Файл: Serov_D_O_Sudebnaya_reforma_Petra_I_Istoriko-p.pdf

406 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

праве губернатора утверждать какие-либо приговоры ни сло­
ва не говорилось и в Наставлении губернаторам от 21 апреля 

1764 г.

1 

Очень скоро, однако, губернаторы вновь получили право 

утверждать приговоры к смертной казни и к лишению прав 
состояния, а ревизионно-решающий порядок пересмотра и 
утверждения судебных решений достиг, несомненно, выс­

шей точки развития за всю историю отечественного уголов­

ного судопроизводства. Произошло это в связи с изданием 

уже упоминавшегося закона от 7 ноября 1775 г. «Учреждение 

для управления губерний». Неслучайно, именно в законе от 

7 ноября 1775 г. появился сам термин

 «ревизия»,

 а в ст. 108 

данного закона было дано первое (хотя и весьма расплывча­

тое) определение ревизионно-решающей стадии уголовного 
процесса:

 «Ревизия уголовных дел ни что иное есть как при­

лежное разсмотрение, произведено ли дело порядочно и сход­

ственно с законами»

2

. 

Рассмотрению в ревизионно-решающем порядке, со­

гласно закону от 7 ноября 1775 г., подлежали, прежде всего, те 
приговоры, в которых назначались либо смертная казнь, либо 

лишение прав состояния

 («отнятие жизни или чести»).

 При 

этом законодатель в 1775 г. значительно усложнил процедуру 

утверждения таковых приговоров: в соответствии со ст. 86 и 

111-113 закона от 7 ноября 1775 г. приговоры к смертной 

казни или к лишению прав состояния должны были рассма­

триваться в ревизионно-решающем порядке не однократно, а 

троекратно.

 Вначале соответствующий приговор утверждался 

в губернском сословном суде, затем в губернской палате уго­

ловного суда и, наконец, генерал-губернатором

3

 (единствен­

ный аналог, который можно найти подобной трехступенчатой 

процедуре в предшествующем процессуальном законодатель­

стве — это вышерассмотренный порядок утверждения при-

' С м . : Законодательство Екатерины II. Т. 1. С. 338-343. 

2

Т а м же. С. 396. 

3

Т а м же. С. 393, 397. Вызывает недоумение, отчего столь подробно 

регламентированный в законе от 7 ноября 1775 г. порядок утвержде­

ния смертных приговоров совершенно обошел вниманием С. В. Жиль­
цов, специально рассмотревший вопрос об истории смертной казни в 
период правления Екатерины II (см.:

 Жильцов С. В.

 Смертная казнь в 

истории России. М., 2002. С. 165-173). 

Глава 7. Судебная реформа Петра

 І

 и некоторые вопросы истории

 407 

государства и права России второй четверти XVIII—XX вв.  

'Законодательство Екатерины II. Т. 1. С. 406, 437, 443. В историко-

правовой литературе беглые упоминания о закреплении в законе от 
7 ноября 1775 г. ревизионно-решающей стадии уголовного процесса 
см.:

 Ефремова Н. Н.

 Судоустройство России... С. 119-120, 122, 126, 130; 

Чистяков О. И.

 Процессуальное законодательство  / / Законодательство 

Екатерины II. Т. 2. С. 873-874. 

2

Ц и т по:

 Омельченко О. А.

 «Законная монархия» Екатерины Вто­

рой. С. 283-284. 

3

 Законодательство Екатерины II. Т. 2. С. 33. 

говоров военных судов, установленный в распоряжении Во­

енной коллегии от 24 июля 1721 г.). 

Одновременно законодатель существенно расширил и 

сферу применения ревизионно-решающего порядка пере­
смотра судебных решений. Согласно ст. 180, 322 и 366 закона 
от 7 ноября 1775 г. на утверждение палаты уголовного суда 
следовало направлять вообще все приговоры, вынесенные 
сословными судами губернского уровня (верхним земским 
судом, губернским магистратом и верхней расправой)

1

. 

