Файл: Перевод реалий (ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ОСОБЕННОСТЕЙ ПЕРЕВОДА КУЛЬТУРНО-СПЕЦИФИЧЕСКИХ РЕАЛИЙ).pdf

Выше нами приводились различные определения понятия «реалия». Как видно, из определений следует, что само понятие «реалия» предполагает отражение культурной стороны переводимого языка. Однако если обратиться к взятой нами за основу исследования классификации С. Влахова и С. Флорина, то можно увидеть, что в ней реалии культуры и искусства выделяются в отдельный разряд.

В науке существует множество определений понятия «культура», из-за чего мы не можем считать его наиболее очевидным обозначением предмета или явления, и требуется его более четкая конкретизация. Понимать под культурой, очевидно, следует нечто более узкое, отражающее духовную сторону жизни общества, поскольку если опираться на понимание культуры в широком смысле, то культурными будут являться абсолютно все без исключения реалии. Поэтому нам близок подход Д. Андреева, который понимает под культурой «общий объем творчества человечества».^[10]

В данном параграфе мы выяснили, что в переводоведении до сих пор отсутствует универсальная классификация реалий. Мы привели две, на наш взгляд, наиболее удачные классификации. Автором первой классификации является В.С. Виноградов, второй − С. Влахов и С. Флорин. В данном исследовании нами будет использована классификация С. Влахова и С. Флорина, поскольку именно в ней выделяются культурные реалии в отдельный разряд. Не найдя в работах исследователей определений понятия «культурная реалия», нами было решено вывести собственное определение. Культурная реалия – это слова и словосочетания, отражающие все духовные достижения конкретного общества.

Понимание культуры в узком смысле, как объем творчества, дает нам основание под культурными реалиями понимать слова и выражения, которые отражают духовные достижения общества, говорящего на конкретном языке. Таким образом, наше понимание культурной реалии не противоречит классификации С. Влахова и С. Флорина.

1.2 Способы перевода реалий

При переводе возникает две проблемы передачи реалии. Во-первых, отсутствие равнозначного эквивалента вследствие отсутствия самого явления в переводящем языке. Во-вторых, перевод реалии требует и передачи колорита (коннотативного значения), национальной и исторической окрашенности.

В теории перевода выделяют четыре основных возможности перевода:

1) транслитерация и транскрипция;

2) словотворчество на основе уже имеющихся языковых элементов;

3) уподобляющий перевод с уточняющим контекстом;

4) гипонимический перевод (замена видового понятия на родовое).

Транскрипция подразумевает «использование графических средств языка перевода соответствующей реалии с максимально допускаемым этими средствами фонетическим приближением к ее оригинальной фонетической форме»^[11]. В случае удачного применения транскрипции переводчик решит одновременно обе трудности перевода реалий – передачи семантического и коннотативного значения. Максимальная краткость также является достоинством транскрипции. Нельзя не отметить и тот факт, что в некоторых случаях этот прием способен сохранить колорит реалии, но теряется смысловое наполнение, что затрудняет решение коммуникативной задачи текста. Избыточность транскрибированных слов ведет к потере интереса читателей, потому что для неподготовленной аудитории набор затранскрибированных слов является семантически пустым. Поэтому необходимо, прежде всего, ориентироваться на публику, учитывать, насколько она знакома с той или иной реалией. Например, в переведенной статье о футбольном матче, размещенной в молодежном журнале, не вызовет трудностей в восприятии понятие «фан» (от англ. «fan). Но если статья опубликована в журнале, ориентированном на более широкий круг читателей, то это же слово может быть непонятным для многих. Поэтому переводчику следует избежать транскрибирования этого понятия и заменить его на стилистически нейтральный синоним «болельщик».

Также необходимо отметить межъязыковую омонимию − наличие в переводящем языке слов, схожих по фонетическому составу. В некоторых случаях межъязыковая омонимия вынуждает переводчика отказаться от транскрипции в пользу других приемов.

Применение транслитерации при передаче реалий весьма ограничено, о ней можно говорить при переводе понятий, касающихся, в основном, общественно-политической жизни и имен собственных: англ. «London» и рус. «Лондон». К тому же следует отметить, что в некоторых случаях трудно отличить транскрипцию от транслитерации вследствие относительного сходства этих приемов^[12].

Словотворчество применяется, если использование транскрипции по каким-либо причинам является неудачным или невозможным. Новое слово – один из наиболее удачных приемов (после транскрипции) для сохранения смыслового содержании и национального колорита. Такими новыми словами могут быть, в первую очередь, кальки и полукальки.

Под калькой понимается один из способов заимствования, предполагающий буквальный перевод. Этот прием позволяет полностью сохранить содержание, но не всегда сохраняет колорит, потому что части слова или выражения передаются при помощи средств переводящего языка.

Полукалька – частичное заимствование слов, перевод которых получается путем сложения элементов языка-источника и переводящего языка.

Освоение понимается как способ перевода, предполагающий придание реалии облика родного для языка перевода на основе ресурсов, которые уже имеются в исходном языке.

Последним в группе описываемых приемов является создание переводчиком семантического неологизма, то есть слова или выражения, позволяющего понять смысловое содержание передаваемой реалии. Однако следует отметить, что перевод реалий неологизмами наименее употребителен.

Контекстуальный или уподобляющий вид перевода довольно распространен при переводе художественной литературы, в частности, при переводе реалий. Сущность такого вида перевода состоит в подборе эквивалента в языке перевода, который будет вызывать схожий ассоциативный ряд, как и лексическая единица языка оригинала. К приему уподобляющего перевода можно отнести также описание и объяснение реалии. Прием контекстуального перевода применяется в том случае, когда транскрибирование реалии приводит к потере равноценности регулятивного воздействия.

