Файл: Субъекты банкротства, их права, обязанности и ответственность (Общая характеристика понятия и субъектов банкротства).pdf

Освобождение от доказывания (преюдиция) не является специальной целью требования кредитора, поэтому для включения требования кредитора в реестр требований кредиторов и, тем самым, для установления такого требования в рамках дела о банкротстве вполне достаточно совершения арбитражным управляющим соответствующих действий по включению требования в реестр требований кредиторов. Судебное вмешательство в процесс установления (признания) требования кредитора в деле о банкротстве необходимо в том случае, если поступила жалоба от лица, участвующего в деле о банкротстве, на включение арбитражным управляющим требования кредитора в реестр требований кредиторов или, напротив, на отказ арбитражного управляющего во включении требования в реестр требований кредиторов.

Решая в рамках дела о банкротстве вопрос об установлении неподтвержденного судебным актом требования кредитора к несостоятельному должнику, суд проверяет законность и обоснованность такого требования. Судебный акт об установлении требования кредитора, а также о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов принимается судом, рассматривающим дело о банкротстве, только в том случае, если будет установлено, что требование кредитора является законным и обоснованным. При этом вывод о законности и об обоснованности требования кредитора зачастую содержится не в резолютивной, а в мотивировочной части судебного акта об установлении соответствующего требования кредитора, что, однако, не умаляет его значения как акта судебной защиты права кредитора, нарушенного неисполнением должником своего обязательства.

Вместе с тем вопрос о юридической силе судебного акта об установлении требования кредитора к несостоятельному должнику не находил однозначного решения еще в дореволюционной судебной практике по делам о банкротстве^[28].

Отечественному и зарубежному законодательству о банкротстве известны различные подходы к доказательствам, подтверждающим обоснованность заявления кредитора о признании должника банкротом.

Законодательства некоторых государств предусматривают необходимость подтверждения обоснованности требования кредитора к должнику вступившим в законную силу судебным актом, тогда как законодательства других государств не предусматривают такой необходимости и допускают возможность подтверждения обоснованности названного требования не только вступившим в законную силу судебным актом, но и другими доказательствами.

---

Неоднократные изменения, внесенные в отечественное законодательство о банкротстве в последние три десятилетия, затронули и нормы, регулирующие рассмотрение обоснованности заявления о признании должника банкротом. Так, Закон РФ от 19 ноября 1992 года N 3929-1 "О несостоятельности (банкротстве) предприятий" и Федеральный закон от 8 января 1998 года N 6-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" не содержали требования об обязательном подтверждении обоснованности заявления о признании должника банкротом вступившим в законную силу судебным актом, тогда как Федеральный закон от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в качестве общего правила предусмотрел необходимость подтверждения обоснованности требования к должнику вступившим в законную силу судебным актом (абзац первый пункта 2 статьи 7, пункт 3 статьи 40 Закона о банкротстве 2002 года), а в отдельных случаях допустил возможность предъявления к должнику неподтвержденных судебными актами требований (пункт 3 статьи 6, абзац второй пункта 2 статьи 7 Закона о банкротстве 2002 года).

