Файл: Serov_D_O_Sudebnaya_reforma_Petra_I_Istoriko-p.pdf

Заключение 

451 

венство, крестьяне церковных вотчин, тяглые горожане), а 
заодно временно проживавшие в России иностранные пред­

приниматели и представители среднего и высшего звеньев 
государственного аппарата. 

Вышеобрисованные отступления от шведских образцов, 

предпринятые в ходе проведения судебной реформы 1717— 

1723 гг., объяснялись отнюдь не недостатком политической 

воли первого российского императора. Будучи последова­

тельным прагматиком, Петр I не мог со временем не уяснить 

недостаточную совместимость шведских образцов с россий­
скими условиями и традициями, а потому не мог не осознать 

необходимость корректировки курса административной и су­

дебной реформ. И подобно тому, как в 1722 г. в построении 

местных органов власти законодатель начал восстанавливать 

традиционную отечественную модель «единого хозяина» 

(и судьи, и администратора) в регионе, в 1721-1723 гг. он во 
многом вернулся к не менее традиционной модели такового 

же «единого хозяина» в ведомстве — что выразилось в раз­
витии подсистем ведомственных судов. 

Что касается нововведений, осуществленных в ходе су­

дебной реформы Петра I в области судопроизводства, то та­

ковые коснулись лишь уголовного процесса. Здесь наиболее 
значительными явились, во-первых, воссоздание ревизионно-

решающего порядка пересмотра и утверждения судебных ре­
шений, а во-вторых, выделение в досудебном производстве 
стадии предварительного расследования. 

Означенный ревизионно-решающий порядок приме­

нялся в нашей стране в конце XV — второй трети XVI в., 
пресекшись в связи с проведением губной и земской ре­

форм. Взявшись воссоздавать ревизионно-решающие про­
цедуры в ходе проведения судебной реформы 1717—1723 гг., 
законодатель предусмотрел названные процедуры, с одной 

стороны, для рассмотрения дел только по особо тяжким пре­
ступлениям, с другой стороны, для применения в судах об­
щей юрисдикции (что опять-таки существенно расходилось 

со шведскими образцами) и в ряде новоучрежденных спе­

циализированных судов — прежде всего, в магистратских и 

полицмейстерских. 

Повторное утверждение в отечественном уголовном 

процессе стадии ревизионно-решающего производства еле-

452 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

дует признать связанным с очевидным недоверием Петра I 

к профессиональной подготовленности судей судов перво­
го звена. Расширенное воссоздание названной стадии имело 
целью снизить вероятность судебных ошибок хотя бы при 
вынесении приговоров к смертной казни и ссылке на ка­

торгу. По этой причине, ревизионно-решающими полномо­

чиями оказались в 1717-1723 гг. наделены суды второго или 

же третьего звена: гофгерихты, Главный магистрат, Главная 

полицмейстерская канцелярия, Военная коллегия. 

Появление в отечественном уголовном судопроизводстве 

стадии предварительного расследования было, главным обра­

зом, обусловлено усилившимся в середине 1710-х гг. узкопраг­

матическим стремлением Петра I создать механизм эффек­

тивного противодействия должностной преступности. В связи 

с этим, вычленение данной стадии явилось фрагментарным и 
кратковременным, будучи закреплено в единственном законо­

дательном акте — Наказе «майорским» следственным канце­
ляриям от 9 декабря 1717 г. Однако, принимая во внимание, 

что в конце 1710-х - начале 1720-х гг. органы предваритель­
ного расследования начали все-таки складываться в систему, 

можно с определенностью утверждать, что в ходе проведения 
судебной реформы Петра 1 произошло зарождение следствен­

ного аппарата России. Более того: в описываемый период 

оказались воплощены на практике все четыре выделяемые в 
современной правовой литературе модели построения след­
ственного аппарата: вневедомственная модель («майорские» 
следственные канцелярии), судебная модель (Розыскная кон­
тора Вышнего суда), прокурорская модель (следственная кан­

целярия генерал-прокуратуры) и административная модель 

(Камер-коллегия и ее территориальные органы). 

Судоустройственные и судопроизводственные нововве­

дения, осуществленные в ходе судебной реформы Петра I, 

ожидала различная судьба. Наиболее заметный след судеб­
ная реформа 1717-1723 гг. оставила, безусловно, в истории 

отечественного судоустройства. Начавшая формироваться в 

1719 г. система судов общей юрисдикции, просуществовав 

затем менее десятилетия, оказалась возрождена в ходе судеб­
ной реформы 1864 г. 

Будучи повторно упразднены в 1917 г. и восстановлены 

в результате судебной реформы 1922 г., суды общей юрис-

Заключение 

453 

дикции образуют сегодня основной сегмент судебной си­

стемы России. По всему этому современные районные суды 

возможно с полным основанием считать прямыми преем­
никами городовых и провинциальных судов 1719-1722 гг., 
а областные (краевые) суды — преемниками гофгерихтов 

1719-1727 гг. Проектирумый же Федеральный конституци­

онный закон «О судах общей юрисдикции в Российской Фе­

дерации» будет после принятия соединен незримой нитью с 

законом от 19 декабря 1718 г. об укреплении инстанционно-
сти в судопроизводстве, с издания которого началась исто­
рия отечественных судов общей юрисдикции. 

По-иному сложилось развитие зародившегося в россий­

ском уголовном процессе еще при Иване Ш ревизионно-

решающего порядка пересмотра и утверждения судебных 

решений. Прекративший применяться в 1560-е гг., а затем 

расширенно воссозданный в годы судебной реформы Пе­
тра I означенный порядок достиг высшей точки развития в 

результате проведения судебной реформы 1775 г. А вот после 

судебной реформы 1864 г. ревизионно-решающий порядок 

сохранился лишь в сфере военной юстиции. 

