Файл: Судебная власть государства: организация и полномочия (Теоретические аспекты судебной власти государства).pdf

Судебная власть является неотъемлемой частью государства. Отделенная от других ветвей власти функционально, она существует во взаимодействии с ними, составляя в совокупности единую систему государственной власти. Поэтому финансовая самостоятельность судебной власти означает ее материальную самодостаточность по отношению к субъектам, не входящим в систему государственной власти. Поддерживая это положение, И.Ю. Носков утверждает, что судебная власть самостоятельна только в отношении выполнения ею своей функции.

Таким образом, закрепленные в Конституции РФ гарантии обеспечивают самодостаточность судебной власти и ее способность самостоятельно реализовывать функцию осуществления правосудия. Отправление судебной властью правосудия собственными силами обеспечивается и закреплением особого статуса судей.

В связи с этим верно утверждение О.В. Макаровой о том, что «принципы независимости, неприкосновенности и несменяемости судьи развивают базовую идею самостоятельности судебной власти в целом». Согласно ст. 120 Конституции РФ судьи независимы и подчиняются только Конституции РФ и федеральному закону. В силу ч. 2 ст. 120 суд, установив несоответствие акта государственного или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом.

Таким образом, Конституция РФ и федеральные законы являются основой деятельности судей, их главным ориентиром, что направлено на исключение попыток вмешательства государственных или иных органов в деятельность судей, поскольку судьи могут самостоятельно без соблюдения каких-либо обязательных процедур не применять акты этих органов, не соответствующие закону.

Правовые гарантии самостоятельности судебной власти нашли закрепление и в процессуальном законодательстве. В качестве правовой гарантии самостоятельной деятельности судей можно рассматривать возможность применения судьями аналогии права и закона, предусмотренную процессуальным законодательством (ч. 6 ст. 13 Арбитражного процессуального кодекса РФ, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса РФ), что подтверждает самостоятельность судебной власти и независимость ее органов.

Самостоятельность судебной власти обеспечивается также установленной законом обязанностью судьи заявить самоотвод при наличии оснований, установленных процессуальным законодательством и препятствующих беспристрастному рассмотрению дела (ст. 24 АПК РФ, ст. 19 ГПК РФ, ст. 62 Уголовно-процессуального кодекса РФ, ст. 29.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях).

Такая обязанность позволяет исключить влияние личных предпочтений, связей и иных субъективных факторов на выполнение судьями функций по отправлению правосудия и является важной гарантией самостоятельности судей, обеспечивая их беспристрастность. При этом самоотвод должен быть аргументирован и обоснован во избежание злоупотреблений данной возможностью. Непосредственно при вынесении судебного решения действует установленное процессуальным законодательством правило тайны совещания судей. Данное правило предоставляет судье возможность при отсутствии воздействия заинтересованных в исходе дела сторон принять обоснованное, законное и справедливое решение.

Важнейшая гарантия принципа самостоятельности судебной власти установлена в ч. 4 ст. 5 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», согласно которой в Российской Федерации не могут издаваться законы и иные нормативные правовые акты, отменяющие или умаляющие самостоятельность судов, независимость судей.

Приведенное положение имеет базовое, фундаментальное значение для функционирования судебной власти и означает, что установленные законом правовые гарантии ее самостоятельности не могут быть отменены или ограничены в результате реформирования судебной системы, внесения изменений в российское законодательство. В развитие указанного принципа Конституционным Судом РФ неоднократно указывалось, что в силу принципа самостоятельности судебной власти законодатель не вправе лишать суд необходимых для осуществления правосудия дискреционных полномочий.

