Файл: Судебная власть государства: организация и полномочия (Теоретические аспекты судебной власти государства).pdf

Принятая сегодня практика использования отмены судебных решений в качестве основания для дисциплинарной ответственности судей предоставляет председателям судов потенциальные инструменты давления на судей, в нарушение установленного в ст. 10 Закона «О статусе судей» запрета на вмешательство в их деятельность. Риски отмены решения и его последствия в виде инициирования председателем дисциплинарного разбирательства осознаются рядовыми судьями и учитываются при принятии судебных актов. Это, в частности, касается вынесения оправдательных приговоров в уголовном процессе, каждый из которых неизбежно обжалуется стороной обвинения и проверяется с особой тщательностью в вышестоящем суде.

Ст. 11 Закона «О статусе судей» предусматривает, что полномочия судьи федерального суда не ограничены определенным сроком, а предельный возраст пребывания в должности судьи — 70 лет, если иное не установлено законом. Прекращение полномочий судьи допускается только в случае совершения им серьезных нарушений при исполнении обязанностей судьи или поступков во внепрофессиональной деятельности, умаляющих авторитет судебной власти. Основаниями для привлечения судей к дисциплинарной ответственности являются несоблюдение требований Закона «О статусе судей» и нарушение норм Кодекса судейской этики. Право председателя суда по своему усмотрению инициировать дисциплинарное производство в отношении любого из судей, на которого поступают жалобы или который имеет отмененные вышестоящим судом решения, имеет дискреционный характер. Председатель может использовать такое право выборочно: инициировать процедуру дисциплинарной ответственности только в отношении тех судей, которых он по тем или иным причинам считает недостойными статуса судьи. Это ставит всех судей в зависимое положение от председателя, поскольку никто из судей не застрахован от совершения судебной ошибки.

Формальные критерии, являющиеся основаниями для привлечения к дисциплинарной ответственности, часто дополняются неформальной практикой. Например, характеристика работы судьи, которую дает председатель для ККС, может быть составлена на основании совокупности жалоб, которые подаются в отношении судей. Как правило, единичная жалоба не получает дальнейшего хода, но в каждой жалобе заявитель излагает какой-то конкретный факт (грубое поведение судьи, нарушение процессуальных норм, отмеченное заявителем), и в результате формируется своеобразное «дело» (досье на судью), к материалам которого председатель может при необходимости обратиться. Кроме того, нигде не прописаны критерии оценки качества работы судьи — нет норм, определяющих, сколько отмен или жалоб «допустимо», а сколько уже «недопустимо». Однако многие эксперты и ученые отмечают, что критерии, которые использует ККС при оценке того или иного обстоятельства, должны быть общеизвестны и понятны. Более того, они должны применяться одинаково всякий раз, когда имеет место нарушение, хотя вид дисциплинарной ответственности должен выбираться и применяться с учетом индивидуальных обстоятельств случившегося и характеристики судьи.

Таким образом, сложившийся механизм дисциплинарной ответственности может использоваться как инструмент давления на конкретного судью со стороны руководства суда. Негативная оценка профессиональной деятельности судьи председателем суда становится основанием для наказания или досрочного прекращения его полномочий, а угроза такой ситуации сказывается на самостоятельности судьи в принятии решений. Отсутствие четких критериев привлечения к дисциплинарной ответственности, произвольность и избирательность запуска дисциплинарного разбирательства приводит к снижению инициативности судьи, к работе с постоянной оглядкой на руководство. В условиях широкой дискреции при привлечении к дисциплинарной ответственности судья стремится избегать самостоятельных суждений по сложным вопросам.

Для устранения вышеперечисленных организационных ограничений независимости судей предлагается принять ряд мер по следующим направлениям:

• введение выборности председателей районных судов или процедуры выдвижения кандидатуры председателя коллективом суда для последующего назначения;
• изменение полномочий председателей суда по участию в процессе назначения судей, распределению дел и материального вознаграждения;
• уточнение условий наступления дисциплинарной ответственности судей.

