ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.08.2019
Просмотров: 13586
Скачиваний: 5
Типичным примером бездействия со стороны органов власти государства-ответчика являются несвоевременные действия или бездействие судебного пристава-исполнителя при исполнении судебных решений, вынесенных против частных лиц. Множество жалоб против России о нарушении п. 1 ст. 6 Конвенции (право на судопроизводство в разумный срок) подано именно в связи с бездействием судебных приставов-исполнителей.
Согласно позиции Европейского суда период, в течение которого имело место исполнительное производство, должен рассматриваться как "неотъемлемая часть судебного разбирательства" по смыслу п. 1 ст. 6 Конвенции (дело "Хорнсби против Греции" (Hornsby v. Greece) <1>). По этой причине период исполнительного производства должен учитываться при расчете длительности срока судебного разбирательства при рассмотрении жалоб на чрезмерную продолжительность судопроизводства (дела "Кравчук против России" (Kravchuk v. Russia) <2> и "Иванова против России" (Ivanova v. Russia) <3>).
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 19 March 1997 on the merits of the application N 18357/91 Hornsby v. Greece.
<2> Decision of the European Court of 1 February 2005 as to the admissibility of application N 72749/01 Kravchuk v. Russia.
<3> Decision of the European Court of 1 April 2004 as to the admissibility of application N 74705/02 Ivanova v. Russia.
Следует особо отметить, что по смыслу ст. 6 Конвенции в качестве составляющей части судебного разбирательства рассматривается стадия исполнения всякого судебного решения, включая решения третейского суда (дела "Литгоу и другие против Соединенного Королевства" (Lithgow and others v. the United Kingdom) <1>, "Греческие нефтеперерабатывающие заводы "Стрэн" и Стратис Андреадис против Греции" (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece) <2>, "Компания "Регент" против Украины" (Regent Company v. Ukraine) <3>).
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 8 July 1986 on the merits of the applications N 9006/80, 9262/81 and 9263/81 Lithgow and others v. the United Kingdom.
<2> Judgment of the European Court of 7 May 2002 on the merits of the application N 59498/00 Burdov v. Russia; Judgment of the European Court of 9 December 1994 on the merits of the application N 13427/87 Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece.
<3> Judgment of the European Court of 3 April 2008 on the merits of the application N 773/03 Regent Company v. Ukraine.
Если органы власти государства-ответчика, в частности судебные приставы-исполнители, обязаны действовать в целях исполнения решения национального суда, но не делают этого, их бездействие может быть признано Европейским судом нарушением позитивного обязательства, установленного п. 1 ст. 6 Конвенции (дело "Сколло против Италии" (Scollo v. Italy) <1>). В деле "Фуклев против Украины" (Fuklev v. Ukraine) <2> Суд указал, что государства-участники должны организовать свою систему исполнения судебных решений таким образом, чтобы она была эффективной согласно законодательству и на практике и обеспечивала бы исполнение решений без ненадлежащих задержек.
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 28 September 1995 on the merits of the application N 19133/91 Scollo v. Italy.
<2> Judgment of the European Court of 7 June 2005 on the merits of the application N 71186/01 Fuklev v. Ukraine.
По делу "Фосиак против Румынии" (Fociac v. Romania) <16> Европейский суд отметил, что, когда речь идет об исполнении судебного решения, вынесенного против частного лица, государство как обладатель публичной власти должно действовать усердно (diligently) в целях содействия кредитору в исполнении судебного решения.
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 3 February 2005 on the merits of the application N 2577/02 Fociac v. Romania.
Главный вопрос, который Европейский суд решает при рассмотрении жалоб, связанных с исполнением судебных решений, вынесенных против частных лиц, заключается в следующем: были ли судебными приставами-исполнителями, а также иными органами власти государства-ответчика приняты все адекватные и достаточные меры (adequate and sufficient measures) в целях содействия кредитору, иными словами, были ли использованы приставами-исполнителями все разумно доступные им меры для содействия взыскателю? При этом обязанностью органов власти государства-ответчика является принятие максимально возможных мер, а не достижение результата <1>. Для возложения ответственности на государство за чрезмерно длительное исполнение судебного решения против частного лица Суд должен установить, что принятые судебным приставом-исполнителем меры не были адекватными и достаточными для исполнения судебного акта.
--------------------------------
<1> Концепция обязательства достижения результата заключается в том, что обязательство считается выполненным, только если должник смог достичь определенного результата. Обязательство по принятию максимально возможных мер считается исполненным, если должник хотя и не достиг определенного результата, но использовал все доступные ему разумные средства для его достижения.
