ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 23.10.2020
Просмотров: 3176
Скачиваний: 7
Почему люди совершают преступления
В комментариях к «Тайне Золотого Цветка» К.Г. Юнг писал: как ац
а
томия человеческого тела не зависит ни от каких расовых различий,
щ
и человеческая душа имеет единый субстрат. Его он и называет коллег
тивным бессознательным. Это общечеловеческое наследство, оно ц
е
зависит от культуры и сознания; оно состоит не только из содержаний
которые могут стать сознательными, но также из латентных предраспо!
ложенностей к тождественным реакциям. Коллективное бессознатель-
ное — это психическое выражение тождественности структур мозга неза
висимо от расовых различий. Такможнообъяснигьаналогичность, вплоть
до тождественности, различных мифов и символов, которая вообще дает
возможность взаимопонимания между людьми. Различные направления
душевного развития имеют один общий ствол, корни которого уходят в
далекое прошлое. Чисто психологически это означает, что мы имеем об
щие инстинкты к образованию идей (представлений) и моделей поведе
ния. Всякое сознательное воображение и действие происходят из этих
бессознательных прототипов и остаются связанными с ними.
Нет никаких доказательств того, что филогенетически (в истории
человеческого рода) или онтогенетически (в истории одного челове
ка) сознание вырастает из бессознательного, т. е. второе всегда кау
зально предшествует первому. Между тем именно сознание в основ-
н о м п о д в л и я н и е м с о ц и а л ь н о й среды и ее норм вытесняет часть
психического в Тень. Это нормальный процесс социализированного че
ловека — личности. Между двумя названными сферами психики про
исходит постоянное взаимодействие, часто очень плодотворное, и
сознание отнюдь не является л и ш ь марионеткой в руках бессознатель
ного, а само, как известно, способно активно направлять поведение.
Однако и сознание, и бессознательное индивидуального человека ос
новываются, как можно полагать, на коллективном невспоминаемом
опыте, на архетипах (прообразах), а также на действии животного на
следия в человеке. Это наследие прочно вросло в него и вряд ли удас
тся отделить его от собственно человеческого бессознательного.
Бессознательное не господствовало в первобытном человеческом
«стаде», но «стадо» было тем необходимым условием, без которого не
могло появиться сознание как результат общения его членов. Новорож
денный не является «владельцем» бессознательного, поскольку у него
нет сознания, а бессознательное без сознания не существует, но посколь
ку он человеческий младенец, у него имеются все необходимые п р е д Я
посылки для формирования сознания. Действие коллективного б е с с о з Я
нательного можно сравнить с инфантилизмом, особенно если понимать
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения.
х0
не только как сохранение в психологии и поведении взрослого осо-
0
бН
ностей, присущих детскому возрасту, но и как бессознательную по
требность возвращения в те психологические состояния, которые были
присуши детскому возрасту. Эта потребность может возникать, если те
давно ушедшие дни воспринимаются такими, которые давали покой и
обеспечивали безопасность либо приятие самого себя, если они, явля
ть когда-то привычными, удовлетворяли весьма важные потребности
и т. д. Надо думать, что подобное стремление возникает у человека или
народа (данного общества) в тех, например, случаях, когда они чувству
ют опасность, которой в действительности может и не быть. Это воз
вращение в старое, знакомое, пусть и забытое.
Возвращение в старое, тоска по нему могут проявляться вполне на
глядно, когда реанимируется, например, героическое прошлое, живо
писуются образы и подвиги героев-предков, звучат настойчивые при
зывы следовать и м . М и ф ы и легенды п р о ш л о г о встраиваются в
современную жизнь, история и особенно древняя ее часть объявляются
священными. При этом вполне возможно преследование представите
лей другой национальной и религиозной принадлежности, их террори
зирование. Совсем необязательно, чтобы религия в таких условиях при
обретала п е р в о с т е п е н н о е з н а ч е н и е , в н е к о т о р ы х т о т а л и т а р н ы х
обществах, например, при нацизме и большевизме, она, напротив, пре
следуется. Чтобы понять это, вспомним, что религия не самое древнее
верование человечества, ей предшествовала магия. Вот магического в
тоталитарных государствах было более чем достаточно, даже некоторые
их преступления (например, уничтожение людей) носили магический
характер жертвоприношения.
