Добавлен: 30.03.2023
Просмотров: 490
Скачиваний: 5
СОДЕРЖАНИЕ
1. Электронное правительство как новая технологическая платформа государственного управления
1.1 Этапы развития электронного правительства и их ключевые особенности
2. Применение мобильных сервисов как инструментов предоставления государственных услуг
3. Практика применения мобильных сервисов в государственном управлении в России
3.1 Пути совершенствования государственных услуг на основе мобильных сервисов
Таблица 3 Пятерка стран, близких к России по степени зрелости ЭП
|
Страна |
Индекс E-government Readiness |
|
Россия |
0.5329 |
|
Белоруссия |
0.5318 |
|
Маврикий |
0,5317 |
|
Бахрейн |
0,5282 |
|
Колумбия |
0,5221 |
В большинстве исследований, призванных оценить уровень развития ЭП, анализируются такие показатели, как наличие правительственной информации на веб-сайтах и уровень пассивной и активной интерактивности. Наиболее полная информация по данному вопросу приводится в отчете Университета Брауна (Brown University), где анализируются правительственные ресурсы 198 стран и оценивается уровень присутствия их правительств в веб-пространстве. Исследование базируется на анализе множества критериев (включающих наличие онлайн-публикаций и ссылок на ресурсы с нужной информацией, уровень доступа к правительственным базам данных, количество онлайн-услуг и уровень политики безопасности при проведении онлайн-операций), а его результатом является ранжирование стран в соответствии с присвоенным им условным индексом веб- присутствия.
В 2012 году максимальный индекс ранжирования (60,3 балла) был у Южной Кореи – это означает, что каждый проанализированный южнокорейский веб-сайт имел больше половины признаков, важных для его информационной пригодности, свободного доступа граждан и предоставления сервисов. С заметным отставанием от Южной Кореи следуют Тайвань и Сингапур, и только потом очередь доходит до США, Канады и ведущих европейских стран (табл. 4).
Таблица 4 Десятка стран – лидеров по присутствию ЭП в веб-пространстве[12]
|
Страна |
Индекс веб-присутствия правительства |
|
Южная Корея |
60,3 |
|
Тайвань |
49,8 |
|
Сингапур |
47,5 |
|
США |
47,4 |
|
Канада |
43,5 |
|
Великобритания |
42,6 |
|
Ирландия |
41,9 |
|
Германия |
41,5 |
|
Япония |
41,5 |
|
Испания |
40,6 |
Россия стоит примерно в середине списка с индексом 31,9 (табл. 5), и, что интересно, ее индекс чуть выше, чем у таких передовых западноевропейских стран, как Дания (31,8), Австрия (30,6) и др. По всей видимости, сказалось выполнение программы «Электронная Россия», согласно которой все министерства и прочие правительственные структуры обязали разработать и поддерживать собственные веб-ресурсы. Это подтверждает и тот факт, что еще год назад в соответствующем отчете у России индекс правительственного веб-присутствия равнялся 24,2 и по данному показателю она не намного опережала Руанду и острова Самоа.
Таблица 5 Пятерка стран, близких к России по уровню индекса присутствия правительства в веб-пространстве
|
Страна |
Индекс веб-присутствия правительства |
|
Россия |
31,9 |
|
Словения |
31.8 |
|
Чешская |
31,7 |
|
Республика Грузия |
31,4 |
|
Португалия |
31,3 |
Удобство использования. По сравнению с Интернетом, эффективными традиционными каналами информирования населения через газеты, телевидение, радио, мобильные каналы имеют несколько преимуществ. Прежде всего – степень охвата населения услугами операторов мобильной связи. Он превышает соответствующий показатель провайдеров Интернет- услуг. Спектр мобильных сервисов в системе гражданских коммуникаций органов власти может быть чрезвычайно широк и охватывать все сферы ее деятельности. Понять суть рассматриваемой инициативы проще на базе реализованных примеров (возьмем сферу муниципального управления).