Мотивация законодателя, столь широко закрепивше­

го в 1775 г. ревизионно-решающий порядок пересмотра и 
утверждения судебных решений в российском уголовном 
процессе, представляется очевидной. Подобно Ивану III и 

Петру I, ранее внедрявшим ревизионно-решающую стадию 

в судопроизводство, Екатерина II испытывала недоверие 
к компетентности и добросовестности лиц, отправлявших 

правосудие. В письме к Ф. Вольтеру от 20 сентября 1777 г. 
императрица откровенно пояснила, что зафиксированный в 
законе от 7 ноября 1775 г. трехэтапный порядок утверждения 
приговоров к смертной казни и к лишению прав состояния 
есть

 «наилучшая из процедур криминальных и более всех на­

дежная... без чего личная безопасность могла бы быть во вла­

сти страстей, невежества, невольных глупостей либо горячих 

голов»

2

. 

Остается добавить, что последнее в XVIII в. расшире­

ние сферы применения ревизионно-решающего порядка 
пересмотра и утверждения судебных решений последовало 
в 1785 г. Согласно ст. 13 Жалованной грамоты дворянству 
от 24 апреля 1785 г., если дворянину выносился приговор 

к смертной казни, к лишению прав состояния или к ли­
шению дворянства, то таковой приговор подлежал утверж­

дению вначале в Сенате, а затем монархом

3

. Итоговое же 

408 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

закрепление ревизионно-решающего порядка пересмотра и 

утверждения судебных решений в отечественном уголовном 

процессе состоялось в Своде законов Российской империи 

1832 г. Как известно, книга вторая 15-го тома названного 

Свода «О судопроизводстве по преступлениям» явилась, по 
существу, первым российским общегражданским уголовно-
процессуальным кодексом. 

В Своде законов 1832 г. регламентации характеризуемого 

порядка были всецело посвящены главы  2 - 5 раздела 5 кн. 2-й 

тома 15 (ст. 1082—1132)

1

. Кроме того, порядок направления 

на утверждение приговоров, вынесенных судом первого звена 
(«судом первой степени», по выражению тогдашнего законо­

дателя), закреплялся в гл. 1 того же 5-го раздела (ст. 1074 и 

1079—1081)

2

. Как и в XVIII в., ревизионно-решающему пере­

смотру подлежали приговоры, в качестве санкции по кото­
рым назначалась смертная казнь, лишение прав состояния 
или наказание кнутом (согласно формулировке из ст. 1074 
приговоры, «кои подвергают подсудимого лишению жизни, 
чести, доброго имени или торговой казни»

3

). 

Согласно Своду законов 1832 г. устанавливалась двух­

ступенчатая процедура утверждения соответствующих при­
говоров. В качестве ревизионно-решающей инстанции 
выступали палаты уголовного суда, губернаторы и Прави­

тельствующий Сенат. Между тем, будучи столь широко и 

детально закреплен в кн. 2-й тома 15 Свода законов 1832 г., 

ревизионно-решающий порядок пересмотра и утверждения 
судебных решений оказался почти полностью устранен из 
отечественного уголовного процесса в связи с изданием Су­

дебных уставов 1864 г., в которых таковой порядок не пред­
усматривался. 

После судебной реформы 1864 г. ревизионно-решающая 

стадия сохранилась — и то в ограниченном масштабе — лишь 
в области воєн но-уголовного судопроизводства. В продол-

' С м . : Свод законов уголовных. СПб., 1832. С. 321—336. Уместно 

заметить, что в ст. 1083 оказалось дословно воспроизведено определе­
ние «ревизии» из ст. 108 закона от 7 ноября 1775 г. (там же. С. 321). 

Наиболее развернутую характеристику ревизионно-решающей стадии 

судопроизводства по Своду законов в историко-правовой литературе 
см.:

 Чельцов-Бебутов М.А.

 Указ. соч. С. 742-743, 792-793. 

2

С в о д законов уголовных. С. 318, 320. 

3

Т а м же. С. 318. 

Глава

 7.

 Судебная реформа Петра I и некоторые вопросы истории 409 

государства и права России второй четверти XVIII—XX вв.  

жение традиции, идущей с петровского времени, соглас­

но Военно-судебному уставу 1867 г., приговор (независимо 
от содержания), вынесенный полковым судом, подлежал 

утверждению строевым командованием в лице командира 

полка

1

. Наряду с этим, ревизионно-решающая стадия допол­

нительно вводилась в военно-уголовное судопроизводство в 
последней трети XIX - начале XX в. либо для рассмотре­
ния отдельных категорий дел, либо для временных военно-
судебных органов. К примеру, в законе от 19 августа 1906 г. 
об учреждении военно-полевых судов было оговорено, что 
вынесенные данными судами смертные приговоры должны 
направляться на утверждение командующему военным окру­
гом

2

. 