Исходя из указанной позиции, предоставление судьям дискреционных полномочий можно рассматривать как гарантию самостоятельности судебной власти. Следует согласиться с мнением Н.А. Гущиной, которая говорит о необходимости совершенствования законодательства путем сокращения дискреционных норм там, где их наличие не диктуется особыми обстоятельствами. Такое утверждение справедливо, поскольку наличие у судей федеральных судов дискреционных полномочий повышает риск возникновения судебных ошибок, открывает возможности злоупотребления служебным положением, вынесения судебных актов, содержащих коррупционные риски. Кроме того, процесс применения судьей правовых установок не может быть произвольным и неконтролируемым, так как вся его деятельность должна быть подчинена нормам права, и в частности осуществление дискреционных полномочий как интеллектуально-волевая деятельность судьи всегда должно быть основано на законе и иметь установленные им пределы.

В связи с изложенным, предоставление судьям-правоприменителям таких полномочий должно быть обоснованным, а их использование подчинено целям защиты прав, свобод и интересов человека и гражданина. Дискреционные полномочия судей действующим законодательством прямо не предусмотрены, однако конституционные положения о независимости и самостоятельности судебной власти, гарантированности судебной защиты прав и свобод человека подразумевают возможность судей действовать по своему усмотрению в рамках правовых норм.

Обязательность воплощения указанных конституционных принципов в деятельности судебной власти при отсутствии четкого нормативного регулирования некоторых общественных отношений предопределяет необходимость наделения судей дискреционными полномочиями в целях эффективного и самостоятельного выполнения своих функций. Указанный вид полномочий судебной власти основывается на конституционных принципах и детализируется процессуальным законодательством.

В заключение следует отметить, что идея самостоятельности судебной власти является основой ее эффективного функционирования в целях защиты прав и свобод человека и гражданина. Претворение данной идеи в жизнь обеспечивают нормы Конституции РФ и федеральных законов, которые устанавливают основополагающие правила функционирования судебной власти, а также конкретные механизмы, помогающие судьям осуществлять свою профессиональную деятельность собственными силами без посторонних влияний, что и гарантирует реализацию принципа самостоятельности судебной власти.

3. Предложения по совершенствованию судебной системы

3.1. Проблемы современной российской судебной системы

Диагностика проблем современной российской судебной системы показывает наличие ряда нежелательных ограничений относительно независимости и несменяемости судей, возникающих в силу специфики судоустройства и судебной иерархии. Эти ограничения преимущественно связаны с двумя аспектами работы судебной системы:

1. спецификой функционирования института председателей судов;

2. практикой привлечения судей к дисциплинарной ответственности, зависящей в том числе от отмены судебных решений вышестоящими судебными инстанциями.

В соответствии со ст. 6.2 Закона «О статусе судей», на председателя суда возложены следующие полномочия:

1) полномочия судьи соответствующего суда,

2) процессуальные полномочия, установленные для председателя суда и

3) полномочия по организации работы суда.

Введенный в конце 1990-х годов институт администраторов суда должен был освободить председателей от целого ряда организационных, кадровых и хозяйственных функций, но на деле этот институт не заработал. Дефакто председатель организовывает и контролирует практически всю хозяйственную деятельность суда, особенно наиболее крупные проекты (например, ремонт или строительство здания суда). Председатель также контролирует пополнение кадрового состава аппарата суда.

Можно выделить несколько направлений, где существующие полномочия председателей судов могут использоваться для ограничения независимости судей.

Во-первых, председателям отводится ключевая роль в процессе назначения судей на должность. Фактически в России сложилась кооптационная модель формирования судейского корпуса, когда председатель суда выступает в роли работодателя по отношению к рядовым судьям. Хотя формальная процедура предполагает, что основную роль в рекомендации кандидата на должность судьи играет решение ККС, для рекомендации комиссии требуется согласие председателя суда, в который назначается претендент. Кроме того, на практике решение о рекомендации к назначению принимается после неформального согласования с председателем суда субъекта РФ. Председатель районного суда не только участвует в подборе кандидатов в свой суд, но и дает рекомендации по назначению мировых судей.