Созданы и действуют основные инфраструктурные компоненты электронного правительства, обеспечивающие перевод государственных и муниципальных услуг в электронную форму, включая:
- каналы электронного доступа к государственным и муниципальным услугам: Единый портал государственных и муниципальных услуг (ЕПГУ), региональные порталы государственных и муниципальных услуг (РПГУ), действующие почти во всех субъектах Российской Федерации, официальные веб- сайты и порталы органов государственной власти и местного самоуправления, мобильные приложения, инфоматы;
- Единую систему идентификации и аутентификации (ЕСИА), что позволяет пользоваться одним идентификатором для доступа к электронным государственным и муниципальным услугам различных поставщиков, в том числе через разные каналы;
- Единую систему межведомственного электронного взаимодействия (СМЭВ), обеспечивающую взаимодействие органов государственной власти и местного самоуправления в рамках процессов оказания государственных услуг, предоставляемых в электронной форме;
- Государственную информационную систему о государственных и муниципальных платежах, позволяющую физическим и юридическим лицам получать информацию о своих обязательствах перед бюджетом Российской Федерации по принципу «единого окна» и осуществляющую учет платежей и начислений при предоставлении услуг (ГИС ГМП);
- Федеральный реестр государственных и муниципальных услуг (функций), который включает сведения обо всех государственных и муниципальных услугах (ФРГУ);
- Информационно-аналитическую систему мониторинга качества государственных услуг, которая предоставляет доступ к агрегированной информации по оценке качества предоставления государственных и муниципальных услуг.
В результате в последние годы наблюдается быстрый (а по отдельным группам взрывной) рост предоставления государственных и муниципальных услуг в электронной форме. Через ЕПГУ за 2015 год было заказано 49,8 млн. федеральных и около 1 млн. региональных электронных услуг – почти в три раза больше, чем аналогичные показатели 2014 года. В 2016 году (по состоянию на 01.10.2016 г.) количество заказанных услуг через ЕПГУ составило уже более 220 млн. 17
К СМЭВ подключены все базовые государственные информационные ресурсы и около 12 тыс. организаций, участвующих в предоставлении государственных и муниципальных услуг, ведется работа по использованию системы в процессах осуществления государственных функций. Число транзакций в СМЭВ быстро растет: 1,8 млрд. в 2013 году, 4,3 млрд. в 2014 году, 7 млрд. в 2015 году и в 2016 году (по состоянию на 01.10.2016 г.) 7,2 млрд.18
В период 2010-2015 годов проделана большая работа для организации новых каналов прямого общения руководителей органов власти с гражданами (блоги, микроблоги, сервисы социальных сетей). Реализован ряд инициатив в области взаимодействия органов власти с населением и бизнесом: созданы портал «Российская общественная инициатива», портал открытых данных Российской Федерации, Единый портал для размещения информации о подготовке федеральными органами исполнительной власти проектов нормативных правовых актов и результатах их общественного обсуждения.
Защита персональных данных. Защита персональных данных определяется человеческим фактором и является серьезной проблемой для всех видов мобильной связи.
Частота использования государственной услуги. СМС запросы являются наиболее часто используемыми ресурсами, наименее используемые
- мобильные приложения в силу ранее озвученных технологических причин.
Таким образом, из таблицы видно, что наиболее приемлемым видом мультимедийных услуг является СМС.
Таким образом, для граждан и бизнеса период с 2010 по 2015 год характеризуется радикальным изменением компьютерных технологий и процессов использования информационных ресурсов. Информационные технологии также стали неотъемлемой частью деятельности органов власти. В их структурах образуются подразделения, ответственные за формирование планов информатизации ведомств, в рамках которых реализуются проекты внедрения автоматизированных информационных систем в сфере межведомственного электронного документооборота (МЭДО), управления материально-техническими, финансовыми и кадровыми ресурсами, а также проекты интеграции государственных информационных систем между собой в рамках оказания электронных государственных и муниципальных услуг. Сформированы прикладные системы информационно-аналитического обеспечения работы государственных и муниципальных органов для быстрого доступа к нормативной, научной, методической и справочной информации. Создаются базы данных по основным направлениям реализации полномочий органов государственной и муниципальной власти.
