическое профилирование и 4) предположи­тельный анализ смерти. По мнению этих авторов. особенности стандартным характеристикам преступ­ников, которые базируются па результатах исследо­ваний. Например, интервьюирование и тестирование подозреваемого может проводиться с целью опреде­лить, вписывается ли он в эмпирически сложившую­ся типологию преступника. Как считают Хомант и Кеннеди, составление профиля преступника по свое му подходу является строго эмпирическим методом классификации. Такое профилирование т ребует на­копления большого количества эмпирических дан­ных и их систематического анализа, направленного на выявление типовых характеристик поведения и личности преступника. Из этих данных часто выри­совывается «профи ль», который характеризует неко­торый тип преступников.

---

«Следственное профилирование лучше рассматривать как стратегию, позволяющую следственным органам сузить круг поиска и выработать обоснован­ные предположения относительно личности винов­ного». У других исследо­вателей можно прочитать, что психологический про­филь фокусирует внимание на людях, обладающих личностными чертами, которые сходны с чертами уже известных преступников, совершавших подобные преступления раньше». Короче говоря, криминальное профилирова­ние представляет собой попытку идентифицировать демографические переменные, место проживания и стереотипы поведения преступника, основываясь па характеристиках преступников, которые совершали подобные преступления в прошлом.

Поиск, обнаружение и изучение таких ситуаций - начальный этап принятия решения. В ряде случаев решение как бы автоматически вытекает из концептуальной модели, либо приходит одновременно с пониманием сути следственной ситуации. Однако чаще всего следователь осуществляет развернутую прогностическую оценку различных вариантов и их последствий. Здесь необходимо учитывать, что объективная вероятность наступления прогнозируемых событий не совпадает с их субъективной вероятностью. Оценка фактических данных при изучении следственной ситуации позволяет определить дальнейшие пути проведения следственного мероприятия и конкретные тактические приемы осуществления тех или иных мер. Оценка фактических данных в процессе изучения сложившейся ситуации является мыслительной деятельностью следователя, объяснением, толкованием фактов для раскрытия их отношения к установленным событиям. Выводы, вытекающие из оценки следственной ситуации, в основном сводятся к следующему: где могли остаться следы криминальных действий преступника и как их лучше использовать для решения стоящей задачи; какие условия способствуют противоправным действиям преступника и какие меры следует принять, чтобы их устранить; где может находиться разыскиваемый и какие меры следует принять быстрее, чтобы обнаружить и задержать его и т.д. Эти выводы позволяют наметить и обосновать оптимальный вариант решения на проведение следственного мероприятия и применение в его ходе определенных тактических приемов, необходимых сил и средств. Для выбора единственно приемлемого решения из многообразия оцениваемых типична борьба мотивов. Каждый рассматриваемый следователем вариант решений характеризуется определенным субъективным удельным весом, и выбор останавливается на том из них, которое более мотивировано. Существенное значение в этом процессе имеет и элемент рационального мышления, наличие определенных интеллектуальных способностей, которые определяют и эффективность выработки следственных решений, и в целом следственное искусство каждого отдельного сотрудника. В частности к числу таких индивидуальных способностей мышления, позволяющих правильно оценить складывающуюся ситуацию и принять соответствующее следственное решение, Б.М.Теплов относит: - конкретность мышления; - способность преобразовывать информацию; - способность к риску; - инициативность и способность подчинить себе волю противника; - предвидение; - интуицию.

---

При осуществлении психологического анализа следственных ситуаций большое значение приобретает учет ряда важных требований. Требования к психологическому анализу следственных ситуаций: - внимательное изучение личности подследственных; - прогнозирование их поведения; - выяснение условий, способствующих подготовке, совершению преступлений либо сокрытию преступника от следствия.