Во-вторых, в большинстве российских судов председатель прямо или косвенно вовлечен в распределение нагрузки судей. Хотя распределение дел между судьями необходимо производить равномерно, с учетом сложности дел и специализации судей, практика распределения дел лично председателем суда создает потенциальный инструмент влияния на судей. Система электронного распределения дел на вероятностной основе была введена в арбитражных судах, но в судах общей юрисдикции эта практика реализуется лишь в отдельных регионах, а в большинстве судов дела продолжают распределяться председателем.

В настоящее время председатель районного суда имеет возможность влиять на работу мировых судей. С 2013 г., согласно Закону РФ «О статусе судей», в рамках одного района решением председателя районного суда допускается передача уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях от одного мирового судьи другому. С одной стороны, введение таких полномочий было направлено на оптимизацию нагрузки мировых судей и облегчение их работы. При этом в процессуальной литературе высказывается критика данного положения в связи с тем, что произвольная передача дел от одного мирового судьи к другому без учета мнения сторон нарушает право граждан на рассмотрение дела тем судом, которому оно подсудно по закону. Председатель районного суда своей дискрецией по сути произвольно меняет подсудность дела мировому судье конкретного мирового судебного участка. Помимо этого, полномочия председателя по передаче дел от одного мирового судьи к другому создают определенную угрозу независимости мирового судьи, так как дают председателям механизм манипуляции нагрузкой «неудобных» или, наоборот, «удобных» судей.

В-третьих, председатель суда имеет возможность влиять на судей с помощью действующего механизма премирования судей. На сегодняшний день существуют два варианта такого премирования. Однократные премии выдаются судьям по усмотрению председателя суда, в случаях получения государственных наград, юбилеев, после достижения определенного стажа и т. п. Выплата регулярных премий судьям опять-таки осуществляется по усмотрению председателя суда «на основании согласованных с советами судей (президиумами советов судей) субъектов Российской Федерации приказов начальников управлений Судебного департамента в субъектах Российской Федерации, издаваемых в соответствии с представлениями председателей этих судов».

В-четвертых, председатель играет важную роль в карьерном продвижении судьи. Руководство судов (председатели районных судов и судов субъектов РФ) оценивает судей по показателям, установленным п. 2.2 Приказа Судебного департамента при Верховном Суде РФ: «Интенсивность и высокие результаты работы, сроки рассмотрения дел; выполнение особо важных и сложных заданий; качество выполняемой работы; внедрение прогрессивных форм осуществления судебной деятельности; активное участие в работе органов судейского сообщества». Среди этих показателей есть не только однозначные, которые можно определить и выразить формально (например, интенсивность работы выражается количеством дел, рассмотренных судом в определенный промежуток времен — в месяц, квартал, год; сроки рассмотрения дел предписаны законом и учитываются формально судебной статистикой), но и неопределенные, допускающие свободное толкование председателем при применении. Например, «высокие результаты работы»; «выполнение особо важных и сложных заданий»; «внедрение прогрессивных форм осуществления судебной деятельности»; «качество выполняемой работы».

Работа судьи — это осуществление правосудия. Качество этой работы может оцениваться на основании следующих результатов: справедливость судебного разбирательства (ст. 6 Европейской конвенции по правам человека); правосудность принятого решения (отсутствие оснований для отмены или изменения); соблюдение сроков рассмотрения дела, но не столько закрепленных нормативно, сколько содержательно определенных практикой Европейского суда по правам человека (объективно обусловленных сложностью дела и поведением сторон).

На практике качество выполняемой судьей работы оценивается председателем прежде всего по двум формальным показателям — доля дел, рассмотренных в установленные сроки, и «показатель стабильности судебных решений». Он рассчитывается как доля дел, решения по которым были отменены, к общему количеству рассмотренных дел (или к числу обжалованных решений). «Плохие» показатели, особенно в части отмены решений, могут повлечь представление председателя суда о привлечении судьи к дисциплинарной ответственности, вызов на квалификационную коллегию, разбор ситуации и взыскание, что может стать препятствием для дальнейшего карьерного продвижения, а также негативно отразиться на самостоятельности в принятии решений по делу.