События исхода 1917 г., ликвидация судебной системы 

царской России имели одним из последствий исчезновение 

ревизионно-решающей стадии из воєнно-уголовного судо­
производства. Однако прошло совсем немного времени, и 

ревизионно-решающий порядок пересмотра судебных ре­
шений начал, как представляется, еще раз возрождаться на 
отечественной почве. 

Согласно ст. 36 и 37 Положения о революционных во­

енных трибуналах от 20 ноября 1919 г., о всех вынесенных 
смертных приговорах революционные военные трибуналы 

должны были незамедлительно ставить в известность одно­

временно Революционный военный трибунал Республики и 
все то же строевое командование — в лице теперь уже рево­

люционного военного совета армии, фронта или Республи­

ки. При этом решение об оставлении в силе или о приоста­
новлении смертного приговора должно было приниматься 
Реввоентрибуналом Республики и соответствующим ревво­
енсоветом в течение 48 часов. 

В случае приостановления приговора дело подлежа­

ло направлению на новое рассмотрение в вышестоящий 

военно-судебный орган

3

. Это обязательное информирование 

и вышестоящего судебного органа, и строевого командова­
ния о вынесенном смертном приговоре как раз и являло со­
бой, думается, модифицированную ревизионно-решающую 

1

 Петухов Н. А.

 Указ. соч. С. 124-125, 142. 

2

Жильцов С. В.

 Указ. соч. С. 205-206. 

3

С У  Р С Ф С Р . 1919. № 58. Ст. 549. 

410 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА

 I 

процедуру. Модификация заключалась в данном случае в 

том, что решение об утверждении приговора принималось 

управомоченным органом

 «по умолчанию»,

 путем невынесе­

ния решения о приостановлении приговора. В свою очередь, 

«приостановление» приговора означало на деле неутвержде­

ние (или даже, трактуя шире, отмену) данного приговора. 

Не прошло и полугода, как сходный порядок оказался 

предусмотрен и для новоучрежденных воєнно-транспортных 
судов. Согласно ст. 15 и 16 Положения о революционных во­
енных железнодорожных трибуналах от 18 марта 1920 г., о 

смертных приговорах, вынесенных являвшимися судом перво­

го звена трибуналами железных дорог, надлежало немедленно 

ставить в известность параллельно комиссаров этих дорог и 

Главный революционный военный железнодорожный трибу­

нал при Наркомате путей сообщения. Если же смертный при­
говор выносился Главным революционным военным желез­
нодорожным трибуналом, то о таковом приговоре следовало 

извещать одновременно наркома путей сообщения и Трибунал 
Реввоенсовета Республики (бывший Революционный военный 

трибунал Республики). Как и в системе военных трибуналов, 

в случае приостановления (то есть неутверждения) пригово­
ра дело направлялось на новое рассмотрение в вышестоящий 
судебный орган (скажем, из трибунала дороги — в Главный 
революционный военный железнодорожный трибунал)

1

. 

При проведении судебной реформы 1922 г. ревизионно-

решающий порядок пересмотра и утверждения судебных ре­

шений не получил закрепления в уголовном процессе. Ни в 

Положении о судоустройстве РСФСР от 11 ноября 1922 г., 

ни в Уголовно-процессуальном кодексе РСФСР редакций 

1922 и 1923 гг. ни словом не упоминалось ни о необходи­

мости информировать касательно каких-либо вынесенных 
приговоров вышестоящий судебный орган, ни о возможно­
сти «приостановления» (неутверждения) приговора. А вот в 
области воєнно-уголовного судопроизводства ревизионно-
решающие процедуры сохранились и после судебной рефор­
мы 1922 г. 

Согласно ст. 36 и 37 Положения о военных трибуналах 

и военной прокуратуре от 20 августа 1926 г. о вынесенном 
смертном приговоре военный трибунал обязывался (причем, 

]

С У  Р С Ф С Р . 1920. № 21. Ст. 112.