Коллективное бессознательное есть нечто, что формирует установ
ки как отдельного человека, так и общества, государства, отдельных
людей, т. е. их готовность действовать и реагировать в определенном
направлении. Это позволяет раскрыть своеобразие сложных состоя
ний народов и соответствующих психологических состояний конкрет
ного человека при анализе его индивидуальной установки. Иметь ус
тановку — значит быть готовым к чему-то определенному. Коллектив
ное бессознательное творит установки толпы, причем длительные, что
особенно важно для понимания большевизма, нацизма и фашизма.
В коллективном бессознательном можно видеть ту психологичес
кую основу, которая цементирует народ, расу, нацию, семью, профес
сиональную группу и т. д., наконец, объединяет всех людей данного
общества. В названных общностях коллективное бессознательное все-
199
198
Почему люди совершают преступления
гда представлено достаточно полно, более того, без него они не моп*.
существовать, вбирая его в себя, как и отдельная личность. НаличГ
коллективного бессознательного в больших и малых группах являете
6
гарантией определенной тождественности таких групп в разных куд/
турах, возможностей сближения, а во многих случаях слияния после
дних, необходимого понимания друг друга при сохранении самобыт.
ности и автономности каждой. В то же время любая из названных
общностей наследует опыт предшествующей ей (нормы, традиции
право, навыки), хотя это далеко не всегда вполне осознается принтер
шей на смену новой группой. Конечно, помимо коллективного бес
сознательного формированию и сохранению названных социальных
групп активно способствуют вполне осознаваемые традиции и обы
чаи, общие цели, признаваемые членами группы, типичные способы
разрешения возникающих проблем и т. д. Эти традиции и цели пере
даются путем обучения и целенаправленного воспитания.
К а к мы видим, коллективное бессознательное, к а к и индивиду
альное, отнюдь не выполняет только негативные ф у н к ц и и .
Выше уже говорилось о том, что невспоминаемый опыт детства,
вытесненный из сознания вследствие травматичное™ или неакту
альности, является составной частью индивидуального бессознатель
ного. Доказано, что оно м о щ н о стимулирует поведение, в том числе
антиобщественное. Так, убийства детей могут мотивироваться бес
сознательным стремлением стереть в психике следы унижений и из
девательств, перенесенных в собственном детстве, и н ы м и словами,
на психологическом уровне покончить жизнь самоубийством. Уби
ваемый ребенок выступает в качестве первообраза, символа ребенка
вообще, но ребенка, тяжко страдающего.
Каннибализм, инцест, убийства детей, бесчисленные тоталитар
ные деспоты и другие отвратительные явления современного мира
убедительно говорят о том, что может возвращаться не только инди
видуальный бессознательный опыт, но и коллективный, общечело
веческий, причем негативный. К.Г. Юнг отмечал, что «на первых
порах понятие «бессознательного» использовалось для обозначения
только таких состояний, которые характеризуются наличием вытес
ненных или забытых переживаний. Хотя у 3. Фрейда бессознатель
ное выступает в качестве действующего субъекта, по сути оно оста
ется не чем иным, к а к местом скопления вытесненных содержаний;
и только поэтому за н и м признается практическое значение... С этой
точки зрения бессознательное имеет исключительно личностную
200
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения.
природу хотя, с другой стороны, уже 3. Фрейд понимал архаико-ми-
фологический характер бессознательного образа мышления»
1
.
Не будем здесь обсуждать вопрос, только ли вытесненное индиви
дуальное составляет бессознательное отдельного человека, поскольку
это выходит за пределы настоящего исследования. Просто упомянем,
чт
о индивидуальное (личностное) состоит и из других образований.
Оно выступает в качестве действующего субъекта не только у 3. Фрей
да, но и, например, в наших исследованиях. М о ж н о привести десят
ки, даже сотни случаев подобного рода, которые исследовались нами.
Задача в том, чтобы доказать, что как индивидуальное бессознатель
ное может определять поведение отдельного субъекта, мотивируя его,
так и коллективное, возникающее из глубин человеческой истории,
определяет поведение и конкретных лиц, и общества, и государства.
