Файл: Сленговое употребление имён собственных в эвфемистических значениях.pdf

OWSLEY – высококачественное LSD. Получило название от имени легендарного производителя LSD Augustus Owsley Stanley III [17, c. 106]. Данное имя собственное показывает механизм метонимического переноса «бренд > продукция».

Выбор конкретных имён собственных обусловлен существующими и закреплёнными в языке ассоциативными связями, хотя, как видно из примера с DIRTY DORA, CALAMITY JANE, SLIPPERY ANNE в рамках метонимических переносов признаков (нейтрального и отрицательного) выбор имени изначально был случайным.

2.1.3. Аллюзия

Аллю́зия (лат. allusio «намёк, шутка») — стилистическая фигура, содержащая явное указание, аналогию или отчётливый намёк на некий литературный, исторический, мифологический или политический факт, закреплённый в текстовой культуре или в разговорной речи. Материалом при формулировке аналогии или намёка, образующего аллюзию, часто служит общеизвестное историческое высказывание или какая-либо крылатая фраза [22, с. 8].

Примером аллюзии может послужить словосочетание ACAPULCO GOLD, подразумевающее марихуану с золотистыми листьями с юго-востока Мексики. ACAPULCO GOLD - песня коллектива от коллектива Rainy Daze. Она была выпущена в 1967 и начала стремительно подниматься в чартах, пока радиоведущие не поняли, о чём в ней шла речь и не отозвали её из плейлистов) [17, c. 1].

В качестве ещё одного примера можно упомянуть словосочетание BOLIVIAN MARCHING POWDER, обозначающее кокаин [21, c. 8]. Впервые данное словосочетание упоминается в романе «Яркие огни, большой город» Джея Макинерни.

Выбор конкретных имён собственных в данном случае полностью обусловлен желаниями авторов исходных произведений, поэтому в случае аллюзии невозможно определить степень случайности.

2.1.4. Метонимический социальный стереотип

Дж. Лакофф рассматривает социальный стереотип как один из примеров метонимии. В данном случае, одна подкатегория репрезентирует всю категорию в целом, а это упрощает процесс вынесения суждений. Представители социума обладают определенным набором стереотипов, отражающих социально значимые категории. Также он отмечает, что для стереотипов характерна фрагментарность и субъективность [30].

Автор работы согласен с такой оценкой, и поэтому выделил некоторые единицы в отдельную категорию под названием «метонимический социальный стереотип».

К таким единицам можно отнести, к примеру, DUCTH COURAGE, означающее отвагу, появляющуюся под влиянием алкоголя [15, с. 256]. Очевидно, что здесь присутствует метонимический перенос, однако вместе с тем ясно, что прилагательное DUTCH здесь не указывает на происхождение. В [19] Р.В. Холдер про данное прилагательное пишет буквально следующее: «оно (DUTCH) появляется во многих оскорбительных и часто эвфемистических выражениях, начиная с периода антагонизма между Англией и так называемыми «Низкими Странами» в 17 веке». Так, всё «датское» в тот период считалось поддельным и некачественным».

Таким образом, можно утверждать, что данное высказывание не является объективным, а является как раз «фрагментарным». Здесь по одной подкатегории (те из датчан, кто, собственно, вызвал недовольство англичан) выносится суждение о представителях нации в целом, что явно указывает на стереотип.

К этому же виду можно отнести, к примеру, словосочетание LULU’S PARLOR, которым называют бордель [15, с. 502]. Здесь перенос основан на стереотипном представлении о том, что у проституток обычно вычурные, экзотические имена, хотя у большинства это не настоящие имена, а псевдонимы для работы с клиентами. Это также пример фрагментарного субъективного суждения, которое выносится по одной подкатегории, но обо всех представительницах профессии.

