ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 12890
Скачиваний: 73
26
зумпция невиновности; право обвиняемого защищать себя лично или через
избранного либо оплачиваемого государством защитника; пересмотр дела
вышестоящей судебной инстанцией (Европейская Конвенция о защите
прав человека и основных свобод, Рим, 1950 г.);
– гласность судопроизводства, обеспечение обвиняемому права на защи-
ту, презумпция невиновности, уважение чести и достоинства личности, за-
щита частной жизни, равенство граждан перед судом и законом (Всеобщая
декларация прав человека, принятая 10 декабря 1948 года Генеральной Ас-
самблеей ООН).
Заявитель Т. обратился в Преображенский районный суд г. Москвы в жалобой в
порядке ст. 125 УПК РФ. Постановлением этого суда в удовлетворении жалобы было
отказано. Вышестоящий суд указал: согласно ч. 3 ст. 1 УПК РФ общепризнанные
принципы и нормы международного права и международные договоры Российской
Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регу-
лирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской
Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то
применяются правила международного договора. В соответствии с ч. 1 ст. 6 Европей-
ской Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на
справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом.
Согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека, выраженной в
постановлении от 03 февраля 2011 г. по делу «Игорь Кабанов против Российской Феде-
рации» суд, чтобы соответствовать требованиям беспристрастности, помимо субъек-
тивной беспристрастности должен быть и объективно беспристрастен, то есть обеспе-
чивать достаточные гарантии, исключающие всякое законное сомнение в этом отноше-
нии. В рамках критерия объективности требуется определить, имеются ли удостоверя-
емые факты, которые все же могут вызвать сомнения в беспристрастности судей. При
этом даже видимость может иметь значение. От этого зависит доверие, которое суд в
демократическом обществе должен вызвать у людей и в первую очередь у сторон су-
дебного разбирательства.
Из представленных материалов следует, что заявитель Т. обратился в СК РФ с за-
явлением о возбуждении уголовного дела в отношении председателя Преображенского
районного суда г. Москвы. Руководитель Преображенского отдела СК РФ по г. Москве
дал письменный ответ, согласно которому заявление не содержит объективных данных
об обстоятельствах, указывающих на наличие в действиях должностных лиц Преобра-
женского районного суда г. Москвы признаков какого-либо наказуемого деяния. Исхо-
дя из положений УПК РФ и правил территориальной подсудности, принятие решения о
законности действий (бездействий) данного руководителя отдела СК РФ по г. Москве
должно осуществляться Преображенским районным судом г. Москвы. Данное право
было реализовано заявителем и жалоба подана в Преображенский районный суд г.
Москвы. Между тем, указанные обстоятельства не позволяли исключить всякие сомне-
ния в беспристрастности судьи, вынесшем обжалуемое постановление. О данном факте
указывалось и заявителем в поданной им жалобе в суде первой инстанции.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции счел необходимым по-
становление суда первой инстанции отменить и, исходя из требования соблюдения га-
рантированного п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, права
на справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом, а также
руководствуясь ст. 35 УПК РФ, изменил территориальную подсудность жалобы заяви-
27
теля Т., передав ее на рассмотрение по существу в Перовский районный суд г. Москвы
(Апелляционное постановление Московского городского суда от 07.09.2015 г. № 10-
12352/2015).
Конституция РФ
имеет высшую юридическую силу, прямое действие
и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные
правовые акты не должны противоречить Конституции (ч. 1 ст. 15 Консти-
туции РФ). Конституционные предписания содержат наиболее общие по-
ложения, лежащие в основе уголовного процесса в целом (равенство всех
перед законом и судом; свобода и неприкосновенность личности; непри-
косновенность частной жизни; охрана тайны переписки, телефонных пере-
говоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений; неприкосновенность
жилища; состязательность и равенство прав в суде и т.д.).
Осуществление же уголовно-процессуальной деятельности невозможно
без ограничения прав и свобод человека и гражданина, которые определе-
ны гл. 2 Конституции РФ. Так, согласно ч. 2 ст. 23 Конституции РФ, каж-
дый имеет право на тайну переписки, телефонных, почтовых, телеграфных
и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на осно-
вании судебного решения. В ст. 25 Конституции РФ закреплено положение
о том, что жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище
против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных
Федеральным законом или на основании судебного решения.
УПК РФ –
является основным источником уголовно-процессуального
права России. 22 ноября 2001 года Государственной Думой РФ был принят
указанный кодекс. Ранее действовавший УПК РСФСР 1960 г. со вступле-
нием 1 июля 2002 года в силу УПК РФ утратил силу.