Например, в деле "Кунашко против России" (Kunashko v. Russia) <1> заявительница жаловалась на неисполнение приставом-исполнителем судебного решения, вынесенного в ее пользу против частной коммерческой компании. Европейский суд отметил, что, в случаях, когда судебное решение вынесено против частного лица, позитивная обязанность органов власти государства-ответчика заключается в предоставлении взыскателю всех юридических средств, позволяющих получить от должников взысканные судом денежные средства (дело "Дашар против Франции" (Dachar v. France) <2>). Как отметил Суд, позитивное обязательство органов власти государства-ответчика представляет собой не обязательство достижения результата, а обязательство по принятию максимально возможных мер. В этом деле Европейский суд признал, что нарушения, допущенные судебными приставами-исполнителями, были серьезными и подорвали адекватность исполнительного производства в целом. Суд пришел к выводу, что содействие, оказанное заявительнице судебными приставами-исполнителями, не было адекватным и достаточным. В итоге он взыскал в пользу заявительницы компенсацию материального вреда в виде долга частной компании перед заявительницей (в размере 6400 евро), поскольку решил, что именно действия судебных приставов-исполнителей лишили ее возможности взыскать задолженность с этой компании.
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 17 December 2009 on the merits of the application N 36337/03 Kunashko v. Russia.
<2> Decision of the European Court of 6 June 2000 as to the admissibility of application N 42338/98 Dachar v. France.
По делу "Кесьян против России" (Kesyan v. Russia) <1> Суд счел, что судебный пристав-исполнитель не принял адекватных и достаточных мер для обеспечения исполнения судебного решения, вынесенного в пользу заявителя против частного лица. Суд учел, что длительное время судебный пристав-исполнитель не предпринимал никаких действий с целью исполнения судебного решения, не принимал мер по розыску имущества должника. Европейский суд отметил, что органы власти государства-ответчика не применили в отношении должника никаких санкций, чтобы принудить его к исполнению вынесенного судебного решения.
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 19 October 2006 on the merits of the application N 36496/02 Kesyan v. Russia.
По делу "Макарова против России" (Makarova v. Russia) <1> канцелярией суда было утеряно гражданское дело заявительницы, исполнительное производство против частной компании несколько лет не возбуждалось. Суд отметил, что по вине органов власти государства-ответчика исполнительное производство по судебному решению, вынесенному против частного лица в 1997 г., было возбуждено лишь в 2002 г. При этом частная компания-должник в 2001 г. была ликвидирована, вследствие чего меры, определенные судом к исполнению судебным приставом-исполнителем, были неисполнимы.
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 25 January 2007 on the merits of the application N 21074/03 Makarova v. Russia.
При рассмотрении вопроса о том, было ли исполнительное производство против частного лица чрезмерно длительным, Европейский суд оценивает степень сложности исполнительного производства, поведение заявителя и службы судебных приставов-исполнителей, а также вид и стоимость присужденного имущества.
По делу "Шестаков против России" (Shestakov v. Russia) <1> Суд счел, что ст. 6 Конвенции подлежит применению в отношении исполнительного производства, должником по которому являлся частный банк. Суд подчеркнул, что ответственность государства за исполнение судебных решений в отношении частных компаний распространяется лишь на период осуществления исполнительного производства государственными органами; как только прекращается исполнительное производство, ответственность государства заканчивается. Суд напомнил, что, для того чтобы государство-ответчик несло ответственность за неисполнение судебного решения, вынесенного против частного лица, должно быть доказано, что принятые судебным приставом-исполнителем меры не были адекватными и достаточными (дело "Руяну против Румынии" (Ruianu v. Romania) <2>). В данном деле Суд счел, что исполнительное производство было непростым, требовало решения на практике сложных административных вопросов, в частности поиска способа удовлетворения требований многочисленных кредиторов частного банка, при этом оно успешно осуществлялось, и действия судебных приставов-исполнителей не были чрезмерно длительными. Суд решил, что ничто не указывает на то, что служба судебных приставов не исполнила своих обязанностей по розыску должника или каким-либо иным образом была ответственна за неисполнение решения суда.
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 18 June 2002 as to the admissibility of application N 48757/99 Shestakov v. Russia.
<2> Judgment of the European Court of 17 June 2003 on the merits of the application N 34647/97 Ruianu v. Romania.
Таким образом, если служба судебных приставов-исполнителей действовала своевременно и в соответствии с национальным законодательством, но исполнить судебный акт, вынесенный в пользу заявителя против частного лица, оказалось невозможным (например, из-за банкротства должника), то государство-ответчик не несет ответственности за неисполнение данного судебного акта. Если же исполнение судебного акта, вынесенного против частного лица, стало невозможным из-за недостаточного содействия заявителю (например, бездействия или несвоевременных действий) со стороны службы судебных приставов-исполнителей или иных органов, то государство-ответчик может быть признано нарушившим п. 1 ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции.