Выбор конкретных имён собственных в данном случае имеет различные причины: в случае с DUTCH причины носят геополитический характер, а в случае с LULU’S PARLOR, вероятно, имя собственное было выбрано случайно из ряда экзотических женских имён, поскольку других смысловых коннотаций не отмечено. Таким образом, в случае метонимического социального стереотипа для анализа выбора конкретного имени собственного необходимо рассматривать и анализировать историю происхождения стереотипа.

2.1.5. Метафорический перенос

В [22, с. 3] утверждается, что мета́фора (от др.-греч. μεταφορά — «перенос», «переносное значение») — троп, слово или выражение, употребляемое в переносном значении, в основе которого лежит неназванное сравнение предмета с каким-либо другим на основании их общего признака.

В качестве примера метафорического переноса можно привести словосочетание CAT VALIUM, обозначающее кеталар или кетамин: общий анестетик и трнквилизатор [21, с. 5]. В данном случае сравнение с валиумом производится на основании сходства воздействия препаратов и большей известности валиума (метафорический перенос), а ассоциация пациента с котом происходит из-за того, что кеталар часто используется ветеринарами для производства небольших операций (метонимический перенос «нейтральный признак > объект»). Причём первичным в данном случае является метонимический перенос, поскольку именно прилагательное CAT придаёт имени собственному VALIUM эвфемистическое значение.

В качестве примера, где метафорический перенос является первичным в смысловом плане можно привести словосочетание BART SIMPSON – экстази [21, c. 5]. Такая ассоциация возникла, поскольку какое-то время выпускались партии экстази по форме и цвету напоминавшие голову персонажа мультсериала «Симпсоны» Барта Симпсона. Вторым механизмом, используемым в данном словосочетании, является аллюзия.

2.1.6. Каламбурная расшифровка аббревиатур

В качестве иллюстрации данного механизма можно упомянуть словосочетание GEORGIA HOME BOY, которое обозначает гамма-оксимасляную кислоту, также известную как «наркотик для изнасилования на свиданиях» [21, c. 4]. Оно представляет собой расшифровку аббревиатуры Gamma-Hydroxybutyric.

Еще один пример такого механизма – словосочетание JESUS AND HIS BROTHERS, подразумевающее виски J&B [17, c. 100].

С теоретической точки зрения выбор конкретных имён собственных случаен, так как изначально существовало огромное количество вариантов выбора, т.е. имён собственных, начинающихся на определённую букву. Никаких смысловых коннотаций ни в приведённых выше примерах, ни в примерах Приложения А не прослеживается, хотя однозначно говорить сложно из-за небольшого количества отобранных единиц в выборке.

2.1.7. Акронимизация и производные от неё механизмы

По итогам отобранных единиц были выделены следующие механизмы, связанные с акронимизацией:

• образование имени собственного в результате акронима фразы, включающей в состав скрываемое явление;
• тождественность акронима эвфемизма и акронима скрываемого явления;
• каламбурная расшифровка акронима скрываемого явления;

В качестве примера образования имени собственного в результате акронима фразы, включающей в состав скрываемое явление, можно привести имена собственные ADIDAS и YUCATAN. Первое расшифровывается как «All Day I Dream About Sex» [29]. Второе происходит из военного сленга и употребляется в качестве рекомендации дружественному подразделению в ситуации, когда оно находится под угрозой неминуемого уничтожения. Расшифровывается следующим образом: «You're Under Certain Annihilation, Throw A Nuke!» [25]

Тождественность акронима эвфемизма и скрываемого явления иллюстрирует словосочетание HENRY IV. Оно обозначает ВИЧ (вирус иммунодефицита человека), или, в английской аббревиатуре, HIV (human immunodeficiency virus). Аббревиация словосочетания HENRY IV приводит к такому же результату.

Словосочетание LUCY IN THE SKY WITH DIAMONDS является примером каламбурной расшифровки акронима LSD (LySergic acid Diethylamide) и, кроме того, аллюзией на одноимённую психоделичную песню группы Beatles [17, c. 115].

