Файл: Качкин А.В. Коррупция, учебное пособие.pdf

Князь Горчаков: И что же происходит в России?  

Карамзин: Как обычно… Воруют-с…  

Исторический анекдот 

XIX век начался с административных реформ, целью которых, 

в  частности,  было  улучшение  организации  государственной 

службы  и  качественного  изменения  в  составе  российского 

чиновничества. 

Анализируя  состояние  государственных  служащих  М.М. 

Сперанский,  обратил  внимание  на  их  плохое  имущественное 

положение;  а,  ведь,  именно  они  призваны  были  решать  проблему 

преобразования  государственного  аппарата  и  реализовывать 

решения  верховной  власти.  «Для    большей  части  людей,  -  писал 

Сперанский,  -  служба  есть  промысел,  но  из  всех  промыслов  она 

есть наименее прибыточный. Можно положительно сказать, что 

исполнители  наших  законов,  блюстители  суда,  порядка  и 

устройства суть нищие». 

Несомненно,  такое  материальное  положение  чиновничества 

способствовало  распространению  злоупотреблений  на  всех 

уровнях.  При  этом  законы  того  времени  четко  запрещали 

«приношения начальствующим лицам от обществ и сословий, как в 

совокупности, так и отдельно. 

Ответственность  чиновника  по  службе  была  зафиксирована  

Уставом о службе (1830-е гг.), где определялись необходимые для 

российского чиновника черты характера. Один  из пунктов гласил: 

«честность,  бескорыстие  и  воздержание  от  взяток».  Служащие 

призывались  исполнять  свои  обязанности,  согласно  данной 

присяге, 

«нелицемерно 

и 

добросовестно», 

соблюдать 

существующие  законы,  «не  позволяя  себе  ни  из  вражды,  ни  из 

свойства или дружбы, а тем более из корысти или взяток ничего 

противного  долгу  присяги,  честности  и  возложенного  на  них 

служения». За мздоимство и лихоимство чиновники должны были 

нести административную ответственность. 

В изданном в 1845 году «Уложении о наказаниях уголовных и 

исправительных» 

предусматривалось 

два 

вида 

взяткополучательства: 

лихоимство 

и 

мздоимство. 

Под 

лихоимством  понималось  принятие  чиновником  подарков  лично 

или  через  посредников  без  нарушений  обязанностей  по  службе.  В  

Уложении  предусматривалась  ответственность  за  мздоимство,  то 

есть  за  «получение  материального  подарка  для  совершения 

противоправного обязанностям службы деяния». 

Александр 

III 

запретил 

совмещение 

государственных 

должностей  с  работой  в  руководстве  банков  и  акционерных 

обществ. 

 В середине XIX века в течение года осуждалось примерно 8 %  

наличного  состава  чиновников  9-14  классов.  Это  очень  много!  В 

год это составляло более 4 000 человек, больше чем годовая норма 

в  современной  России,  в  которой  число  чиновников  возросло 

многократно. 

Несмотря на законы и предпринимаемые меры,  представление 

о  том,  что  чин  является  законным  источником  пропитания 

чиновника,  оставалось  распространенным  среди  населения  вплоть 

до конца XIX века.  

 Губернатор  Симбирска  М.Л.  Марницкий  в  1820-е  годы 

советовал своим чиновникам: «Господа, берите, но не дерите». 

Глава  Третьего  отделения  Собственной  канцелярии  Его 

Императорского  Величества  граф  А.  Бенкендорф  писал  в  1828 

году:  «Власть  продолжает  оставаться  в  руках  презренных 

субъектов,  возвысившихся  путем  лихоимства  и  ценою  несчастья 

населения».  Корпус  жандармов  получил  права  по  борьбе  с 

«преступлениями по должности и лихоимством». 

При  императоре  Николае  Павловиче  жандармская  проверка 

показала,  что  из  около  40  проверенных  губернаторов  только  трое 

не  брали  взяток:  один  был  очень  богат,  другой  был  сыном 

Радищева,  а  мотивы  третьего  остались  неразгаданными.  Николай 

Павлович однажды даже сказал, что он живет в стране, где только 

он один честный человек  и  не берет взяток. На что граф Канкрин 

заметил: «Вам просто незачем, Ваше Величество». 