Коллективное бессознательное включает в себя символы и обра
зы поведения, которые являются повсюду и у всех индивидов одни
ми и теми же. Такое бессознательное идентично у всех людей и обра
зует тем самым всеобщее основание душевной ж и з н и каждого. По
этому К.Г. Юнг справедливо называл его сверхличным.
Коллективное бессознательное в конкретной личности не может
миновать индивидуальный опыт, индивидуальное бессознательное и
индивидуально неповторимые организмические и личностные черты.
Все вместе создает ее особый облик. Коллективное бессознательное у
отдельного лица принимает формы эмоционально окрашенных ком
плексов. Оно не знает пределов, и, войдя в него, индивид обнаружи
вает неслыханную ширь, при этом может ощущать соприкосновение
даже с вечностью, особенно в экстатических сретояниях, но еще и с
неопределенно темным, непонятным, а иногда и опасным.
Коллективное бессознательное появляется с первыми людьми, и с
каждым новым поколением, с каждым новым этапом в виде бесконеч
ного процесса на него накладываются более поздние слои — социальные,
психологические, культурные, но, подобно корням дерева, этот опыт
вдруг прорывается наружу, в том числе в виде жестокого насилия тота
литарной деспотической власти или каннибализма. К. Г. Юнг писал, что
мы несем в себе наше прошлое, а именно примитивного, низкого чело
века с его желаниями и эмоциями. Л и ш ь приложив значительные уси
лия, мы можем освободиться от этой ноши. Негатавную часть бессоз
нательного он назвал Тенью, однако считал, что если бы вытесненные
Юнг К.Г.
Архетип и символ. — М., 1969. С. 97.
201
Почему люди совершают преступления
склонности, называемые Тенью, были только злом, то не возникало бы
особых проблем. Но Тень, по мнению К. Г Юнга, не что-то целиком сквер
ное, а просто низшее, примитивное, неприспособленное и неудобное.
В нее входят и такие низшие качества, детские и примитивные, которые
могли бы обновить и украсить человеческое существование, но «сего не
дано»
1
. К.Г. Юнг придерживался того мнения, что поскольку коллектив
ная психика — это низшая часть психических функций и тем самым ба
зис, лежащий в основе каждой личности, она отягощает и обесценивает
эту личность, что проявляется в инфляции, т. е. в подавлении самоощу
щения или в бессознательном усилении самоупоения вплоть до болез
ненной воли к власти
2
. В этой позиции есть ряд важных утверждений,
которые, к сожалению, ничем не доказываются, хотя, конечно, было бы
очень интересно знать, какой механизм приводит к болезненной воле к
власти. Бездоказательным выглядит и исходный тезис, что коллективная
психика представляет собой низшую часть психических функций.
Воспользуемся юнгианским понятием Тени, но вложим в него дру
гое содержание: считаем Тенью ту негативную часть прошлого н е |
вспоминаемого опыта, индивидуального или коллективного, кото
рая обладает способностью возвращаться к отдельному человеку или
к людям, детерминируя их антиобщественное поведение.
Если иметь в виду филогенетический аспект, мы не несем в себе низ-!
кого человека, о котором писал К. Г. Юнг, т. е. нашего далекого предка.
Он не низкий человек, он древний, пертобьггньгй человек. Он не являет
ся и примитивным, поскольку лишь соответствует своему времени. Его
поступки в те весьма далекие годы, повторение которых мы сейчас более
чем решительно осуждаем, когда-то были вполне естественны, прини
мались и одобрялись социумом, той прошлой, давно ушедшей культу
рой; иного от него и не ожидали. Это, так сказать, его завещание нам. Он
не знал, конечно, что завещает его, но если бы знал, то не думал о нем
ничего дурного. Низшим, скверным, отвратительным, когда он пробуж
дается в нас, делает его лишь то, что соответствующие поступки сейчас
резко противоречат цивилизации, современным требованиям культуры.
В онтогенетическом же аспекте (индивидуального бессознатель-|
ного) вообще нет никаких предшественников, есть все тот же ч е л о !
век, совершивший сейчас д а н н ы е действия, но испытавший в про
шлом негативные, психотравмирующие воздействия, оставившие в
' Юнг К.Г.
Архетип и символ. С. 182—183.
2
См.:
Юнг К.Г.
Психология бессознательного. — М., 1994. С. 204.
202
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения...