Указанные положения действующего отечественного законодательства о банкротстве получили неоднозначную оценку в юридической литературе. Так, по мнению В.Ф. Попондопуло и Е.В. Слепченко, "пока рассматривается требование кредитора о взыскании задолженности в исковом порядке, осуществляется исполнение судебного решения судебным приставом-исполнителем, истекает необходимый 30-дневный срок, т.е. пока один кредитор приобретает право на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, другие кредиторы могут получить удовлетворение своих требований "по дружески" или должник успеет иначе распорядиться своими активами так, что к моменту возбуждения дела о банкротстве имущества у должника попросту не останется. Смысл конкурсного права заключается в том, чтобы обеспечить равные возможности доступа кредиторов к имуществу должника в целях участия в конкурсе в отношении этого имущества. Это может быть обеспечено скорейшим переходом от общих правил принудительного исполнения к положениям Закона о банкротстве, правила которого исключают возможность индивидуального исполнения (приостановление общего исполнительного производства; заявление требований всех кредиторов в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, и т.д.). Теперь этот принцип нарушен. Законодательство о банкротстве в развитых странах рассматривается в качестве своеобразного "санитара", устраняющего с рынка (и чем быстрее, тем лучше) неэффективные производства, способствующего повышению эффективности использования активов. Следовало бы придерживаться такого подхода и, в частности, отказаться от признака установленности требований заявителя, упростить порядок возбуждения дел о банкротстве" ^[29]. По мнению К.Б. Кораева, "поскольку наличие в действующем законодательстве такой предпосылки осуществления права на инициирование дела о несостоятельности, как предварительное обращение в суд, на практике существенно ущемляет права конкурсных кредиторов и понижает эффективность конкурсного законодательства, постольку представляется разумным исключить указанное положение из Закона о банкротстве"^[30].

---

Оценивая предложения об исключении из Закона о банкротстве положений, предусматривающих обязательное подтверждение требования кредитора вступившим в законную силу судебным актом для возбуждения производства по делу о банкротстве, необходимо оговориться, что исключение названного положения из Закона о банкротстве необходимо компенсировать предоставлением суду полномочий отказывать в признании обоснованным заявления кредитора о признании должника банкротом и во введении первой процедуры банкротства (наблюдение, конкурсное производство) в случае, если судом будет установлено, что кредитор не принимал никаких мер к получению задолженности до обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также в случае, если судом будет установлено, что удовлетворение требования кредитора возможно и без введения в отношении должника процедуры банкротства (наблюдение, конкурсное производство).

В связи с оценкой требования кредитора в качестве способа защиты права, возникает вопрос о возможности применения срока исковой давности по требованию кредитора.

Как отмечалось ранее, пункт 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 15 декабря 2004 года N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" предусматривает, что предъявление не подтвержденных судебным актом требований кредиторов, вступающих в дело о банкротстве, - один из способов судебной защиты гражданских прав (пункт 1 статьи 11 ГК РФ). Поэтому предъявление должнику требования в деле о банкротстве в установленном Законом порядке служит основанием для перерыва течения срока исковой давности (статья 203 ГК РФ).

Срок исковой давности подлежит применению при обращении кредитора в суд с исковым требованием к должнику, поэтому при предъявлении кредитором в рамках дела о банкротстве требования, которое подтверждено судебным актом, предусмотренный ГК РФ срок исковой давности применению не подлежит, что не исключает необходимости исследования и оценки судом пропуска кредитором срока на предъявления судебному приставу-исполнителю исполнительного листа на принудительное исполнение судебного акта, которым подтверждено требование кредитора, предъявляемое в рамках дела о банкротстве. Такой подход соответствует правовой позиции Пленума ВАС РФ, содержащейся в абзаце третьем пункта 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2006 года N 25 "О некоторых вопросах, связанных с квалификацией и установлением требований по обязательным платежам, а также санкциям за публичные правонарушения в деле о банкротстве". Мы полагаем, что в силу принципа признания и защиты равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности (часть 2 статьи 8 Конституции Российской Федерации, пункты 1, 3 статьи 212 ГК РФ) следует исходить из универсальности воли законодателя в отношении порядка и условий установления частноправовых и публично-правовых требований кредиторов, предъявляемых к несостоятельным должникам в делах о банкротстве, в связи с чем предусмотренные Постановлением Пленума ВАС РФ от 22 июня 2006 года N 25 последствия пропуска срока на предъявление исполнительного документа судебному приставу-исполнителю подлежат применению вне зависимости от заявления должника не только по требованиям по обязательным платежам, но и по требованиям из гражданских правоотношений.