Ситуация с выбором конкретных имён собственных здесь приблизительно такая же, как с каламбурной расшифровкой аббревиатур. При тождественности акронима эвфемизма и скрываемого явления, а также при каламбурной расшифровке акронима существовало большое количество вариантов, и, поскольку не прослеживается смысловых коннотаций, то, вероятно, выбор был случаен. В случае с образованием имени собственного в результате акронима фразы, включающей в состав скрываемое явление, никакого выбора нет, поскольку имя собственное жёстко побуквенно задано входящими во фразу со скрываемым явлением словами и по сути является случайным побочным продуктом.

2.1.8. Парономазия

Паронома́зия (от др.-греч. παρονομασία, paronomasía: παρά — возле и ὀνομάζω — называю) — фигура речи, состоящая в комическом или образном сближении слов, которые вследствие сходства в звучании и частичного совпадения морфемного состава могут иногда ошибочно, но чаще каламбурно использоваться в речи. Чаще всего такие слова оказываются паронимами. Паронимы — разнокоренные созвучные слова, разные по значению [22, с. 12].

В качестве примера парономазии приведём словосочетание ROGER THE LODGER, обозначающее прозвище мужчины, который живёт половой жизнью с хозяйкой или дочерью хозяйки квартиры, где он снимает комнату [13, с. 249]. Слово «Lodger» переводится с английского буквально как «постоялец», поэтому в качестве побочного механизма получения эвфемистического значения здесь можно выделить ещё и иронию.

Ещё одним примером может послужить выражение PSILLY BILLY (формальное определение слову PSILLY даёт только Urban Dictionary [29], однако, поскольку в работе идёт речь именно о сленговом употреблении, было решено оставить данное словосочетание), обозначающее галлюциногенный гриб «псилоцибин» [21, с. 8], где наряду с механизмом парономазии очевидно присутствует и фонетическая аллюзия.

Относительно выбора конкретных имён собственных для скрываемых явлений можно сказать, что в данном случае правомерны все тезисы, что и относительно частичной и полной фонетической аллюзий: выбор жёстко ограничен критериями созвучия, и в данном случае для полного соответствия отобранным единицам, рифмы.

2.1.9. Расширение значения имени собственного

В [24] в описании эвфемизма JOE SIX-PACK говорится следующее: «имя Джо, равно как и Джон, часто используется в языке в связке с другим словом для обозначения некоего усреднённого образчика человека». Е.А. Гладченкова назвала такой механизм «расширение значения имени собственного». При этом Е.А. Гладченкова не поясняет причин данного явления, но указывает, что при нём «уделяется большое внимание национально-культурной значимости личного имени».

Под механизмом расширением имени собственного в рамках данной работы понимается следующее: механизм, при котором часто встречающееся имя собственное языка приобретает несколько несвязанных между собой значений, как минимум одно из которых скрывает подлежащее эвфемизации явление.

Примером такого явления может послужить имя собственное JOHN, обладающее следующим набором значений: 1) мужской туалет; 2) клиент проститутки; 3) половой член; 4) ухажёр, любовник; 5) богатый пожилой гомосексуалист, содержащий любовника; 6) волокита, бабник; 7) презерватив [13, с. 168].

В качестве ещё одного примера можно привести слово CHARLIE, которое может означать: 1) кокаин; 2) вьетконговец; 3) пенис; 4) что-то запрещённое; 5) в покере: третий игрок слева от сдающего [15, с. 136].

Насчёт выбора конкретных имён собственных согласимся с [24]: как правило, варианты выбора были ограничены самыми часто встречаемыми, обыденными и распространёнными именами собственными языка. Впрочем, какой из них выбрать, вероятно, определял случай.

2.1.10. Разово встретившиеся механизмы получения

Механизмы, попавшие в данную категорию в выборке представлены по одному разу и, очевидно, представляют собой скорее исключения из правил. Таких механизмов оказалось четыре:

• образование имени собственного в результате частичной анаграммы скрываемого явления;
• объединение двух эвфемистических выражений в одно;
• десемантизация имени собственного с целью зашифровки предмета разговора;
• антифразис;