Психологический анализ складывающейся ситуации требует внимательного изучения личности подследственных. Особенности их личности накладывают существенный отпечаток на характер действий следователя и выбор наиболее эффективных тактических приемов применительно к конкретной ситуации. Во многом это видно из действий обвиняемых, разыскиваемых, поскольку их характер чаще всего неотделим от особенностей их личности. Поэтому необходимо выяснить психологические свойства подозреваемых, обвиняемых, вероятность их противоборства со следователем. Глубокое изучение личности подследственного должно заканчиваться прогнозированием его поведения в будущем и того, как это повлияет на осуществление следственных мероприятий в целом. Психологический анализ следственной ситуации предполагает также выяснение условий, способствующих подготовке, совершению преступления либо сокрытию преступника от следствия и суда. Необходимо также установить, кто из окружения обвиняемого или какие обстоятельства толкали его на преступный путь. А.Р.Ратинов отмечает, что не случайно с понятием тактики мы встречаемся в тех видах практической деятельности, которые связаны с соперничеством, борьбой (спорт, военное дело, оперативно-розыскная и следственная деятельность и др.). Постоянное противоборство является типичным для следственной деятельности. В психологическом анализе ситуаций противоборства при раскрытии преступлений, на первый план выдвигается вопрос о том, как рассуждают и принимают решение "соперничающие" стороны. В психологии такая мыслительная работа обозначается термином "рефлексия", т.е. размышление, связанное с имитацией мыслей и действий противника и с анализом собственных рассуждений и выводов. При наличии противодействия побеждает та сторона, которая имеет превосходство в рефлексии. Отсюда ясно, как важно для оперативного работника уметь предвидеть возможные действия лица, совершившего преступление, как важно не только предугадывать эти действия, но и своевременно обеспечивать их изменение, локализацию. Это можно осуществить только в том случае, если с подобной целью постоянно собирают информацию, изучают ее, моделируют процесс ее использования в ходе реализации тактических приемов.

Рефлексивное управление поведением противодействующего лица основано на:

- анализе его общих адаптационных способов;

---

- его ригидности, шаблонности;

- неосведомленности о тактических планах сотрудника, о мере его информированности;

- использовании внезапности, дефицита времени и информации для продуманных контрдействий.

36. Юридико-психологическая характеристика массовых убийств.

Массовые убийства случаются быстро и непредсказуемо, без предупреждения, поэтому преступникам обычно уда­ется довести дело до конца. Личность преступника, как правило, известна, и его жизнь часто обрывается на месте преступления. Массовые убийцы это чаще всего разочаровав­шиеся в жизни, озлобленные люди, мучающиеся от чувства беспомощности. Им, как правило, от тридца­ти пяти до сорока пяти лет, и они уверены, что едва ли смогут улучшить свою жизнь. Их личная жизнь не отвечает их стандартам, и многие из них перенес­ли какую-либо трагическую или очень значимую для них потерю, например, потерю любимой работы.