его душе незаживающие раны, которые иногда начинают кровото
чить, когда создаются условия, субъективно и бессознательно вос
принимаемые как провоцирующие.
Таким образом, следует различать Тень коллективного бессознатель
ного и Тень индивидуального бессознательного. У них есть общие харак
терные имманентные черты. Во-первых, это невспоминаемость. Тень ото
двигается в самые потаенные, тщательно замаскированные уголки
психики человека и человечества. Во-вторых — это возвращаемость, все
время напоминающая нам, что даже новорожденный начинает жить не с
чистого листа, ему достанется то, что уже имеет человечество в качестве
коллективного бессознательного. От нравственного воспитания зависит,
проявится ли оно в дурных или одобряемых поступках. Тень хранит в себе
плохое (предлагаем договориться так), но в невспоминаемое индивиду
альное или коллективное бессознательное могут быть впаяны светлые,
радостные страницы прошлой жизни человека или человечества, посто
янно и чаще незаметно помогая жить. Они существуют наряду с Тенью.
Собственно, возвращаемость тех и других делает их всегда актуальными,
иначе им было бы место в музее, правда, трудно сказать в каком.
Мощные взрывы Тени в виде тоталитарной агрессии, каннибализ
ма, инцеста и др. могут быть неожиданны для самого преступника, их
часто отказываются понимать и окружающие, а обыватели обычно все
приписывают психическим расстройствам. На самом же деле это гроз
но заговорило бессознательное, вдруг вырвавшееся из, казалось бы,
стальных оков цивилизации, из потаенных глубин коллективного бес
сознательного, куда человек помимо своей воли и совместно с социаль
ной средой и общественными институтами старался глубоко и, как он
надеялся, надежно и навсегда его упрятать. Во многих случаях это ока
зывается совершенно безосновательным самоутешением, и очень ста
рые, вроде давно забытые еще в детстве человечества явления неожи
данно вырываются на поверхность, п р и ч е м , что самое страшное,
остановить агрессивную лавину, тяжкие преступления против личнос
ти чрезвычайно трудно, а чаще невозможно, иногда по причине полной
неожиданности. Взрыв и вызванный им обвал неумолимо сметают все
на своем пути: социальные и самые строжайшие запреты, все установ
ления культуры, жалость и сострадание, даже страх перед возможными
последствиями для себя и страх ответной физической агрессии.
Ярким примером взрыва коллективного бессознательного являются
трагические события в Камбодже. В 1975 г. там к власти пришли кхмер
ские коммунисты во главе с Пол Потом и Иенгом Сари, которые за
203
Почему люди совершают преступления
пять лет уничтожили около трех миллионов (из восьми) своих сооте
чественников, в первую очередь интеллигенцию. Практически все го
родское население было насильственно депортировано в сельскую ме
стность, где из них и местных жителей создавали «коммуны» (общины)
и «трудовые армии», а по существу — концентрационные лагеря. Всех
камбоджийцев разделили на касты (категории) по степени лояльнос
ти к режиму. Вместе с частной собственностью была отменена и лич-1
ная, деньги изъяты из оборота, а торговля стала носить характер нату-|
рального обмена. Б ы л и л и к в и д и р о в а н ы все учебные заведения,
кинотеатры, телевидение, на всю страну выходил один официозный
информационный листок, население было полностью изолировано от
внешнего мира. Уничтожались ценнейшие Произведения искусства и
архитектуры, в том числе старинные, национальная библиотека и му-
зеи превращены в склады, пагоды — в хранилища. Не стало почты,
телеграфа, общественного транспорта. Жгли книги и архивы. Эконо-1
мика и культура были разрушены полностью. Столица и провинци-1
альные центры стали городами-призраками. В Пномпене проживало
около 3 миллионов человек, кхмерские коммунисты выселили оттуда
практически все население, оставив там 16—20 тыс. чиновников вла
ствующего режима.