Граф  Витте  хвастался,  что  он  на  рубеже  веков  победил 

взяточничество на уровне министров и глав департаментов. Сделал 

он  это  весьма  просто  -  сам  лично  им  выдавал  ссуды  из  казны  и 

иные  вознаграждения  и  следил,  чтобы  они  не  брали  у  других,  а 

только у него. 

Вплоть  до  начала  XX  века  чиновник,  отказывающийся  от 

вознаграждения,  многим  просителям  казался  странным  и 

подозрительным.  Как  среди  чиновников,  так  и  в  некоторых  слоях 

населения те, кто ничего не брал, считались дураками или трусами. 

 «…подкуп  административного  лица  есть  прочная  традиция 

российского  государственного  быта  по  крайней  мере  несколько 

последних  столетий.  Формы  взятки  менялись  -  брали  съестным, 

мехами,  крепостными,  деньгами,  услугами,  но  суть  ее  как  формы 

злоупотребления  властью,  как  служебного  преступления  - 

сохранялась. Упорная воспроизводимость подобного деяния нашла 

стихийное  отражение  в  языке,  наряду  с  некоторыми  народными 

эквивалентами  термину,  широко  ходивших  в  обиходе,  вроде  – 

«оказать  почесть»,  «проявить  уважение»,  «мзда»,  «корм», 

«добыча», «подарок», «детишкам на молочишко», «вернуть долг», 

«любостяжательность»,  «лихоимство»,  «сребролакомство»,  взятка 

возбуждала воображение писателей и государственных мужей, так 

родились: 

«богопротивное 

лакомство» 

(Петр 

Великий), 

«произвольное  самовознаграждение»  (С.  Уваров),  «служебные 

сладости» (М. Салтыков-Щедрин) и т.п.

20

Система  давала  возможность  чиновникам  брать  взятки, 

подношения,  подарки  к  различным  праздникам  и  именинам. 

Недаром литература XIX в. запечатлела на своих страницах взятки 

«борзыми  щенками»,  вереницы  поздравляющих  в  губернаторских 

прихожих;  можно  вспомнить    приезд  Хлестакова  и  чиновников, 

которые  «одалживали» деньги московскому «ревизору».  

Существовало  выражение  «ударить  челом  сковородкою 

рыбки».  Дело  в  том,  что  крупные  монастыри,  имея  свои  рыбные 

хозяйства,  привозили  в  Москву  огромное  количество  рыбы, 

которую раздавали нужным чиновникам в виде  «почести». Размер 

«сковородки»   специально не оговаривались. 

Многочисленные  сенатские  ревизии  XIX  в.  зафиксировали 

факты  злоупотреблений,  в  том  числе  и  взяточничества,  служащих 

губернских  и  уездных  учреждений  многих  российских  регионов.  

Практически,  во  всех  губерниях,  где  проходили  ревизии, 

всплывали  факты  вымогательства  со  стороны  чиновников.    Так, 

например,  помещики  всех  губерний  Правобережной  Украины 

ежегодно  собирали  для  полицейских  немалую  сумму.  Киевский 

губернатор И. И. Фундуклей объяснял это тем, что если помещики 

не  будут  выделять  средства  на  содержание  чиновников  полиции, 

«то средства эти они получат от воров». 

 Чиновник и проситель. Карикатура. перв.  

пол.  XIX в.  

В  XIX  веке  в  России  чиновничий  мир  России  представляет 

собой особую систему   клиентских и меновых взаимоотношений.  

Отношения  обмена  связывали  чиновника  как  с  «просителем», 

который  был  вынужден  платить  за  ведомственные  услуги,  так  и  с 

начальником  -  директором  департамента  или  губернатором. 

Последние  имели  возможность  присваивать  подчиненным  чин 

(класс),  награждать  их  орденами  и  возводить  их  в  дворянское 

достоинство.  Тем  самым  они  распоряжались  ресурсом,  который  в 

глазах  мелких  чиновников  выглядел  золотым  дном.  В  ответ 

начальник получал абсолютную лояльность и верность.