Массовые убийства обычно тщательно планируются, иногда в течение очень длительного периода вре­мени. Кроме того, жертвы, которых выбирают массовые убийцы, как правило, либо как-то символически свя­заны с источником их несчастья (например, с их ра­ботой), либо это люди, которых преступники нена­видят, поскольку считают виновниками своих неудач. Значительный рост числа жертв, который наблю­дался в последних случаях массовых убийств, в большей степени был обусловлен доступностью скорострельного полуавтоматического или автомати­ческого оружия. Кроме того, массовые убийцы обыч­но намереваются и сами погибнуть па месте соверше­ния преступления, — либо покончив с собой, либо в перестрелке с полицией. Как правило, массовые убийцы — это социально изолированные, живущие уединенно люди, которые не имеют устойчивых социальных связей и друзей. Их изоляция, вероятно, во многом обусловлена ак­тивной неприязнью со стороны тех людей, которые уже сталкивались с неадекватными межличностны­ми и социальными навыками будущих преступников. Массовое убийство это их шанс отомстить, полу­чить власть и превосходство над другими людьми, обратить на себя внимание и получить признание. Хотя подобные преступления чрез­вычайно редки, социальное и эмоциональное воздей­ствие, которое они оказывают на ближайшее окруже­ние (и общество вообще), весьма значительны. С психо­логической точки зрения можно выделить три глав­ные проблемы, связанные с повседневным насилием: 1) самоконтроль, осуществляемый с помощью меха­низмов саморегуляции, 2) эмоциональное возбужде­ние и 3) индивидуальные ориентиры для управления поведением, которые могут быть или внутренними, или внешними. Насилие чаще всего совершается тог да, когда люди находятся в состоянии очень сильного эмоционального возбуждения, особенно в ярости. Сильное возбуждение, по-видимому, блокирует спо­собность человека следовать внутренним нормам по­ведения и заниматься самоанализом вообще. Кроме того, сильное возбуждение, вероятно, притупляет у людей чувство ответственности за собственные дей­ствия. Они часто заявляют: «Я не знаю, что на меня нашло» или «Я не мог ничего с этим поделать». Коро­че говоря, сильное возбуждение делает людей более склонными к «бессмысленному» поведению и отдает их во власть внешних стимулов или событий. Механизмы саморегуляции развиваются в процес­се социализации через формирование субъективных представлений о правильности и адекватности тех или иных действий. В нормальном состоянии меха­низмы саморегуляции управляют поведением путем обеспечения когнитивных образцов подобающего в определен пой ситуации поведения. Воз действие воз­буждения на механизмы саморегуляции представля­ется особенно важным для объяснения случаев улич­ной или домашней агрессии, в которых насилие яв­ляется спонтанным, взрывным и часто используется как способ урегулирования личностных конфликтов. Системы личностных конструктов очень похожи на процессы саморегуляции, но в данном контексте они имеют отношение к способности человека оправдывать поведение или оценивать его как нейтральное независимо от того, насколько оно достойно порицания. С по­мощью саморегуляции осуществляется управление поведением; система конструктов дает возможность человеку не только исполнить действие, ной справить­ся с психологическими последствиями этого действия. Люди с их непростыми когнитивными построениями имеют с [рапную особенность оценивать свои действия как нейтральные, игнорировать их, минимизировать, рационализировать и недооценивать. Мы имеем ши­рокие возможности «выключать» паши убеждения и наши внутренние стандарты на время совершения тех или иных действий. Во-первых, люди обычно не совершают антиоб­щественных поступков, пока не найдут аргументов, подтверждающих правильность или этичность их дей­ствий. Предосудительные действия могут быть пред­ставлены как благородные через перестройку когни­тивных структур. Так, обеспокоенный отец, считаю­щий, что он должен уберечь свою семью от мирового зла, убивает своих детей, жену, а затем и себя. В сущ­ности, он перестроил свою систему конструктов так, чтобы она соответствовала тому, что, по его убежде­нию, он должен был делать при подобных обстоятельствах. Другой пример: молодой человек, который об­ладает твердыми нравственными принципами и счи­тает убийство недопустимым, добровольно идет на войну, чтобы защитить свою страну. На первый взгляд может показаться, что эти два примера не имеют меж­ду собой ничего общего. Однако оба они представля­ют образцы когнитивного реструктурирования.

---

Второй способ «выключения» моральных стандар­тов связан с первым и состоит в том, что человек пыта­ется заставить себя считать свои агрессивные действия тривиальными и вовсе не такими уж ужасными по сравнению с тем, что делают другие. На войне мы убеж­даем себя, что злодеяния, совершенные врагом, гораз­до страшнее, чем все сделанное нами. Насильник мо­жет убеждать себя, что в изнасиловании нет ничего дей­ствительно страшного, поскольку никакого «реального» физического вреда жертве не причинено.

Третья стратегия опирается на могущество языка. Одним из достижений человеческого интеллекта явля­ется могучая сила слова; слова позволяют нам оправ­дывать наши действия с относительной легкостью. Мы используем эвфемизмы, чтобы нейтрализовать наше предосудительное поведение. Например, в своих рас­суждениях человек может использовать такие слова, как «нейтрализовать» и «пришлепнуть», вместо «убить» и «застрелить». Эвфемизмы имеют меньшую моральную нагрузку и меньше подрывают нравственные устои че­ловека. В главе, посвященной преступности несовер­шеннолетних, мы отмечали, что молодежные субкуль­туры используют различные эвфемизмы для нейтрали­зации оценки своих антиобщественных действий.