Сотни тысяч кампучийцев под наблюдением вооруженных охран
ников работали от зари до зари. Семью ликвидировали, женщины и муж
чины жили порознь, супругам разрешали побыть вместе л и ш ь раз в
десять дней. За тяжелую, изнурительную работу никакой платы не п о -
латалось, лишь выдавали три раза в день по чашке риса. Широко эксп
луатировался детский труд. Убивали людей и по плану, и по желанию
местных властей, даже по случаю «праздников». Солдаты могли уби
вать, грабить и насиловать в любое время. Религиозные чувства населе
ния грубо попирались, священнослужителей убивали, буддийские ста
туи и алтари уничтожались. Была ликвидирована медицина, врачей
убивали. Камбоджа, страна древнейшей культуры, была превращена
коммунистами в выжженную пустыню — это фактически был полный
возврат в первобытное общество, при котором не могли существовать
никакие ценности культуры. О том, что воссоздавалось именно перво
бытное общество, свидетельствует не только глобальное уничтожени
культуры, но и такая весьма характерная деталь: людей обычно убивали
лопатами и мотыгами, этими примитивными древними орудиями труЖ
да. Объясняли это тем, что якобы экономили пули, однако это объясне
ние не выдерживает никакой критики, поскольку страна была набита
204
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения...
оружием китайцев. Дело в том, что огнестрельного оружия в первобыт
ном обществе быть не могло, поэтому оно психологически было чуждо
коммунистам XX в. в качестве орудия расправы.
Еще одна красноречивая подробность: коммунисты запретили в Кам
бодже любовь, она стала считаться серьезным «преступлением», а за все
проступки было одно наказание — смерть. Однако здесь есть своя логи
ка, поскольку любовь (как и промышленность, религия, медицина и т. д.)
совсем не свойственна тому периоду человеческой истории, который они
пытались воссоздать. Именно поэтому она отторгалась ими и за нее кара
ли
столь жестоко. Проведем параллель: если кхмерские коммунисты счи
тали любовь «серьезным» преступлением, то германские нацисты отнюдь
не отнесли изнасилование к числу тяжких преступлений. Оно и логично,
в диком человеческом стаде изнасилования быть не могло.
Даже в самых богатых и развитых обществах есть слой весьма при
митивных людей, ведущих природное существование, мало отличаю
щееся по существу от первобытного. Они плохо освоили достижения
культуры, знакомы л и ш ь с ее азами, наиболее простыми формами, их
потребности и интересы убоги и бездуховны, интеллектуальная жизнь
сведена к нулю, они не знают таких категорий, как смысл жизни, и
поэтому даже не ставят перед собой соответствующие проблемы. В их
среде очень живучи предрассудки, древние традиции и обычаи, такие
же символы и представления, антиобщественные привычки, влече
ния и пристрастия. К а к отмечал К. Г. Юнг, именно люди, живущие на
низших, темных уровнях, следуют бессознательным влечениям души.
Над ними возвышаются другие слои, с и н ы м и духовными и интеллек
туальными свойствами, с и н ы м и духовными и интеллектуальными ха
рактеристиками, причем чем выше эти страты в духовном и интеллек
туальном отношении, тем богаче, насыщеннее, содержательнее их ха
рактеристики. И н ы м и словами, они более цивилизованы.
Коллективное бессознательное может проявлять активность во
всех слоях общества, но чаще в низших, где господствуют пьянство,
жестокость, грубость, где не занимаются воспитанием детей и пре
доставляют подросткам почти полную свободу. Коллективное бес
сознательное там имеет место прежде всего в таких явлениях, как
каннибализм, инцест и убийство детей. Представители этих же стра-
тов часто выполняют роли палачей, охранников, штурмовиков и т. д.
При
тоталитарных силах, но могут выбиваться наверх, даже на са
мый верх, где утонченные интеллектуалы замечались разве что в виде
Редчайшего исключения.
205
Почему люди совершают преступления
Вспышки яростных желаний и неосуществимых фантазий соци
ально-политического характера тоже наблюдаются намного чаще,
даже преимущественно, среди низших слоев населения, например,
во время революций. Сопротивление им способно спровоцировать
еще более яростный натиск, причем даже вполне разумное сопро
тивление оценивается как злостное нежелание создать мир всеоб
щего счастья и благоденствия. Но все это не только дела прошлых
лет, все это можно в полной мере наблюдать, например, в современ
ном исламском экстремизме, который неизменно выступает с непо
мерными требованиями к остальному миру, причем готов реализо
вать их с помощью самых жестоких мер. В рамках этого экстремизма
можно констатировать паралич сознательных планов, надежд и ожи
даний при мощном выбросе из низших слоев населения индивиду
ального и коллективного бессознательного. И м е н н о в этом следует
усматривать активность исламских террористов, неиссякаемую по-
полняемость их рядов молодыми людьми из н и з ш и х же слоев му
сульманских стран, распространение суицидального терроризма, бе
зоговорочную поддержку терроризма толпой в этих странах.