Законы
как источники уголовно-процессуального права можно разде-
лить на три группы: 1) законы; 2) федеральные законы; 2) федеральные
конституционные законы.
К первой группе можно отнести, например, Закон «О статусе судей в
Российской Федерации» от 26 июня 1992 года № 3132-1.
Вторая группа включает в себя: ФЗ «О прокуратуре Российской Феде-
рации» от 17 января 1992 года № 2202-1-ФЗ, ФЗ «Об оперативно-
розыскной деятельности в Российской Федерации» от 12 августа 1995 года
№ 144-ФЗ, ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в
совершении преступлений» от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ, ФЗ «О миро-
вых судьях в Российской Федерации» от 17 декабря 1998 года № 188-ФЗ,
ФЗ «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в
Российской Федерации» от 20 августа 2004 года № 113-ФЗ, ФЗ «О госу-
дарственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголов-
ного судопроизводства» от 20 августа 2004 года № 119-ФЗ и т.д.
Третью группу образуют такие нормативные акты, как ФКЗ «О воен-
ных судах в РФ» от 23 июня 1999 года; ФКЗ «О судебной системе РФ» от
28
31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ; ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» от
21 июля 1994 года № 1-ФКЗ.
Определенное регулятивное воздействие на деятельность участников
уголовного судопроизводства и отношения, складывающиеся между ними
в процессе производства по делу, оказывают подзаконные правовые акты,
решения высших судов, официальные указания должностных лиц (Мини-
стра внутренних дел РФ, Генерального прокурора РФ и т.п.).
Однако официальными источниками уголовно-процессуального права
они не признаны. Некоторые из них имеют принципиально значение для
формирования практики правоприменения и требуют некоторого коммен-
тария. Так,
постановления Пленума Верховного Суда РФ,
обладают ру-
ководящим значением для формирования единой судебной практики в
случае обнаружения пробелов и противоречий в уголовно-процессуальном
или уголовном законодательстве и имеют для судов важный характер. Бу-
дучи актами органов судебной власти, а не высшего законодательного ор-
гана, такие постановления признаков закона не приобретают.
Постановления Конституционного Суда РФ
имеют важное влияние
на регулирование уголовно-процессуальной деятельности путем признания
отдельных положений уголовно-процессуального закона не соответству-
ющими Конституции РФ. В случае возникновения вопроса о том, соответ-
ствует ли Конституции РФ применяемое нормативное правило того или
иного закона, следователь, дознаватель, прокурор или любой гражданин,
принимающий участие в уголовном процессе, вправе обратиться в Консти-
туционный Суд РФ с запросом о конституционности данного положения.
В соответствии со ст. 36, 38, 101 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» за-
прос в Конституционный Суд РФ может быть направлен на любой стадии
уголовного процесса.
Решения Европейского Суда по правам человека
являются
важными
правовыми средствами. Согласно ст. 1 ФЗ «О ратификации Конвенции о
защите прав человека и основных свобод» от 30 марта 1998 года: «Россий-
ская Федерация… признает… юрисдикцию Европейского Суда по правам
человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции
и Протокола к ней…».
В постановлении по делу «Насакин против России» от 18 июля 2013 г. Европей-
ский Суд установил нарушения ст. 3 Конвенции в связи с жестоким обращением с за-
явителем во время содержания в отделении милиции и непроведением властями эффек-
тивного расследования по данному факту.
Европейский
Суд
установил:
использование
признательных
показаний
«...полученных в результате пыток в качестве доказательств при установлении соответ-
ствующих фактов в уголовном судопроизводстве делает разбирательство в целом не-
справедливым. Этот вывод применяется независимо от доказательственной ценности
показаний и независимо от того, имело ли их использование решающее значение при
вынесении обвинительного приговора в отношении подсудимого или нет»; «заявитель
29
был подвергнут жестокому обращению во время содержания в отделении милиции, то
есть когда его допрашивали и когда он дал признательные показания о своей причаст-
ности к совершению преступления, в котором он впоследствии был обвинен».
Европейский Суд пришел к выводу, что «...вне зависимости от того, какую роль
сыграли показания заявителя, полученные под давлением, в исходе разбирательства по
уголовному делу в его отношении, такие доказательства сделали разбирательство в це-
лом несправедливым. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Кон-
венции» (Бюллетень Верховного Суда РФ. 2014. № 9).