3.2. Меры по совершенствованию судебной системы

Основная цель изменения порядка назначения председателей районных судов состоит в том, чтобы учитывать мнение коллектива судей о кандидатуре председателя, а также усилить ротацию председателей, ограничив срок их пребывания в должности. Может быть использован любой из следующих вариантов:

1. введение выборности председателей районных судов коллективом суда;

2. введение процедуры выдвижения кандидатуры председателя суда коллективом суда посредством рейтингового голосования.

Предлагается ввести процедуру выборов председателя районного суда, которая будет состоять из:

а) выдвижения кандидата или кандидатов;

б) предварительного рассмотрения кандидатов квалификационной коллегией судей;

в) процедуры голосования;

г) утверждения победившего кандидата председателем Верховного суда.

Нахождение в должности председателя суда ограничено сроком три (вариант — четыре) года; один и тот же судья не может быть председателем какого-либо суда более двух сроков подряд. Процедура выдвижения кандидатов начинается после объявления о вакансии, поданного согласно действующему законодательству. Она может включать как самовыдвижение любого из судей данного суда путем подачи заявления и соответствующих документов в ККС, так и выдвижение кандидата любым из судей или группой судей данного суда также путем подачи соответствующего предложения в ККС. При этом должно быть получено согласие выдвигаемого кандидата на участие в выборах председателя.

Другой вариант: выдвижение посредством рейтингового голосования судей. В этом варианте предлагается следующая процедура выдвижения и назначения председателя суда. Председателем может быть назначен только действующий судья данного суда, чтобы пресечь возникшую практику перехода председателей суда, исчерпавших срок своих полномочий в одном суде, на такую же должность в соседний суд.

Примерно за месяц до окончания срока полномочий действующего председателя суда и открытия вакансии или в течение месяца при неожиданном открытии вакансии квалификационная коллегия назначает день тайного голосования о рейтинге судей на занятие вакантной должности председателя данного суда. Все судьи суда участвуют в голосовании. В специально подготовленных бюллетенях, включающих весь списочный состав судей данного суда, каждый из судей делает отметку о наиболее предпочтительной кандидатуре на должность председателя. Рекомендованным считается судья, получивший большинство голосов. При одинаковом количестве голосов могут быть использованы дополнительные, но формально определенные критерии, которые может учесть квалификационная коллегия, указав их в своем представлении к назначению на вакантную должность: например, стаж работы судьи в данном суде, возраст, квалификационный класс и т.п.

При ограничении организационных полномочий председателей судов необходимо:

Во-первых, необходимо исключить или существенно сократить участие председателя суда в процессе назначения судьи на должность с тем, чтобы снизить его роль «работодателя». Председатель суда реализует лишь те предусмотренные законом полномочия, которые процессуально необходимы для того, чтобы организовать и обеспечить эффективное рассмотрение поступающих дел. В случае создания Федерального центра подготовки судей и введения процедуры назначения судей по итогам такой подготовки (экзаменам), участие председателя суда в процедуре назначения может быть только в форме организации практики-стажировки лиц, обучающихся в Центре, и собеседования при представлении кандидата (выпускника Центра) на занятие вакантной должности в данном суде.

Во-вторых, необходимо изменить механизм премирования судей из фонда оплаты труда, а вместе с этим и соответствующие полномочия председателя суда. Сэкономленный за календарный период фонд оплаты труда должен распределяться между судьями, состоявшими в штате суда в течение всего этого календарного периода, строго поровну либо согласно формальному правилу, не требующему чьего-либо усмотрения (в том числе позволяющему премировать пропорционально времени работы в отчетном периоде или пропорционально объему выполненной работы вследствие незаполненных вакансий судей в этот период).

В-третьих, необходимо заменить практику «ручного» распределения дел председателем на электронную систему распределения дел. Подобные системы действуют во многих европейских государствах. В российском случае возможность использования электронного распределения дел закреплена в основных процессуальных кодексах: ст. 18 АПК РФ, ст. 14 ГПК РФ, ст. 30 АПК РФ, ст. 28 КАС РФ и ст. 30 УПК РФ. Однако формулировки этих норм («с учетом нагрузки и специализации судей в порядке, исключающем влияние на его формирование лиц, заинтересованных в исходе судебного разбирательства, в том числе с использованием автоматизированной информационной системы») оставляют возможность участия председателей судов в выборе способа распределения дел.

