ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 7238
Скачиваний: 7
причин прошлого, из которых можно "выжать" лишь общие рекомендации. Их у нас предостаточно. В индивидуальной профилактике же, как в педагогике, общие рецепты малоэффективны. Известный русский педагог К.Д. Ушинский писал: "Мы не говорим педагогам -поступайте так или иначе; но говорим им: изучайте законы тех психических явлений, которыми вы хотите управлять, и поступайте, соображаясь с этими законами и теми обстоятельствами, в которых вы хотите их приложить" [330, с. 55]. Это тем более надо иметь в виду при проведении индивидуальной профилактической работы путем устранения постоянно изменяющихся причин и условий возможного преступного поведения. Поэтому предупредить "скатывание" человека к преступлению можно только при глубоком изучении его жизни, деятельности, быта и досуга во взаимной связи с его личностными особенностями, с его устремлениями и интересами.
Методологической и методической базой для проведения конкретного изучения причин и условий возможного преступного поведения могут служить научные работы, учебные и практические пособия. Но это крайне недостаточно. Теоретические и практические издания могут служить лишь первой предпосылкой успешной индивидуальной профилактики.
Вторая предпосылка эффективной индивидуальной профилактики возможных преступлений - эмпирические данные об объективных и субъективных причинах преступного поведения, собираемые непрерывно и "накопительно". Возможно ли это? - возникает вопрос. Не только возможно, но уже более 25 лет делается. Уголовно-процессуальное законодательство, решения государства и правительства [34; 35; 36], постановления Пленума Верховного суда СССР, ведомственные инструк-
-343
ции требуют от дознавателя, следователя, прокурора и суда по каждому уголовному делу изучать мотивацию преступного поведения, личность виновного, причины и условия, способствовавшие совершению преступлений. Не будем пока говорить об уровне изучения этих вопросов, ибо это уже вопрос практики и профессиональной подготовки работников уголовной юстиции. Важно другое: данное изучение не досужая выдумка, а требование закона. А если это так, оно должно неукоснительно выполняться и не для формы, а по существу. На этой эмпирической основе может формироваться статистическая база криминологических показателей, которые используются для решения многих проблем организации борьбы с преступностью, в том числе и для индивидуального прогнозирования, о котором говорилось в предыдущей главе, и индивидуальной профилактики возможных преступлений.
Криминологические сведения о мотивации преступлений, личности виновного, причинах и условиях, способствовавших совершению уголовно наказуемых деяний, полученные дознавателем, следователем, прокурором, адвокатом и судом, "гибнут" в материалах уголовных дел. Они практически никак не учитываются, систематически не обобщаются и не изучаются.
Причины и условия, способствовавшие совершению преступлений, не только не обобщаются в правоохранительных органах, они даже не регистрируются в учетных документах, хотя последние несут в себе до 500 информационных единиц. В новых формах статистических карточек, разрабатываемых в МВД и Прокуратуре СССР, как и в действующих, также не предусматривается практически никаких криминологически значимых признаков. Оперативная "сиюминутность" правового и криминалистического характера доминирует в документах первич-
344
дого учета. Хотя именно они больше всего пригодны к отражению необходимой криминологической информации, поскольку заполняются должностными лицами, участвующими в расследовании уголовного дела, и обсчитываются в вычислительных центрах органов внутренних дел. Нет криминологической информации и в статистических карточках на подсудимого, которые заполняются народными судьями, рассматривающими
уголовное дело.
О
пираясь
на установленные криминологией
закономерности
причинной обусловленности
преступного поведения
в целом и его отдельных видов и на текущие
статистические
сведения о причинах и условиях конкретных
преступлений, получаемые органами МВД,
прокуратуры
и судом, можно более предметно и
прогностически оценивать
конкретную среду личности профилактируе-юго.
Изучение этой среды во взаимной связи
с его :ичностными
характеристиками и в сопоставлении
с Іаучньїми
рекомендациями
и эмпирическими среднеста-Істическими
данными
по стране в целом или по региону va
еще
лучше с прогнозными таблицами) и является
третьей
предпосылкой успешной
индивидуальной профилактики
прогнозируемого преступного поведения.
При таком
подходе можно вполне определенно решить,
какие криминогенные
обстоятельства требуют устранения в
целях
недопущения "скатывания"
профилактируемого к преступному
поведению.
345
3. МЕРЫ, НАПРАВЛЕННЫЕ НА ПОЗИТИВНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ВНУТРЕННИХ УСЛОВИЙ МОТИВАЦИИ
1. Устранение причин возможного преступного поведения есть специфическое, опосредованное через обстоятельства жизни и деятельности воздействие на личность человека, поведение которого в существующих условиях наиболее вероятно может развиваться в криминальном направлении. И это воздействие в большинстве случаев бывает высокоэффективным, так как "изменение системы факторов объективной реальности изменяет мотивы поведения" [357, с. 83]. Здесь же речь пойдет о непосредственных влияниях на личность субъекта с отклоняющимся поведением путем применения к нему мер убеждения, а где этого требует необходимость, и мер правомерного принуждения. Опосредованные и непосредственные воздействия взаимосвязаны, а в большинстве случаев они лишь разные стороны единых профилактических мероприятий.
Устранить можно лишь те криминогенные факторы, которые действуют в момент проведения профилактики. Причинным же связям преступного поведения свойственна "задержка" (166, с. 126]. Оно в значительной части обусловлено негативными обстоятельствами прошлого, которое вошло в наличное личности. Неблагоприятные условия жизни и деятельности обусловливают преступное поведение через отрицательный социальный опыт, антиобщественные взгляды, привычки, ориентации. И хотя прошлого не устранить, но отрицательные характерологические черты могут быть вытеснены, нейтрализованы или ослаблены за счет приобретения позитивного опыта, социально полезных привычек и ориентации. А это возможно в криминологически благоприятных условиях жизни и деятельности и при целенаправленной воспитательной работе.
346
Таким образом, только при одновременном воздействии на криминогенные обстоятельства и личность вероятного правонарушителя можно рассчитывать на успех индивидуальной профилактики. Единство действий в данном случае следует рассматривать как своеобразную модификацию известного педагогического принципа параллельного воздействия на коллектив и личность, разработанного А.С. Макаренко. Стремление устранить лишь негативные обстоятельства, способствующие совершению преступлений, без непосредственного влияния на личность возможных правонарушителей, несомненно, окажет свое предупредительное воздействие и на конкретное лицо, но практический эффект такого одностороннего "объективного" подхода, не учитывающего самого человека, будет ниже комплексных мер. Он может вообще свестись к минимуму, если воспитатель попытается решать проблему индивидуальной профилактики, говоря словами А.С. Макаренко, путем "разрозненной возни с каждым человеком в отдельности" [225, с. 353], не воздействуя на окружение и не устраняя тех недостатков в его жизни, работе, быте, которые служат причинной базой отклоняющегося поведения. Тем более, если меры воздействия сводятся к принуждению и наказанию.
Профилактическая деятельность должна складываться из совокупности непосредственных и опосредованных (через труд, коллектив, бытовое окружение) влияний в плане решения двух взаимосвязанных задач: 1) позитивное изменение конкретной мотивации субъекта в характерной для него криминогенной ситуации (тактическая задача, связанная с функционированием личности); 2) структурно-содержательная перестройка мотивацион-ной сферы личности с отклоняющимся поведением (стратегическая задача, связанная с формированием
347