В некоторых случаях может возникнуть ситуация, при которой нормы
процессуального закона, регламентирующей конкретный вопрос, не име-
ется, то есть процессуальный вопрос не может быть разрешен путем пря-
мого применения имеющейся нормы.
В связи с этим отметим, что при отправлении правосудия по граждан-
ским делам важное значение имеет правило, предусмотренное ст. 1 ГПК
РФ: в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей от-
ношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства, суд применя-
ет норму, регулирующую сходные отношения (
аналогия закона
), а при
отсутствии такой нормы действует исходя из принципов осуществления
правосудия в Российской Федерации (
аналогия права
).
При применении аналогии необходимо иметь ввиду, что это возможно
только тогда, когда действительно существует пробел в процессуальном
праве, а не его видимость, и при этом не будут ущемлены права каких-
либо лиц, которые гарантированы законом. В УПК РФ подобной нормы не
предусмотрено.
По мнению ученых-процессуалистов, допустимость применения в уголовном про-
цессе аналогии вытекает из доктринальных положений. При этом под
аналогией закона
принято понимать решение конкретного юридического дела на основе правовой нормы,
рассчитанной не на данный, а на сходные случаи и предусмотренной другим законом
(другим разделом закона).
Аналогия права
– решение конкретного юридического дела
на основе общих принципов права и его смысла. Речь, в первую очередь, идет о таких
принципах права, как справедливость, гуманизм, равенство перед законом и т.д. (Курс
уголовного процесса / под ред. Л.В. Головко. М., 2016 // СПС «КонсультантПлюс».).
Так, например, в ст. 144 УПК РФ закреплено, что субъект расследова-
ния при проверке сообщения о преступлении вправе получать объяснения.
В подавляющем большинстве уголовных дел эти объяснения имеются. Но
порядок получения объяснений в ходе проверки заявлений и сообщений о
преступлениях не имеет правовой регламентации в уголовно-
процессуальном законодательстве, поэтому на практике используется ана-
логия закона, а именно объяснение отбирается по аналогии с нормами
УПК РФ, регламентирующими допрос. Или, например, в силу ст. 425 УПК
РФ допрос несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого не мо-
жет продолжаться без перерыва более 2 часов, а в общей сложности более
30
4 часов в день. Возникает вопрос: это ограничение связано только с допро-
сом или иными следственными действиями (проверкой показаний на ме-
сте, очной ставкой и др.)? Прямой нормы в УПК РФ для ответа на этот во-
прос не найдется. Но, в силу аналогии закона, в целях соблюдения прав
несовершеннолетнего целесообразно эти ограничения распространить и на
очную ставку, и на проверку показаний на месте.
Принципиальная возможность применения аналогии в уголовном судо-
производстве подтверждается в решениях Конституционного Суда РФ и
постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.
2.2. Действие уголовно-процессуального закона
во времени, в пространстве и по кругу лиц
Действие уголовно-процессуального закона во времени
УПК РФ, как и другие законы РФ, в соответствии с действующим по-
рядком вступает в силу на территории РФ одновременно по истечении деся-
ти дней после опубликования в официальных средствах информации, если в
самом законе не указана дата вступления его в силу. Так, например, УПК РФ
был опубликован 22 декабря 2001 года, а б
о
льшая часть его норм вступила в
действие с 1 июля 2002 года. Такой порядок был необходим для подготовки
к работе в новых правовых условиях следователям, дознавателям, прокуро-
рам, судьям.
Официальным опубликованием закона считается первая публикация
его полного текста в «Парламентской газете», «Российской газете», «Со-
брании законодательства РФ» или первое размещение (опубликование) на
«Официальном
интернет-портале
правовой
информации»
(www.pravo.gov.ru).
Уголовно-процессуальный закон, в отличие от уголовного закона (ст.
10 УК РФ), не имеет обратной силы. В производстве по уголовным делам
руководствуются тем законом, который на момент принятия процессуаль-
ных решений или проведения процессуальных действий имеет юридиче-
скую силу.
М.В. Духовский (1905 г.) отмечал, что на суде применяются те процессуальные за-
коны, которые действуют в момент разбора дела, а не в момент совершения преступле-
ния, если только при издании нового закона не было сделано оговорки, не указан поря-
док разбора неразрешенных дел.
Например, положение п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ (рассмотрение дел с участием при-
сяжных заседателей) применяется на территориях Республики Крым и города феде-
рального значения Севастополя с 1 января 2018 года.
Уголовно-процессуальный закон утрачивает силу в полном объеме с при-
нятием нового закона, а в части – ввиду изменения, дополнения или исклю-