---

В случае предъявления кредитором в рамках дела о банкротстве требования, которое не подтверждено судебным актом, к такому требованию подлежит применению срок исковой давности.

Возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве.

Правовое положение в деле о банкротстве кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, неоднократно изменялось в период после 1992 года от полного исключения предмета залога из конкурсной массы и, соответственно, исключения залоговых кредиторов из числа участников дела о банкротстве (пункт 4 статьи 26 Закона о банкротстве 1992 года) до прекращения права залога с открытием конкурсного производства и включения требований кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника, в реестр требований кредиторов (статья 103, пункт 2 статьи 106, статья 109 Закона о банкротстве 1998 года)^[31].

Специфика правового положения кредитора, требование которого обеспечено залогом вещи, принадлежащей должнику, состоит в том, что такой кредитор обладает не только обязательственным правом (требованием) по отношению к должнику, но и вещным правом залога в отношении вещи, являющей предметом залога. Нам могут возразить, что залог является способом обеспечения исполнения обязательств и в соответствии с ГК РФ не относится к числу вещных прав.

Предъявление уполномоченными органами требований по обязательным платежам к должникам в рамках дел о банкротстве не изменяет правовой природы соответствующих требований, возникших из публично-правовых отношений, в правовом регулировании которых преобладает императивный метод регулирования общественных отношений, важное значение придается срокам принудительного взыскания обязательных платежей, а судебный порядок обладает спецификой как в отношении субъектного состава (не истец и ответчик, а заявитель и заинтересованное лицо), так и в отношении бремени доказывания, которое возлагается на административные и контрольные органы. Специфика рассмотрения судами в рамках дел о банкротстве требований по обязательным платежам, возникших из публичных правоотношений, связана с необходимостью адекватного учета не только особенностей, присущих указанным требованиям и правоотношениям, но и влияния на них правового режима банкротства.

---

В рамках дел о банкротстве требования по обязательным платежам, возникшие из публичных правоотношений, зачастую приобретают признаки и черты, которыми характеризуются, как правило, требования, возникшие из частных, гражданских правоотношений. Так, в судебно-арбитражной практике сформулирована правовая позиция, согласно которой суд, рассматривающий в рамках дела о банкротстве требования уполномоченного органа по обязательным платежам, должен учитывать признание должником названных требований, а также отсутствие возражений должника по таким требованиям^[32]. Совершенствование правового регулирования несостоятельности (банкротства) возможно также путем дополнения Закона о банкротстве нормами, устанавливающими возможность уступки (отчуждения, перехода) требований по обязательным платежам в рамках дел о банкротстве^[33].

В юридической литературе обращалось внимание на отсутствие равенства в делах о банкротстве между кредиторами по гражданско-правовым обязательствам и уполномоченными органами, предъявляющими в делах о банкротстве требования, возникшие из публично-правовых (финансовых, налоговых, таможенных, бюджетных и др.) правоотношений, в том числе требования по обязательным платежам (налогам и сборам), пени и штрафным санкциям, в связи с тем, что согласно пункту 3 статьи 6 Закона о банкротстве 2002 года требования уполномоченных органов об уплате обязательных платежей могут быть подтверждены решениями налоговых или таможенных органов о взыскании задолженности за счет имущества должника, тогда как требования кредиторов по гражданско-правовым обязательствам по общему правилу должны быть подтверждены вступившим в законную силу решением суда, арбитражного суда, третейского суда^[34]. Представляется, что указанное неравенство в определенной мере компенсируется необходимостью тщательной проверки судом, рассматривающим дело о банкротстве, правомерности решений налоговых или таможенных органов о взыскании задолженности за счет имущества должника, представленных уполномоченными органами в подтверждение предъявленного к должнику требования^[35], и, в случае установления неправомерности названных решений налоговых или таможенных органов, отказом суда в установлении требований уполномоченных органов в рамках дела о банкротстве и отказом во включении соответствующих требований в реестр требований кредиторов.

---