Нарушение обязанности провести
"эффективное расследование" по уголовным делам
Одной из составляющих позитивной обязанности государства-ответчика является проведение следственными органами государства-ответчика "эффективного расследования" (effective investigation). Каждый раз при рассмотрении жалобы о нарушении запрета лишения жизни (ст. 2 Конвенции) и запрета пыток и жестокого обращения (ст. 3 Конвенции) Европейский суд оценивает, насколько тщательным, быстрым, объективным и независимым было расследование этих фактов со стороны следственных органов.
Европейский суд исходит из того, что следственные органы государств-участников, включая Россию, должны проводить "эффективное расследование" в том значении, как оно понимается Судом, в случае получения сообщений о гибели человека, о жестоком обращении или пытках со стороны представителей государства.
В частности, соответствующее расследование должно быть проведено в следующих случаях:
- в случае лишения жизни в результате применения силы, независимо от того, являются ли предполагаемые преступники представителями государства или частными лицами (см., например, дело "Мусаиев и другие против России" (Moussaiev and others v. Russia) <1>, дело "Эстамиров и другие против России" (Estamirov and others v. Russia) <2>);
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 26 July 2007 on the merits of the applications N 57941/00, 58699/00 and 60403/00 Moussaiev and others v. Russia.
<2> Judgment of the European Court of 12 October 2006 on the merits of the application N 60272/00 Estamirov and others v. Russia.
- в случае гибели лица, находящегося под надзором государственных органов, например в случае гибели лица, находящегося в заключении (см., в частности, дело "Трубников против России" (Trubnikov v. Russia) <1>), или смерти лица, находящегося на излечении в больнице (см. дело "Тарариева против России" (Tarariyeva v. Russia) <2>);
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 5 July 2005 on the merits of the application N 49790/99 Trubnikov v. Russia.
<2> Judgment of the European Court of 14 December 2006 on the merits of the application N 4353/03 Tarariyeva v. Russia.
- в случае жестокого обращения и пыток со стороны представителей государства (см., например, "Читаев и Читаев против России" (Chitayev and Chitayev v. Russia) <1>, дело "Хашиев и Акаева против России" (Khashiyev and Akayeva v. Russia) <2>).
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 18 January 2007 on the merits of the application N 59334/00 Chitayev and Chitayev v. Russia.
<2> Judgment of the European Court of 24 February 2005 on the merits of the applications N 57942/00 and 57945/00 Khashiyev and Akayeva v. Russia.
Всякий раз, когда в Европейский суд подается подтвержденная доказательствами жалоба, где заявляется о подобных фактах, Суд исследует, было ли проведено "эффективное расследование" (о доказывании фактов по подобным жалобам см. комментарий к разд. II формуляра жалобы). Основной вопрос заключается в том, что Европейский суд понимает под термином "эффективное расследование", содержание которого и раскрывается ниже.
В судебной практике Европейского суда выработаны следующие критерии "эффективного расследования":
1) процедура проведения расследования должна быть способна установить виновных лиц;
2) расследование должно проводиться быстро и тщательно;
3) расследование должно быть независимым и беспристрастным;
4) следственные органы должны предоставлять информацию о расследовании заинтересованным лицам.
При несоблюдении хотя бы одного из данных требований расследование признается "неэффективным" (ineffective), а государство-ответчик - нарушившим процессуальный аспект ст. 2 (запрет лишения жизни) или ст. 3 (запрет пыток и жестокого обращения) Конвенции.
Следует еще раз подчеркнуть, что Европейский суд принимает к рассмотрению жалобы на нарушение ст. 2 Конвенции не только от близких родственников, но и от дяди (тети), племянника (племянницы) погибших лиц, их иждивенцев, гражданского супруга (при отсутствии зарегистрированного брака), жениха (невесты), мачехи (отчима), а также от иных лиц, которые пострадали при оказании помощи погибшему (см. комментарий к разд. I формуляра жалобы - о жалобах на основании ст. 2 Конвенции в отношении гибели близких).
Процедура проведения расследования с целью установления
виновных лиц
Европейский суд под "эффективным расследованием" понимает расследование, "процедура проведения которого способна установить виновных лиц" (capable of leading to the identification of those responsible) <1>. Как указал Суд в деле "Тахсин Аджар против Турции" (Tahsin Acar v. Turkey) <2>, в этом случае речь идет не об обязанности "добиться результатов, а об обязанности использовать средства" (obligation of result, but of means) <3>. Не каждое расследование обязательно должно быть удачным или привести к результатам, подтверждающим изложение фактов заявителем, однако оно должно быть способно привести к установлению обстоятельств дела и к идентификации и наказанию виновных (см. дело "Михеев против России" (Mikheyev v. Russia) <4>).
--------------------------------
<1> См., например: Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 6 April 2000 on the merits of the application N 26772/95 Labita v. Italy.