3. Практика применения мобильных сервисов в государственном управлении в России
Если обратиться к российской практике развития электронного правительства и отдельных его элементов, то возникает неоднозначная картина. С одной стороны, необходимость активного использования ИКТ в государственном управлении России неоднократно подчеркивалось в научном дискурсе, политических выступления, ряде программных документах. Среди важнейших шагов в этой сфере можно отметить подписание к Окинавской хартии, принятие и реализация ФЦП «Электронная Россия» на 2002-2010 годы, реализацию мероприятий Административной реформы и реформы государственной гражданской службы, принятие целого ряда нормативно-правовых актов различного уровня, регламентирующих открытость органов государственной власти и местного самоуправления. На реализацию мероприятий по внедрению ИКТ расходуются очень значительные ресурсы по линии различных ведомств и федеральных целевых программ. В то же время, в последнее время происходит отчетливое осознание недостаточно эффективного использования ресурсов. Данная проблематика, впервые поднятая Министерством экономического развития и торговли в 2005-2006 годах в рамках подготовки Концепции Административной реформы, в последние годы получила свое развитие в выступлениях высшего руководства Российской Федерации, включая Президента и Председателя Правительства РФ. Лейтмотивом обсуждения эффективности развития электронного правительства стал существующий разрыв между масштабами финансирования и достаточно скромными реальными, «осязаемыми» результатами реформ в этой сфере для населения и бизнеса.
Среди причин недостаточного развития электронного правительства можно отметить такие объективные факторы, как слабость инфраструктурной базы, неравномерное распределение информационных технологий в различных регионах, а также среди различных слоев населения (высокий уровень цифрового неравенства). Кроме того, можно отметить ряд дополнительных барьеров, которые стали уже традиционными аттрибутами российской модели управления электронными правительством:
- отсутствие системного видения технологического оснащения государственного управления (стратегия построния электронного правительства регулярно пересматривается в связи с кадровыми и политическими изменениями, в частности, очередной пересмотр происходит в настоящее время);
- отсутствие ясной и четкой организационной основы построения электронного правительства на федеральном уровне (распределение полномочий между различными ведомствами, отвечающими за реализацию электронного правительства крайне запутано и неоднозначно);
- слабость и несистемность взаимодействия государства и частного сектора, в первую очередь, крупных компания в области ИКТ (основным механизмом реализации ФЦП "Электронная Россия" является размещение заказов на выполнение работ (оказание услуг) и выполнение научно- исследовательских работ; данный механизм имеет целый ряд проблем, которые приводят к неэффективности, отсутствию четкого контроля, коррупции);
- недостаточное выполнение центральным уровнем управления функций по координации и методическому сопровождению региональных проектов электронного правительства.
Как свидетельствуют данные отчета Brown University Taubman Center for Public Policy, существенным тормозом в развитии правительственных онлайн-сервисов является невозможность применения кредитных карт и цифровых подписей. Если на коммерческих сайтах данная практика давно стала обычным явлением, то на правительственных ресурсах все иначе. Кредитные карты принимаются только на 4% сайтов, а цифровые подписи при проведении финансовых операций разрешены лишь на 1%.
Кроме того, крайне слабо реализованы поддержка секретности онлайн- взаимодействия и политики безопасности при проведении финансовых операций. Некоторый уровень секретности вводимых данных обеспечивают только 26% исследованных ресурсов и лишь на 14% проводится политика безопасности. Как подчеркивают аналитики, этого совершенно недостаточно, так как если граждане не будут чувствовать себя в безопасности при проведении онлайн-операций, то и пользоваться ими не станут, а это отрицательно скажется на темпах развития электронных правительств[13].
3.1 Пути совершенствования государственных услуг на основе мобильных сервисов
В связи с вышеизложенным, можно обратиться к традиционному набору рекомендаций, сформулированных Garnter Group, ведущей консалтинговой компанией в сфере электронного правительства, в форме трех принципов:
think big (мыслить глобально);
start small (начинать действовать локально); scale fast (быстро адаптироваться).
Таким образом, успешное развитие электронного правительства, по мнению Gartner Group, подразумевает, наряду с проектированием и релазиацией глобальных, стратегически необходимых систем, реализацию конкретных локальных проектов, которые могут дать реальные, ощутимые и достаточно быстрые результаты. Значимость этих результатов заключается в том, чтобы продемонстрировать позитивный потенциал ИКТ гражданам и в особенности самим рядовым государственным и муниципальным служащим. Поддержка принимаемого политического решения чиновниками является необходимым условием эффективного реализация решения, что подчеркивается во многих теоретических работах[14]. В данном случае, мы видим эмпирическое подтверждение данного тезиса. Недостаточное осознание необходимости внедрения технологий электронного правительства со стороны федеральных чиновников нижестоящего уровня и особенно чиновников на региональном и муниципальном уровне приводит к искажению принимаемых на высшем уровне решений, их нежизнеспособности. В конечном итоге формальный подход к реализации инциатив в области электронного правительства на нижестоящем уровне приводит к их выхолащиванию и отсутствию конкретных результатов.