По мнению К. Г. Юнга, в то время как содержимое личного бессоз
нательного приобретается на протяжении жизни индивида, содержа
ниями коллективного бессознательного неизменно оказываются архе
типы, присутствующие в нем изначально
1
. Он считал, что, теоретически,
поле сознания невозможно ограничить, так как оно способно беспре
дельно расширяться. Эмпирически, однако, сознание всегда обретает
свои границы — встречая нечто неведомое. Это, собственно то, чего мы
не знаем и что, таким образом, не связано с Эго — центром сознания.
В «неведомом» различаем две группы объектов: внешние — те, которые
могут быть восприняты посредством органов чувств, и внутренние, ко
торые постигаются непосредственно. Первая группа вмещает в себя «нея
ведомое» во внешнем мире, вторая — «неведомое» в мире внутреннем.
Это последнее и есть пространство бессознательного. ,
В отношении индивидуального и коллективного бессознательного!
можно сказать, что каждое из них приобретается в процессе жизни
Щ
человека (индивидуальное) или человечества (коллективное). Разув
меется, неведомое ограничивает сознание, но неведомое в мире внутЯ
реннем есть не просто приобретение и усвоение (на б е с с о з н а т е л ш
ном уровне) внешнего мира, но опыта, возникшего в результате взаи
1
См.:
Юнг К.Г.
Aion. Исследование феноменологии самости. — М., 1997. С.1Я
206
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения...
ямодействия отдельного человека или (и) человечества с условиями
своего существования. Усвоение означает, что нечто, имевшее место
в
о взаимодействии со средой, становится внутренним, не и м е ю щ и м
границ; отсутствие границ может говорить о том, что за пределами
сознания находится усвоенное им, но неосознанное или осознанное,
а затем вытесненное; он или оно (отдельный человек или человече
ство) не знает, насколько это важно и имеет ли вообще значение,
может ли проявиться и в чем именно, где хранится и т. д.
Эти важные соображения необходимо иметь в виду, когда предпри
нимаются попытки объяснить явления, лежащие, казалось бы, за пре
делами современной цивилизации. В первую очередь имеются в виду
педофилия, инцест, каннибализм, кровавые тоталитарные деспотии.
Здесь очень важно знать, что является хранителем (носителем) соот
ветствующего невспоминаемого общечеловеческого опыта и каков
механизм его передачи последующим поколениям, закрепления в кол
лективном бессознательном и передачи конкретному индивиду.
Подобно тому, как наше тело есть итог всей эволюции человека, его
психика содержит присущие всему человечеству инстинкты и постоян
но повторяющиеся наследуемые реакции, а также наше восприятие,
мышление, воображение. Это очень важное общее положение, позво
ляющее построить объяснительную схему интересующих нас явлений.
Единицами коллективного бессознательного К.Г. Юнг считал ар
хетипы, под которыми он понимал идеи, ф о р м ы и образы, коллек
тивные по своей природе, встречающиеся практически по всей зем
ле как составные элементы м и ф о в и являющиеся в то же время ав
тохтонными, независящими от внешних факторов, индивидуальны
ми продуктами бессознательного происхождения. Архетипические
мотивы (по Юнгу) берут начало от архетипических образов в челове
ческом уме, которые передаются не только посредством традиции
или миграции, но также с помощью наследственности. Эта гипотеза
необходима, так к а к даже сложные архетипические образы могут
спонтанно воспроизводиться без какой-либо традиции.
К. Г. Юнг давал различные определения архетипов, но в основном
он понимал их как структурные схемы, структурные предпосылки об
разов, существующих в сфере коллективного бессознательного и, воз
можно, биологически наследуемых, как концентрированное выраже
ние психической энергии, актуализированной объектом. Полагаем, что
под архетипом можно понимать и некий мифологический первообраз,
который, образно говоря, родился вместе с человеком и навсегда будет
207