Четвертая стратегия, которая наиболее распро­странена при групповой агрессии, выражается в диф­фузии ответственности. Вот рассуждения, которые лучше всего иллюстрируют- этот прием: «Я только выполнял приказы», «Я делал как все» или «Руко­водство решило, что в интересах дела (или компании) следует продолжить выпуск продукции, несмотря на определенную ее опасность для здоровья людей». Эти утверждения направлены на то, чтобы переложить ответственность за собственные действия на других людей или на внешние обстоятельства.

Пятая стратегия состоит в том, чтобы просто не думать о последствиях своих действий. При этой стра­тегии люди убеждают себя, что последствия не име­ют большого значения. Они, напротив, стараются от­влечь себя от последствий насильственных действий. Например, пилот бомбардировщика или человек, на­жимающий на кнопку, который применяет смертонос­ное химическое оружие против гражданского населе­ния, не только выполняет приказы (диффузия ответ­ственности), но, вероятно, не позволяет себе даже думать о той трагедии, которая должна произойти. Наконец, шестой способ состоит в том, чтобы дегуманизировать жертву. Дегуманизация лишает жертву или предполагаемую жертву челове­ческих качеств.

37. Юридико-психологическая характеристика краж.

Наиболее психологически насыщенными являются вопросы, связанные с личностью преступников и механизмами совершения преступлений, в том числе таких социально опасных, как кражи чужого имущества. Изучение психологической характеристики преступников, совершающих кражи представляет значительный интерес выработки адекватных мер противодействия данной категории преступлений. Без выяснения обстоятельств по конкретным уголовным делам, способствующих созданию установки личности на хищение, невозможно принять меры к устранению или хотя бы нейтрализации таких условий. Иногда сами обстоятельства благоприятствуют хищениям: плохая охрана ценностей, ненадлежащий их учет и т.д., что в отдельных случаях может не только облегчить совершение преступления, но и повлиять на формирование у неустойчивых людей преступной установки, т.е. стать одним из факторов, под действием которого формируется установка личности на хищение. Лица, совершающие кражи, имеют ряд общих особенностей. Как отмечают исследования, они относятся к наиболее социально запущенной категории правонарушителей. Побудительные механизмы всех корыстных преступников имеют общую основу - устойчивость корыстных побуждений. Этим объясняется высокий уровень повторности и специального рецидива в данном виде преступлений. Их преступное поведение возникает раньше, чем у преступников других категорий. Воры обладают большим криминальным опытом, сложившимися взглядами и стереотипами антиобщественного поведения. Их поведение отличается стабильной криминальной полинаправленностью. Воры обычно хулиганы и алкоголики, страдают наркозависимостью, это не временно оступившийся человек, а человек нечестный, это личность сформированная, как правило, в условиях отвержения моральных норм в семье и микросреде, в условиях нужды и социального отвержения. Их потребности и интересы крайне ограниченны и примитивны, отчуждены от социальных ценностей. Их социальная дезадаптация обычно усугубляется отсутствием семьи, специальности, постоянной работы и постоянного места жительства, различными психическими аномалиями. В криминальной среде они пользуются наибольшим влиянием. Их преступное поведение особенно тесно коррелирует с их антисоциальным образом жизни. Личность преступника- вора, как правило, деформирована его устойчивым включением в криминальную среду, дефектами семейного воспитания уже в раннем возрасте, хроническим неудовлетворением его насущных потребностей, постоянной ситуативной зависимостью. Квартирные воры по своим психологическим особенностям сближаются с насильственными преступниками. Имея опыт преодоления препятствий в материальной среде, они легко переходят на совершение грабежей и разбоя.

---

Смотрите также файлы

• Юрпсихология лекции.doc

• УИП лекции Ретюнских.doc

• УИП лекции.doc

• Экологическое право.doc

• Таможенное Матвеева.doc