Будучи вновь отменен в

 1917

 г., ревизионно-решаюший 

порядок пересмотра и утверждения судебных решений ока­

зался, однако, фрагментарно восстановлен в советском 

военно-уголовном процессе уже в 1919-1920 гг. Получив 
широкое распространение в годы Великой Отечественной 

войны, ревизион но-решающий порядок был, как представ­

ляется, окончательно устранен из отечественного уголовного 

судопроизводства лишь в связи с принятием Положения о 

военных трибуналах 1958 г. 

В свою очередь, возникший в 1717—1723 гг. специали­

зированный следственный аппарат России, будучи ликвиди­
рован в 1723-1726 гг., начал возрождаться с 1808 г., сфор­

мировавшись в разветвленную систему в 1860—1864 гг. При 

всех осуществлявшихся на протяжении XX — начала XXI в. 

переменах в организации следственный аппарат не толь­
ко сохранился, но и — несмотря на непреодоленную струк­

турную разделенность — является сегодня одним из ключе­

вых элементов правоохранительной системы нашей страны. 

В этой связи особенно примечательно, что именно в годы 

судебной реформы Петра 1 оказалась впервые реализована 

454 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

вневедомственная модель построения следственного аппара­

та, каковая воплотилась в виде недолго функционировавших 

«майорских» следственных канцелярий. 

Будучи затем прочно забыта более чем на два столетия, 

идея создания в нашей стране вневедомственного следствен­
ного аппарата вновь обрела актуальность в ходе проведения 
судебной реформы 1956—1964 гг., став предметом широкой 

дискуссии в 1957 г. На новый уровень обсуждение вопроса 

об учреждении в России вневедомственного следственного 

аппарата выходило затем в 1989-1993 гг. и в 2002 г., когда 

дело дошло до внесения в высшие органы законодательной 

власти пакетов соответствующих законопроектов. 

Не будучи, однако, переведен на протяжении 1990-х - на­

чала 2000-х гг. в практическую плоскость, вопрос о вневедом­
ственном следственном аппарате отнюдь не снят с повестки 

дня и сегодня. В частности, издание Федерального закона РФ 

№ 87-ФЗ от 5 июня 2007 г. «О внесении изменений в Уголовно-
процессуальный кодекс Российской Федерации и Федераль­
ный закон "О прокуратуре Российской Федерации"»

1

 возмож­

но трактовать как шаг на пути создания вневедомственной 

системы органов предварительного расследования. Так что 

«майорским» следственным канцеляриям еще будет, по всей 

очевидности, суждено обрести преемника в XXI в. Впрочем, 

жанр историко-правового исследования не особенно распола­

гает к высказыванию суждений прогностического толка. 

По означенной причине автор не склонен вдаваться на 

этих страницах в дальнейшие размышления о вероятных пу­

тях развития судебной и правоохранительной системы Рос­

сии. Видится, однако, неоспоримым, что какие бы очертания 
не приобрело в XXI веке здание российской судебной власти, 
краеугольными камнями в его основании вовек останутся но­
вовведения в области судебного устройства, осуществленные 

в ходе проведения первой отечественной судебной рефор­
мы — судебной реформы Петра I. На фасаде же этого здания с 
полным основанием можно начертать актуальные на все вре­
мена слова из закона, подписанного императором Петром I в 
столь далекий от нас день 5 февраля 1722 года:

 «Дабы каждому 

во всем суд был праведной и беспродолжителной»

2

. 

'Российская газета. 2007. 8 июня. 

2

Законодательные акты Петра I. С. 342. 

Приложения 

I 

Проекты реорганизации судоустройства России 

и учреждения отдельных судебных органов 

(1718-1720 гг.) 

№ 1 

Записка Г. Фика от 3 октября 1718 г. 

о новом порядке судебного устройства

1 

Всеподданнейшие  з а м е ч а н и я об устроении шведских 

верхних и  н и ж н и х земских судов 

1. В каждой губернии существует столько  н и ж н и х земских судов 

(Unter-Landsgericht),  с к о л ь к о в ней  д и с т р и к т о в . И  т а к  к а к крестья­

не в  Ш в е ц и и — свободные  л ю д и ,  д в о р я н и н не может сам  н а к а з ы ­
вать  к р е с т ь я н и н а ,  н о  п о всякому, даже мелкому делу свое  р е ш е н и е 

должен  в ы н о с и т ь  н и ж н и й земский суд, а  к р е с т ь я н и н может  а п е л ­
лировать к верхнему  з е м с к о м у суду (Ober-Landsgericht)  п р о в и н ц и и . 

П о с к о л ь к у в  Р о с с и и  д в о р я н и н может  н а к а з ы в а т ь крестьян,  р а с ­

п о р я ж а я с ь их телом и  и м у щ е с т в о м  п о своему  у с м о т р е н и ю , и сам 
является судьей в своем суде, то представляется, что здесь нет  н е ­

обходимости в  н и ж н и х земских судах, а  б ы л о бы достаточно  о д н о г о 

земского суда (Landsdericht) для каждой  п р о в и н ц и и ,  к о т о р ы й бы 
состоял из одного ландрихтера, 4  и л и 6 асессоров  и з  о б р а з о в а н н ы х 

дворян  п р о в и н ц и и вместе с одним секретарем  и л и нотариусом, од­

н и м актуарием и 2  и л и 3  п и с а р я м и . Этим судом могли бы решаться 
все дела в  п р о в и н ц и и , крестьяне же подпадали бы под него только 
за убийство, когда  о н и подлежали  б ы  п ы т к а м  и л и смертной казни. 

Малые города, не  и м е ю щ и е магистратов, тоже находились бы под 

'Подстрочный перевод И. А. Канакина.