Контекстуальный и уподобляющий переводы схожи по своему основному принципу и противопоставляются словарному переводу, поскольку слово в тексте перевода может иметь свое соответствие в языке оригинала. В данном случае основным ориентиром для переводчика является контекст, в котором употребляется слово в конкретном тексте, поэтому сам способ «заключается в замене словарного соответствия при переводе контекстуальным, логически связанным с ним»^[13]. Недостаток такого вида перевода заключается в исчезновении реалии, как носителя национально-культурного колорита.

Суть гипонимического перевода сводится к замене видового понятия на родовое. То есть реалия заменяется на иную языковую единицу, которая имеет более широкую семантику. Данный прием дает возможность избежать использования транскрипции и заменить понятия, если разница между ними в условиях конкретного контекста незначительная.

Существует еще три способа передачи реалий в переводящий язык. Стоит отметить, что они как таковые не являются приемами перевода реалий:

1) замена реалии исходного языка на реалию языка перевода;

2) передача чужой для исходного языка и языка перевода реалии;

3) опущение реалии^[14].

Итак, существует четыре основных приема перевода реалий: транслитерация и транскрипция, словотворчество на основе уже имеющихся языковых элементов, уподобляющий перевод с уточняющим контекстом, гипонимический перевод.

ГЛАВА 2 ИССЛЕДОВАНИЕ НАИБОЛЕЕ ЭФФЕКТИВНЫХ СПОСОБОВ ПЕРЕВОДА РЕАЛИЙ В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

2.1. Анализ культурно-специфических реалий в англоязычной художественной литературе

Процесс перевода реалий, обозначающий явления культуры определенного народа, всегда являлся наиболее трудной задачей в работе переводчика. Тем не менее, количественный и качественный состав читателей переведенной книги часто зависит именно от ее перевода, особенно если она отображает реальности, которые совершенно незнакомы для новых читателей. Если реальность, изображенная в книге, неизвестна новой аудитории, переводчик должен понять, существуют ли подобные понятия в письменной субкультуре языка перевода.

В то же время вопрос актуальности перевода для новой аудитории является более значимым для переводчика, чем для автора оригинальной работы. Так получилось, что переводчик намеренно затрудняет читателю восприятие переведенного текста (привносит в него многочисленные экзотики, делает заметки и сноски и т.д.), что делается для усиления чуждости языкового и культурного контекстов, в которых текст был создан.

Передача культурного измерения требует многостороннего подхода. Это касается отношения переводчика как к предмету изображения, так и к восприятию читателей. Но даже глубокого знания иностранного языка, его словарного запаса и грамматики недостаточно, чтобы стать компетентным переводчиком. Прежде всего, для этого необходимо хорошо знать родную культуру и культуру страны изучаемого языка, только тогда удастся адекватно перенести культурные особенности из исходного текста в текст перевода.

Реалия – понятие полифункциональное, поэтому необходимо рассмотрение слов – реалии на структурном, грамматическом и семантическом уровнях.

Реалии как единицы перевода делятся на:

1) сокращения (DC, AC);

2) слова (борщ, Амер. sponge – губка / Русс. – мочалка (при мытье в ванной, в бане);

3) словосочетания (cuckoo's call – кукование кукушки в народных поверьях американцев предсказывает, сколько лет осталось девушке до свадьбы, в русских – сколько лет осталось жить);

4) предложения (Rome wasn’t built in a day – русский аналог - Москва не сразу строилась).

На структурном уровне мы выделили три группы реалий: простые, сложные и однословные предложения.

Простые реалии, состоящие из отдельного слова, относятся к самой многочисленной группе реалий на структурном уровне:

My Weetabix tasted like balsa-wood;

Then I poured a bag of Twiglets into a dish.

Что касается сложных реалий, вторых по численности на структурном уровне, мы обнаружили, что они бывают как двухсловные, так и трехсловные, состоящие из двух или более раздельно написанных слов:

Black Swan Green;

May as well be hanged for a sheep as hanged for a handkerchief.

Перейдём к грамматическому анализу выявленных реалий. При чтении романа нам встретились реалии, принадлежащие к различным частям речи. В большинстве случаев реалии – имена существительные. Приведём пример подобных реалий:

Julia held up the front cover of Face.

Moran’d won one game before we even got to Welland Cross.

Таким образом, структурный анализ реалий выявил, что реалии в произведении делятся на однословные, двухсловные и реалии, означающие слова - предложения. А грамматический анализ показал, что в большинстве случаев реалии – имена существительные.

Семантический анализ реалий данного романа помог обнаружить четыре основные группы:

1. Ономастические реалии:

Dad's got an answering machine like James Garner's in The Rockford Files with big reels of tape.

'Cause I'd sort of had a reason to have come into the forbidden chamber, I peered through Dad's razor-sharp blind, over the glebe, past the cockerel tree, over more fields, up to the Malvern Hills.

My Weetabix tasted like balsa-wood.

Then came running feet and the thought it was a Spook running home to St Gabriel’s graveyard.

In Dad’s chilly office I opened his filing cabinets and breathed in their metal-flavoured air. (A duty-free pack of Benson Hedges has appeared since Uncle Brian’s last visit.)

2. Бытовые реалии:

Then I poured a bag of Twiglets into a dish. (Twiglets’re snacks that adults think kids like but they taste of burnt matches dipped in Marmite.)