Файл: Кроуфорд К., Макаренко Б. И., Петров Н. В. (отв. ред.) - Популизм как общий вызов - 2018.pdf

Петербург, где резкое изменение позиций партии не только не привлекло новых, но и оттолкнуло часть прежних избирателей.

После региональных выборов в марте 2007 г. и попыток СПС играть на традиционной для власти теме социального патернализма против партии была начата мощная агиткампания, которая напоминала избирателю о поддержке СПС либеральных реформ 1990-х гг., прежних его непопулярных лидерах. Партии в ее агитационной деятельности чинились препятствия и силовыми методами. В результате «электоральный взлет» СПС в 2007 г. прервался столь же внезапно, как и начался.

Другие партии быстро скопировали агрессивный социал-попу- лизм СПС. Различия были лишь в цифрах. Если СПС обещал повысить пенсии в два с половиной раза, то «Справедливая Россия» требовала «повышения пенсий до 65 % от прежнего заработка», «Патриоты России» сначала требовали повысить пенсии до уровня не менее 15 тыс. рублей, а потом заявили, что нужно «увеличить пенсии в четыре раза» и «поднять доходы граждан в два-три раза», КПРФ предлагала вывести пенсии на уровень реального прожиточного минимума и т. д.

Наиболее традиционным является популизм социальных обещаний для КПРФ, «Справедливой России» и других левых и левоцентристских партий. При этом их требования не имеют под собой социаль- но-экономических обоснований, равно как и анализа последствий в случае реализации.

В ноябре 2010 г. Президиум ЦК КПРФ принял постановление «О подготовке и проведении Народного референдума в РФ». Среди предложений, выносимых на «народный референдум» были6:

•  Согласны ли Вы с тем, что плату за жилье и коммунальные услуги следует ограничить 10 % от суммарного дохода семьи?

•  Считаете ли Вы, что государство должно взять на себя ответственность за недопущение произвольного роста цен на продукты питания, лекарства и товары первой необходимости?

•  Согласны ли Вы, что любые изменения в законодательстве, ухудшающие доступ граждан к образованию, охране здоровья и культуре, не должны допускаться и подлежат немедленной отмене?

Одна из постоянных тем – требование заморозки цен и тарифов. В избирательных кампаниях 2015–2016 гг. КПРФ и «Справедливая Россия» регулярно говорили о необходимости ограничения цен,

6  Перечень общефедеральных вопросов Народного референдума, проводимого КПРФ в 2011 году / Пресс-служба ЦК КПРФ. 23.23.2010. URL: http://kprf.ru/rus_ soc/86021.html

борьбе со спекулянтами, к деятельности которых пытались свести рост цен, и т. д.

В Коми на выборах Госсовета в марте 2011 г.7 «Справедливая Россия» размещала баннеры, плакаты на остановках, телерекламу с общим лозунгом «Доходы – Республике! Больше Москве не давать!». Очевидно, что на региональных выборах эта идея была нерешаема и избираемый орган не имел таких полномочий.

Электоральный популизм в России характерен не только для левых. Кроме упомянутого социал-популизма СПС 2006–2007 гг. можно вспомнить и «Яблоко». Пример крайнего популизма – программа «Москва – город XXI века» списка «“Яблоко” – Объединенные демократы» на выборах Мосгордумы 2005 г. В ней, в частности, были следующие пункты:

•  Москва без пробок на дорогах (увеличить расходы на дорожное строительство в два раза; к 2015 г. провести метро в каждый район с населением свыше 50 тысяч человек; развивать велосипедное сообщение и т. д.);

•  Доступное жилье для москвичей (заставить отказаться от планов по 100%-ной оплате коммунальных услуг; предельный уровень оплаты ЖКХ в семейном доходе на уровне 10 %; ликвидация монополизма в обслуживании жилого фонда; заменить выселение за долги административным наказанием; мораторий на «точечную застройку» и т. д.);

•  Социальная справедливость и снижение дороговизны (надбавка 500 рублей к ежемесячному пособию по уходу за ребенком; надбавки неработающим пенсионерам повысить в три раза, работающим – в два раза в 2006 г. и т. д.);

•  Здоровый город (в 2009 г. в три раза повысить зарплату медработникам, ужесточив наказание за некачественное лечение; упростить систему лечения льготных категорий граждан и т. д.).

Программа кроме скепсиса ничего не вызывала и была заведомо невыполнима, впрочем, ее мало кто видел, в отличие от буклетов и календариков, где главное место занимали тема прямых выборов мэра Москвы и тот факт, что «Яблоко» – «единый демократический список».

Одна из популярных оппозиционных технологий в России – сбор подписей в период избирательной кампании за отставку того или иного чиновника или требование проведения референдума, который либо заведомо не может быть проведен, либо идеи которого не реализуемы.

7  Предвыборная программа «Справедливой России». URL: http://komi. spravedlivo.ru/press/region_news/915.smx

Так, в Ингушетии после выборов Госдумы в декабре 2007 г., с официальным участием 98,3 % (161 559 чел. из 164 275), местная оппозиция провела акцию «Я не голосовал», организованную сайтом «Ингушетия.Ru». Собранные свыше 45 тыс. подписей заявивших, что они не принимали участия в выборах8, были отправлены Москву, где исчезли.