В п. 3.4. Инструкции по делопроизводству в районных судах общей юрисдикции и в п. 22.1 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах предусмотрена возможность как автоматизированного распределения дел (при наличии программного обеспечения), так и распределение лично председателем. Программным обеспечением для электронного распределение дел в арбитражных судах является «Система автоматизации судопроизводства» (САС), в судах общей юрисдикции — «Модуль распределения дел» ГАС «Правосудие». Однако, несмотря на наличие нормативной базы и программного обеспечения, вопрос упирается в практическое внедрение электронного распределения дел в работу судов, в первую очередь — судов общей юрисдикции.

Основным препятствием для полного перехода на автоматизированное распределение дел, которое чаще всего фигурирует в дискуссиях, считается невозможность учесть особенности конкретного дела и специализацию судьи. Действительно, суды развиваются по пути все большей специализации судебных составов по категориям дел. Однако эти затруднения вполне решаемы. Программа может распределять дела по алгоритму, в который закладывается категория дела, специализация судьи, его нагрузка и расписание. На данный момент программное обеспечение арбитражных судов справляется с этой задачей, не только автоматически определяя судью для разрешения дела, но и ставя судебное заседание по этому делу с учетом текущего графика заседаний данного судьи.

В-четвертых, администратор суда должен стать должностным лицом, несущим основную нагрузку по организации работы аппарата суда и суда в целом, в связи с чем объем соответствующих организационно-хозяйственных полномочий должен быть изъят у председателя суда и передан администратору суда. Для реализации этой задачи в первую очередь необходимо вывести должность администратора из системы Судебного департамента и сделать ее полноценной руководящей должностью в составе суда. Такое решение, в частности, предлагается в недавнем пакете законопроектов о государственной судебной службе, внесенном председателем Верховного суда РФ в парламент.

Согласно этим проектам, администратор будет возглавлять аппарат суда (должность так и планируется именовать «руководитель аппарата суда — администратор суда») и возьмет на себя все хозяйственные и организационные функции, председатель же будет отвечать преимущественно за отправление правосудия в суде. Несмотря на то что данные реформы носят во многом компромиссный характер (предполагается, что председатель все-таки продолжит осуществлять «общее» руководство аппаратом, в то время как администратор — «непосредственное»; кроме того, данные новеллы распространяются только на суды общей юрисдикции уровня субъекта РФ и арбитражные суды), движение по усилению института администратора суда можно только приветствовать. Указанные меры в связке с предлагаемыми нами изменениями системы назначения и полномочий председателей судов способствовали бы более четкому разделению руководящих функций в сфере организационно-хозяйственной деятельности и собственно правосудия, тем самым исключив возможности внепроцессуального давления на судей.

Дисциплинарная ответственность судей требует более четкого правового регулирования, позволяющего свести к минимуму усмотрение председателя соответствующего суда при инициировании производства о дисциплинарной ответственности судьи и дискреционных подходов к решению вопроса о наличии или отсутствии оснований для лишения судьи полномочий в практике квалификационных коллегий. Противоречивость и недостаточная определенность действующего регулирования проявляются в следующем.

Статья 16 Закона «О статусе судей» устанавливает: «Судья, в том числе после прекращения его полномочий, не может быть привлечен к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении правосудия мнение и принятое судом решение, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена виновность судьи в преступном злоупотреблении либо вынесении заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта». Однако в ч. 5 ст. 12.1 этого же закона (введенной Федеральным законом от 02.07.2013 № 179-ФЗ) предусмотрено: «Дисциплинарное взыскание в виде досрочного прекращения полномочий судьи может налагаться на судью в исключительных случаях за существенное, виновное, несовместимое с высоким званием судьи нарушение положений настоящего Закона и (или) Кодекса судейской этики, в том числе за нарушение указанных положений при осуществлении правосудия, если такое нарушение повлекло искажение принципов судопроизводства, грубое нарушение прав участников процесса, свидетельствует о невозможности продолжения осуществления судьей своих полномочий и установлено вступившим в законную силу судебным актом вышестоящей судебной инстанции или судебным актом, принятым по заявлению об ускорении рассмотрения дела либо о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок».