Файл: Serov_D_O_Sudebnaya_reforma_Petra_I_Istoriko-p.pdf

446 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

функционировавшего в 1990—1993 гг. подкомитета по судеб­
ной реформе Комитета по законодательству Верховного Со­

вета РСФСР/РФ. Вместе с тем, необходимо отметить, что 

в 1718 г. в правительственной среде сложилась небольшая 

группа лиц, углубленно вовлеченных в процесс подготовки 

именно судебных преобразований. В состав этой группы вхо­

дили руководители Юстиц-коллегии А. А. Матвеев и Герман 

Бреверн, а также основной консультант Петра 1 по шведским 

образцам камер-советник Генрих Фик. 

Кроме того, нельзя не упомянуть, что в ходе судебной 

реформы 1717—1723 гг. были предприняты значительные 
усилия по кодификации процессуального законодательства. 
Таковая кодификация осуществлялась (вначале Юстиц-

коллегией, а затем Уложенной комиссией 1720-1727 гг.) не 

обособленно, а в рамках подготовки единого кодифициро­

ванного акта — того самого проекта Уложения Российского 

государства 1723—1726 гг. Примечательно, что в названном 

проекте Уложения впервые в истории отечественного права 
был структурно выделен уголовно-процессуальный раздел, 
образовавший книгу вторую проекта

 «О процесе в криминал-

ных или розыскных, пыточных делах».

 Основным составителем 

данного раздела явился член Уложенной комиссии асессор 

Юстиц-коллегии Эрнст Кромпейн. 

Особенностью судебной реформы Петра

 I

 следует при­

знать весьма краткие сроки воплощения в жизнь преобра­

зований в области судоустройства. Ставшие судами первых 

двух звеньев в новоучрежденной системе судов общей юрис­
дикции надворные, провинциальные и городовые суды были 

повсеместно основаны на протяжении 1719—1720 гг. Подоб­
ные сжатые сроки реорганизации судебного устройства род­
нят судебную реформу 1717—1723 гг. с судебными реформа­

ми 1775 г. и 1922 г. и отличают от судебной реформы 1864 г. 
(при проведении которой осуществление преобразований в 

судоустройстве растянулось на 35 лет). 

А вот со стороны преобразований в области судопро­

изводства судебную реформу Петра 1 приходится признать 
незавершенной. Данную особенность реформы обусловило 

то обстоятельство, что в конце 1710-х - первой половине 

1720-х гг. не была в надлежащей мере сформирована нор­

мативная основа функционирования преобразованной су-

Заключение 

447 

дебной системы. В 1717-1723 гг. не были разработаны или 

же не получили утверждения нормативные правовые акты, в 

которых специально регулировались статус, организация и 

компетенция судов обшей юрисдикции. Ни в годы судебной 

реформы, ни впоследствии так и не были изданы ни Регла­

мент Юстиц-коллегии, ни инструкции надворным, провин­
циальным и городовым судам. 

Не менее печальная ситуация сложилась в конце 

1710-х — первой половине 1720-х гг. с кодификацией отече­

ственного процессуального законодательства. Дело в том, 

что проект Уложения Российского государства 1723-1726 гг. 

составлялся во исполнение поставленной законодателем еще 
в 1718 г. задачи осуществить синтез российской и шведской 
систем законодательства. Между тем, несмотря на интенсив­
ность работы организованной в 1720 г. Уложенной комис­

сии, проект Уложения Российского государства не был за­

вершен к моменту кончины Петра I. 

А в 1726 г., когда полностью оформленный законопро­

ект поступил, наконец, на обсуждение Сената, стратегическая 

установка на построение в России Polizeistaat по шведскому 
образцу утратила всякую актуальность. По этой причине гран­

диозный, состоявший из четырех книг и 2113 статей проект 

Уложения Российского государства 1723-1726 гг. с его вну­
шительным процессуальным разделом остался без рассмо­

трения и, соответственно, не получил утверждения. В итоге, 

нормативную основу функционирования судебной системы, 
реформированной в 1717—1723 гг., образовали разрозненно 
изданные нормативные правовые акты (вроде типового На­
каза городовым судьям 1719 г.), в которых регулировались 
отдельные вопросы судоустройства и судопроизводства. 

Подобная ситуация сложилась в истории российского 

судебного реформирования второй четверти XVIII — начала 

XXI в. единственный раз — в ходе подготовки и проведе­
ния судебной реформы 1775 г. В 1774 г., в самом преддве­

рии реформы Екатерина II поручила немецкому правоведу 

Ф. Бемеру составить

 «форму криминального процесса».

 Будучи 

подготовлен в том же 1774 г., проект Ф. Бемера

 «Сгітіпаї-

Prozess-Ordnung»

 (в тогдашнем русском переводе

 «Устав уго­

ловного судопроизводства»)

 получил предварительное одобре­

ние императрицы, но затем так и не обрел силы закона. 

L 

448 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

Несколько позднее Екатерина II объявила, что за изда­

нием послужившего нормативной основой реформы 1775 г. 

закона от 7 ноября 1775 г.

 «Учреждения для управления гу­

берний»

 должно последовать реформирование

 «порядка про­

изводства уголовного суда».

 Но и это намерение законодателя 

осталось нереализованным

1

. В результате нормативную осно­

ву функционирования судебной системы, преобразованной в 

1775 г., образовал небольшой массив процессуальных норм, 

рассредоточенно внесенных в посвященные отдельным су­

дебным органам главы 10, 14-15, 20, 20—24 и 26 закона от 

7 ноября 1775 г.

2

 Что же касается судьбы проекта Уложения 

Российского государства 1723-1726 гг., то ее возможно срав­

нить лишь с участью состоявшего из трех книг и 4,5 тысячи 

статей проекта новой редакции Судебных Уставов, который 
был разработан Комиссией Н. В. Муравьева к 1899 г., а за­
тем «похоронен» в Государственном совете

3

. 

Главнейшим нововведением, осуществленным в ходе 

судебной реформы Петра I в области судоустройства, несо­

мненно, явилось построение никогда не существовавшей в 

России системы судов общей юрисдикции. Четырехзвенная 

конструкция данной системы была исходно определена в за­
коне от 19 декабря 1718 г. об укреплении инстанционности 
в судопроизводстве. Первые три звена системы судов общей 

юрисдикции образовали структурно отделенные от органов 
управления «нижние» суды (городовые и провинциальные), 
надворные суды (гофгерихты) и Юстиц-коллегия. Назван­

ные судебные органы аккумулировали в своей компетенции 
весьма значительный объем юрисдикционных полномочий, 

которыми в дореформенный период обладали семь прика­
зов, а также региональные и местные органы государствен­
ной власти. 

Именно в связи с учреждением судов общей юрисдик­

ции, руководствуясь принципами камерализма и исходя из 
установки на построение в России «полицейского» государ­
ства, законодатель решился на радикальную меру: полностью 

1

 Омелъченко О. А.

 «Законная монархия» Екатерины Второй. С. 288— 

289. 

Законодательство Екатерины II. Т. 1. С. 399-400, 404-410,  4 2 7 -

429, 435-445, 455-457. 

3

 Подробнее об этом см.:

 Немытина М. В.

 Суд в России. С.  1 9 1 -

194. 

Заключение 

449 

лишить местные органы общего управления всех уровней су­

дебных функций. Данная мера Петра I — шедшая вразрез 
с многовековой практикой отечественного государственного 

строительства — была нормативно закреплена в Инструкции 
или наказе воеводам и в Инструкции или наказе земским 
комиссарам, утвержденных в январе 1719 г. 

Неслучайно, названные Инструкции были составле­

ны на основе шведских Инструкции ландсховдингам [land-

shovding] 1687 г. и Инструкции дистриктным управителям 

[haradsfogde] 1688 г. Соответствующие положения россий­

ских Инструкций 1719 г. обусловили функциональное отде­

ление административных органов от судебных (хотя и только 

на региональном и местном уровнях), что, в свою очередь, 
вело к укреплению независимости суда. Таким образом, из­

дание закона от 19 декабря 1718 г. и Инструкций воеводам и 

земским комиссарам 1719 г., в которых оказалось закреплено 

структурное и функциональное обособление органов право­

судия от органов управления, возможно признать первыми 
шагами законодателя на пути формирования в нашей стране 
ветви судебной власти. 

Важным последствием образования в 1717-1719 гг. 

системы судов, отделенных от административных органов, 
явилось зарождение в России профессионального судейского 

корпуса. В состав этого корпуса вошли лица, занимавшие 
судебные должности в городовых, провинциальных и над­
ворных судах и в Юстиц-коллегии. При этом законодатель 
никак не регламентировал в конце 1710-х - первой половине 

1720-х гг. статус судей, в частности, не установил для них 

какие-либо квалификационные требования. 

Несмотря на все затруднения, возникавшие на прак­

тике при создании судов общей юрисдикции, в 1721 г. новая 

судебная система начала функционировать в полном объе­
ме. Однако уже очень скоро законодатель принял решение 
частично отказаться в области судоустройства от шведских 

образцов. Данное решение сложилось у Петра I, насколько 

можно понять, вследствие опасений, что реорганизованная 
на шведский манер система региональных и местных орга­

нов общего управления оказалась слишком ослабленной. 

Взяв курс на укрепление местных административных 

органов, законодатель предпринял шаги по восстановлению 

450 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

традиционной для нашей страны модели единства власти на 

местном уровне (модели «единого хозяина» на территории). 
О желательности возвращения к подобной модели в ту пору 

наиболее емко высказался генерал-майор В. И. Геннин в 
письме в императорский Кабинет от 1 февраля 1724 г.:

 «Чтоб 

[в губернии]... был бы один главнейший командир... а не так как 
теперь, что всякой болшой»

1

.

 В качестве же первого шага на 

пути укрепления местных органов управления законодатель 
осуществил в 1722 г. такую судеб но-контрреформаторскую 

меру, как упразднение городовых и провинциальных судов. 
Соответственно, судом первого (основного) звена стали гу­

бернские и провинциальные канцелярии (сохранившие, 
правда, в судебном отношении подчиненность надворным 
судам и Юстиц-коллегии). 

Сходным образом, в отступление от шведской модели 

судебного устройства, в которой доминирующее положение 
занимали суды общей юрисдикции, в 1717-1723 гг. зако­
нодатель уделил значительное внимание развитию системы 
специализированных судов. В ходе проведения судебной ре­
формы Петра 1 было реорганизовано и впервые учреждено 

13 специализированных судебных органов, никак не связан­

ных с системой судов общей юрисдикции. Ряд судов спе­
циальной юрисдикции — военные, церковные, магистрат­

ские, таможенные, полицмейстерские — образовали особые 

двух-трехзвенные подсистемы. Суды названных подсистем 

являлись ведомственными судебными органами, структурно 

едиными с органами управления и самоуправления (за ис­
ключением военных судов первого звена). 

В итоге, из подсудности отечественных судов общей 

юрисдикции к 1724 г. оказались изъяты — всецело или по 

большей части — восемь категорий уголовных и гражданских 
дел (дела по государственным, финансовым, таможенным, 

противоцерковным преступлениям, преступлениям против 
интересов службы, по фальшивомонетничеству, по наруше­
нию общественного порядка в городах, дела по земельным 

спорам дворян). Параллельно с этим, из подсудности судов 
общей юрисдикции к концу правления Петра

 I

 были вы­

ведены — полностью или преимущественно — четыре зна­

чительные категории лиц (строевые военнослужащие, духо-

1

 РГАДА, Ф- 9, отд. 2, кн. 66, л. 677.