Аналогичным образом «в никуда» пропали подписи, которые собирала «Справедливая Россия» в Чувашии за отставку главы региона Михаила Игнатьева; исчезли после избирательной кампании требования «Справедливой России» об отставке губернатора Курской области Александра Михайлова, КПРФ – об отставке губернатора Тверской области Дмитрия Зеленина. Сейчас КПРФ собирает подписи за отставку главы Хакасии Виктора Зимина и т. д.

Одно из ключевых направлений оппозиционного популизма в России – внесение или заведомо неисполнимых, или неприемлемых законопроектов, гарантирующих лишь информационное упоминание и попадание в скандальную хронику.

Так, в Госдуме РФ созыва 2011–2016 гг. многократно выдвигали такие законопроекты депутаты Олег Михеев («Справедливая Россия»), Вадим Деньгин, Роман Худяков и Михаил Дегтярев (ЛДПР), сам Владимир Жириновский и целый ряд других лиц.

Виюне2014г.депутатМихеевнаправилобращениевЕвразийскую экономическую комиссию с просьбой изменить требования к обуви в техническом регламенте Таможенного союза. Депутат предложил запретить обувь на плоской подошве и на высоких каблуках, как приводящих к деформации стопы9. В июле 2016 г. Михеев внес законопроект, который запрещает эксплуатировать интерес к сексу в рекламе.

Депутат ЛДПР Роман Худяков в 2014 г. обнаружил, что на купюре в 100 рублей изображена статуя голого Аполлона, половые органы которого депутат счел непристойными и попросил председателя Центрального банка сменить дизайн купюры. Однако ЦБ отказал депутату, сохранив купюру без изменений. Депутат Михаил Дегтярев несколько раз предлагал запретить в России оборот и хранение долларов США. Помимо американской валюты Дегтярев в 2013 г. предлагал запретить автосигнализацию, а также ограничить донорство для гомосексуалов. В июле 2014 г. Дегтярев предложил переименовать области и районы в губернии и уезды. Также Дегтярев предло-

8  http://rus.delfi.ee/daily/abroad/v-ingushetii-idet-akciya-ya-ne-golosoval. d?id=17780446

9  Депутат Михеев предложил запретить кеды, балетки и шпильки. 19.06.2014. URL: https://www.novayagazeta.ru/news/2014/06/19/102079-deputat-miheev-predlozhil- zapretit-kedy-baletki-i-shpilki

жил перекрасить Кремль в белый цвет, чтобы образ белокаменного Кремля стал символом приоритета норм нравственности в повседневной жизни наших граждан и правителей в противовес моральному упадку в странах западной цивилизации. Владимир Жириновский 12 марта 2014 г. предложил убрать букву «ы» из русского алфавита.

* * *

Приведенные примеры электорального популизма различаются по тому, применяются они властью или оппозицией, а также технологически. Обещания, угрозы, демонстративные действия применялись

сразной интенсивностью и в 1990-е, и в 2000-е, и в 2010-е гг. Наиболее стабильными были обещания со стороны власти построить, открыть, профинансировать и т. д. Менялся лишь стиль их подачи – если в 1990-е гг. это, скорее, «народный популизм», когда обещания давались в общении с самими избирателями и нередко в неформальноафористичной форме (знаменитое ельцинское «берите суверенитета столько, сколько можете переварить»), то в 2000–2010-е гг. популизм обещаний стал довольно технократичным и сухим, адресованным чаще активу в зале, чем народу на митинге. Подается он нередко в виде таблиц с цифрами, планов и графиков, что призвано убедить избирателей в бюрократической реалистичности обещанного.

Популизм угроз имел явные пики в 1996 г. (негативная мобилизация на угрозе реставрации советских порядков), затем после акций протеста осенью 2009 г. На 2010–2011 гг. приходится пик проявлений популизма «угроз прихода криминала во власть», что было «асимметричным» ответом оппозиции на разоблачения фальсификаций. После акций протеста зимой 2011–2012 гг. популизм «угроз прихода криминала во власть» почти целиком замещается популизмом «угрозы со стороны пятой колонны» и «противников нравственных ценностей». После фактического разгрома системной оппозиции и ее де-факто союза с властью на фоне «посткрымского консенсуса»

ссередины 2014 г. потребность широкомасштабных информационных войн против парламентской оппозиции фактически отпадает, и в 2015–2016 гг. редкие всплески популизма угроз касаются лишь ослабевшей «внесистемной» оппозиции.

Популизм демонстративных разыгранных действий в 1990-е гг. – это обычно публичный разнос подчиненных, увольнения нерадивых чиновников, подчеркивающие харизматический стиль руководителей 1990-х гг. как сильных лидеров. В 2000-е гг. подобное уже редкость, и мы видим, скорее, демонстративное немедленное выполнение некой обращенной к чиновнику просьбы. Все чаще это уже не массовые встречи с избирателями, а общение с помощью средств коммуникации.